Зимние каникулы 2009

Пару-тройку дней назад вы могли бы встретить около заправочной станции двух парней, находящихся в приподнятом настроении, угнанной тачке и в разной степени довольности судьбой. Их жизни почти что слились в одну, будто капли дождя на окне, чему способствовали ночи в поле под звёздным куплом, безобидные кражи крабовых чипсов из минимаркетов, ну и прятки с законом и самими собой.

×××

В белоснежном, как выпавший раньше времени ноябрьский снег, фургончике сидят две тайны, скрывающие в себе ещё пару секретов. Ну. как сидят? Одна свернулась клубочком, как кошка, на водительском кресле; вторая — полусидит на соседнем. Их пальцы сплетены лёгким движением, непроизвольным порывом и невинным желанием быть ближе. Кто проявил инициативу? Очевидно, это был комочек с копной ужасно ломких крашеных волос. Джона Маршалл, если быть точнее. Устав то ли от вождения, то ли от своей же безудержной болтовни, он буквально отрубился как только услышал согласие товарища на остановку. Полулежащая на соседнем месте субстанция — Адам Мюррей, мечта твоей подруги — делала бессмысленные попытки провалиться в сон. Вскоре это дело было брошено. Его русая кучерявая голова склонилась под тяжестью мыслей на плечо чёрной толстовки, на которой красовалась потёртая эмблема Байтроновского Паранормального Сообщества. Мыслей было немного, но были они весомыми: куда направиться после последнего заказа/где в дальнейшем брать деньги и жильё/какая же пицца ему нравится больше. Последнюю попытку заснуть прервало тихое прикосновение тёплых смуглых пальцев к холодной руке, вызывавшее что-то похожее на удар током. Удивленно распахнув пронзительно голубые глаза, обрамлённые светлыми пушистыми ресницами, Адам скосил их на друга. Спящий (вот уже 30 минут как) хмурился, возможно от кошмара и пытался нащупать что-то в реальном мире, чтобы не терять с ним связь. Загорелая ладонь находит бледную и накрывает её, немного сжимая, своими пальцами проходя меж фаланг других. Большой, обмотанный пластырем, палец поглаживает тыльную сторону ладони русого. Только сплюшка полностью прочувствовал молчаливое присутствие друга — сразу же расплылся в глуповатой улыбочке и расслабился. Адам перестал беспокоиться о подобной 'тактильности' друга уже месяца с два. Во время «всеобщей осенней хандры» с Джоной что-то случилось, он перестал открываться так сильно как раньше. Начал приходить к кровати голубоглазого по ночам и тихо хныкать, что-то неразборчиво бормоча. А с приходом декабря в напарнике пробудилась тактильность в виде требования обнимашек даже в неподходящие моменты и вернулся безудержный поток слов.

К слову, на хэллоуине Джоне только тыквы-джека на голове не хватало. Сам Маршалл был мальчиком-спичкой: воспламенившись любовью к кому-то, лишь выгорел; после того, как использовали, его просто затушили о ледяное презрение и влагу собственных слёз. Осадок остался в виде ожога на сердце и рассыпавшегося на волосы пепла.

Ну а, действительно ЭМОциональному только в плане конфликтов, Адаму сразу стало немного до лампочки, несмотря на осознание своего влияния на сгусток изрядно сожжённых краской и солнцем волос, свернувшийся рядом. — Действительно. солнышко.- в задумчивости запустил руку в ужасно секущиеся волосы Джоны и тут же одёрнул

