Холодное сердце может любить

Утренняя планерка. — У нас новое дело, господа. В Хамовниках найден труп девочки – подростка, Соколова с Даниловым уже поехали. Тело скоро привезут к нам. Уходящая смена: Рита, Сергей свободны, спасибо за ночную смену. — Галина Николаевна, до свидания! – уже убегая, сказала Власова. И быстрым темпом направилась к выходу на проходной. На стоянке ФЭС Майский окликнул брюнетку. — Рит, тебя подвезти до дома? — Было бы неплохо, если честно, – протянула Власова. — Ты сегодня куда-то прям спешишь, – подметил Сергей за рулём. — Да вот знаешь, утюг забыла выключить, – ответила в своей манере Рита. Личная жизнь Власовой была за закрытыми дверями даже для коллег из ФЭС. Она не делилась ни с кем подробностями дел на личном фронте. Всегда выходила на работу, даже в праздничные дни, практически никогда не отказывала коллегам, если кому-то нужно было поменяться сменами. Но сегодня был особенный день и, слава богу, это был еще и выходной. Выскочив из машины и помахав Сергею рукой, она скрылась за дверями подъезда. На месте происшествия работала бригада ФЭС. Соколова осматривала место преступления, по кусочкам собирая улики в прозрачные пакеты. — Степ, ну смотри, здесь видимо и развязалась драма, судя по количеству крови. Не самое людное место: камер нет, рядом парк, - высказала Юля. — М-да, все как мы любим: труп и никаких зацепок. Ни орудия убийства, ни свидетелей,– дополнил Данилов. — Юль, я тут недалеко нашел платок носовой и еще одни капли крови, возможно, это оставил убийца. Закинь, пожалуйста, в коробку, пусть отвезут нашим. — Да, Степ, хорошо. Оперативники пошли прочесывать территорию в поиске камер. — Валь, ну что? – спросила начальница. — Жертва: подросток не больше 15-16 лет. Время смерти: 21:50-21:55. Убийца нанес ей 4 удара в область живота, 2 из которых были смертельны. Перед смертью у нее был половой акт, причем первый и в грубой форме. В крови никаких наркотиков и алкоголя, девочка на вид ухоженная, видно, что из благополучной семьи, – закончила патологоанатом. — Спасибо, зайду в лабораторию и сообщу родственникам. В лаборатории Тихонов проводил анализ крови, полученной с места преступления. Оксана занималась тем, что пыталась пробить по отпечаткам погибшую. — Ребята, ну что скажете? – на пороге стояла Рогозина. — В базах у нас ее нигде нет, но есть заявление матери о пропаже. По описанию похожа на нашу погибшую. Ершова Елизавета Васильевна, 16 лет. Живет недалеко от места, где ее и нашли. Ходила в школу, занимается танцами. Судя по заявлению матери, она вчера возвращалась домой с вечерней тренировки, но в квартиру так и не попала, - протараторил Тихонов. Оксана подключилась к отчету. — Мобильный вчера отключился в 21:50 в месте, где и нашли труп. Никаких угроз, звонков не поступало, все переписки подросткового характера: к какому уроку, что задали на завтра. Она отправила смс матери в 21:25, что тренировка закончилась, и она идет домой. Пока что всё, - сказала Амелина - мы еще работаем над остальными уликами. Галина Николаевна сидела в кабинете и пыталась дозвониться до Ершовой старшей, но телефон был недоступен. «Не к добру это...» – думала про себя начальница. — Кровь с носового платка не принадлежит погибшей! – провопил Иван - Есть совпадение по нашей базе ДНК! Это чья-то шутка? Не может быть!- продолжал вопить эксперт, - Надо еще раз переделать анализ! —Что там такое, Вань? – подъезжая на стуле к компьютеру, произнесла Оксана. — Звони Антоновой, этого не может быть... – дрожащим голосом повторила Амелина. Валя, которая только закончила последнюю экспертизу, примчалась в лабораторию. — Что у вас стряслось? – спросила патологоанатом, которая еще по телефону поняла, что произошло что-то страшное. — Валь, сделай сама эту экспертизу, кровь с носового платка прогони по базам, у нас с Амелиной какая-то ерунда, получается – пробормотал Тихонов. За свои 15 лет работы Антонова видела многое, но чтобы лучший хакер страны нервничал и волновался после обычной простой экспертизы - никогда. Для Вали самой большой болью было поступление на стол детей или подростков, ведь все они были невинны и чисты для этого жестокого мира. Она воспитывала двоих дочерей, поэтому переживала всегда, но сегодня на столе у нее лежала девушка-подросток, ровесница ее дочерям. Вскрывая тело ребенка, она будто ножом резала своё собственное сердце. А тут еще и эксперты со своим дрожащим голосом, что что-то не то получается. Валя спокойно протерла еще раз салфетку с каплями крови, отрезала ватную палочку и добавила к пробирке реагент, нажала на кнопку старт. Прибор, издавая звуки загрузки, показал: СОВПАДЕНИЕ 65 процентов по родственному признаку. Слева высвечивалась фотография: Власова Маргарита Сергеевна. Справа: вопросительный знак. Валя прямо осела на стул. — Подождите, вы хотите сказать, что убийца - родственник Власовой? - опешила Антонова — Мы ничего не хотим сказать, Валь, - сказали хором эксперты. — Ну, у Власовой есть ребёнок, – начала Оксана. — Да, но у нее сын, а это женская кровь, сейчас посмотрим по родству, — нажимая на кнопку, еще раз кивнула Антонова. Монитор снова показал: “Найдено совпадение по родственному признаку "мать-дочь" ”. — У Власовой есть дочь? – пытаясь подобрать слова, спросила Валя. — Получается, да, – опять хором сказали эксперты. На стол Галине Николаевне легли результаты анализа ДНК. Того самого, который трижды провели эксперты. Ошибки быть не могло. Начальница тяжело вздохнула и сказала: — У нас еще один труп. Ершова старшая. Наши уже работают там, – она взяла телефон и набрала знакомый ей номер. — Алло, Рит! Приезжай в ФЭС.

