Злата сияние

      Какой умник решил, что после пирушек лучшее время устраивать состязания я не знал, но догадывался — тот, кто хотел своих соперников вывести из строя ещё до начала соревнований.       Хоть по меркам Башни Кои пир прошёл достаточно скромно, но это не помешало нескольким адептам хорошо провести время. В основном, это были те люди, которые не участвовали в самом состязании, но прибывали в качестве свиты. Участники же ограничились вежливым минимумом.       Я так таковой усталости не испытывал. Хоть и выпил, но чувствовал себя легко. Самое то для прыжков по скалистой местности в поисках тёмных тварей и пиздюлей от них же.       Правила были самые что ни на есть простые — убейте как можно больше мертвецов и злых духов, которых расположили на определённой местности. Самое печальное это запрет на использование лука, всё-таки не состязание лучников проходило. Настрой мне это подпортило, но возможность ходить не в одиночку радовала.       Я лишь успел кинуть завистливый и печальный взгляд на одинокий холм, на котором отдыхали и разговаривали главы орденов, перед тем как всех адептов запустили на «арену».       Местность была какая и я думал: скалистая, огромная, до одури неровная и полная опасностей, из которых самая главная — упасть на острые камни. Казалось бы на таком пространстве участники без проблем могли друг друга видеть, но нет. Повсеместно разбросанные валуны мешали обзору, а те немногие тощие деревья создавали причудливые тени, качаясь от ветра, что благополучно обманывало зрение. Покрытая редкой травой земля любила шутить над невнимательными адептами, поэтому уже в начале можно было услышать редкие ругательства, крики и звук сыпящихся камней. Наступить на неустойчивую поверхность и провалиться в какую-нибудь яму, которые тут наверняка есть, я не хотел, поэтому старался идти медленно, проверяя насколько тверда земля передо мною.       Адепты разошлись в разные стороны. Вместе со мной остались Фэйшу и Цинь Цанъе, сокрушающийся от несовершенства предоставленной на состязание местности.       — Лучше бы в Юньмэне, как и планировали, провели этот совет, — ворчал он, внимательно смотря под ноги. — Здесь ноги переломаешь от любого шага!       Я не сдержался и насмешливо посмотрел на Фэйшу. Супруга покраснела и отвела взгляд, не желая даже вспоминать о своей поездке в Юньмэн.       — Не так всё и плохо, — прокомментировал я со смешком. — Лучше сломать ногу, чем утонуть из-за гуля в озере.       Цинь Цанъе пробормотал что-то неразборчивое в ответ и замолчал. Он насторожился, прислушиваясь к звукам, и нахмурился.       — Мы не одни.       Место где мы стояли было отвратное. Окружённая с двух сторон скалами в человеческий рост тропа, по которой мы шли, была узкая, не развернуться. Удобнее было бы подняться, чтобы видеть с какой стороны в этом лабиринте к нам приближаются и кто, но острые камни не позволили. Только идти вперёд или назад, где можно выйти на возвышенность.       И какой гуй привёл нас именно в такое место?       Я насторожился, удобнее перехватывая Чуоцянь. Лишь тихий перекат камушков под ногами мешал полностью сосредоточиться на шуме поодаль. Шуме, которого не было…       Может, Цинь Цанъе ошибся? Мало ли какой адепт неподалёку мог грохнуться и наделать шума? Территория состязания хоть и огромная, но люди за такое короткое количество времени ещё не успели отойти достаточно далеко друг от друга.       — Я слышал чьи-то шаги, — задумчиво протянул Цинь Цанъе, продолжая рассматривать местность и продвигаться вперёд.       Идущая позади Фэйшу тихо хмыкнула, но промолчала.       Но впереди нам всё-таки встретились пара из мертвеца и злого духа. Труп медленно бродил вокруг одного из валунов, не обращая внимания на кружащего неподалёку духа. Тот же с каким-то интересом смотрел в противоположную от нас сторону и не замечал уже подкрадывающуюся к нему Фэйшу. Достаточно было одного удара мечом насквозь — и дух, издав дикий вопль, растворился.       