Ковчег начинает странствие
6 ноября 2022 г., 07:11
– Не знал, что ты умеешь управлять летающим кораблём…
– Я до этого момента тоже никогда об этом не думал.
Леон смотрел на примёрзшего к штурвалу Ди и старался не паниковать. Сбежать от внезапно образовавшихся родственников любимого в разгар скандала – это, конечно, здорово, но что делать дальше он решительно не понимал. Пон-тян и Тотетсу уже выбрались из чемодана и занимались организационными вопросами, а новоявленный капитан таращился в пространство и зеленел прямо на глазах.
«Не ровен час фотосинтезировать начнёт…», – подумал Леон, стараясь не обращать внимание на скручивающийся узлом желудок.
– Ди, а куда мы летим? – уточнил он.
– Куда захотим… – нервно усмехнулся юноша. – Наверное, хах… А куда мы хотим? Мы ведь куда-нибудь хотим?..
– Хотим! – ободряюще улыбнулся Оркотт, ощущая себя насквозь фальшивым, как «швейцарские» часы made in China. – Давай куда-нибудь подальше отсюда? Куда-нибудь… куда-нибудь, где можно спокойно посидеть и всё обдумать.
– Вы знаете такое «куда-нибудь»?
Губы графа начинали подрагивать, а в глазах появилось знакомое просящее выражение – точно так же он смотрел в ту ночь, когда детектив пытался отобрать у него драконье яйцо. Леон задумался.
– В Париж. Что я, зря десять лет французский учил? Посидим в каком-нибудь кафе, перекусим, обдумаем, что де…
– Дагэ!!!
Молодые люди испуганно обернулись. На палубу, запыхавшаяся и красная от возмущения, поднялась Ньюйер. Хорошенький ротик исказился в злобном оскале, в разноцветных глазах пылал праведный гнев – чисто гарпия, пришедшая за двумя самоубийцами, посмевшими угнать воздушно-транспортное средство.
– Дагэ! Это папин корабль! Что ты делаешь?!
– А то ты не видишь! – громко, но не слишком уверенно воскликнул Ди. – Улетаю куда-нибудь подальше от этих вздорных взрослых и их безумных разборок!
Сяомэй, похоже, не заметила волнения в его голосе и поспешно сникла.
– Дэдэ и впрямь сегодня какой-то… экспрессивный. Давно его таким не видела…
– А я в принципе давно не видел отца, – вздохнул Ди.
– А я вообще давно не видел! – заявил неведомо откуда взявшийся крот, внезапно уткнувшийся в ногу Леона. – Эй, наверху, погодка лётная?
– Э… Вполне… – неуверенно пробормотал детектив, провожая того взглядом. Брат и сестра тоже притихли, глядя на неуклюжую тушку, деловито спешащую куда-то по своим делам.
– Кхм… Сяомэй, а что ты тут делаешь? – поинтересовался граф. Девушка зарделась.
– Я хотела пойти с Дагэ… Зофу и Дэдэ так страшно ругались, а вы с мистером детективом куда-то пошли… Но я не позволю вам забирать папин корабль! Немедленно вернитесь!
– Нет.
– Но почему? Дэдэ не будет ругаться, он только расстроится и, может быть, заплачет, но, если ты не вернёшься, он заплачет точно-точно!
– А я всё равно отсюда улечу! – топнул ногой Ди. – Кроме того… я не умею разворачивать корабль…
Леон растерянно посмотрел на штурвал.
– Погоди, но его просто надо повернуть…
– Я уже пытался!
– Дагэ, мистер детектив, его надо…
– Ди, дай мне попробовать!
– Он не крутится!
– Мистер детектив, вы его сломаете! Остановитесь!..
Оркотт налёг на штурвал. Ди навалился следом, изо всех сил поворачивая тот. Сяомэй села на пол, закрыв глаза и монотонно повторяя:
– Домой, домой, домой-домой-домойдомойдомой…
– Ну уж нет! – зарычал Ди.
– En France, seulement en France! – пропыхтел детектив.
Штурвал повернулся, опрокидывая молодых людей на дощатый пол. Судно заскрипело, опасно накреняясь и вдруг, будто вспомнив о силе притяжения, резко ухнуло вниз, в бездонную черноту.
