Друзья поневоле

Шаг. Ещё шаг. Только чуткий звериный слух сможет уловить эти еле слышные движения. И дыхание. Ухо чуть дёрнулось, словно отгоняя назойливую муху. Хотя, какие мухи могут быть в середине марта? Не слишком хорошее время. Сырое и холодное. Снега уже почти нет, и подушечки лап, и голые ступни - есть же чудики, разгуливающие и в лютый мороз босиком - утопают в противном серо-буром месиве. Мало того, что холод от этой сырой «каши» пробирает до костей, так ещё талый снег умудряется заглушить все запахи. Плохое время. Голодное. Хуже бывает только в самые жуткие зимние холода, когда и люди, и животные стараются не высовываться из тёплых убежищ; или в страшную летнюю жару - тогда всё живое прячется от жестоких лучей палящего солнца. Я не люблю крайностей в погодных скачках. Они мне мешают. Как, наверное, каждому охотнику. Мысли прервало ощущение тяжести, наваливающегося тела. Удар. Негодующий вопль боли. Открыв глаза, я короткое время мог наблюдать за отлетевшим в сторону человеком. Облизнул ушибленный об него локоть. - Так не честно! Ты же спал! - Его неподдельное обидчивое возмущение меня забавляет. - Ага, а ты на свою… голову... или… что там ещё… меня разбудил. Не поднимая головы, я медленно окинул нападающего взглядом. Бледная кожа; небольшие карие глаза, то и дело вспыхивающие красноватым светом. Обманчивое впечатление слабости создаёт неимоверная худоба. Слегка выдающийся подбородок со шрамом и чуть заметные из-под верхней губы клыки. Обычный портрет обычного вампира. Который то и дело пытается попробовать меня на вкус. Причём – в самом прямом смысле этого слова. Кстати, шрам на подбородке – результат одной из таких попыток. Послал же Арх1 спутничка. Я чуть вздохнул. Затем поднялся, встряхиваясь и потягиваясь, разгоняя кровь в затёкших мышцах. Привёл себя в более привычный для окружающих вид. Ни один обычный и нормальный человек не стал бы спать на голом дощатом полу без особых на то причин. А кто сказал, что я подхожу под оба эти определения? Ой... Я уже упоминал, что глаза вампира порой светятся красным? Это бывает в двух случаях – или, когда он голоден, или, когда злится. Интересно – сейчас какой момент? Судя по всему – оба сразу. Вампир кинулся на меня, преодолев одним пружинистым прыжком довольно большое расстояние. И… Подножки мне удавались с детства. Этот назойливый тип осел, «поздоровавшись» со стеной лбом. Любой бы человек на его месте моментально «откинул копыта», а этому хоть бы хны. Я фыркнул, в очередной раз, наблюдая, как он встаёт, ощупывает руками голову. Подобные стычки происходят у нас довольно часто и заканчиваются одним и тем же. Не потому, что я сильнее или ловчее; просто вампир почти никогда не использует свои способности в полную силу. Вот и сегодня извечная война двух видов закончилась победой… - Ну что за народ?! Вас и на пару минут вдвоём нельзя оставить. Обязательно подерётесь. – Звонкий женский голос был полон негодования. А через секунду мы могли не только слышать, но и видеть хозяйку голоса. Высокая стройная красавица, обладательница огромных глаз необычного фиалкового цвета, обрамлённых длинными ресницами, и роскошной копны густых золотистых волос, закрывающих маленькие аккуратные остренькие ушки, и водопадом спадающих ниже пояса. Ещё одна моя головная боль. Сейчас фиалковые глаза пылали праведным гневом разбуженного человека. Безошибочно угадав зачинщика происшествия, девушка - если так можно назвать создание, прожившее уже с полторы сотни лет - обернулась к вампиру. Тот, как раз убедившись в целостности и сохранности своего мыслительного центра, с самыми серьёзными намерениями страшной мести двинулся в мою сторону. Голос девушки разом пресёк все его попытки. - Маркус, и тебе не надоело? Чуть не каждый день начинается подобным образом. - Но, Ами… - Амириэль, если тебя не затруднит! – Негодующе воскликнула моя невольная и, надо сказать, постоянная, защитница. Эльфийка, как и почти все представители её расы, терпеть не может сокращения своего имени и позволяет это делать только самым близким. Разумеется, ни Маркус, ни я в это число не входим. Существует единственное исключение из правил, когда посторонним разрешается сокращать имя эльфа. Это если нужно сказать что-то срочное и важное. Вот тогда, чтобы не терять даром времени, и можно назвать того или иного остроухого кратким именем, не боясь, что это сочтут за оскорбление. Вампир вздохнул, возводя глаза к потолку. Однако, не желая ссориться, послушно повторил: - Амириэль, мы и не думали драться. Просто… Утренняя разминка, чтобы не потерять форму. Однако подобные оправдания не устраивают Амириэль. Она обличающе уставилась на Маркуса. - Можешь не стараться меня обмануть. Ты опять пытался укусить Шэруса. - Но я уже три дня как голоден! – Взвился вампир. – А ему от пары глотков ничего не будет. О-о-о… началось. Это надолго. По крайней мере – рассказать о своих спутниках я успею. Вернее, кое-что уточнить. Итак, Маркус. Точнее, Маркус-Альберт вен Алвент’Гхор. Второй из троих сын высокопоставленного вампира из квенталиона2 Селеренга. Отец Маркуса – какая-то военная «шишка», приближённая к правителю квенталиона. В отличие от старшего и младшего братьев сам Маркус отказался продолжить военную службу, которая была родовым делом Альвент’Гхоров, и был изгнан из квенталиона с позором. Это то, что он соизволил рассказать о себе. От себя могу добавить – существо наглое, самовлюблённое и совершенно безбашенное. Осадить его может только Амириэль. Её вампир слушается и побаивается. Ещё бы: боевой эльф - это вам не мирный мужик-землепашец и не беззащитная юная девушка, заблудившаяся в незнакомом лесу. Эти двое каждый раз доводят меня до белого каления. Один - постоянными попытками подкрепиться мной и тем, что его вечно приходится вытаскивать из различных передряг, в которые он с неизменным упорством влипает. Другая - тем, что частенько, правда, безуспешно пытается наставить меня на путь истинный с тех самых пор, кстати, как уж с десяток лет назад мы познакомились. Я – тогда ещё совсем щенок-мальчишка – совершил такую глупость как охота в эльфийском лесу. Разумеется, получил стрелу. В грудь. Что любопытно – от самой же Амириэль. И она же выходила меня, когда увидела: кого подстрелила. И теперь достаёт своей материнской опекой. Не понимаю я этих эльфов. Что касается моего знакомства с Маркусом… До сих пор помню ту драку за добычу с большим бурым волком в голодную февральскую ночь три года назад. Уж не знаю – почему данный вампир выбирает именно этот облик во время охоты… В тот раз победителя не было, а, пока мы грызлись, крупный лось, которого мы оба выбрали в качестве добычи, успел убраться куда подальше. Короче говоря, эти двое таскаются за мной с упорством репейника, вцепившегося в собачий хвост. - Амириэль, ты прекрасно знаешь – я такой, какой есть. – Маркусу, видимо надоела очередная проповедь эльфийки, и он выскочил из комнаты, хлопнув дверью. В кои-то веки высказал умную вещь. - Амириэль, он прав. И я, и он такие, какими нас создала природа. И нас не переделать. – Вынужден был вступиться я за вампира. Ёлки, докатился…. А по тому, с каким видом девушка обернулась ко мне, понял, что нарвался. От очередной промывки мозгов или позорного бегства подобно Маркусу меня спасло появление в комнате невысокого полненького мальчугана в серой шерстяной рубашке и таких же штанах. Симпатичный такой мальчишка… Вампиру может понравиться. В гастрономическом плане. Я невольно хмыкнул, опустив голову и пряча ухмылку… Опять отвлёкся, прошу прощения. - Наставник Бартоломэо желает видеть вас, – глаза пацана бегали от лица разгневанного эльфа к лицу