*что же я творю, хоспаде, вдруг он липнуть ко мне начнёт потом? *

постаравшись откинуть подобные мысли, он тряхнул головой, чем потревожил Джону. Решив, что надо убить время с пользой, Мюррей растолкал заснувшего на свою беду друга, чтобы поменяться местами и сесть на водительское. Получив ещё один толчок в правое плечо, Джона разлепил склеенные Морфеем очи и потянулся. Кое-как разобрав что от него хотят он переполз через подлокотник между креслами, в то время как нормальные люди, а точнее Адам, просто обошли машину. Не переставая зевать, настроил подогрев, чтобы за неимением пледа согреться хотя бы так, и включил музыку на громкость, удовлетворяющую его желание отдохнуть и изъявление воли друга не ехать под серенады из сопения. — Включишь фонк свой тупой-закопаю…- Джона готов слушать всё что угодно и когда угодно, но не разнос сознания в тот момент, когда оно пытается расслабиться. Облизнув подзасохшие губы, он прижимается щекой к морозному стеклу боковой двери и поуютнее устраивается в складках толстовки и косухи, поджав ноги. — Ага, да. — снова в руках Ада мобильник, пальцы ловко отбивают чечётку на клавиатуре, вбивая нужный адрес. Сообщения от начальника Сообщества остаются непрочитанными до поры до времени. До конца пути час. Из колонок доносится всеобще любимый 'Linkin Park', а в салоне — вторящий ему мягкий голос Мюррея. Только из-за этого кофейно-карие глаза закрыты, только из-за наслаждения голосом обладателя небесно голубых. Адам никогда и ни при ком подпевать не станет, даже не просвистит мотивчик. Изо всех сил Джона делает вид, что спит, чтобы не вспугнуть момент. До пункта назначения около получаса, за окном парней медленно приветствует знак, положивший начало территории округа Мандела. Крашенку передёргивает, он выходит из дремоты и протяжно-сладко зевает. — С утречком, Ад. — Сейчас вечер, идиот. — Чего ты злой такой? Не выспался? — Есть такое. Ну, а ты норм поспал? Кошмары не снились? — обычно Адама не волновало что там да как со снами его друга — Ну. с детства который только… про волков. — взгрустнул, а потом уже резвее сказал Маршалл — А так я как огурчик! — Хм. — что-то не мог водитель вспомнить, чтобы ему про тот сон рассказывали — Как огурчик значит. Вот и отлично — поработаешь пока я отсыпаю своё, ха-ха) — Тц, дьявол). Знаешь, что-то мне не по себе. мы точно туда приехали? — снова поменялся в лице, на этот раз став серьёзнее — Да, ещё минут десять. — Угум. — Джона замолкнул и облакотился левой щекой на плечо в чёрной толстовке. — Да уйди ты.мешаешься, а тут дорога не айс — водитель шутливо оттолкнул полезший к нему обниматься комочек. Дорога действительно была не самой приятной: полная неожиданных камней, щебня и буераков, она вела вдоль пустых домов и безразличных перекрёстков. — ъ. — Джона издал что-то похожее одновременно на писк, короткий рык или мычание, а может на всё вместе взятое. Толкнувшая его ладонь пришлась точно по плечу, хоть и скрытому за двойной прослойкой одежды, но болящему от любых прикосновений. Серая толстовка прятала под собой многочисленные шрамики, полученные отнюдь не в драке.но кому-кому, а адаму об этом знать не обязательно, потому крашеный «под пепел» послушно отстранился. Насчёт реакции на плечо оба парня молчали: Джона — потому что не хотел обсуждать темы, необратимо связанные с порезами, а Адам — так как не заметил (¿). Серьёзно, чего там стоил какой-то писк. Хотя Мюррея напрягала последовавшая некоторая отстранённость. Оставшееся время поездки Марш сидел настолько тихо, насколько мог. если не считать его подпевку солисту группы 'Kiss' во время воспроизведения «I was made for lovin you baby» в колонках и шуршание пачкой неизвестно откуда взятых чипсов с беконом, то он хорошо справился с ролью мышки. Серенькой такой, маленькой и оттого беззащитной, возможно домашней, с глазками-бусинками и розоватыми ушками.

×××

Вот они припарковались возле нужного здания. Неприветливый редкий, лиственный и хвойный одновременно, лес был буквально в двух шагах. Он безразлично и мёртво встречал новых гостей. Сравнение так себе; Джона поёжился, вернувшись к проверке исправности приборов и ревизии продуктов. Закончил и, открыв новую пачку хрустящего пластинчатого картофеля со вкусом бекона, наблюдал за копошением Адама среди червей-проводов в капоте. — Охх, звук ему видете ли. не фонрафился — в рот летят остатки чипсов и крошки. Да он скорость! так быстро, да ещё и в одиночку, умять целую пачку ещё никому не удавалось — Серьёзно, а если бы сломалось что?.. — сзади мелькает вспышка — ээй — Пфхах, вот это кадр! Крутая задница, чувак, ха-ха! — в залепленных пластырями пальцах появилась камера, мгновенно и криво запечатлевшая спину нависшего над машиной парня. Улыбаясь сам себе и выслушивая ворчание друга, Джона обозначил фото «ем чипсы, пока этот лох чинит машину, лмао» — на память, так сказать. И вот всё готово: оборудование в норме, настрой отличный, пища зажата подмышкой, электричество в доме работает. Ключ извлекли из-под горшка высохшей без ухода ёлочки. Как та женщина и сказала. Выдохнув и переглянувшись пара переступает порог дома.