***
– Как там брат? – спросил Кракен, едва Нуэ переступила порог комнаты. Девушка пожала плечами, недовольно скалясь: – Покойно пребывает в объятиях Весуки-чан. Граф-сама притомился от взаимных пререканий и остановил-таки насилие над сыном. – Бывает же… Молодой мужчина достал из мешочка чёрный камешек для го – перед ним на полу лежало уже много белых и чёрных камней, складывающихся в причудливый узор. Нуэ продолжала стоять рядом, будто ожидая, что он скажет что-нибудь ещё, и Хозяин морей тихо раздражённо заскрипел: – Не думал, что братик переживёт сегодняшний вечер… Сестрица, я беспредельно счастлив наслаждаться речью твоей красноречивой да узористой, но, дабы не пребывать в сомнениях, желаю выслушать немного более конкретики, Verdammte Scheiße! Нуэ громко фыркнула, игриво распуская десяток обезьяньих хвостиков за спиной и змеисто ухмыльнулась: – Брат дрыхнет на ручках у своего ненаглядного дебила, граф в бешенстве воет где-то в комнате в своего летучего мыша, а Девочка с братом и каким-то балбесом угнали наш дорогой ковчег! – Ковчег?! – подскочил Кракен, ломая рукой часть узора. – Досада! Анэ-чан, они там с ума все посходили?! – Кен-кун, ты разве не знал? – тело Нуэ будто оплавилось, на мгновение теряя все свои черты, а затем преобразилось в точную копию растрёпанного и невыспавшегося Ди Второго. Копия подняла на Кракена печальный взгляд и горько усмехнулась. – Аники давным-давно ебанулся, а его близкие и так так всегда были сумасшедшими.***
Узкая улочка и грязная кирпичная стена – первое, что Леон увидел, открыв глаза. Он стоял обеими ногами на асфальте, мир вокруг был привычным и устойчивым, его не мутило и не покачивало. Чудеса! Зная графа Ди, могло быть хуже. Тот, кстати, стоял рядом, прижимая к груди чемодан и испуганно таращась в стену. Ньюйер сидела на земле, вцепившись в его ногу обеими руками, как перепуганная кошка. – Папин корабль летит туда, куда ты хочешь… – пробормотала она. – Для этого не надо ломать штурвал… – И куда же мы все хотели? – спросил Леон, крутя головой по сторонам. – Что ж, это точно не Париж – круассанами тут и не пахнет. – Зато пахнет вафлями, – принюхался Ди. – Интересно, где мы? – Я хотела к Дэдэ… – Я – пить кофе. – А я хотел просто хоть куда-нибудь приземлиться… Посовещавшись, троица направилась к повороту. Было довольно тепло, и Леон снял куртку. Брат и сестра шли молча, вместе держась за ручку чемодана. Кажется, обоим было неловко. Впрочем, далеко уйти они не успели. Из-за поворота, громко споря по-французски, выскочили двое мужчин в странной вычурной одежде. Они напоминали каких-то актёров или рок-певцов, если бы рок-певцы наряжались, как попугаи. – ...suicide? Toi donnez un mauvais exemple aux moutons!.. – размахивая руками, восклицал «попугай» в синем. – Je m'en fiche! Je n'ai pas le temps pour autre chose! – резко оборвал его блондин в фиолетовом мундире. – Quel est le problème avec un accident de voiture? – Voulez-vous acheter une nouvelle voiture si rapidement? Леон успел разобрать, что-то про суицид, овец и новую машину, когда мужчины заметили их и остановились. – Сэнпай?.. – растерянно спросил «попугай», глядя прямо на Ди. – Сэнпай, – сурово кивнул «мундир», широким шагом направляясь к замершему графу. Леон покосился на возлюбленного. И сколько ещё у него знакомых? – Ди, qu'est-ce?.. Тьфу, кто это? – Я не знаю их, – молодой человек поставил чемодан на землю и заслонил спиной Ньюйер. Мужчины остановились. – Сэнпай, вы всё-таки выучили английский? – заулыбался «попугай». – Как замечательно! Значит, старания того мальчика увенчались успехом? – Митеру… – «мундир» положил руку на плечо товарища, останавливая того. – Погоди, кажется, мы обознались. Кто вы? – Граф Ди, – нахмурился Ди. – Возможно, вы знали моего отца или деда… – Сенпай умер? – охнул «попугай». – Счастливого перерождения… – Не знаю, о ком