Слишком холодно

* * *      Это был первый день месяца когда я проснулся не из-за будильника. За окном мерцают звезды, притягательно светят редкие огни фонарей. Беру телефон в руки быстро щуря глаза от высокой яркости. три часа и сорок восемь минут утра. Я не понимаю почему проснулся,  в голове было туманно, ряльное казалось неряльным. С некой лёгкостью я поднимаюсь с кровати, выходя в пустой коридор, мои волосы прилипли ко лбу, а глаза налитые свенцом, то и дело норовят закрыться. Не стоит. Захожу в ванную, включаю свет, и дальше по кругу. Я стою как будто в трансе, наблюдая как тёплая вода,стекает по телу, откуда взялась эта резкая аппатичность? стоит ли мне думать о том что все дело в работе.       Не то чтобы раньше такого не было. Раз в месяц просыпаясь где-то в четыре утра, я понимал что ничего не чувствую. Физическая боль, все ещё может проникнуть мне под кожу и заставить закричать, это я понял в ходе собственных экспериментов в такие моменты. Но вот какие-то чувственные приколы типо чей-то смерти проходят мимо меня. Я давно заметил что для меня это работает как защита от чего-то плохого.Каждый раз когда такое состояние возвращается, происходит что-то травмирующее. И всегда я думаю о том что это обернуться мне боком. Не то чтобы я совсем ничего не чувствовал, меня все ещё можно растроить, развеселить, заставить паниковать, вопрос в том, будет ли моя реакция в виде одного движением нервом на лице радовать вас?      Я определённо вспомню это. Говорю я сам себе. Но не буду рвать на себе волосы из-за пережитого.      Чувство растекающейся по телу воды добавляет некой милонхолии. Возможно моя душа сейчас ликует, а может корчиться от боли в надежде умереть быстрее. Я в любом случае этого не узнаю. Вода стекает по сливу, дальше в канализацию, ощущение сейчас похоже на те, которые приследуют тебя на выходе из обморока. Хотя тут у все по разному, многим все кажется через чур тихим, они кричат букву "А?" вопросительно качая головой, пока в глазах все ещё темно.У меня все наоборот, я затыкаю уши в попытках не слышать  всех этих голосов которые в панике кричат моё имя, спрашивают все ли хорошо.      Боже, да закройте свои рты.     Негромко шеплю я, и получаю несколько пар глаз которые с беспокойством смотрят на меня, затыкая собственные рты руками. Сейчас все примерно так же, звуки как будто стали отчётливей, ещё чуть чуть и я начну слышать бит собственного сердца.   Выключаю воду, обнимаю себя руками в попытках согреться, пока глазами ищу полотенце. Чувствую себя маленьким ребёнком который ищет мать глазами в толпе неордентальцев. Закутался в белое , тёплое полотно, вдыхая приятный свежий запах я закрываю глаза. Сводит ли повторение одного и того же действия с ума? Хочу ли я это проверить?         Время на настенных часах кухни четыре часа утра и кажется пять минут, я открываю холодильник в поисках бутылки молока. Беру чайник, оставляя его кипятить очередную порцию воды. Кофе с молоком. Если молоко взбитое, то это не кофе с молоком, это капучино.      Забираю тёплую кружку, отношу в комнату. Кровать не заправлена, на столе несколько кружек, эту часть своей жизни я пытаюсь от всех скрыть? Поставив очередную кружку рядом с ноутбуком я открываю монитор. Я слишком долго думал о людях которые работают в санатории под названием «Маунт Массив», стоит ли мне поискать то, что не могут найти другие? Сначала поверхностно, потом глубоко?        Джонни Керри, маленькая харизматичная язвочка на  коже личебницы, не так ли.       "Его все знают, так сказать, небольшая достопримечательность этого места, я не вспомню, чем он так сильно всех зацепил, но причины явно были"      Так сказал Эдуард в нашу первую встречу. Не то чтобы я запоминаю каждое слово в разговорах, но я буду прекрасно помнит то, что мне надо. Например. У высокопочтенного Доктора Карла Хьюстона есть дочь, а Доктор Майк слишком эгоистичен, я видел его всего раз, но понять этого не составило труда.       