Абсолютная сила

Мои глаза открылись. Я медленно приходил в себя. Во рту было сухо, как в Сахаре. Мое зрение прояснилось, когда мой мозг снова начал работать. Я сидел в кабинете Отто, перед его столом. Я понял, что мои запястья были прикованы к подлокотникам кресла. До меня дошло, что я голый по пояс. Я поднял глаза, чтобы увидеть Отто, но что-то было не так! Отто рассмеялся и заговорил на довольно хорошем английском без акцента. — Привет, Уильям. Я уверен, что у тебя много вопросов. Позвольте мне рассказать свою историю, а затем я отвечу на любой Ваш вопрос. У нас полно времени. Вы почти готовы принять мое завещание. Я покачал головой, пытаясь прояснить ее, и сказал: — Ты изменился. Отто широко улыбнулся мне и ответил: — Это моя настоящая внешность. Мне больше не нужно играть с тобой в комическую оперу дряхлого немецкого гения, Билли. У тебя было достаточно поводов для сплетен, но ты никогда этого не делал. Даже когда ты знал, что это поможет твоей карьере, ты преданно пытался прикрыть меня. Вот почему ты получаешь сегодня мой прощальный подарок. Я посмотрел на Отто, когда мои глаза стали более ясными. Он выглядел лет на пятьдесят, подтянутый и подкаченный, с копной черных волос. Сказать, что я был смущен было бы значительным преуменьшением. Отто продолжал — Я действительно довольно старый и неисчислимо злой Билли. Я окончил колледж в Германии перед Второй Мировой Войной. Я был врачом. Моей специальностью была биохимия. Я познакомился с доктором Джозефом Менгеле, который взял меня с собой в концлагерь Освенцим. Менгеле называли "Ангелом Смерти" за его эксперименты над заключенными в лагере. Я посмотрел на Отто. Мои глаза, должно быть, были такими же большими, как фары автомобиля. — Я тоже экспериментировал с этими невольными заключенными, Билли, без всяких угрызений совести. Не было никакого надзора. Мы могли делать все, что хотели, без каких-либо последствий. У нас была абсолютная власть в этих лагерях. Я узнал, путем ужасающих проб и ошибок, как человеческий организм поглощает лекарства. Инъекции, мышечные и венозные, ингаляции, таблетки. Как лучше доставить вещество, для быстрого усвоения и лучшего восприятия организмом. Я убивал заключенных в тех камерах. Так я учил свои уроки. Отто помолчал. Он достал бутылку с водой, брызнул мне в рот, успокаивая горло. Этот поступок настолько не вязался с его рассказом о зле, что я не мог его осмыслить и тем более понять. Отто пошел дальше: — Моя цель была проста, и сложна одновременно. Доставка лекарств была не целью, а средством для достижения целей. Я разрабатывал, а затем совершенствовал свой "Наркотик послушания". Отто сделал паузу, чтобы дать мне еще воды, прежде чем продолжить. — Мои эксперименты над, буквально, тысячами заключенных лагеря привели к тому,, что к 1944 году у меня был рабочий, инъекционный препарат, который подавлял свободную волю человека, совесть и социальные нравы, что приводило к беспрекословному роботоподобному согласию на любую просьбу или приказ. Только благодаря этим многочисленным смертям мне удалось синтезировать действующее лекарство. Я сомневаюсь, что исследователь, не имеющий доступа к тысячам расходуемых человеческих объектов, сможет повторить мой успех. Теперь Отто достал из шкафа в своем кабинете капельницу. Он повесил колбу с стерильным физиологическим раствором воды. Отто привязал мою левую руку и пальцы к маленькой мягкой доске, обездвижив ее. Он эффективно использовал иглу, чтобы вставить капельницу в локтевой части моей левой руки. Когда Отто открыл зажим на трубке, холодная вода из колбы охладила мою руку. Отто передвинул маленький столик рядом с моим стулом. Он разложил несколько горстей шприцов на десять миллилитров и иглы к ним. Затем он выстроил ампулы без опознавательных знаков. Затем пачки спиртовых тампонов. Я был спокоен, однако любопытен. Мое спокойствие должно быть было предупреждением прямо сейчас! Отто посмотрел мне в глаза, продолжая свой рассказ. — Наш лидер, Гитлер, был идиотом. У нас были реактивные самолеты до Перл-Харбора; в его увлечении войной с Россией мы не использовали их, пока не стало слишком поздно. У нас был современные штурмовые винтовки, но