почти спокойного оборотня, не зная – кого опасаться сейчас больше. Упс... Спалился… Только вот не надо мне разъяснять – ЧТО такое оборотень. Знаю. На своей шкуре. Ладно, отложим воспоминания на потом. Тем более что Амириэль уже о чём-то беседовала с пацаном. Оказывается, он поинтересовался – куда делся наш третий спутник. - Вот пойди и разыщи, если он тебе так нужен, – буркнул я, представив себе картинку встречи вампира и лакомого кусочка в лице малолетнего ученика магика. И тут же на меня были обращены два взгляда. Испуганный – мальчишки - Тьма побери, да где этот Бартоломэо подбирает таких нервных учеников? - и полный укора – эльфийки. Как же меня раздражают подобные взоры. Первых – испуганных – я за свою жизнь навидался вдоволь. Правда, обычно они сопровождаются хватанием за луки с серебряными наконечниками стрел, ружья с серебряными пулями, осиновые колья и фляги со святой водой. Последние два средства, кстати, практически бесполезны. Конечно, быть проткнутым острым колом очень неприятно и порой бывает смертельно, но… Почему именно осиновым? С таким же успехом можно взять дубовый, берёзовый, еловый. Любой. Что же касается воды... Если очень постараться, то утопить можно и в обычной. А вот серебро, особенно используемое для изготовления оружия – штука пакостная. Жжёт не слабее огня. Почему? Не спрашивайте. Не знаю. А и знал бы – не сказал. Второй же тип взоров… Да Тьма подери, я ж не маленький уже. Ненавижу его ещё потому, что он напоминает мне детство и мою мать. Нет, у меня никогда не было ссор и разногласий с матерью, таких, чтобы переругаться вусмерть, но… Не хочу вспоминать. Так, опять я ушёл от сути. Взгляды в мою сторону между тем сменились с испуганных и укоряющих на выжидательные. Я глубоко вздохнул, стараясь сохранить спокойствие. - Амириэль, если кому-то нужно общество этого клыкастого кровососа, то этот «кто-то» явно не я. И искать его не собираюсь. Убедившись в твёрдости моего решения, эльфийка одарила меня ещё одним укоризненным взглядом. - Ладно. Я поищу Маркуса. Надеюсь, он всё же не уехал. А ты пока иди – не стоит заставлять себя ждать. Она выскользнула из комнаты, оставив мальчишку наедине со мной. Я же не идиот – пытаться питаться (прошу прощения за тупую остроту) там, где живу, хотя бы даже и временно. Тем более – убивать в гостях – дурной тон, а в гостях у магика – ещё и опасно. Я это прекрасно понимал. А вот мальчишка, очевидно, нет. Поэтому сразу же занервничал и заторопился. - Пойдёмте. Наставник ждёт. - Он вышел, даже не удостоверившись – иду ли я за ним. Кстати, в какой-то миг было огромное желание плюнуть и никуда не ходить... Точнее – уйти из этого места совсем, не встречаясь с магиком. Но я представил себе очередной упрекающий взгляд эльфийки…. Да и любопытство – за каким, собственно, нас пригласили – пересилило. Кстати, именно пригласили. Правда, весьма оригинальным способом. Несколько дней назад, когда мы в очередной раз переругивались по пустякам, столкнувшись совершенно неожиданно вместе в какой-то забегаловке, к нашему столику подошёл невысокий довольно крепко сбитый человек с длинными тёмными волосами и цепким взглядом серо-синих глаз. Не теряя времени на церемонию представления и даже не присев, он назвал наши имена, весьма вежливо, но твёрдо сказал, что магик и чаровник Бартоломэо желает побеседовать с нами о деле, касающемся не только наших жизней, но и спасения нескольких квенталионов. В голосе незнакомца не было и намёка на шутку. Поставив нас в известность и, не дожидаясь вопросов, человек торопливо вышел из харчевни. После короткого, но бурного спора (- А за каким друхлем3? Почему именно мы? – вампира; - Мы обязаны помочь! Поэтому должны идти! – эльфийки; - Ну, Маркус хоть и прав – почему именно мы и что именно делать-то, но мне моя шкурка дорога, как память. Следовательно – если дело и впрямь серьёзное – идти надо. А там уже разберёмся – что и как. – Моё.), мы оказались вчера вечером перед дверьми большого каменного дома. На стук вышел тот же самый мальчишка, что вёл меня сейчас к магику; молча и явно торопясь, провёл на второй этаж. Там нас уже ждал разведённый в камине огонь и весьма скромный человеческий ужин. Жареное мясо, овощи, явно выращенные при помощи магии – в самом-то начале весны, вино. От последнего мы все трое дружно отказались. Во-первых – любую жидкость «заговорить» гораздо проще, чем еду. А во-вторых – вино притупляет чутьё. А Амириэль к тому же не стала есть мясо. Переглянувшись с вампиром, мы дружно отдали эльфийке почти всю растительную пищу, оставив себе по андарлену4. Я, правда, по наглому стащил ещё пару паркар5. Покончив с ужином, мы разошлись по трём соседним спальням. На месте магика было весьма разумно предоставить каждому из нас отдельную комнату. Правда, я предпочёл ночевать на полу, а не на кровати. Это даёт возможность не слишком расслабиться и быть начеку, что с таким соседом как Маркус вовсе не лишнее. Как можно было заметить – утро началось весьма бурно. Следуя за мальчишкой, я ощутил почти кожей исходящие от него волны страха. Интересно – как он будет бороться с такими, как я или Маркус, если боится чуть не до обморока? А уж то, что из него хотят делать боевого чаровника-охотника – это я смог бы утверждать на все сто процентов. Насчёт рабочего направления того или иного магика моё чутьё никогда не подводит. А в человеческих квенталионах на таких, как я, охотятся, будь здоров. Хотя и оборотни, и вампиры даже среди людей считаются разумными расами. А ещё нас называют кровожадными монстрами. Хотя мы охотимся исключительно в поисках еды и убиваем ради защиты себя и своих жилищ. Я тихонько фыркнул в ответ на свои мысли. Пацан тут же вздрогнул, чуть ускорив шаг. «Надо будет сказать его наставнику, чтобы ученичка валерьянкой попоил что ли.» – Мелькнула у меня в голове ехидная мысль. - Слушай, тебя как зовут-то? От звука моего голоса парень чуть не подпрыгнул. А ведь я всего-навсего старался быть вежливым и разрядить напряжённую тишину. Великая Тьма… Скорей бы уж прийти … Словно в ответ на мои мысли мой провожатый, кстати, так и не назвавший своё имя, толкнул небольшую дверь, впустив меня в помещение, так же торопливо захлопнул её, оставшись снаружи. Ловушка?! - Не стоит так напрягаться, Шэрус. И так сверкать глазами тоже не надо. – Негромкий голос, в котором еле слышно проскальзывают насмешливые нотки. Обернувшись. я встретился с весёлым взглядом ярко-синих глаз, в котором пляшут смеющиеся искорки. Хороший взгляд. Спокойный и уверенный. И опасный. Как и его хозяин. Быстро оценивающе я окинул его фигуру взглядом. Высокий хорошо сложённый мужчина. Крепкое тренированное тело, быстрые, но экономные движения выдавали опытного воина; а выражение лица – многолетнюю мудрость. Длинные светлые волосы, собранные тёмно-синей шёлковой лентой в «хвост», придавали сходство с эльфами. Но нет, это человек. Мда-а… Такого интересно иметь врагом. Я чуть вздёрнул верхнюю губу, демонстрируя клыки. - Уж не думаешь ли ты угрожать мне, магик? Или командовать, словно комнатной собачонкой? Он едва заметно качнул головой. - Вовсе нет. А вот твоя горячность когда-нибудь погубит тебя. Кстати, а где твои друзья? Ведь вы прибыли втроём… Вот тут настал мой черёд смеяться. - Друзья? Магик, у меня нет, никогда не было и никогда не будет друзей. Друг оборотня… Это даже звучит забавно. Что касается тех двоих, которые мне уже поперёк горла стоят… Ты же волшебник, всё знаешь. Даже наши имена… Так, наверняка знаешь и то – где они находятся в данный момент. Меня, к примеру, это нисколько не беспокоит. Ты, кажется, хотел поговорить… - Со всеми троими. – С нажимом проговорил