Глава 27 Козел отпущения
4 ноября 2022 г., 08:30
∙•☽●════════════════════════════☽✪☾════════════════════════════●☾•∙
В каждой семье есть человек, который является символом греха. Семье так легче существовать, она сплачивается вокруг или против этого человека, это делает ее устойчивее. Я так и не понял, что сделало меня таким, но родители будто не замечали меня, отдавая предпочтение брату — наследнику и сестре — красавице. Я был тот, кто идет сзади. Может быть, я и сам был виноват, был нерасторопен, когда стоило быть активным, или чрезмерно жалостлив и этим смешон, но все же много позже, уже получая дополнительное — психологическое — образование, я разрешил себе поверить. Они меня просто не любили, так бывает. Проблема была в том, что я любил их. Тянулся, порывался рассказать о том, что на душе — радостью, страхом, сомнением, всем, что кажется ребенку большим и значимым. Понимал брата, ломающего мои игрушки и сестру, таскающую мои конфеты. И не замечал по неопытности и наивности, что неинтересен и не нужен сам по себе. Мне не нужны были подарки и лакомства, я хотел быть частью семьи. Иногда ненависть появляется после большого предательства. Иногда она растет как снежный ком, по снежинке, медленно и долго. Я точно помню тот день, когда я понял, что мне не стоит просить поддержки у семьи — погибла моя первая любовь. Брат бы рядом и ходил мимо, будто посторонний человек, хотя и от посторонних получаешь больше участия. И что-то обломилось... надорвалось. Я не обезумел тогда, но с тех пор искал только знакомых ощущений, тех, что пережил с ней. Иное перестало интересовать. Я был с моей любимой только раз, и с каждой последующей девушкой я повторял прежний сценарий. Шло время и я будто превратился в прислугу в родном доме. В этом точно была моя вина — я всегда шел на уступки и сам предлагал помощь. И вот у меня начали ее требовать. Моя любовь к ним исчерпалась и иссякла, до конца, до капли. Равнодушие, то, чем меня пичкали долгие годы, я теперь готов был отдавать им сторицей. В этом смысле мне очень повезло с работой, она избавила от всех «необходимых и приличествующих случаю» семейных посиделок, а большую часть лета я отдавал дальним поездкам и поиску впечатлений. Все, что у меня отвергли родители, брат и сестра, получили племянницы — мои сообщницы. Но хотел ли я отомстить через них? Конечно нет, просто так сложилось. Когда мой старший брат будет умирать, я очень постараюсь быть рядом, чтобы успеть прошептать ему на ухо самую главную в своей жизни тайну. И даже, если работа сделает мое присутствие невозможным, рядом точно будет та, с которой я разделил свой секрет. Мне она потом все опишет в деталях.