мы пошли на войну с той же винтовкой с затвором, которую кайзер использовал в Первой мировой войне. Отто отрегулировал поток из капельницы, когда начал вводить содержимое одной ампулы за другой в трубку, текущую в вену моей левой руки. Отто внимательно посмотрел на меня, оценивая мою реакцию, и продолжил: — Я завершил свои эксперименты. Я убирал за собой — убивая всех, кто мог связать меня с лагерями. Я использовал мягкую версию моего препарата, чтобы присоединиться к ракетной команде фон Брауна в Пенемюнде. Конец войны стал началом холодной войны с Россией. Холодная война сделала союзников врагами. Отто вернулся к своим измерениям и инъекциям. Он дал мне еще воды, когда продолжил: — У Соединенных Штатов была разработана послевоенная программа под названием операция “Скрепка”. Любой немец с "необходимыми" навыками был перемещен из Германии в США и поставлен на работу по защите от Красной Угрозы. В самом конце я был химиком ракетного топлива вместе с Фон Брауном. В конце концов я стал работать на "Тиокол", разрабатывая топливо для ракет "Минитмен" и "Меркурий". Когда люди потеряли интерес к военным годам, я "вспомнил" свою степень развития в биохимии, и перешел в MCL. А используя различные версии моей формулы послушания, я сделал здесь свою нишу(п.р. место с возможностями для применения своих способностей). Отто остановился, чтобы проверить поток из капельницы. Он посмотрел на капельницу, произнеся "отлично", прежде чем продолжить свой рассказ. — После более чем шестидесяти лет очищения, у меня есть много вариантов моего препарата с различными штампами. Одни длятся день, другие месяц. Инъекционные препараты длятся дольше всего, один год, а другой навсегда. Есть порошок для смешивания с пищей, капли для смешивания с напитками, таблетки и аэрозольные баллончики, — он счастливо улыбнулся, продолжая свою лекцию. — Эффект препарата был улучшен с меньшей роботоподобной реакцией и большим импринтингом, оставляя личность и интеллект субъекта. Конечный результат — меньше простого послушания и больше уважения, преданности и любви, что ведет к еще более сильному подчинению. Субъекты получившие препараты с более длительным воздействием — настроены на вас, предвосхищая ваши желания, ориентируясь на ваше счастье, комфорт и, конечно же, сексуальное удовольствие. Отто поднял четырехдюймовую толстую папку с тремя кольцами, набитую страницами. Он начал подробно объяснять изготовление каждой версии своего "наркотика послушания". А потом он обрушил на меня свою бомбу. — Ты, наверное, думаешь о наркотиках, которые текут в твою вену. Я хихикнул, а потом сказал: — В голове не укладывается, но да. Отто искренне рассмеялся. — Лекарства оказывают несколько эффектов, в том числе делают невосприимчивым к изменению ума или контролю над разумом, улучшают здоровье, продлевают жизнь, меняют функцию мозга, обостряют интеллект, улучшают сексуальную реакцию, делая более привлекательным для женщин. Я спросил: — Феромоны? Он ответил: — Да, но что еще более важно, комбинация препаратов, которые тело поглощает, на самом деле изменяет и улучшает функцию мозга. Для целей обсуждения рассмотрим "бодрствующие" области мозга, которые дремлют у всех остальных. Эти высшие функции мозга на самом деле проецируют желательность, притяжение и спаривание. Думай об этом как о сексуальном влечении мозга. Все это было слишком странно, но я все равно кивнул, счастливо улыбаясь, когда он продолжил: — Эта функция мозга естественным образом усиливает препарат послушания. Другая вещь, усиливающая действие препарата — это близость. Я спросил: — Что? Отто снова рассмеялся. — Близость. Ты будешь доминировать в своем гареме одним своим присутствием. Гарем покорных женщин будет влиять друг на друга, усиливая доминирование и эффект наркотиков, а также будет дополнительно влиять на других женщин, которые не употребляют наркотики — просто находясь рядом с группой, возможно, в торговом центре или в школе. Я спросил: — Мой гарем? Отто теперь выглядел серьезно, когда он ответил: — Я спросил твое самое заветное желание, которые ты жаждешь. Ты написал имена... Он указал на Блокнот на столе. http://tl.rulate.ru/book/27296/759378