он. Я передёрнул плечами. - Тогда существует два пути. Либо ты говоришь мне – ради чего пригласил нас, а я уже передаю твои слова тем двоим, если они ещё не смылись. Или подождём – может они подойдут. – Я вопросительно глянул на человека. Тот в задумчивости кивнул. Затем чуть рассеянно, очевидно, размышляя о чём-то своём, пригласил меня сесть. Надо же – вспомнил о правилах приличия. Я устроился в одном из трёх кресел, расположенных полукругом у большого дубового стола. Создавалось впечатление, что эти кресла нарочно расставлены именно так, чтобы сидящий напротив за столом мог видеть лица посетителей. За свою жизнь я повидал немало. Но вот комнаты в жилищах чаровников в этот список пока ещё не входили. Так что сейчас я с интересом оглядывался кругом, не особо заботясь о том, что со стороны это может показаться невежливым. Впрочем, ничего особо необычного и любопытного на первый взгляд не обнаружилось. Уже упомянутые стол и кресла, огромный старый шкаф с книгами. На полках другого – различные вещи предметной магии. Вглядываться: что это конкретно – я не стал. В углу – закрытая светлой тканью клетка. Так, зря сказал – что ничего любопытного…. Звериным чутьём я ощутил – кот-баюн. Детёныш. 6Хммм… Похоже – у чаровника проблемы со сном? Или у его нервного ученика? Ну, это и немудрено. А может, из этого котёныша растят боевого зверя? Тоже не исключено. И тренажёрный экземпляр - в моём лице - сейчас совершенно спокойно расселся неподалёку. Из клетки раздался тягучий звук, от которого я невольно напрягся и оскалился. Магик подошёл к клетке и, положив руку на ткань, что-то торопливо и, одновременно, напевно проговорил. Детёныш в клетке завозился, очевидно, устраиваясь поудобней, затих. - Не волнуйся. Шэрус, Малинок ещё совсем крохотный и не причинит тебе никакого вреда. Да и не собирался я на тебя его напускать. И пугать не имел намерения. Ага… «Успокоил». Не собирался он. И на том спасибо. Я не удержался и последнюю мысль высказал вслух. Причём весьма немирным язвительным тоном. Да Тьма раздери, а что вы от меня хотите?! Притащили почти невольно неизвестно к кому неизвестно зачем, в «милой» компании эльфийки и вампира; да ещё детёныш кота-баюна рядом воет. Тут любой оборотень вызверится. Хммм… Этот тип – исключение из всей братии магиков что ли? По крайней мере, ещё ни один из тех немногих чаровников, с кем я в своё время имел дело, не обладал такой поистине железной выдержкой и терпением. Хотя, если учесть, что я, точнее – мы все втроём – ему нужны, то, думаю, терпеть мои выходки этот человек будет ещё долго. Ну да ладно, хорошего понемногу. Ссориться с чаровником по пустякам – дело глупое. Я молча и вопросительно уставился на Бартоломэо, который с задумчивым видом глядел в окно, словно забыв о посетителе и о деле. Испытывает моё терпение? Или всё же решил подождать эту «сладкую парочку»? Похоже – что второе. Так как буквально через пару минут уже знакомый мальчишка вновь открыл дверь, пропуская в комнату сперва вампира, затем – эльфийку. Кстати, Амириэль задержалась, что-то говоря парню. Тот кивнул в ответ, слабо улыбнувшись. И поспешил оставить своего наставника наедине с гостями. - Приветствую вас, прекрасная госпожа Амириэль Аааль’Таана. И Вас, высокородный господин Маркус-Альберт вен Алвент’Гхор. – Чаровник повернулся и отвесил вновь пришедшим уважительный поклон. Хха… Скромный оборотень удостоился лишь нравоучения… Я насмешливо оскалился. Обижаться? Вот ещё. Наоборот – ситуация меня позабавила. Хотя бы потому, что вампир не любит, когда упоминают его полное имя. Интересно – как отреагирует? Странно… Промолчал. Только угрюмо кивнул и молча устроился в кресле. Зато Амириэль, очевидно, желая сгладить наше «нетактичное» поведение, ответила на приветствие весьма витиевато, желая магику всяческих благ и уверяя его в наших добрых намерениях. Тошно, право слово. Я невольно поморщился. Благо ни эльфийка, ни магик этого, кажется, не заметили. Зато Маркус еле слышно фыркнул и, подмигнув мне, состроил недовольную мину, кивнув в сторону Амириэль и чаровника. М-да. Иногда наши с вампиром ощущения и мысли бывают схожи, особенно если это касается отношения к людям и… остальным расам. В следующую минуту, когда с взаимной вежливостью было покончено, эльфийка устроилась в кресло среднее между моим и Маркуса, а чаровник занял место за столом; мы с вампиром сидели, как два примерных мальчика; хотя меня разбирал смех. - Итак, теперь, когда вы все трое в сборе, я бы хотел прояснить цель, ради которой я пригласил вас сюда. – Магик поочерёдно окинул нас троих пристальным взглядом. То ли проверяя на «готовность к подвигу», то ли нагнетая обстановку. В принципе, мне, что называется – до задних лап. - Наконец-то. – Фыркнул вампир. Я подумал, что он заработает очередную нотацию от эльфийки, но наша правильная даже не удостоила Маркуса взглядом, вся превратившись во внимание. А Бартоломэо словно ждал подобных слов для того, чтобы продолжить. По мере того, как чаровник рассказывал, я ощутил, как у меня всё больше округляются глаза, и отваливается челюсть. У моих спутничков, думаю, была та же реакция. По крайней мере, я смог заметить изумлённый и встревоженный взгляд Амириэль. Ну, а уж если эльфийку пробрало, то что говорить о Маркусе? По-моему, даже котёныш в клетке замер. Немудрено, если учесть – ЧТО мы услышали. Суть долгого и пространного повествования заключалась в следующем. У чаровника «свистнули» некий магический предмет, позволяющий отбирать Силу у любого магического существа и порабощающий волю этого самого существа, подчиняя её владельцу предмета. Зачем данный предмет был нужен самому чаровнику, он, разумеется, не сказал. Причём, похитил, а, точнее – выманил обманным путём у одного из учеников чаровника, этот предмет не кто иной, как Каллистер. Я уже говорил о характере Маркуса? Так вот – добавьте к этому дикое властолюбие, хитрость и облеките это всё в драконью шкуру – и вы получите представление – кто такой Каллистер. По крайней мере – такой слух о нём ходил по многим квенталионам. И ни у кого никогда не было повода усомниться в правоте этого слуха. Судя по рассказу чаровника, крылатый ящер, приняв человеческий облик, заявился в дом Бартоломэо, когда того не было на месте. Представившись давним другом магика, вернувшимся из дальних краёв, он сумел внушить одному из учеников чаровника провести его в комнату наставника. Ту самую, где мы сейчас сидели. Магик указал нам на полку шкафа, где раньше лежал предмет. Даже я ощутил весьма сильную защиту, окружающую простенький с виду шкаф. Но магия драконов сильней человеческой, поэтому Каллистеру не стоило большого труда взломать магическую защитную стену. После чего он, без зазрения совести убив сопровождающего его мальчишку и, стерев память остальным, преспокойно убрался. Чаровнику потом пришлось довольно долго и упорно разбираться, подбирать нужные для восстановления памяти заклинания, чтобы понять – что же всё-таки случилось. Мне почему-то пришло в голову – уж не задействовал ли он заклинание некромагии, чтобы расспросить убитого. Хотя было непохоже, чтобы Бартоломэо практиковал науку поднятия мёртвых. Это я ощутил бы моментально. Да и Амириэль с вампиром – тоже. Бартоломэо закончил рассказ, в комнате наступила звенящая тишина. Раздавшийся через какое-то время голос вампира показался мне сродни грому. - История, конечно, весьма увлекательная. И поучительная для Ваших учеников – нечего посторонних в дом пускать. Но при чём тут мы? Если Вы знаете – кто похитил эту штуковину, почему Вам самому не отнять её у ящера? Ну, или нанять… какого-нибудь жаждущего приключений и славы рыцаря. Не