О, а как же Миссис Мэрри? Милая Мэрри, лёгкая наркотическая зависимость санатория  «Маунт Массив». А Мистер Рик? Небольшой антидепрессант, который работает быстро, и без особых проблем.  я почти не заметил как за своим внутреннем диалогам допил почти все кофе. Не в коем случае не капучино, кофе с молоком.  Время в правом нижнем углу монитора четыре часа и тридцать две минуты. Разве время так уж важно?           " Джон Кэрри " быстро перебераю пальцами на клавиатуре, записывая в поисковую строку имя моего бывшего  однонедельного гида по личебнице. Я нахожу несколько ссылок, инстаграмм, ВК, даже твиттер. Это не то что я ищу, но чтобы найти то что нужно, надо постараться.       Инстаграмм и в правду его, на станице сотни фотографий типичных харизмотичных людей. Вот он держит солнце на ладони, а вот сидит в костюме на профисиональной фотоссесии. В описании профиля вижу заветное сочетание латинских букв. Телеграмм. Его профиль там отличался, в приложении где все стараються убрать со своего профиля все самое серьёзное, Джон Керри решил сделать все максимально строгим. Я не удивлён, нет. Тут же я нахожу ссылку на другие источники информации, я уверен что за одной из этих ссылок, я найду то, что впечатлит меня, заставит дёрнуть одним нервом на лице.       Но не сейчас, сейчас все неондертальцы спят, я тоже должен, но не хочу. Неондералец по имени Карл Хьюстон, станет объектом для изучения в ближайшие аппатичные ночи. А так же, Эдуард Глускин, меньше дня назад, я не был против его, а сейчас? А сейчас не знаю.       Кофе с молоком закончилось как и моё желание изучать работников дальше. Я знал что могу искать дальше, что могу найти то, из-за чего карьера пойдёт вниз, ниже чем те кого они оберегают, ниже чем обезьянки которых они дрисируют. Например, переписки Карла Хьюстона о заказе новой порции какаина? Или может, сотни открытых вкладок с порно в браузере Миссис Мэрри?           На часах пять утра, до будильника полтора часа. я откидываюсь на спинку стула тяжело вздыхая, а что на счёт книг для Глускина? Я уже забыл что выбрал вчера. На столе стопкой лежало пару книг, все это фантастика. Может добавить романтику? Я встаю, выбираю пару романтических книг которые я никогда не читал, но название которых звучит привлекательно для моего выключённого мозга.  Четыре книги, две фантастики, две романтики. Нужно узнать список задач на ресепшене, прежде чем относить книги обезьянке по имени Эдди. Я иду на кухню, заваривать себе ещё один кофе, добавляю молоко, это кофе с молоком, не капучино.          В санатории  «Маунт Массив» работают удивительные неондертальцы, они словно доесерованные, но только немного. Так чтоб на работе выглядеть как работящие приматы.         Я живу там где нету неордентальцев и обезьянок, мой дом дышит, у его появляются легки каждый раз когда я переспупаю порог. А вот личебница дышит всегда, она не пытается избавиться от язвочки, или от наркотической зависимости, ей не хочется выходить с депрессии, у её все отлично. И я понимаю отголоском своего мёртвого мозга, что санаторий скрывает огромную раковую опухоль на дне своих лёгких, потому что когда все неондертальцы засыпают, она кашляет кровью, стараясь скрыть это от активных обезьянок.       Не знаю как давно я это понял, может с первого звонка, когда меня приняли на работу?       "Будем очень рады увидеть вашу заинтересованность в работе"      И я  Буду очень рад .  Я буду полон инициативы рассмотреть раковую опухоль лицебницы.     Сейчас мои слова обсалютно не обоснованы, и возможно я ошибаюсь, может «Маунт Массив» дышит полными лёгкими, набирая воздух, а после с прискорбно вздыхает из-за отсутствия гепатита в крови.        Я включаю свет в комнате, медленно шестая ногами по полу, делаю пару глотков кофе, иногда мне хочется, чтоб такое состояние было у меня всегда. Я слишком много пологаюсь на чувства не так ли. Или вообще не думаю о них, часто моё эмоциональное состояние не нуждается каком либо описании, все написано на лице.       