из них вы, но они оба живы. Мужчины переглянулись. «Мундир» сложил руки на груди и мягко улыбнулся. «Попугай», напротив, оживился: – Ну, сенпай… Сенпай такой маленький, вредненький… – он взмахнул руками, пытаясь что-то объяснить. – Сладкое любит. Одежду китайскую носит… – Выше или ниже этого? – включил полицейского Леон. – Глаза, как этот левый или как тот правый? – Мистер детектив, – выглянула из-за спины брата Сяомэй, – Дагэ не фоторобот. – Да ладно, меня всё время с ними путают, – отмахнулся Ди. – Я уже привык. Похоже, своего «сенпая» мужчины не видели довольно давно, и потому безбожно путались в показаниях: – Выше! И глаза фиолетовые! Ой, или золотые?.. – Ниже, ниже! – Золотые! И да, он ниже. – Вспомнил, выше! И фиолетовые! – Так какой он, в конце-то концов? – не выдержал Леон. – У него был дурацкий халат с перьями, – прикрыл глаза «мундир». – Он прекрасно знал французский, но английский ему плохо давался... – Дедушка, – резюмировал Ди. Леон вздохнул, закидывая руки за голову. Хотелось курить, но сигареты, похоже, выпали в чайной комнатке, где папаша Ди загипнотизировал опасного человека, назвавшего его «нестареющим бессмертным монстром». Сны после этих фиалковых глазок снились фантасмагорические. – Опять мы из-за твоего деда знакомимся непонятно с кем… – Я не виноват, что мои родственники такие общительные. – Дайте угадаю, – обратился к мужчинам Леон, – вы тоже что-то купили в «Count D» и ваша жизнь причудливым образом изменилась? Укусы, несовместимые с жизнью, в подарок… Из чемодана глухо заворчал Тотетсу. Оркотт предпочёл не понимать, куда его послали. Знакомые Софу расхохотались. – Нет! Сенпай встретился нам во Франции, – заулыбался «попугай». – Кажется, его задело, что в местный цирк привезли очередную диковинку из Африки – крокодила. Времена были… хм-м-м… Ягнята только-только начали возрождаться из пепла Тёмных веков, не стоит судить их… Нас с принцем тронуло его беспокойство о животных… – Ваш дедушка знаком нам довольно давно, – твёрдо произнёс «мундир». – Он просветил нас в одном очень важном для нас вопросе. Если вы не против, мы могли бы рассказать об этом больше в месте поспокойнее. Ньюйер обеспокоенно прижалась к брату. Тот кивнул одновременно с Леоном. – Хорошо, так будет удобнее. Но… не могли бы вы подсказать, в какой точке Земного шара мы находимся? – Хайд, смотри-ка, он и впрямь внук сенпая! Времена идут, а вопросы совсем не меняются… «Мундир» усмехнулся. – И вправду. Добро пожаловать в Токио, граф Ди.***
Нео-Чайнатун был не худшим местом для отдыха. По крайней мере там, среди пёстро разодетых актёров и торговцев, их компания не привлекала большого внимания. Расположившись в неприметном уголке, молодой мужчина наконец-то позволил себе представиться: – Герцог Димитрий Романи, к вашим услугам, граф. Не волнуйтесь, здесь нас никто не побеспокоит. – Хайд Джайер. Принц, – спокойно произнёс Хайд. Димитрий невольно склонил голову, но поспешил продолжить: – Полагаю, граф, сомнений в нашей расе у вас возникнуть не должно… – он покосился на спутников юноши. Блондин внимательно вглядывался в его лицо, а девочка, напротив, сидела, не смея поднять глаз. – Мадемуазель, не желаете чего-нибудь? – Горячий шоколад! – выпалила, краснея, та. – Замечательно! Давайте попозже закажем на всех… – Вы – вампиры? – без обиняков спросил блондин. Димитрий дождался кивка Хайда и кивнул следом. – Как вы с дедушкой познакомились? – спросил граф. – Выкупили для него крокодила из цирка… – Димитрий прикрыл глаза. – Дьявол, это и вправду давненько было! Век восемнадцатый, не позже. Он был добр к нам, молодым и замёрзшим, рассказывал о своих Богах… – Он относился ко мне с уважением, с которым относятся к принцу, – тихо произнёс Хайд. – До него я такого не встречал. – Королевская династия Джайеров… – Димитрий сделал глубокий вдох, не позволяя гневу командовать