Вместе

Новый год - удивительный праздник, который многим означает новый этап жизни, что после него все будет лучше, чем раньше. Но обратная сторона медали всегда есть: у всего светлого есть что-то тёмное, а у тёмного - светлое. Новый год в твоей жизни может принести как много приятных моментов, так и немало печальных. И ты не будешь знать, когда судьба от тебя отвернётся и заставит вернуться в реальность, отрывая от приятных воспоминаниях и мечтах. Новый год принесёт очередной урок жизни, но усвоишься ли ты его, зависит только от тебя. Но давайте не нагонять таску на очередной повод улыбнуться, то есть не будем воспринимать праздник с каким-то очень глубоким смыслом. Зимние улочки переполнены людьми. Предновогодняя суета гуляет среди всех толп. Как обычно есть те, кто делает всё в последний день. Но есть и те кто просто решил прогуляться перед новогодним ужином. Время ещё есть. Поэтому можно просто насладиться заснежанным городом, будь ты на улицы, или дома с горячем чаем в руках, укатавшись в тёплый плед. Даже, возможно, ты сейчас с кем-то в обнимку сидишь и смотришь новогодний, а может далеко и не такой, фильм. Может в это время ты доготавливаешь или помогаешь готовить праздничный ужин. Не важно. Роман и Джонатан на данный момент вернулись с прогулки, где их ждала бабушка Таня. На прошлых выходных, как и обещали, её выписали. Конечно, ей пришлось рассказать всю ситуацию, что происходила в семье у Ромы. Хотя даже если бы она и не слышала этой истории, то все ровно с радостью приняла мальчишку к себе. - О, пришли, - как обычно Таня встречает двух юношей, - не замёрзли? - Привет. Нет, мы замёрзли, - сняв с себя верхнюю одежду, Джонни стал помогать Ромке, - но от чашечки горячего чая не откажемся. Бабушка побежала ставить чайник, оставляя тех наедине. - Слушай, а ты не думаешь ей уже рассказать о нас? - голубоглазый отдал последний с себя аксессуар, а именно шапку, что тут же положили на нужное место на полке. - Да как-то к слову все не приходиться... - Джонни подошёл вплатную, - И зачем вообще торопить события. Успеем ещё сказать, - последовал чмок в нос. - Ну раз так, то пошли уже чай пить, а то я вообще-то успел немного замёрзнуть. Чайник как раз вскипел, и бабушка начала разливать чай. Рома и Джонни успели переодеться и прийти на кухню. - Вот ваш любимый облепиховый чай, - она поставила две кружки на стол и сама села на свободное место. - Ну рассказывайте, как погуляли? Думаю, что хорошо, раз на улице были около двух часов. Дальше разговор шёл о происходящем на прогулке, разговор длился с час. Было рассказано не мало как интересных, так забавных моментов. К примеру, как местные со двора детишки смогли столкнуть Ромку в сугроб, а Джонни прилетел в лицо снежок от шатена за то, что тот посмеялся над этим вместо предложения о помощи. Ну или как те же самые детишки начали закидывать их снежками. Если человеку доверяешь, то можно с ним говорить сколько угодно и что угодно. Однако все же кое-что было не сказано. То, что они ещё успеют сказать, а пока Татьяна будет наслаждаться предоставленными для нее рассказами, иногда вкидовая свои слова, что будут либо иметь свой смысл, либо содержать шутку для поддержания беседы. Время идёт. Новый год близится. Ещё полчаса и минует очередной год. Стол уже накрыт, а настроение, как и полагается, новогоднее. Ничто не говорит сейчас о том, что может что пойти нетак. Однако звонок в дверь говорит об обратном. - И кто же в столь поздний час мог пожаловать сюда? - задалась весьма логичным вопрос Таня. - Не знаю. Пойду посмотрю, - Джонни вышел в коридор. За открытой дверью стояла женщина, что сложила руки на груди и нервно почесывала локоть. - Вы?! И что Вам нужно? - спрашивал брюнет у гостьи. - Джонни... Прошу дай поговорить с Ромой. Я знаю он у тебя, - женщина сложила ладони перед своим лицом. Её глаза выражали страх и волнение. - Джонни, ну кто там? - голубоглазый решил не дожидаться и выйти посмотреть. - Я не вправе вам запрещать разговаривать с вашим сыном, - Джонатан повернулся боком, - однако если он откажется с вами говорить, то я буду вынужден выпроведеть вас за дверь. - Хорошо... Ладно, я согласна, - Екатерина, мать Ромы, перешагнула за порог, войдя тем самым в квартиру. Шатен тут же быстрым шагом пошёл обратно. Весь встревоженный он зашёл