Сижу на кровати держу в правой руке кружку с кофе, поднимаю взгляд на светильник и понимаю что мне совсем нечем заняться. Мои размышление никуда не заводят, они просто дают идеи, по сути, я коратаю время. А может ?      Я снова сажусь за монитор. Какую же раковую опухоль скрывает санаторий «Маунт Массив». Захожу на основной сайт личебницы, тут можно и подать резюме, и почитать о сотрудниках, и конечно же, ознакомиться со списком обезьянок, то есть пациентов. А вот и план здания, все по этажам, то что надо. Я изучаю все что вижу благо кабинеты подписаны. Меня привлекает один этаж. Кажется под санаторием что-то есть? Не так ли? Этот вопрос будет изучен мною вдоль и поперёк. Жаль что на плане здания в так сказать подвале, видна только одна комната, подписания как "питание". Интересно, многие думают что там ничего нету по мимо "питания"?       Я ещё пол часа провожу за изучением досье докторов. Даже свое нашёл : Доктор Парк, 25 лет. Принят в качестве лечущего врача в блок интенсивной терапии. На данный момент занимается Эдуардом Глускиным.       И бла бла бла. Имя и фамилия моего клиента выделительная синим цветом ведёт эта ссылка к его личному делу. Я это уже читал, читал и архивы. Много на сайте скрыто в отношении обезьянок, но это и понятно, не нужно всем знать, кого ест санаторий «Маунт Массив».        Звенит будильник. Я даже дергаюсь от неожиданности, кажется кто-то слишком сильно увлекся. Я закрываю крышку ноутбука отодвигаясь от стола.Кофе с молоком закончилось около полу часа назад, но я не особо предал этому значения продолжая изучать сайт.«Маунт Массив» просто кладясь полезной информации. Я и не знал что смогу найти контакты родственников некоторых неондертальцов и пары обезьянок.        Но сейчас не о этом, сейчас я собираюсь и еду на работу. Еду в живую лечебницу, которая кишит дышешими и вечно активными неондертальцами. Мне ничего не стоит притворяться хорошим работящим приматом чтобы получать свою долю внимания. Я без особых проблем буду качать головой и внимательно слушать каждое слово моего коллеги - неондертальца, и конечно же вслушиваться в речь своего клиента - обезьянки.        Не думаю о своём внешнем виде, я одел чёрную майку и такие же чёрные штаны, есть популярное мнение что одежда, это не что-то важное, а просто акция потребление для людей. В моей сумке новый груз, 4 книги, которые продадут к концу дня. Я не чувствую себя голодным заходя на кухню, выпиваю залпом пару стаканов воды и немного залипаю на вид из окна. На улице все ещё темно, фонари освещают проезжую часть недалеко от моего живого, дышушего дома. Я привык к жизни в своеобразной глуши и мне тут нравиться, тихо, красиво, ничего лишнего.                                          * * *      Я стою у открытых ворот в личебницу, игнорируя охранника, который делает тоже самое в ответ. Где-то в метрах пяти идёт Доктор Майк, который с презрением поглядывает на меня. Мы ведь виделись всего единажды, я его совсем не понимаю.Но это и не важно. На ресепшене второй день подряд стоит милая Мэрри, я подхожу, беру ручку расписываюсь рядом со своей фамилией. Знаешь Мэрри, ты сегодня выглядишь более противно чем вчера.                   – Ну здравствуй, Вейлон. – Сухо мямлит она, смотря на то как я ложу ручку обратно.           –  Здравствуй Мэрри.– Чуть было не назвал её наркотической зависимостью. я даже было представил как выплевываю слова о том, что она всего лишь пакетик травы, который в скором времени скрутит и выкурить Доктор Хьюстон.            В разведалке на удивление пусто, как только я накивываю халат и цепляю бейджик, тут же врывается Джон. А я начинаю думать что персонал личебницы ограничен.            – Вей-! ты ещё тут, слава богу! – Он тяжело дышит, стараясь сохранить приветственную улыбку – Прошу, возьми мой список на ресепшен. – Он подходит ко мне, ложит руку на плечо, смотря мне прямо в глаза.          – Ладно, а чего сам не возьмёшь? – Неужели язвочку решили завалить работой, или ему просто лень?            – А, сегодня просто Мэрри, она меня вчера чуть не убила своими подколами – хихикает, убирает руку с плеча подходя к своему шкафчику – Спасибо, буду должен.–            – Жду у ресепшен, давай. – Я выхожу, замечая как меня провожают взглядом, зависимость и язвочка повздорили, это было ожидаемо. общество неондертальцов не всегда стабильно.            Милую Мэрри окружили пару человек, среди них только один в халате, другие пришли навестить друзей или семью в санаторий «Маунт Массив».Мне это только на руку. Подхожу ко второй стойке, выискивать бумаги.        Кэрри        Кэрри        Кэрри            Его папка лежала перед моей, список у Джона на пару пунктов больше, он то и дело бегал по кабинетом, как послушная собаченка, заполняя бумаги, и подсыпая корма другим собачкам-неондертальцам. Меня привлекает первый пункт - "питание".           Забираю обе папки направляясь на диваны рядом, медленно перебераю листики с собственными задачами. Бумаги, 137, бумаги, Глускин, бумаги. Так там не написано, нет , на листиках все более официально. номер кабинета, и обязанность которую нужно сделать. Например: 203 - перепись личного дела и архив Луи Андерсон. Кто такая Луи Андерсон? очередная обезьянка в записи о которой я не буду особо вчитываться. Ко мне подбегает Джон на этот раз в белом, выглаженном халате, с именным  бейджиком с боку.<Джон Кэрри>.Я протягиваю ему папку, на что он открыто улыбается и садиться рядом.           – Спасибо Вей, чтоб я без тебя делал? – То же, что и всегда, бегал насыпать корма по списку в разные кабинки с собачками-неондертальцами.             – Не стоит, для тебя не жалко.– Я пытаюсь натянуть улыбку, не знаю получилось ли о меня или нет, но судя по выражению лица Джона, вполне себе. Он изучает свой список задач на день, я вижу как его глаза становиться тяжелее. После ухмыляется все ещё пробегая взглядом по тексту.          – Работы как обычно целая туча – Он тяжело вздыхает собирая все листки обратно в папку. После опечалено смотрит на меня, стараясь сохранить улыбку -Ладно Доктор Парк, побежал я, думаю ещё увидимся на обеде.            – До встречи.– Он встаёт, а я продолжаю делать вид что читаю собственный список задач. Джон заходит в лифт,достаёт из кармана некий ключ после вставляет его в одно из отверстий в лифте. Я наблюдаю как кабинка с язвочкой едет не вверх, а вниз. В "питание" значит.             На пути к моему кабинету на утро я вижу много белых халатов, невольно начинаю изучать их бейджики. Доктор Дино, невысокая брюнетка с недовольным лицом которая яростно переберает бумажки в своих руках.  А вот бежит санитар Карен, короткая стрижка говорит сама за себя: короткие, светлые волосы, пухлое тело и странный взгляд.                                       * * *             Ты просыпаешься в школе, четвёртая парта первого ряда всегда принадлежала тебе и твоему мало активному другу. Учитель кричит на недоумка который принёс в школу табак, и выкурил его в туалете. В конце концов, она успокаиваеться, даёт классу задание: переписать в тетрадь 284 упражнение. Ты открываешь учебник, и понимаешь, что тебе нужно за двадцать оставшихся минут переписать полторы страницы текста ни о чем.           У меня сейчас примерно та же ситуация, вот только я не в школе и ограничения по времени у меня как такогово нету, но мне все ещё нужно закончить все задачи к пяти часам и свалить.          203 кабинет оказывается, как я его обозвал впервые раз - бесполезным. Стол да стул, вот только я пропустил очень много мелких деталей. Компьютер , пару небольших ящиков с бумагами, и конечно же стеложи. Скромное наполнение, почти как в офисе, но я такому даже рад, в конце концов, я тут один. Сажусь за стол, компьютер уже включён, видно какой-то неондертальц ежедневно ходит включать их и выключать. На столе уже лежит дело Луи Андерсон, большая папка архивов с тем же именем покоится рядом. Моей задачей является перепись всех этих бумаг в электронный вид, дабы сохранить все. В случае пожара, каждая бумажка сгорит без остатка, как и компьютер в целом, я всегда думаю о том что цифровые данные так или иначе получиться сохранить. В любом случае, я прекрасно понимаю компании которые запрягают своих сотрудников дабы переписать все документы.              