Мертвец, услышав крик, повернулся и заметил нас. Я сглотнул от его вида. Пустые глаза, бледно-серая кожа, на которой отчётливо выделялись вены и неестественно острые зубы, как у хищника. Грязное крестьянское ханьфу превратилось в клочья, висевшие на тощем туловище тряпками. Словом, походил мертвец на типичного зомби из фильмов, только этот был в реальности и намного страшнее. Громко завопив он ринулся в мою сторону, неуклюже спотыкаясь о маленькие камни.       Я продолжал стоять на месте, смотря на приближающейся уродливый труп, и когда он приблизился достаточно близко, готовый прыгнуть — сделал резкий шаг в сторону. Мертвец не ожидал подобного и упал на землю, издавая рычание. Цинь Цанъе не медлил и одним уверенным движением меча утихомирил тварь уже навсегда.       — А говорили, что мертвецы будут опасны, — усмехнулся он, вытирая кровь с меча об остатки одежды мертвеца.       — Они слабые, — подошедшая Фэйшу выглядела мрачно, явно не довольная именно этим. — С прошлого года погибло много людей и не малая часть из них поднялись в виде лютых мертвецов. Это странно, что здесь такие слабые.       — Зато их много.       — Это не серьёзно.       Слушал я чужие размышления вполуха, продолжая с интересом разглядывать лютого мертвеца. Одно дело видеть обычный труп, другое — труп, который совсем недавно ещё двигался и хотел тебя прикончить. Мне было интересно как именно поддерживается в них это подобие жизни. Почему они стремятся рвать и убивать всё вокруг? Это влияние той самой иньской энергии на людей? Если да, то что-то мне совсем не хочется после смерти стать такой же страхолюдиной и шугать мирных жителей.       — Мой господин? — из собственных мыслей меня вывел обеспокоенный голос Фэйшу. Она коснулась моего плеча, осторожно потормошив. — Всё в порядке?       — Да. Просто задумался.       — Вам стоит принять участие в состязании, — в её тоне слышался укор, — а не просто ходить и уворачиваться.       — Ты знаешь, я такое не люблю, — поморщился я в ответ, краем глаза заприметив как Цинь Цанъе нашёл ещё одного духа и уже кончал с ним.       Фэйшу вздохнула.       — Отцу это не понравится.       Но отца здесь нет. Да и когда я ему нравился?       Но ради того, чтобы супруга перестала смотреть на меня таким пристальным взглядом я всё-таки приступил к делу. Чем глубже мы продвигались в этом лабиринте, тем чаще на пути встречалась нечисть, что позволило и мне покончить с несколькими. Лютые мертвецы в этом плане мне нравились больше — они не мансили вокруг меня, как это делали злые духи, а неслись напролом, желая разорвать. И тогда я понял насколько Цинь Цанъе и Фэйшу были правы — нечисть была слабее, чем казалось на первый взгляд. Неужели глава Не действительно решил взять количеством, а не качеством? Если даже мне трупы казались простыми, то я боялся представить какими их видели адепты, закалённые ночными охотами.       Но даже всё вышеперечисленное не отменяло того факта, что жути они на меня нагоняли. Изъеденные разложением лица и вонь, исходившая от мертвецов, производили неизгладимое впечатление на мою и без того расшатанную психику. Поэтому в какой-то момент я решил воспринимать происходящее как игру. Эдакая ролевая игра по типу Дарк Соулс в древнекитайских реалиях. Пусть я всегда питал любовь к милишникам, но в нынешнем положении начал понимать, что быть лучником или магом тоже заебись. Оставалось сказать «спасибо» тренировкам, что двигался я быстро и мог обманывать откровенно тупых бомжей. С духами же в основном разбиралась всегда крутящаяся рядом Фэйшу.       Супруга на этом состязании вызывала у меня ещё больше восхищения, чем на тренировках. Точные движения гибкого тела завораживали своим изяществом. А как она могла в одно мгновение сразить духа, а в другое уже лететь на мече к другому… Она умело и грациозно комбинировала фехтование с полётом на мече. И всё это выглядело таким… правильным. Я не мог не засматриваться.       Цинь Цанъе же был сам по себе, но не отдалялся далеко, всегда держась в поле зрения. Оно и понятно, к наследникам орденов на таких мероприятиях особое отношение. Хотя бы один адепт всегда был рядом во избежания несчастного случая. Даже мелькнувший среди скал знакомый силуэт в красных одеяниях не был один. А уж Вэнь Жохань не казался мне из пугливых.       