на кухню и сел на свое место, облокотившись головой на руку и медленно сжимая пучок своих волос. - Ром, что такое? Кто там? - начала задавать вопросы Таня, что ждала их все время на своём месте. - Моя мама... - он уронил голову, опираясь лбом об столешницу. - Она, наверно, поговорить пришла, - на данную догадку тут же последовал кивок. Бабушка подошла к Ромке и начала поглаживать его по спине, - Может все же пойдёшь поговоришь? Думаю, вы все ровно рано или поздно должны поговорить с ней. И раз предоставилась возможность, то почему бы нет? Как говориться: если не сейчас, то когда? Голубоглазый приподнял голову, после, посмотрев в одну точку несколько секунд, вскочил с места и направился в коридор таким же быстрым шагом, что и уходил откуда. - Ну, не судьба похоже.. - когда Рома ушёл, Джонни уже был готов выполнить обещанное, - может позже получиться... - Мне вообще не стоило приходить, - Екатерина не спешила уходить, её глаза пытались куда-то посмотреть, то тут же устремлялись вниз, будто все ей нагнетало и говорило о её положении, - Извините, что отвлекла вас и потратила ваше время. - Постой... - в коридор выбежал Рома, что крикнул вслед уходящей женщины. - давай все же поговорим. Катя тут же остановилась, услышав голос сына. В её глазах блеснула надежда. Шатена подошёл ближе, но, посмотрев в глаза полные какой-то непонятной для него искрой , тут же отвёл взгляд на Джонни. Тот, как не дурак, понял, что их надо оставить одних, и скрылся за углом на кухне. Рома пригласил пройти её в комнату, и, сняв обувь, она последовала за ним. Когда они прошли в комнату, голубоглазый прикрыл дверь и присел на диван, заодно приглашая сделать то же самое и свою мать. Катерина стоял перед ним и не делала никаких движений. Её глава вновь начали бегать по помещению, пытаясь за что-то зацепиться, чтобы начать разговор. Все эти действия сопровождала тишина, что так и просила заткнуть себя хоть какими-то словами. - Ром, я... - она попыталась начать, но ком в горле заставил её заткнуться. Прошло ещё какое-то время перед новой попыткой. - Я хотела сказать... - Катя поджала губы. - Прошу сядь, - было сказано чётко и твердо. Роман все так и не поднимал взгляд на мать. - Я не могу... Не могу сидеть, да что там... Даже находиться мне рядом с тобой тяжёло, после всего, что было. Нет... Мне все же не стоило приходить. А ведь я даже и не знаю, что тебе сказать. Думала найду подходящие слова по пути сюда, но нет. Уже стоя перед дверью, я в очередной раз пыталась прокрутить хоть что-то в голове, однако всё в очередной раз смешалось в кашу. А после все как в тумане, рука сама потянулась к звонку... и... Катя уже стояла на коленях перед сыном, держа его руки в своих, и пыталась взглянуть на его лицо, что скрывалось за челкой. - Я не должна была срывать свой гнев на тебя, ведь ты же ни в чем не виноват, и... и... - она вновь искала нужное слова, - О Господи, прошу, прости меня! Я пойму, если не захочешь... - Я-я п-попросил тебя сесть, х-хотя бы это выполни для начало, - голос шатена вздрагивал чуть ли не на каждом слове. Катя наконец села, и села она возле Ромы почти вплотную, до сих пор не отпуская его руки и не сводят с него взгляда. Они сидели несколько минут в полной тишине, и только пошмыгавание носа со стороны голубоглазого прерывало её. Через время его руки вырываются из плена и обвивают шею матери, а голова падает ей на грудь. Катя тут же обнимает его в ответ, пару раз целует в макушку и утыкается носом туда же, прижимая ещё сильнее к себе своего сына. Ну а как не простить собственную мать? Особенно зная, через что она прошла. И по её виду, общению было понятно, что она долго решалась на этот разговор, переосмысляя все события одна. Ведь не даром говорят, что самые одинокие - это самые добрые люди. И с этим не поспоришь... Люди частенько становятся злыми только потому, что окружающая среда давит, заставляя изменится, да бы защитится и чтобы тобой не воспользовались. Злость - это как некая маска, помогающая скрыться, не показывая свою слабину. Однако эта злость, эта ненавесть к другим где-то в глубине рушит твою человечность. К сожалению, в современном мире по другому нельзя. Только покажи свою покорность, свою доброту, свое смирение как тут же кто-то попробует этим воспользоваться. Людям ведь будет сложно