знаю, как насчёт Амириэль и этого… - Маркус мотнул головой в мою сторону, - а меня не прельщают ни слава, ни приключения, если впереди мельтешит смертельный исход в виде драконьей пасти. Меня такая перспектива тоже не радовала, тем более – в компании этого кровососа…. Но я благоразумно промолчал, видя, какой взгляд бросила на Маркуса эльфийка. Только присутствие рядом чаровника спасло вампира от очередной лекции на тему… короче, на много тем сразу. - Дело в том, досточтимый Маркус-Альберт вен… - Чаровник заметил показавшиеся из-под верхней губы вампира клыки, закончил, не завершив полного титула, - никакой человек, даже магик самой высшей категории, не сможет подобраться к жилищу Каллистера. Там стоит мощнейшая магическая защита. Но, ни на кого, кроме людей, она не действует. - Угу. Потому что кроме помешанных на подвигах рыцарей и чокнутых магиков, теряющих свои вещи, ни один идиот туда просто не сунется. – Фыркнул Маркус. - Вот именно. – Кивнул чаровник, не обращая внимания на «чокнутых магиков». - Ладно, но почему все-таки мы? - Не унимался вампир. Неожиданно для самого себя я поддержал его в этом вопросе. Попадать в спасатели человечества мне не хотелось. Так же, как путешествовать в пасть дракона в подобной «тёплой и дружной» компании. - Потому что я вас попросил. - Улыбнулся чаровник. Я заметил, как по помрачневшему лицу вампира мелькнул красноватый отблеск глаз – Маркус еле сдерживал рвущееся наружу раздражение. Непонятно было – почему он ещё не кинулся на наглеца-человека. Я и сам испытывал жгучее желание хорошенько двинуть шутнику, но… Оборотней в природе не так много, как остальных рас, поэтому чувство самосохранения у нас развито до предела. Очевидно, почуяв угрозу хозяину, котёныш в клетке вновь «завёл песню». Маркус побледнел. - Предупреждать надо. – Прошипел он, морщась как от головной боли. Магик снова успокоил зверя, подойдя к клетке. Я сам, как и вампир, поморщился, хотя за время, проведённое в комнате, уже успел притерпеться к присутствию баюна, да и он до этих пор не подавал признаков жизни. Однако песня котёныша, заставившая кривиться, не помешала мне ехидно хмыкнуть: для Маркуса, как-то хваставшегося, что он может почуять присутствие любого существа в радиусе пяти эльтов7, это было неожиданностью. - Скажите, уважаемый Бартоломэо, - подала голос Амириэль, - а Вы уверены, что Каллистер уже не использовал амулет для своих ужасных целей? - Увы, досточтимая Амириэль Аааль’Таана. – Чаровник покачал головой. – То, что амулет уже используется, вполне вероятно. Хотя для того, чтобы ввести его в полную силу, нужна некая формула заклинания. а также довольно долгая подготовка к ритуалу; да и сам ритуал занимает немалое время. Дракону формула неизвестна; но, как я уже говорил, драконья магия сильнее человеческой. Так что вполне возможно, что Каллистер найдёт другой способ применения Ожерелья. Хммм... Ну наконец-то. Хоть узнали – какого вида этот предмет. - Следовательно, нам надо как можно скорее постараться вернуть Ожерелье, пока Каллистер не натворил непоправимых бед. – Амириэль тревожно посмотрела на чаровника. Тот согласно кивнул. – Я прошу вас всех воспользоваться до завтра гостеприимством этого дома; сам же я займусь тем, чтобы подготовить всё необходимое для похода. - Человек поднялся из-за стола, показывая, что беседа завершена. Бартоломэо только раз до этого поднимался с кресла, успокаивая зверёныша, а потом вновь вернулся на своё место за столом. Первым вскочил Маркус. Не обращая внимания на пацана, отпершего ему дверь, клыкастый торопливо вышел из комнаты. Причём выражение лица вампира было таким, что я даже эльфийке не посоветовал бы сейчас вставать поперёк дороги этому типу. М-да, можно сказать – день для Маркуса не задался с утра. В таком состоянии может сотворить всё, что угодно. Девушка, как и я, осознала, что все ученики мага - хотя лично я до сих пор видел только одного - могут находиться в опасности. Извинившись перед чаровником за поведение вампира, Амириэль торопливо последовала за Маркусом. Как ей удаётся каждый раз приносить извинения так искренне и с достоинством – не понимаю. И, кстати. интересно - она что, будет всё время бегать за ним, как за нашкодившим котёнком? Эта мысль меня позабавила; так как я представил себе реакцию клыкастого – не самую доброжелательную, надо сказать. Кстати, это было бы весьма забавно – понаблюдать за ними в пути… Если мы всё-таки отправимся туда втроём. Хотя… Пожав плечами в ответ своим мыслям, я повторил вопрос – почему именно мы трое? Магик очевидно думал, что мы ушли из комнаты все трое, так как подошёл к клетке, собираясь открыть её. Обернувшись, он удивлённо посмотрел на меня, как на заговорившую статую. Опустил руку, не стянув ткань. – Потому что вы все трое наиболее подходите для этого. Расплывчатый ответ меня не удовлетворил. Но было видно, что чаровник большего не скажет. Я вздёрнул верхнюю губу, чуть обнажив клыки, не угрожая - я ж не самоубийца, повторяю -, а всего лишь досадуя. В глазах чаровника мелькнула лёгкая усмешка. Так глядит на нетерпеливого ребёнка снисходительный взрослый. Так порой на меня смотрит Амириэль. Бесит. И вот тут я не стерпел. Оскалившись, глухо зарычал, глядя в глаза чаровника. С обычными людьми это иногда проходит. Слишком сильно в них сидит страх перед такими, как я, перед хищным зверем… Но не в этот раз. - Не надо, Шэрус. – его голос, звучащий глухо и словно в отдалении, я различил, окутанный туманом боли. Я помотал головой, прогоняя из сознания странное ощущение. Ошарашено посмотрел на магика: - Это… Это что такое? Впервые с подобным сталкиваюсь. - Обычный щит от мысленной атаки. На существ, подобных тебе, действует сильней, чем на другие расы. Тебе нужно учиться контролировать свои эмоции, если хочешь дожить до глубокой старости. Так как в этом мире есть многие, кто сильнее тебя. - Спасибо за заботу. Уж лучше бы ты следил за психическим здоровьем своих учеников. – Согласен, может мой тон был слишком ядовитым и злым – даже котёныш снова «завёл песню» - но я терпеть не могу подобных наставлений. Не маленький. Короче говоря – настроение враз было испорчено. Нарочито медленно я поднялся с кресла и вышел из комнаты, замедляя шаг. Так, словно ждал, что магик заговорит. Но я уже знал – всё сказано. Остаются лишь пустые, ничего не значащие напутственные слова, которые будут произнесены, когда мы будем в седле. Хотя… Чаровник производил впечатление неглупого человека. По крайней мере – на первый взгляд. Так что могло оказаться – или обойдёмся без напутственных речей, либо эти речи не будут столь пустопорожни. Почему-то мне думалось о походе, как о деле уже решённом. Ладно, поживём – увидим. Сейчас я был слишком зол и голоден, чтобы думать о той авантюре, в которую меня пытались втянуть. Или уже втянули. * * * Я вышел во двор, огляделся. Если стоять спиной к дому, то по левую сторону расположилось строение, которое я определил, как конюшню. А чем ещё может быть здание, откуда тянуло острым терпким запахом взволнованных копытных? Видно, они тоже учуяли необычных гостей хозяина. К тому же – три источника лошадиного запаха были мне знакомы уже довольно давно. Как я уже говорил – я не охочусь там, где живу. Немного постояв, медленно опустился на колени. Я никогда не тороплюсь, если для этого нет острой необходимости. Закрыл глаза. Перед опущенными веками словно вспыхнул яркий слепящий огонь, мгновенно заполняя тело и сознание. Всё моё существо возопило от ощущения, будто меня разрывает на части раскалёнными щипцами. Именно поэтому я не захожу в города и селения, если улавливаю слух о том, что там состоится казнь. Слишком