Луи Андерсон оказывается учителем который совсем недавно слетел с катушек. Доставили её сюда вчера вечером, в тяжёлом состоянии, бедный санитар Роберт Дакар на протяжении полу часа пытался сковать движение учительницы. По итогу ей просто вколол успокоительное и отправили спать. Луи Андерсон 47 лет, она всю жизнь прожила в крупных городах, то и дело переезжая. Чтож, ей несказанно повезло попасть в санаторий «Маунт Массив».            Я закончил только к десяти часам, сохранил два файла под названием "Дело Луи Андерсон" и "Архивы Луи Андерсон". И там и там небыло ничего интересного, просто расписана вся жизнь человека, начиная с первого учёта в школе, заканчивая вчерашним днем. Я потянулся вставая с рабочего места, в моем списке задач ещё два пободных мероприятия, вот только все чуть чуть отличается. Например 137 это номер кабинета в котором я должен буду что-то подписать. Так мне объяснил Кэрри. Я работаю тут не так давно, чтобы уже что-то подписывать, но судя по всему, это для компании не имеет значения. В моей сумке четыре книги, наушники, телефон и пачка быстро растворимого кофе. Я не особо тороплюсь идя в 137 кабинет, хотя мне бы стоило. Я собираюсь закончить с Глускином к четырём часам, дабы переписать оставшиеся бумаги, и со спокойно душой пойти домой.            На ресепшене опять куча народу, докторов совсем нету только посетители, милая Мэрри спокойно разъясняет что-то сутулой бабушке, которая улыбается ей. Эх, если бы Мэрри была так же гостеприимна со мной, возможно, она была бы успокоительным шприцом для личебницы.           137 кабинет больше похож на переговорную, за круглым столом сидит Карен, она переберает бумаги, а как только видит меня улыбается.          – Здравствуйте мистер Парк. – Она подталкивает на край стола пару документов и ручку. – Подпишите пожалуйста – Улыбка пропадает с её лица и глаза тут же возвращаються к бумагам которые она переберала ранее              – Здравствуй Карен. – Я сажусь недалеко от бумаг, подтягиваю их к себе, начиная изучать текст. Почти все документы о том, что я принимаю свою должность, о том что мне уже нравится работать в санатории и все такое. Пробежался глазами по всем документам, и быстро чирканул свою подпись в углу каждой бумажки.            Чтож,  теперь обезьянка Эдди до конца с Доктором Парком, либо до того момента пока Глускина не выпишут, либо до того момента пока Вейлон не уволиться.           Это было самой быстрой задачей сегодня. Я несказанно рад что теперь могу принимать некоторые решение совместно с другими неондертальцами. Там была бумага о том что я могу принимать участия в неких собраниях и конечно же, я её подписал.          В кабинете норме 374 мне нужно было составить некий документ о состоянии моего клиента, странно это. Я ведь работаю так мало с ним, хотя учитывая то, что после увольнения Доктора Гарретта Сноу записи о Эдди никто не делал, это можно понять. Кабинет чем-то похож на 203ий, стол да стул, только чуть просторнее. Мышкой нахожу файлы с отчетами и нахожу пример заполнения. Пол, Возраст, Имя Фамилия, проделанная работа и её результат. Если я напишу о том что соблазнил обезьяну Глускина, что мне за это будет?                                        * * *             Вся суть составленаного отчёта заключается в том чтоб заполнить пробелы которые были созданы из-за увольнения Доктора Гарретта Сноу, мне кстати стоит подробнее изучить причину увольнения этого неордентальца. Я закончил с отчётом в одиннадцать часов и пятьдесят три минуты. Как только я встал со стола в кабинет постучали.             – Привет Вейлон, слушай, а ты Джона не видел ? – Это был Рик, неужели пришёл заменить Миссис Мэрри? Он осмотрел кабинет, возвращаясь взгляд на меня.              – Видел сегодня утром, и все, а что? – Джон пропал в "питании" «Маунт Массив», хотя кто его знает, я ведь сам просидел все время в кабинетах.             – Блин ладно, спасибо в любом случае – он кажется забыл о моем вопросе, почти закрыл дверь, вдруг развернулся и сказал. – Надо чтоб он подписал бумаги. – хлопок и я снова один в кабинете. Бумаги значит ? В любом случае, сейчас время сбросить лишний груз с сумки, но сначала обед.          В столовой пусто, оно и понятно, сейчас даже близко не обеденное время . Я беру одноразовый стаканчик высыпаю туда пакетик растровримого кофе. Хорошо когда в столовой есть кулер с тёплой и холодной водой, это всегда полезно. Первый попавшийся салат станет моим обедом сегодня, возможно это не очень здоровое питание, но не то чтобы это меня волнует. Я смотрю на пену в стаканчики с кофе, похоже на морскую пену от волн. Когда ты сидишь на шезлонге и смотришь на горизонт, ненароком подмечаешь что головы плавающих людей похожи на буйки. Тебя не особо волнует похожа ли твоя голова на буек когда ты в воде, тебя волнует температура морской глади и видели ли люди на берегу акул?            Салат был странным на вкус, я ещё долго буду думать как можно было залажать простейшую смесь помидоров, огурцов и масла. Единственное,  кофе чуть исправило ситуацию, меня нельзя назвать фанатом пакетированого кофе, в нем всегда намешанно много сахара, но это показало себя иначе. Оно было в меру сладким, в меру крепким, то что нужно.                                         * * *            Я иду в блок интенсивной терапии, на коридоре меня перехватывает Джон Керри.            – Вей, привет еще раз! – у его в руках большая папка с листами, халат чуть помятый, а глаза полные жизни. – скажи пожалуйста меня Рик искал? –           – Да, искал.– Я вижу как он закатывает глаза, а потом ухмыляется смотря на меня.           – Вот оно что, спасибо – Он разворачивается, и быстрым шагом идёт в сторону ресепшен. Странный он, этот ваш Джон Керри. Наши разговоры можно назвать дружескими на первой недели, но на второй мы больше походим на коллег-неондертальцов. Я начал думать о этом ещё вчера, после нашего разговора за обедом "..удачи, сегодня моё время ограничено так что бывай". Бывай Джонни, бывай.             Я на самом деле понятия не имею что подразумевает собой "питание". Санаторий тщательно скрывает рак, стараясь не привлекать внимание тех, кто не достоин рассмотреть опухоль. Джон, кажется оказался достойным. Я не собираюсь его расспрашивать, я вообще не собираюсь получать информацию с людей, я хочу увидеть все сам. Я буду примерным коллегой-неондертальцом. И конечно я не знаю что меня там ждёт, но мне жутко интересно.            Я захожу в кабинет недалеко от платы Эдди дабы оставить там сумку. Хочу чтоб его перевели в более свободную комнату. Стопка книг с притягательными названием весит не много, но все же ощущается здорово после того как ты долгое время носишь сумку с определённым наполнением.                                          * * *         В палате как обычно тепло, он лежит на кровати подкидывая небольшой мячик вверх, кажется не слыша что я зашёл.       – Привет Эд.– Я оставляю стопку книг на небольшом столе с закругленными углами, после чего сажусь на стул рядом. -Ты как? -       – О, здравствуй – Он улыбается, ловит мячик и садиться на кровать. Я слышу как его голос отражается от стен. - В порядке, сижу скучаю. Спасибо за книги.        – Не благодари.– Я снова натягиваю улыбку, и кажется снова успешно, чувствую как меня одаривают спокойным взглядом. – Как думаешь, почему Гарретта уволили? –         Я вижу как его глаза быстро округляються. Упс. Надеюсь это просто шок от неуместного вопроса.         – А почему ты интересуешься? – спустя пару секунд спрашивает он, а я продолжаю наблюдать как в уже менее округленных глазах бегает некое чувство похожее на страшный шок.        –  Просто интересно, хочешь перевести тему? – Я не собираюсь на его давить, нет, я собираюсь аккуратно интересоваться.Он тяжело вздыхает, закрывает глаза чуть склоняя голову на бок, мне нужно что-то сделать?         – Мне кажется уволили его за странные методы лечения.– Он не открывает глаза, возможно мне стоит этим воспользоваться. Я встаю со стула, садясь рядом с ним на кровать.          – Вот оно что.– Я чувствую на себе заинтересованный взгляд, который быстро меняется на более смягченный. – А что за методы, если не секрет? –          – Очень не постоянные. Например он мог разговаривать с тобой как с другом, а на следующий день повести в комнату с двумя стульями и устроить допрос. – Даже так. Но я почему то более чем уверен, что за его увольнения стоит что-то большее чем просто методы.          – Ясно, спасибо что сказал.– Я ложу голову Эдди на плечо, зная что он не посмеет её скинуть. Смотрю в стену напротив, ненадолго думаю о своём, а после вспоминаю свою недавнюю мысль. – Я хочу заняться вопросом твоей новой палаты, что думаешь? –          – Я не против, а чего ты так решил? – Его глаза останавливаться на стене, там же где и мои.Это похоже на медитацию. Я точно знаю что он заметил мое без эмоциональное состояние, и я доволен тем, что он не спрашивает меня о этом. Воспитанная обезьянка Эд.           – За сумкой туда сюда не хочу бегать.–Он хохотнул, заставил меня дёрнуть нервом на лице. На моих наручных часах двенадцать часов и тридцать шесть минут. У нас есть три с половиной часа чтоб поболтать о том, что волнует каждого.          Эдди рассказал мне про заболевание сердца от которого мучился его дед. Кажеться это единственный член его семьи который любил его как положено в здоровых семьях. Его деда звали Альбертом, у его была дополнительная хорда в сердце. Что это? спросил я. Оказалось что это что-то типо дополнительно ответвления клапана, но это не точно сказал Глускин, слишком много вещей выпало из его памяти. Как же Альберта мучила эта болезнь? Все просто, она должна была сократить его жизнь на лет 5-10, но вместо этого забрала 15. До сорока лет Альберт даже не подозревал о наличии этой болячки в сердце , но после технологии смогли выявить неизвестное ранее. Если бы он о этом не узнал его жизнь бы продлилась больше. Врачи сказали что он проживёт чуть меньше чем здоровые люди, из-за этого Альберт постоянно был на нервах. Вечные переживания забрали у его ещё пять лет жизни, по итогу, он умер в 74 года. Я ответил что это тоже не плохой возраст, многие мужчины умирают после семидесяти. Эдди согласился.          Конечно я читал про семью Эдуарда в архивах, и про деда в том числе, там было написано что он умер от инфаркта в 74 года. Я почему-то был уверен что если бы Глускин сказал что он умер в 50 из-за того что поскользнулся на банановой кожуре, я бы поверил ему, а не бумагам.         В три часа и пятнадцать минут, я сказал что завтра спрошу Джона на счёт перевода в другую палату. Потому что сегодня у меня ещё есть работа, и я наверное больше не встречу язвочку.         – Тебе лучше спросить Хьюстона или Кристи. – Моя голова все ещё покоится на его плече, я удевлен тому, что он не жалуется на боль там, хотя, возможно её и нету.           – К Хьюстону я не пойду, а кто такая Кристи? – Моё утреннее заблуждение о ограниченном персоонале развиваться все все быстрее.         - Кристи Мэгинсон это что-то типо заведующего блока интенсивной терапии. - Мы оба смотрим в стену, без зрительного контакта разговаривать куда проще.          – А, спасибо, в таком случае если Джона завтра не найду, найду её. – Я хмыкнул, снова опуская взгляд на часы. Три двадцать три, надо идти.– Я пойду Эдди, мне надо еще один отчёт написать.