разумом, – …близка к вырождению. Сейчас они породнились с Романи, однако ждать потомков от моей сестры и его брата… Простите, законы нашего мира не должны вас беспокоить. Я только хочу сказать, что отношение к королевской семье среди вампиров неоднозначное. Но мой принц заслуживает большего. – Так вот, какие ещё знакомые есть у дедушки… – пробормотал граф. Димитрий улыбнулся, пожимая плечами. Этот молодой человек казался ему забавным – может, в нём и не было непоколебимой уверенности деда, но определённо был свет, мягким звёздным сиянием окутывающий его. Такой юный, живой и тёплый… Ему подумалось, что они с Хайдом такими с рождения не были. – Смотрю, у ваших Богов появился новый достойный жрец, – произнёс он с уважением. – Хайд, что думаешь? – Возможно, – пожимая плечами, ответил принц. В такие моменты его хотелось выпить досуха, сжечь останки и развеять пепел по ветру, но Димитрий сдерживался уже несколько веков. – М-м-м… Может, познакомимся? – как можно гостеприимнее улыбнулся он. Девочка и блондин хмуро переглянулись. – Лето кончалось в затишьи, кои молчали в пруду – помолчим же… м-м-м!!! Хайд, видимо, не выдержав невыносимо горестного хокку, накрыл его рот ладонью. – Пожалуйста, помолчи, раз уж не хочешь прямо сейчас использовать свой высокий интеллект. – Мандзай! – захлопала в ладоши девочка. Димитрий поклонился. – Граф, у вас чудесная… дочь? – Сестра! – вспыхнул молодой человек. – Я ещё слишком юн, чтобы заводить детей! – Пару лет назад ты так не считал, – хмыкнул блондин. – Как насчёт «Я буду его папой, Леон, а вы – мамой»? У нас всё ещё три дочери, папочка. – Замолчите! – взвыл граф, закрывая лицо руками. – Я – папина дочь, – представилась девочка. – Зовите Ньюйер, не ошибётесь, – хмыкнул блондин. – Она и «Сёдзё», и «Сяомэй», и «Нюйер»… Со мной проще, я – Леон Оркотт, детектив. – Леон, – медленно отнимая руки от лица, произнёс побледневший граф, – твоя работа… Джилл убьёт тебя. – Чёрт! Димитрий с интересом наблюдал за молодыми людьми. – У вас какие-то проблемы? – Вроде того, – буркнул Леон. – Его папаша украл меня, чтобы «познакомиться поближе», так что я ушёл с работы без предупреждения. Его второй папаша узнал об этом от моей напарницы и сказал, что найдёт меня, если я правильно понял… В общем, в понедельник меня ждёт выволочка от начальника. – Страшно, очень страшно, – равнодушно покивал Хайд. Димитрий не успевал изумляться Джайеру и его странностям в общении… Впрочем, тот же как-то принимал его приступы гипертермии, так что и он покорно прикрыл глаза, подавляя усмешку. – Может, раз уж наказания не избежать, задержитесь у нас? Во вторник мы даём маленький прощальный концерт, – предложил Романи. – Лидер нашей группы безвременно покинул нас, убежав за своей глупой смертной любовью… «Эклипс» придётся разойтись, но мы всё-таки уговорили Самюэля спеть с нами напоследок. Он, конечно, рвёт и мечет после ухода Гила, но подводить фанатов – не уважать тех, кто нас любит. Граф Ди, ваш дед поддерживал наши начинания в музыке… Позволите нам показать хоть вам наши души, дрожащие на кончиках нот? – Я почту это за честь, – склонился юноша. Детектив обеспокоенно посмотрел сперва на него, а потом на Димитрия. – Ладно, нагоняй на работе – не повод отказываться от такого щедрого предложения, – наконец, произнёс он. – Предложение и впрямь щедрое, – Димитрий с нежностью посмотрел на Хайда. – Ложь в песне недопустима – иначе рушится священная гармония. Петь можно только так, раскрывая своё сердце полностью. Иначе к чему открывать рот вовсе? – Это имеет смысл… – согласился молодой человек. – И звучит… Как-то правильно. – В таком случае, выпьем горячий шоколад и пойдём искать вам гостиницу, – заявил Димитрий, заглядывая в меню. – Хайду, ты не против? – Конечно нет, Митеру, – мягко усмехнулся принц. – Позаботиться о семье сенпая – наша привилегия.