***

В доме Власовых. За 15 минут до звонка начальницы. Глеб сидел на кровати, державшись за голову, он только проснулся после перелета из другой страны. Парень занимался хоккеем и играл в молодежной лиге за Атланту в Бостоне, и они только что стали серебряными чемпионами. И вот он вернулся домой, чтобы продолжить тренироваться в родном клубе СКА. — Мам, а ты чего сидишь тут? – спросил сонным голосом Глеб. Вставая с кровати и обнимая Риту, он сел рядом с ней. Она тоже обняла его и поцеловала в макушку, вдыхая запах его волос. — Мам, что-то случилось? Ты какая-то грустная, на работе что-то не так? – спросил мальчик. — Её нет дома. И не было – тяжело вздыхая, произнесла Власова, обнимая сына. Глеб резко вырвался из объятий матери. Он побежал в коридор прихожей, но, не увидев обуви сестры, ни ее вещей, ни куртки, он прибежал в комнату и залез на второй ярус кровати: постельное белье, которое мама специально приготовила, было аккуратно застелено, но нетронуто. — Да такого быть не может, мам! – уже кричал Глеб. Хватаясь за голову, Власов младший понимал, что этот косяк мама явно не простит. Маме поставили ночную смену на работе, она заранее написала ему, чтобы он встретил сестру в аэропорту, потому что они прилетали туда с разницей в час. Но все пошло не по плану: Глебу перенесли вылет на 2 часа позже,а сестра наоборот прилетала раньше.Глеб сам написал ей смс, чтобы она не ждала его, а ехала домой. Они так уже делали, когда у мамы были ночные смены, и она не могла забрать сестру. Он был старшим в семье из детей и считался поддержкой матери, всегда помогал с сестрой: забрать после школы, помочь с уроками, пойти с ней в кино. — Мам, да она может, гуляет? – спросил он. — Глеб, твоей сестре 14 лет, она вроде бы не в том возрасте, чтобы не ночевать дома, – строгим тоном сказала Рита — Собирайся, поедем в ФЭС – добавила она. В этот момент зазвонил мобильный. На экране блокировки высвечивалось "Рогозина ФЭС". — Час от часу не легче с таких звонков - пробормотала Власова. Подняв трубку, сказала: — Да, хорошо. Скоро буду. Взяв документы из шкафа, они сели в машину и поехали к маме на работу. Всю дорогу Глеб говорил ей, что все хорошо и, наверное, она нашлась, раз начальница мамы позвонила. — Мам, прости, пожалуйста, не уследил, – оправдываясь, заговорил парень. — Да поздно уже “прости” говорить, Глеб, - ответила женщина. Она пыталась контролировать ситуацию, но внутри сердце обливалось кровью. Еще по голосу Рогозиной она поняла, что разговор, который она так тщательно откладывала 14 лет, состоится сегодня. Ей хотелось верить, что ее единственная дочь и вправду нашлась и уже сидит в буфете, пьет чай с Валей или Оксаной. Она осуждала сама себя, считая самой плохой матерью в мире. И что возможно именно ее дочь сейчас лежит в секционном зале морга или находится в опасности, что она не уследила за ней. Подъезжая к ФЭС, Рита прокручивала в голове самые худшие мысли. Припарковавшись, взяла папку с документами и вместе с сыном прошла через проходную.