хорошо знаю – каково приходится тем, кто приговорён. Боль достигла предела; кажется – ещё немного, и сердце не выдержит. Но крик, наконец, вырывался из горла, и тут же стало легче. Я постоял пару секунд, приходя в себя, потом открыл глаза. Отдёргнул лапу, заметив, что наступил в холодную кашеобразную лужу талого снега. Конечно, будь я в человеческом облике в сапогах – то и не обратил бы внимания на эту мелочь. Но чувствительным подушечкам лап соприкосновение с ледяной жижей крайне неприятно. Кстати, зря только котов представляют неженками, когда видят, как тот или иной кот брезгливо стряхивает воду с лап. Какую-то минуту я занимался тем же самым. Потом плюнул на это – всё равно вымочу шерсть – и несколькими большими прыжками удалился от негостеприимного дома магика, направляясь в сторону виднеющегося неподалёку леса. * * * Тёплый сладковатый запах ударил в ноздри, как только я добрался до опушки леса. Хорошо, что ветер сейчас дул в мою сторону. Слиться с тающим снегом, ещё не совсем сошедшим в лесной местности – дело не слишком лёгкое. Мне пришлось прижиматься брюхом к сырой холодной поверхности. Источник запаха становился всё ближе… Неожиданно к нему примешивается ещё один, пришедший издалека. Я напрягся. Метнулся в сторону и вперёд. Раздался еле слышный свист, короткий предсмертный вопль; прямо передо мной взвился вверх и тут же рухнул заяц с торчащей из горла стрелой. Тьма раздери этого явившегося в лес охотника! Я зло взревел и кинулся вперёд, надеясь успеть, пока наглец не успел наложить на лук вторую стрелу. Впереди мелькнули перепуганные карие глаза мальчишки в серых штанах и куртке, твёрдые уверенные зелёные – второго. - Не бойся, Лейни, это всего лишь волк. Дурак. Не может волка от оборотня отличить. Увернувшись от предназначенной мне стрелы, я рванулся напролом через кусты вглубь леса. Конечно, я мог бы запросто броситься на маленького лучника… Но звериное чутьё подсказало, что делать этого не следует. Утешительный приз в виде годовалого оленёнка попался мне, по счастью, довольно скоро. Животное скакнуло вперёд, стараясь ткнуть меня маленькими, но уже острыми рожками в бок, а, промахнувшись, принялось удирать. Будь на моём месте обычный волк, оленёнку, возможно, и удалось бы уйти; ему помогали не увязающие в снежно-землистой каше копыта и чуть меньший, в отличие от моего, вес. Но его преследовал не обычный хищник, а оборотень, обладающий большей выносливостью и почти человеческой хитростью. Помотав зверя по округе и дождавшись, пока он подустанет, я направил его в просвет между несколькими кустами орешника. А когда олень заметался, выбирая – куда бы проскочить, я прыгнул… Никакой, даже самый роскошный и богатый пир не сравнится со свежеубитой, ещё трепещущей в последней тщетной попытке сопротивляться жертвой охоты. Не стану шокировать тех, кому жалко бедненьких зверушек подробным описанием. Но охота явно удалась. Что значительно подняло мне настроение. И даже обратное превращение там же в лесу было хоть и болезненным, но не более неприятным, чем всегда. * * * - Шэрус, где ты…? - Завтракал. – Коротко оборвал я незавершённый вопрос Амириэль. Взгляд эльфийки, окинувшей мою встрёпанную фигуру, был красноречивее всяких слов. Однако мне сейчас было до задних лап8. – Ами, если ты хочешь, чтобы мы отправились за этим Ожерельем, тебе придётся перестать командовать мной, словно заботливой матушке, опекающей неразумного младенца. Договорились? Девушка явно не ожидала от меня подобной отповеди, поэтому застыла на месте, широко раскрыв фиалковые глаза и нервно, как кошка, подёргивая острыми ушками. Картинка была столь забавна, что я не выдержал и рассмеялся. - Что тебя так развеселило, Шэрус? – Звонкий девичий голос заставил меня резко развернуться; я чуть не поскользнулся и еле сохранил равновесие. Соскочившая с рыжей кобылки девушка была очень похожа на Амириэль. Только волосы были серебристые, а глаза – цвета молодой листвы. Девушка подошла ко мне, легко провела рукой по щеке, попутно стерев кровь. Так вот почему Амириэль так ошарашено посмотрела на меня в первую минуту, когда увидела… - Опять охотился? А подождать, чтобы позавтракать со всеми нормально, как всегда терпения не хватает. – В словах новоприбывшей, в отличие от тона Амириэль не было ни упрёка, ни поучения; только лёгкая насмешка. - Лина… - В первый миг мне захотелось взвыть и дать деру. - Линиэль, если не затруднит. - Эльфийка, явно скопировавшая тон Амириэль, прыснула. Я тоже рассмеялся. Младшая эльфийка, в отличие от старшей сестры, относилась к подобным сокращениям имени гораздо спокойней, не считая их за оскорбление. Лина подошла к старшей эльфийке, слегка поцеловала в щёку. – Привет, сестричка. Опять решили без меня удрать? Нет уж, не выйдет. Ха. Если со мной или Маркусом у Амириэль получается играть роль заботливой матушки, то с младшей сестрой этот номер не проходит. Это зеленоглазое чудо может с милой улыбкой кивать, а потом сделает так, как считает нужным ей самой. Вот и теперь – твёрдо настроена на то, чтобы мчаться с нами… даже не зная – куда именно, не слушая возражений сестры. Да и вообще – не нашёлся ещё везунчик, которому удалось бы уговорить или заставить Лину слушаться, если ей этого не хочется. Амириэль, правда, попыталась… - Линиэль, ты никуда не идёшь с нами… - Конечно, не иду. – Та лучезарно улыбнулась. – А еду. Что я, по-твоему, зря у Эл-Эрдэма Лисичку выпросила? Дальнейшие расспросы и пререкания были прерваны появлением на дворе двух мальчишек. Оба были облачены в серую шерстяную одежду, у одного в руках был лук, а за спиной – колчан со стрелами. Второй – младший – гордо нёс подстреленного зайца. Оба малолетних охотника дружно поприветствовали нас. Затем младший пацанёнок, отдав убитого зайца старшему приятелю, с детской непосредственностью кинулся к лошади Лины с восторженным воплем: - Какая красавица! Я понадеялся, что это восхваление относилось именно к Лисичке, а не к её хозяйке. Хотя та с полным правом могла претендовать на такие же комплименты. Пока Лина и кареглазый мальчишка – наверняка один из учеников Бартоломэо – беседовали о рыжей кобылке в частности и о лошадях вообще, внимание Амириэль вновь переключилось на меня. Однако теперь её волновали не моё поведение и внешний вид. Слегка кивнув в сторону увлечённо беседующей с мальчишкой сестрёнки, эльфийка чуть вздохнула. - Ну и как отвязаться от этой несносной девчонки? Э… Я приложил усилие, чтобы не показать – насколько я удивлён. Да скорее у Каллистера отсохнут крылья, чем Амириэль попросить у кого-то совета. Хотя нет, я так зря. Подобное «драконовредительство» свойственно скорее Маркусу. Не показав своего изумления, я как можно равнодушнее пожал плечами. – Мне, честно говоря, до задних… Пусть едет. Врал я по-страшному. Во-первых, мне вовсе не всё равно – как удержать Лину. Потому что, во-вторых, я вовсе не хочу, чтобы она совалась вместе с нами в пасть дракона. Я с чистой совестью - которой, кстати, отродясь не было - отправлю вампира на завтрак дракону, Амириэль на обед и, так и быть – соглашусь сам стать ужином. Но вот закуску в виде Лины представлять крылатому ящеру не собираюсь. Но признаваться в этом кому бы то ни было, тем более – Амириэль, я не намерен. Поэтому, дождавшись от старшей эльфийки сердито-просящего - шикарное сочетание, надо сказать - взгляда, делано-равнодушно хмыкнул. – Ну, если уж она тебя не послушалась… Ладно, попробую. Кстати, куда этот клыкастый девался? - Если ты имеешь ввиду Маркуса, то он беседует с магиком. Надеюсь, приносит ему свои извинения за ту выходку, которую вытворил в кабинете многоуважаемого Бартоломэо. Я уже давно