В итоге, прикончив почти два десятка лютых мертвецов и с десяток злых духов я понял, что устал. Ноги после хождения по камням гудели, от постоянного напряжения начинала болеть уже и спина, хотелось спрятаться где-то в теньке и отдохнуть. Всё бы ничего, но именно местность приносила больше всего проблем, в конце концов я не горный козёл. Но на зависть бодрые Фэйшу и Цинь Цанъе мотивировали ходить дальше, молча и стиснув зубы.       — Проклятье! — послышался крик Цинь Цанъе, когда я загонял очередного лютого мертвеца в ловушку меж двумя валунами. Что произошло я не видел, лишь краем глаза заметил как на крик Цинь Цанъе направилась Фэйшу, видя, что я занят.       Тем временем труп уже успел застрять в узком проходе и с недоумением озирался, пытаясь понять что происходит. Я смотрел на него и искал человеческие черты, но не видел их. Когда-то он и был человеком, но сейчас он больше походил на зверя, чей главный инстинкт был убивать.       Неужели всех здешних тварей нельзя было успокоить или усмирить? Обязательно только уничтожение? Я сомневался насчёт того, что вся добыча на этом состязании такая уж безнадёжная, но из правила трёх «У», которое я изучил в книге перед поездкой, только упокоение и уничтожение мне показались самыми простыми. То же усмирение было самым запарным и не всякий хотел бы возиться с нечистью с помощью него. Как будто я не человек и не знаю, что легче сказать, что лютый мертвец безнадёжен, чем попытаться хоть что-то сделать…       За всеми этими размышлениями и разглядывании живого мертвеца я поздно заметил, что не один. Пролетевший около меня и вонзившийся в полугнилое тело меч не дал даже среагировать. Я так и стоял, уставившись на дёргающегося мертвеца, из которого торчал клинок.       Клинок, который мне довелось видел вчера.       Вздохнув я старался не показывать своего разочарования и принял как можно более равнодушный вид.       — Господину Цзинь стоит быть осторожным, — раздался насмешливый голос позади, — и не стоять на месте.       А наследнику Вэнь стоит быть тактичнее, хотелось парировать, но я прикусил язык, повернувшись в сторону говорящего.       Но он ведь не отстанет так просто, это и ежу понятно, обречённо понял я. Весь его вид давал понять, что он горит желанием поквитаться со мной, но нарываться на спор мне не хотелось, особенно здесь. Поэтому не желая дожидаться продолжения от него ответил:       — Господин Вэнь абсолютно прав, не стоит стоять на месте, состязание ещё не окончено.       К моему величайшему сожалению…       Сказал я это легко, и улыбнулся помрачневшему Вэнь Жоханю. Не этого он ожидал и не на это надеялся, но я не хотел встревать в перепалку с кем-либо. Желание поскорее уйти и найти Фэйшу с Цинь Цанъе только увеличивалось от хмурого взгляда наследника Вэнь и я не терял времени, уходя в ту сторону, где должны были быть мои спутники.       Но надежда, что меня спокойно отпустят не оправдалась. Он видел моё нежелание продолжать разговор, но не собирался останавливаться.       — Интересное решение позволить своей жене участвовать. Или это было её?.. — меч Вэнь Жоханя плавно вернулся к хозяину, который всем своим видом пытался показать насколько ему скучно.       Если он так хотел меня унизить, то вышло не очень. Всем известен вздорный нрав Фэйшу, матушка с переменным успехом её дрессирует, и конечно же это плохо. Пусть Фэйшу и сильная заклинательница, но всё равно женщина, а потому по местной логике ей было бы приличнее сидеть и смотреть, а не принимать участие. Я ей дал добро без каких-либо возражений, не видя ничего плохого в этом. Честно сказать, на этом мероприятии я больше боялся за собственное благополучие, чем за Фэйшу.       — Я не видел смысла запрещать, — просто ответил, пожав плечами. — Если ей хочется, то зачем отказывать? У неё сильное золотое ядро, превосходное владение мечом… Но если другие участники так боятся проиграть женщине, то в следующий раз она участвовать не будет.       Удержаться и не съязвить в ответ у меня не получилось, о чём я сразу же начал жалеть. Веселье Вэнь Жоханя как рукой сняло, но контратаковать он не спешил, вместо этого мрачно хмыкнув. Иллюзия надежды на его адекватность растворялась прямо на глазах.       