защищать такого человека, ставя себя, по сути, под удар. Проще же воспользоваться этим добродушием ради своих целей. Мир же не сможет просто по щелчку пальцев резко стать понимающим. Поэтому проще закрыть, подавить всю доброту. Вот и одна из сложности жизни. Как вести среди своего окружения? Как проявлять свои эмоции, свой характер перед другими? О чем стоит говорить одному, но не стоит говорить другим? Что лучше утаить в себе, а может даже и забыть об этом, но не уничтожив при этом себя? Как реагировать на критику общества? Что из всех мнений надо брать на заметку, а на что надо просто забить? Как показать себя, но при этом не показаться хвастуном или эгоистом? Может вам покажеться, что вопросы вполне простые, но если учитывать все нюансы, то становиться не так уж и просто. Ха... Что-то понесло... Пока Роман и Екатерина разговаривали в комнате, Джонни со своей бабушкой ждали на кухне. - Может мне сходить проверить, как они там? - брюнет все время что-то беспокоило, и данный вопрос уже был задан где-то пятый раз. - Они должны сами, не стоит лезть, - дала Таня ответ со схожим смыслом как у предыдущих. Прошло около пятнадцати минут. Они так и сидели в ожидании результата разговора. Праздник давным-давно ушёл на второй план, и минуты считались не в ожидании прибывания двенадцати. Наконец-то на кухню вышел Рома, а за ним сразу аккуратно, чуть ли не крадясь, выходит его мать. Они рассказали о налаженных отношениях. - Ну.. Я, наверное, пойду. Не буду вам мешать. - сказала Екатерина. - И куда вы пойдёт? Оставайтесь с нами. Чего вы будете праздновать новый год одной, - Татьяна быстро встала и чуть позже вернулась с табуреткой. Теперь мест за столом хватит всем. Минута. Минута и этот год кончится. Кончится и его уже не вернуть. Только воспоминания будут напоминать о нем. На то это и воспоминания. И вот уже... пять... четыре... три... два... один... Часы бьют двенадцать, на улицах слышны фейерверки, а в домах слышны звуки тостов и звоны бокалов, которые тут же опустошаются. Может сразу, может через минут пять или может через несколько часов недоеденные салаты и остальные продукты уйдут в холодильник, а потом будут съедаться несколько дней. Наша четвёрка просидела два часа за столом, а дальше начали все по-тихому расходиться. Было решено, что Катя останется на ночь в комнате у бабушки. Хорошо иметь на такие случаи раскладушку. Первые из-за стола смотались Джонни и Рома, их с лёгкостью отпустили. - Ты уверен, что не хочешь ещё посидеть там? - спросил брюнет, закрывая дверь, после того, как они зашли в комнату. - Нет, хоть мы с мамой и поладили, но находиться рядом с ней все ровно не комфортно, - сидя на диване, голубоглазый запрокинул голову назад. - Ах... - Всё хорошо? - брюнет плюхнулся подле Ромки на диван. - Угу.. - Ладно, верю, - Джонни поцеловал того в весок. - И всё? - Большее получишь после, - он встал и ушёл к шкафу, где что-то искал. За его спиной выглянула заинтересованная макушка шатена, который на прежднем месте ожидал объяснений. - На, твой подарок на новый год. В протянутых руках были мягкая игрушка. И как вы думаете в виде чего? В виде курятины. - Это ведь... - Да, это та самая курочка, на которую ты смотрел во время прогулки к парку, - Джонни всунул игрушку тому в руки, - честно, я долго думал, что подарить, однако ничего и не придумал. Тогда и пришла идея с прогулкой, надеясь, что тебя что-то заинтересует на витринах или по итогу просто я бы тебя спросил. Ну думаю, какой вариант выиграл и так понятно. - Спасибо... Но теперь как-то неловко, ведь я ничего не приготовил. - И не надо, мне хватит простого твоего присутствия рядом, - брюнет навис над шатеном. Их взгляды пересеклись, и расстояние между лицами с каждой секунды уменьшилось. Джонни решил ускорить процесс и, сократив расстояние за одну милисекунду, впился в губы Ромки, сразу пытаясь углубить его. Голубоглазый же не противился, наслаждаясь моментом, который хоть и бывал в последнее время часто. После несколько минут наслаждением нежности от друг друга, они наконец легли. И курочка между ними. Их совсем не волновало, то как их застанут завтра. И если баб Таня могла это принять, то реакция Екатерины неизвестна. Но это важно. Сейчас их интересует только исходящие тепло от друг друга, при котором так и хочется уснуть.