заметила, что ни ты, ни Маркус не желаете держать себя в руках, если вам выпадает возможность рассердиться. Это не может не печалить. И именно поэтому я хочу верить в то, что Маркуса посетило раскаяние, и он извиняется за своё поведение. – Амириэль, очевидно, была весьма довольна моим ошарашенным видом и тем, что я согласился уговорить её сестру, потому что не сказала, что мне тоже стоило бы извиниться. Оглянувшись на младшую сестру, эльфийка вновь глянула на меня. – Шэрус, я тебя очень прошу – постарайся уговорить её. Я молча кивнул, всё ещё пребывая в лёгком шоке от сообщения о Маркусе. На меня даже не произвела обычного раздражающего впечатления нотация Ами. - Лина, а как ты вообще нашла нас? – Я начал издалека, хотя, признаться, этот вопрос и, правда, меня заинтересовал. Девушка оторвалась от разговора с учеником магика и обернулась ко мне. Улыбнулась, словно ребёнку, задавшему до смешного простого вопроса. – Лисичка же эльфийская лошадь. А каждая наша лошадь может найти любого эльфа, если хоть раз видела его. И не только эльфа, кстати. Кобылка испуганно всхрапнула, потянув ноздрями воздух, идущий в её сторону от меня. Напряглась и, возбуждённо и нервно, задрожала. - Ну и как ты собираешься ехать с нами, если она так реагирует на оборотня? – Я, честно говоря, был рад, что повод отговорить Лину от поездки появился так просто. Однако, очевидно, я плохо знал эльфийку. Она стояла, поглаживая лошадь по холке, что-то нашёптывая, успокаивая. И вскоре Лисичка перестала коситься на меня, как только ожеребившаяся кобыла на волка. Хотя, почему «как»? Если насчёт именно только недавно ожеребившейся кобылы можно ещё было сомневаться, то по поводу волка уверенность стопроцентная. Эльфийка, чуть прищурившись, спрятав зелёные глаза под полуопущенными ресницами, пристально глянула на меня. – Не пытайся отговорить меня, Шэрус. Я по любому поеду с вами. - Угу… И куда, интересно? – Ох уж это мне женское упрямство! Ну не рассказывать же, в какую мы передрягу попали. Тогда точно увяжется. Сказать, что ничего интересного и опасного… Лина – девочка умная, обман сразу раскусит. И всё равно потащится следом. - Лина… - Когда назначен выход? – Эльфийка с чуть упрямым выражением лица смотрела на меня. Я чуть усмехнулся, вздёрнув верхнюю губу, показывая, что начинаю сердиться. – Для тебя – хоть сейчас. Дашь кобыле передохнуть, и пусть ищет дорогу назад. Надеюсь, справится. Знаю – сказано было весьма грубо и резко. Но я надеялся, что именно такой тон заставит эльфийку обидеться и отказаться от намерения ехать с нами. Аххха… Щщщассс… От пристального взгляда мне захотелось поёжиться. И я еле сдержался. - Что, все так серьёзно, Шэрус? - Вот только не говори, что тогда поедешь тем более. Мне опеки твоей сестрицы — вот так хватает. – Я резко «чиркнул» ладонью выше макушки. - Да пожалуйста. Не очень и хотелось. – Лина вскочила в седло и дала шпоры лошади так резко, что я еле успел отскочить. Неужели именно это её обидело? Ну и ладно. По крайней мере, проблема решена. По крайней мере, я на это понадеялся. Не слушая, что мне говорит Амириэль, видевшая, но не слышавшая нашу с Линой беседу, я прошёл в дом магика. Заперев дверь предназначенной мне комнаты, уселся на кровать, обхватив руками колени. Что-то мне не давало покоя, заставляя мозг упрямо тыкаться в потёмках. Не постоянные стычки с вампиром и эльфийками… К этому я привык уже настолько, что почти не обращал внимания. Не отношение мага и его учеников… И к подобному привык. Бесит, но терпимо. Что-то, связанное с нашим будущим походом. Хотя, если не считать того – кто будет нашим противником, дело вполне обычное. Пойти, отобрать у вора вещь и вернуть законному владельцу. Стоп! Вот оно. А если всё наоборот? Если мы отберём вещь у законного владельца и отдадим магу, пожелавшему чужими руками завладеть чародейской вещью? Предмет, отбирающий магическую силу у любого существа – это вам не простенький амулет-оберег… Вот бы мы сейчас вляпались. Надо будет сказать Амириэль и вампиру. Надеюсь, на свои размышления я потратил не настолько много времени, что теперь пришлось бы разыскивать спутничков по всему дому и прилегающим окрестностям. Я сорвался с места и чуть не столкнулся в дверях с мальчишкой, пришедшим передать приглашение наставника Бартоломэо разделить с ним и учениками завтрак. «Наглядный урок – «Поведение представителей других рас среди людей»?» - мелькнула в голове ехидная мысль. С удовольствием разрушил эту идею чаровника, сказав пацану, что я уже завтракал, я ринулся на поиски своих компаньонов. Вампира застал в одном из залов, очевидно, предназначенных для занятий. Этот придурок демонстрировал ученикам мага – будущим Охотникам – свои способности. Слава Тьме – успел показать только клыки. А то с него станется – будет и трансформацией хвалиться. Хотя по сияющим глазам мальчишек было видно – им вполне хватило захватывающего ощущения обнажённого вампирского достоинства (я про клыки, не надо тут…), чтобы вспоминать об этом не один день. Окинув Маркуса выразительным взглядом, я покрутил пальцем у виска и мотнул головой в сторону. – Поговорить надо. - Простите, юные вен-тэри9, я вынужден покинуть вас. Надеюсь, мы с вами ещё увидимся как-нибудь. – Маркус вновь оскалился к вящему восторгу мальчишеской оравы. - Ты только за этим меня позвал? – Выйдя за мной из зала, вампир повторил мой жест. - Делать мне больше нечего. – Я передёрнул плечами, хмыкнув. – Хочешь учить своих будущих убийц – да за ради Тьмы. Ты лучше скажи – о чём вы с чаровником беседовали? - Ни о чём. – Буркнул вампир, досадливо морщась. Неужто и впрямь извинялся? Однако оказалось, что человек интересовался – как поживает достопочтенный Стэфан-Вилуар вен Альвент’Гхор – отец Маркуса. Как выяснилось – они с чаровником были когда-то в приятельских отношениях. Ну. насколько военный аристократ-вампир может быть приятелем человеческого магика. - А насчёт того, что нам предстоит, он ничего не говорил? – Поинтересовался я, так, что называется, для очистки совести. Поскольку понимал, что уж если Бартоломэо первый разговор захотел провести в присутствии всех троих, то на последующие беседы вряд ли будет отлавливать нас по одному. Это нецелесообразно, да и времени отнимет много Вампир, как я и ожидал, отрицательно покачал головой. Ну, правильно, ко всему прочему, если я прав в своём предположении, магик ничего и не скажет. На мой вопрос – не знает ли он – где Амириэль, Маркус фыркнул: - Это её прерогатива за всеми следить. Я даже от скуки подобным заниматься не стану. – Он состроил такую гримасу, что я невольно фыркнул. - Я просто надеялся, что видел. Ладно, слушай, Маркус, тут дело серьёзное выклёвывается. Подожди у конюшни, пока я Амириэль найду. Заодно глянь – не сотворили ли чего-нибудь с нашими лошадьми. Вампир, кажется, по моему тону понял, что это не просто выпендрёж с моей стороны. Слава Тьме, согласно кивнул и направился из дома. Даже как-то странно, что не стал тратить время на споры. Ну, это и к лучшему. Эльфийку я отловил, когда она, беседуя с несколькими учениками чаровника, направлялась в зал на завтрак. Значит, времени прошло не так много. Это хорошо. Предельно вежливо извинившись - похоже, «уроки» Амириэль всё же не проходят зря - я попросил девушку задержаться на минуту. Конечно, плохо, что это происходит при стольких свидетелях – если я прав насчёт чаровника, он мигом поймёт, что мы его раскусили. Значит, надо действовать хитрее. - Ами, примерно через пять минут мы с Маркусом будем тебя у конюшни ждать. Магик ничего заподозрить не должен. Я уже завтракал, Маркус… по дороге перекусит. - Шэрус, что…? - Амириэль, времени