Чужой меч пролетел близ меня, на этот раз вонзаясь в злого духа, возникшего внезапно рядом. Я вздрогнул от неожиданности, сделав пару шагов в сторону, и упёрся спиной в один из валунов.       — Господину Цзинь стоит быть внимательнее, иначе он рискует пострадать.       Вэнь Жохань снова ухмылялся, чувствуя своё превосходство. Неожиданно для себя я заметил цвет его глаз — тёмно-красный. Не то чтобы это было удивительно, я и до этого замечал, что у заклинателей нередко глаза имеют причудливые цвета. У той же Фэйшу они были серые, но как будто бы с пурпурным налётом. Почти как у Юй Цзыюань. Да и чего уж, и у моих был неестественный золотистый оттенок.       Но помимо этого в глазах Вэнь Жоханя я видел что-то… нехорошее. Цвет лишь придавал этому «чему-то» эффекта.       Неужели его настолько задели выебоны Цзинь Гуаншаня на Совете двухгодичной давности? Сам же не лучше. Поэтому так себя и ведёт…       — Благодарю за совет, впредь буду внимательнее, — ответил я сухо. — А сейчас я откланяюсь, меня ждут.       Оставаться один на один с человеком, гордость которого задели в прошлом я уже не мог. Интуиция подсказывала, что ни к чему хорошему это не приведёт, поэтому уходил я дёрганный и счастливый, что меня вообще отпустили. Хотя в последнем я несколько сомневался…       И как оказалось правильно. По дороге мне встретился ещё один адепт Цишань Вэнь. Именно он вчера держался против Вэнь Жоханя. И судя по одежде тоже был высокого статуса… родственник. Он застыл на мгновение, увидев меня, и уже воодушевлённо сказал, сместив взгляд мне за спину:       — Тангэ, вот ты где.       Обращались не ко мне, потому я не стал задерживаться, проигнорировав юношу. Вэнь Жохань что-то недовольно пробормотал своему брату, тот ему с недоумением что-то ответил, а я же вздохнул с облегчением.       В своём желании оторваться от прилипалы я прошёл дальше, чем следовало, из-за чего заплутал. Куда идти было непонятно, но смутно представляя где должны быть мои спутники я шёл. Другое дело, что я не знал что с ними произошло, что их не было не видно, не слышно. Хотя бы ворчание Цинь Цанъе могло быть ориентиром среди лабиринта этих скал и камней.       — Он слишком много о себе мнит, — внезапно раздался раздражённый голос Вэнь Жоханя.       Я что, снова вернулся туда откуда пришёл? устало промелькнуло в голове.       Тело сработало быстрее мозга — я зашёл за один из высоких валунов и притих, вспоминая о своём везении. Точнее, об его отсутствии. Место было откровенно плохим, из-за существования не глубокой, но ямы с камнями.       Может, Вэнь Жохань послушает глас разума, думал я, устало, но тихо вздыхая, когда Вэни задержались на этом месте, чтобы промыть косточки ордену Ланьлин Цзинь в целом и мне в частности.       — Орден Ланьлин Цзинь всегда таким был, — скучающе ответил Вэнь Жоханю его брат. — Они любят кичится своим происхождением. Хотя и у них были великие заклинатели.       — Исключение из правила, — хохотнул Вэнь Жохань.       Да вы ж мои великие и прекрасные, про себя усмехнулся я. Чужое раздражение пробуждало во мне какое-то злое веселье, но я молчал, не выдавая своего присутствия.       — А мы не перегибаем? — вдруг как-то пристыженно спросил брат Вэнь Жоханя. Лица его я не видел, но судя по голосу он резко озаботился своими действиями. — Мне кажется, что мы достаточно уже сделали. Не лучше ли возвратиться к мертвецам?       — Нет, — ответ Вэнь Жоханя был твёрдым, как камень. Его брат вздохнул.       Что речь шла обо мне я не сомневался и просто надеялся, что не заметив меня эти двое уйдут. Но братья задерживались, будто хищники, чувствующие поблизости кровь.       Из их разговора я слышал лишь отрывки, потому что братья заметно снизили голос, чтобы не привлекать внимание. Всё, что я понял — они говорили о тренировках и энергии ци. Отношения ко мне это не имело, что уже давало надежду.       — Проклятье! — знакомая ругань раздалась совсем близко. Я воодушевился. — Если он мне попадётся!..       По тону Цинь Цанъе было ясно только одно — он в бешенстве.       — Выбрался, — как-то отстранённо сказал брат Вэнь Жоханя. — Лучше пойти дальше, не только мы ищем наследника Цзинь.       