–          – До завтра получается? – Я отстраняюсь от его плеча и встаю положительно качаю головой. Я не смог удержать себя от желание оставить на его макушке лёгкий поцелуй.          -До завтра.- Я выхожу из палаты, чувствуя на себе мягкий взгляд Эдди. Будем считать это его наградой за то, что он заставил меня дёрнуть нервом на лице. В кабинете с моей сумкой ничего не изменилось, только появился Доктор Майк, который даже не обратил на меня должного внимание. Следующий кабинет был недалеко от ресепшен, там, я должен был переписать ещё одно дело. Дело Клоуи Грензер, ну и име.            Клоуи Грензер была выписана из личебницы около трех недель назад, однако она тут же скончалась. Бедная Грензер была похожа на скелет. Она не смогла пережить потерю своих друзей из санатория «Маунт Массив». В документах надо было переписать все от начала до конца, и в конце, печально описать её смерть. Этим я и занялся. Фотография трупа Клоуи прикреплённа к письменному отчёту. Её лицо выглядит умиротворенно, скулы выперают, по её телу можно будет спокойно собирать антомически правильный скелет даже не расчеленяя. Бедная Миссис Грензер.                                       * * *            Мой рабочий день закончится через десять минут, и конечно же, я уже на низком старте. Сумка куда легче чем в начале дня, это и понятно. Я вешаю халат обратно в шкафчик, не снимая с его бейджик. Я не жду завтрашнего дня, я жду момента, когда моё такси подъедет к воротам личебницы дабы забрать меня отсюда, от живого санатория с  неондертальцами. Благо, я сегодня не встретил Мистера Карла Хьюстона, он бы точно ядовито улыбнулся, потом бы пригласил вместе пообедать и я бы быстро отказал. На улице становиться теплее, а я все ещё не понимаю , почему меня так морозит. За воротами стоит только подъехавщая машина. Я запрыгиваю в её, и водитель тут же стартует, без лишних слов, отлично.             Как только я открыл дверь, мой дом задышал. У его нету язвочки, зависимости , депрессии и хорды в сердце, я его все отлично. Он умирал каждое утро, и каждый вечер возрождался. Я закрыл дверь на замок, и пошёл в свою комнату. Кровать стоит не заправленной еще с самого утра. Раковина на кухне пустая потому что все грязные кружки стоят у меня на столе. Я не переодеваясь отношу почти все на кухню, конечно я не собираюсь их мыть. Не в коем случае. Просто освободить рабочее место.               Зелёный чай, отличное начало после рабочего дня, так думают многие, в том числе и я. Завариваю себе огромную кружку этого зелёного чая, сейчас в моей голове надежда на то, что завтрашний день пройдёт так же как и сегодняшний. Я сажусь за ноутбук и открываю монитор. Что я буду делать сейчас? Капать под Хьюстона, или может под Джонни? Не то не другое. Просто отдохнуть, может поискать что-то про Гарретта Сноу, но это уже в конце дня, к тому же, я не уверен что смогу найти что-то когда моя голова кипит как чайник. Кипит, если вставить через ухо трубочку, сначала из её пойдёт дым, а потом можно будет отпить из трубочки кипяток, который вызжет кому-то десны.                Так я просидел до самого вечера, протягивая отвратительный зелёный чай. Я напрочь забыл про Гарретта Сноу, и на самом деле только рад этому. Всё что я делаю сейчас это забиваю свою голову никому не нужными обезьянками и неордентальцами. Вот я лежу на кровати в одном нижнем белье и думаю о том, как было бы здорово инициировать свою смерть, а через год, когда весь мир  привыкнет к твоему отсутствию, резко появиться, напоминая о себе, в самой плохой манере. Или, как было бы здорово притвориться больным на голову чтобы лечь в качестве обезьянки в санаторий «Маунт Массив». Это по крайней мере было бы необычно.                 А сейчас спать. Будильник стоит на шесть часов и тридцать минут. Я знаю что скорее всего проснусь в три часа ночи, и я могу это принять. Будильник так, на всякий случай.                Я засыпаю, с ощущением того, что все ряльное, неряльно, а в голове не то чтобы туманно, она все ещё кипит.