мало. Пожалуйста. – Настойчиво до чрезвычайности. Ещё не хватало препирательств. А ведь только что радовался, что всё обошлось с вампиром. Эльфийка вздохнула, чуть покачала головой. – Ладно, потом расскажешь. Когда девушка скрылась за дверью зала, я рванулся в кабинет чаровника в надежде, что комната не заперта на магические «затворы». Когда мы были ещё на «аудиенции», я увидел на столе карту, где были изображены расположения всех квенталионов. Удобная вещь. Интересно – тут есть место, где живёт Каллистер? Вот что я хотел сейчас выяснить. Зачем? Тем более, если я прав и Бартоломэо просто решил отобрать у крылатого ящера «игрушку», используя нас? Не знаю. Мне было и, правда, любопытно. Да и ещё хотелось немного натянуть нос магику. И, опять же – если я прав, стоило бы предупредить дракона. Пффф... Ничего себе мысли приходят в голову... Я фыркнул удивлённо и насмешливо, адресуя это самому себе. Слава Тьме, никакой магической защиты в комнате не было. Кроме котёныша-баюна. Который, как только я появился в кабинете, взвыл так, что у меня глаза на лоб полезли. Я подскочил к столу, но карты там уже не было. С досадой плюнув, я оскалился, рявкнув на детёныша баюна. Тот зашипел, выгнув спину и распушив шерсть на загривке. Хорошо ещё, что зверёныш был в клетке. Чтобы не столкнуться с чаровником, который уже вероятно просёк проникновение постороннего в свою комнату, я сиганул в открытое окно. Уже в воздухе осознал, что комната находится на втором этаже… Удар холодной сырой от тающего снега земли по ногам и ладоням - я всё же успел сгруппироваться - только подтвердили эту запоздалую мысль. Хвала Тьме – эти двое были уже у конюшни. Причём кто-то, кто именно, не знаю; выясню позже, успел вывести на улицу наших лошадей. Я молча вскочил в седло своего вороного жеребчика – тарга10 и сразу послал его в галоп, взяв направление на выезд из ворот дома чаровника. Уже через пару секунд услышал следом двойной топот копыт. * * * - Шэрус, ты можешь объяснить – что происходит? Почему мы так быстро умчались, даже не предупредив о своём отъезде хозяина дома? Несколько сот эльтов мы мчались галопом, не проронив ни слова. Только когда лошади начали устало спотыкаться и перешли сначала на рысь, а потом и на шаг, Амириэль решилась задать вопрос, который их с вампиром мучил явно уже один час. Я приостановил Воронка, давая коню отдохнуть. Жеребец потянулся было к речушке, через которую мы только перебрались, но я одёрнул его. Не хватало ещё, чтобы конь в запале нахватался ледяной воды. Соскочив на землю, я перехватил узду Воронка у самой его морды. Затем рассказал так же спешившимся компаньонам о своих сомнениях по поводу того – кто на самом деле является хозяином пресловутого Ожерелья. – Кстати, неизвестно ещё – есть ли на самом деле это Ожерелье, и каково на самом деле его действие? И если его нет... Тогда за каким друхлем чаровник заварил кашу? - Амириэль, а ведь мохнатый прав. – Вампир серьёзно кивнул, выслушав все мои доводы. Однако даже согласие со мной не спасло его от подзатыльника за «мохнатого». Хорошо ещё «блохастого» не присовокупил. Эльфийка укоризненно глянула на нас обоих. По её виду можно было понять, что девушка хотела возразить, но вот в чём именно мы с кровососом – по её мнению – были не правы, не сказала. Зябко поёжилась. Согласен – вынужденное купание на спине лошади в марте – вещь крайне неприятная. Лошадей тоже пробирал озноб, что было видно по вздрагивающим бокам животных. Значит – надо или искать людское жилище либо самим разводить костёр. Я чуть прикрыл глаза, втягивая ноздрями воздух. Однако потоки ветра не приносили ни ощущения тепла, ни запаха домашних животных, присущие присутствию людей... Неожиданно резко в нос ударила струя воздуха, наполненная сильным свежим конским запахом. Я открыл глаза и под дружный смех эльфийки и клыкастого хлопнул по боку положившего мне на плечо голову Воронка. Жеребчик, удивлённый подобным моим поведением, фыркнул обиженно и отошёл. - Ну и? Чем вызван столь бурный смех? – Я чуть поморщился. – Погляжу я на вас, когда вы ночевать под открытым небом будете. - А ты будешь под закрытым? – Вампир привычно огрызнулся. Но было видно, что мои слова заставили его призадуматься. - А мне до задних. – Фыркнув не хуже Воронка, я передёрнул плечами, показывая, своё равнодушное отношение к надвигающейся холодной мартовской ночёвке. Лукавил немного. Не так уж и безразлично. Поэтому, оставив лошадей на попечение эльфийки, а её – под охраной вампира – честно говоря – я не уверен точно – кто оставался под чьей охраной … -, я направился к виднеющейся чуть впереди и сбоку группе деревьев, надеясь разжиться хворостом. Запах приближающихся двух живых существ я ощутил в воздухе гораздо раньше, чем заметил пробирающееся сквозь ветки рыжее пятно. Подпрыгнув, уцепился руками за нижнюю ветку дерева. Подтянулся, забираясь на неё. И вот, уже сидя на толстой ветке, я со смешанным чувством восхищения и раздражения – нашла-таки… - глядел на протискивающуюся между двумя кустами рыжую кобылку и её, вглядывающуюся вдаль, всадницу. Руки девушки судорожно стискивали повод, плечи, облепленные потемневшей от воды одеждой, вздрагивали. - Похоже, нам с переходом реки повезло больше. – Не таясь больше, я спрыгнул на землю. Все равно через пару сотен шагов наткнётся на Амириэль и Маркуса. Лисичка на долю секунды замерла; Лина чётким отработанным движением выхватила из ножен меч. Вроде лёгкая изящная «шпилька», а разит не хуже «Стального луча» «премногочтимого истребителя нечисти» Салливана Элькхарта. – Тьфу. Дурак. – Эльфийке понадобилось какая-то доля секунды, чтобы понять – кто преградил ей дорогу. За этот краткий миг я успел преспокойно отшагнуть в сторону. – Напугал. - Напугал? Тебя? – Я искренне удивился. Мне казалось – напугать Лину задача трудновыполнимая. Однако она кивнула, спешиваясь. Как оказалось – хвалёная эльфийская лошадь, способная отыскать кого и где угодно, перепугалась плывущего по течению бревна-топляка, возможно, приняв его за речного бесёнка. Так или иначе – она искупала свою наездницу в ледяной воде. Могут ли эльфы болеть воспалением лёгких? Не знаю. И проверять сейчас не стремился. Указал Лине направление: - Там твоя сестра и Маркус. Скажи вампиру – пусть придёт, поможет. – Я мотнул головой в сторону засохшего кустарника. – Хорошее топливо, но один я тут не справлюсь. Амириэль наверняка стала бы спорить и постаралась бы оживить куст. Лина же кивнула и торопливо направилась в сторону нашего невольного привала. Я принялся кружить вокруг кустарника, обламывая и выдёргивая из твёрдой ледяной земли ветки. Когда вампир появился в поле моего зрения, на земле уже возвышалась внушительная охапка веток. - Думаешь – этого хватит? – Маркус скептически оглядел хворост. - Не хватит – ещё раз придётся идти. – Я пожал плечами. – Но, по идее, должно хватить. Нагрузившись как два осла... хммм…. «весёлое» сравненьице, мы вернулись к эльфийкам. Встретив упрекающий взгляд Амириэль – почему мол не отговорил от поездки её драгоценную сестрицу –, я только пожал плечами. Пусть сами разбираются. Развести костёр оказалось делом не очень лёгким. Подмокшие на снежно-ледяной корке сучья разгорались поначалу весьма неохотно. И все же минут через пять пламя, пожирая подбрасываемые ветки, радовало глаз своим танцем и согревая замёрзшие тела двух эльфиек, вампира и свернувшегося неподалёку от костра волка. Ну… Так мне сподручнее переносить холод. Лошади тоже переступали копытами, все ближе подбираясь к теплу огня. - Шэрус, так что ты говорил о том – кому принадлежит Ожерелье? – Амириэль и так всё прекрасно помнит – этого у неё не