Что они сделали? Загнали Цинь Цанъе в ловушку? Что за детский сад…       Вэнь Жохань что-то неразборчиво пробормотал в ответ. Его досаду я ощущал даже через камень — энергия, исходившая от него, давила, мешая дышать.       На сколько сильным золотым ядром нужно обладать, чтобы вытворять подобное я не мог даже представить. Хотелось уже просто выйти, чтобы это прекратилось и поговорить. Ныкаться от прилипал не лучшая стратегия, да и не убьют же они меня? И я уже был готов выйти из укрытия, но давящая аура начала спадать.       От чувства облегчения я выдохнул.       Пусть Вэни и не услышали меня, но Вэнь Жохань разозлился. Я не видел, что именно произошло, но судя по всему, наследник ордена Цишань Вэнь со злости ударил по валуну, за которым я стоял, перед тем как стремительно уйти. Видимо, нарываться на прямой скандал он всё-таки не хотел.       Удар вышел добротным. Камень покрывался трещинами, а я пару мгновений смотрел на это и с запозданием понял — надо уходить. Всего один шаг решил исход. Я поскользнулся на одном из мелких камушков и почти упал, ударившись плечом о скалу позади. Удержать равновесие получилось с трудом, приложившись об камень головой. Заколка, державшая мои волосы в высокий хвост неприятно впилась в кожу и я резко втянул воздуха в грудь.       Боль была… со странностями. Помимо возникшего от удара слоумо, на картинку перед глазами будто наложили ещё кадры. Они быстро мелькали и рябили, как в старых фильмах, вызывая головокружение. Только одна мимолётная картинка резко начала двигаться.       Я сидел за столиком с гуцинем, а напротив меня был морщинистый суровый старик. Он хмурился, смотря на мои руки, которые перебирали струны, создавая мелодию, и поджимал губы. После удара ферулом по тыльной стороне ладони и требовательного тона с его стороны я лишь продолжал играть. Снова и снова.       — Мой господин, мой господин…       Смутно знакомый голос доносился будто сквозь толщу воды. Я понимал, что звали меня, но не мог сфокусироваться на хоть чём-то — перед глазами всё ещё плыло, а картинки-воспоминания продолжали накладываться поверх видимого в данный момент. Только почувствовав чьи-то нежные пальцы и исходящее от них тепло на своём затылке мельтешение перед глазами прекратилось. Но пришла тошнота.       — Что произошло? — спросил я уже когда пришёл в себя.       Сидевшая рядом со мной Фэйшу нахмурилась. Она держала в руках мою заколка с несколькими каплями крови и готовилась к лечению раны. Как оказалось, заколка нанесла ущерб моему затылку, сдвинувшись вниз.       — Молодой господин Вэнь не заметил Цинь Цанъе и случайно толкнул его в яму, — голос у неё отдавал сталью. — Я помогла ему выбраться и мы отправились искать вас.       Цинь Цанъе лишь кивнул. Вид у него был как у человека, способного совершить массовое убийство.       — Что случилось у вас?       Если брат Вэнь Жоханя специально отвлекал Цинь Цанъе, способного реально как-то ответить на выпады вэньского дуэта, то сам наследник ранил меня случайно. Замешкавшись на мгновение я всё-таки рассказал, немного сбавив обороты. Какого-нибудь скандала мне не хотелось, но и молчать я не собирался.       Злость на Вэней у меня была, а понимание того, что если бы прилипала отстал сразу я был бы цел заставляло кровь кипеть. Нервы откровенно шалили, хотелось что-то сломать, но собственное состояние оставляло желать лучшего. И это злило тоже.       Цинь Цанъе молчал, стиснув челюсти так, что заиграли желваки. Он чувствовал себя ещё хуже — в конце концов именно он был ответственен за мою безопасность. Подобное его отношение ко мне смущало. Он реально считал меня выше и не хотел мириться с такой ситуацией. И если с Чэнь Бянем я ещё мало-мальски понимал почему так происходит — он ещё совсем мальчишка, безграмотный и выросший среди слуг, но вот Цинь Цанъе… Он тоже благородный господин, наследник своего клана. Разве он не должен был быть другим?       Привыкнуть к местным нравам становилось всё сложнее.       — Всё нормально, — добавил я после неловкого молчания. — Это была случайность.       И надеюсь вы в это поверите.