отнимешь. Просто, таким образом, заводит разговор. Кстати, Лина-то этого всего не слышала. Поэтому повторение не помешает. Я оторвал взгляд от огня, чуть поморгал, отгоняя от глаз тёмные пятна, затем повторил то, с чего начал наш привал. Старшая эльфийка снова хотела что-то сказать, но её перебили. - А почему ты уверен, что прав? – Вот в этом весь Маркус: сначала поддержать, если кто-то против, неважно – против чего, а потом засомневаться. - А я не уверен. Я просто предположил такую возможность. - И из-за твоих предположений мы сорвались с места, не успев даже позавтракать?! Не запасаясь пищей в дорогу?! – Вампир взвился, раздражённо скалясь и сверкая глазами. Лина тихо охнула, потянувшись было за мечом. Однако на нас с Амириэль эта вспышка гнева не произвела ни малейшего впечатления – привыкли уже к подобному. - У тебя была неплохая возможность подзакусить, пока ты хвастался перед мальчишками длиной своих клыков. – Не удержавшись, съязвил я. – Заодно бы проверил качество обучения чаровника. Вампир зашипел, как кусок железа, когда кузнец суёт его из огня в чан с водой; я не успел отскочить, и мы покатились по земле. Даже вампир не в силах прокусить горло, если ему в рот постоянно набивается жёсткая густая волчья шерсть. Маркус поднялся, хмуро отплёвываясь. - Ну что, успокоился? – Я встряхнулся, приводя себя в порядок. - Почти. Но аппетит и желание надрать тебе уши не пропало. – Угрюмо, но всё же довольно миролюбиво ответил этот кровосос-маньяк. - Шэрус, а ведь он прав. Почти по всем пунктам. – Неожиданно поддержала его старшая эльфийка. – Из нас четверых позавтракать удалось только тебе. Это, во-первых. А во-вторых… Ну, удрали мы, и что-теперь-то? То ли идти в любой город в Лигу чаровников, выяснять – что это за Ожерелье, то ли возвращаться к Бартоломэо – просить прощения за наше поспешное бегство. То ли вообще отказаться от этого поиска. - А может: просто поверить чаровнику Бартоломэо и выполнить его просьбу? Как этот тип тут оказался?! Почему я его не почуял?! Перед костром стоял тот самый человек, который отправил нас к магику. В надвигающихся сумерках его силуэт казался почти чёрным, на голову был накинут капюшон, но я могу дать хвост на отсечение, что это был именно тот тип. Теперь он, видимо, торопился меньше. Потому что, почтительно кивнув всем поочерёдно – я тоже удостоился этой чести, надо же – он присел на корточки у костра так, чтобы пламя на какой-то миг осветило черты его лица. Будто давал убедиться, что это действительно он. - Я давно знаю чаровника Бартоломэо. Он – один из самых известных и почтенных адептов Лиги чаровников. Да, он Охотник, но никогда не принимал заказов на уничтожение представителей разумных рас. – Незнакомец обращался в основном к Амириэль и вампиру, но у меня создавалось впечатление, что говорил он для меня. Я молчал, ожидая – чем закончится эта речь. Словам о том, что Бартоломэо не охотится на вампиров и оборотней, я, разумеется, не поверил ни на секунду. Иначе, зачем бы ему был нужен детёныш баюна? - А почему мы обязаны верить Вам? – А вот Маркус не сдержался. – У этого «неохотящегося» Охотника в доме проживает кот-баюн. Это, во-первых. – Маркус явно передразнивал, удивлённую не меньше нашего с вампиром, старшую эльфийку. – Во-вторых – Вы не назвали своего имени, наши же откуда-то знаете. И в-третьих – то, что Вы сам чаровник – понятно… А кто даст гарантию, что Вы не в сговоре с Бартоломэо против кого-то? Что Вы – не сам Бартоломэо, сменивший облик, и не Каллистер? Незнакомец расхохотался так, что стоящий неподалёку чалый Лоскуток вампира шарахнулся в сторону. – Юноша, - Маркус чуть не поперхнулся от подобного обращения; а я прикусил кончик хвоста, чтобы не расхохотаться вслед неизвестному типу – то, что чаровники умеют менять облик – чистейшая выдумка. Это невозможно хотя бы потому, что у каждого человека свой характер и привычки, накладывающие непередаваемый отпечаток на манеру поведения. А если бы я, как Вы сказали, был бы Каллистером, то какой резон мне было бы посылать вас к моему противнику? Маркус понял, что сморозил глупость, но сдаваться пока не собирался. – А кто вас – драконов и магиков знает? И потом, почему Вы сами не пойдёте к этому ящеру, если всё, что говорил Бартоломэо – правда? Ведь, как я понял – вы с ним друзья, а Вы сам к тому же магик. - Магик. – Незнакомец кивнул. – А ещё – человек. А… - А ни один человек не может проникнуть за магический барьер, который защищает жилище дракона. Помним. – Перебил Маркус. В другое время он в тот же миг получил бы втык от Амириэль за грубость; но сейчас эльфийка, утомлённая дорогой, уже дремала. Усталость, очевидно, поборола даже голод. - Что же касается того – кто я такой… Спросите в любом городе у главы местного отделения Лиги магии: кто такой Йлайдж Косон…. И – если Вас так уж беспокоит личность вашего нынешнего работодателя, то поинтересуйтесь и личностью чаровника Бартоломэо Борги. Надеюсь, это даст Вам успокоение и позволит с чистой совестью продолжить ваш поход. Кстати, думаю – тех небольших запасов провизии, что лежат в седельной сумке юной Линиэль, вам хватит до ближайшего города. Я повернул голову в сторону Лины. Девушка чуть вскинула бровь, улыбнувшись. Едва заметно кивнула. - Надеюсь, там есть что-то посущественней сушёных ягод и кореньев. – Хмыкнул вампир. - Разумеется. Если идёшь в поход вместе с двумя мужчинами, готовь побольше мяса. – Лина рассмеялась. Чаровник, назвавшийся Йлайджем Косоном – если это и вправду было его имя, вторил ей. - Юная Линиэль поступила весьма разумно. Но, все же, я бы посоветовал Вам, Маркус, подкрепиться другим способом. Людей тут нет, а пара-тройка зайцев поможет Вам поддержать силы. О-ша-леть... Чтобы маг советовал вампиру подкрепиться именно вампирским способом…. Очевидно наш кровосос и, правда, был весьма голоден, так как, не тратя времени на препирательства, исчез в темноте. Магик поднялся, очевидно, собираясь уходить. Я пытался понять – что привело его сюда и какова причина того, что он внезапно возжелал помогать нелюдям? Но ответа на свой вопрос не находил, что меня несколько напрягало. Что поделать – я не верю в бескорыстие людей. А, уж тем более – магиков. Не раз убеждался в правоте своего недоверия. Однако уже понимал – больше того, что чаровник сказал, вызнать не удастся, если этот Косон слеплен из того же теста, как и Бартоломэо. Так что даже спрашивать не пытался, бесполезно. - Да, и ещё одно. Мне кажется, карта местности в кармане досточтимой Амириэль будет не лишней в вашем путешествии. – Пустив эту шпильку уже явно в мой адрес, человек шагнул в темноту и исчез. Я сморщил нос, фыркнув. Как они узнали о моей попытке найти именно карту в комнате Бартоломэо? И… Интересно – старшей эльфийке Бартоломэо дал карту; хотя – когда он мог? Если только когда я охотился. Или этот Йлайдж Косон помог таким образом? Ладно, завтра выясню. Где-то неподалёку раздался волчий вой. Я искренне пожелал Маркусу удачной охоты и приятного аппетита. Перебрался ближе к Лине. – Согрелась, просохла? Девушка кивнула. – Шэрус, так во что же мы на этот раз вляпались? «Мы» … Хха. Будто её кто тянул. Я зевнул, обнажив клыки. Затем свернулся клубком, накрыв хвостом нос. Всё же, несмотря на приближение весны, ночи стоят сырые и холодные. И даже волчья шкура спасает плохо… - Лина, давай завтра. Нам выспаться надо. Она неожиданно послушно кивнула. Легла рядом, обняв меня за шею, прижавшись. Надо думать – ей ещё холодней. Через минуту я слышал ровное дыхание двух спящих эльфиек. Постепенно я и сам начал погружаться в сон. Костёр, вероятно, поддерживаемый магией Косона, горел ровно и довольно сильно.