ангел мой

ковыряясь ложкой в тарелке с кашей, Коля стал обдумывать вчерашней вечер. он сам по себе взял и поцеловал вожатого, словно не контролировал своё тело и действия в тот момент. он сжал ложку в кулаке и опустил голову. поджав губы, он стал чувствовать, что щеки начали гореть. внутри будто кошки царапали душу. было  что-то не так. что-то изменилось с его появлением. Коля не мог понять, что именно произошло. с его приходом, будто солнце стало светить ярче, взгляд искрился и душа открыта для новых чувств. этот парень поселился в его мыслях. обдумав всё это и придя к своей заключительной мысли, он резко выдохнул, ощущая даже какую-то лёгкость, он издал тихий смешок. глянув на пустой стакан из-под чая, Коля взял его в руку и, а в другую - тарелку, всё ещё наполненную овсяной кашей. встав из-за стола, он направился к другому концу столовой, дабы убрать всю посуду и отправится обратно в корпус. Фёдор вновь появился в мыслях Коли. недовольно сведя брови к переносице, он шёл, задумавшись. что он делает не так? почему именно он? он выдохнул. часто, даже на всяких дискотеках или линейках, когда вокруг были ещё люди, Коля видел лишь Фёдора. изначально он не понимал, что с ним. он не вел себя с ним так же, как с остальными, старался даже быть лучше. ждал его, искал среди остальных. даже иногда расстраивался, когда его не было рядом. неожиданно Коля словно очнулся из своих же мыслей, когда голова глухо ударилась об пол и начала неприятно болеть, а ладонь словно на иглы положили, колит сильно. вокруг поднялся шум, и к Гоголю подбежала Полина, что, видимо, сидела не далеко. —мамочки, Коль! ты в порядке? — начала сразу она, помогая юнцу. она посадила его рядом на свободный стул. и как только глянула на лицо, ахнула, прикрывая рот рукой. она не могла подобрать слов, лишь наблюдала, как не понимающий взгляд Коли глянул на пол. рядом крупными осколками валялась разбитая тарелка, а прозрачный стеклянный стакан был разбит на множество мелкий осколков. Гоголь слабо распахнул глаза и перевёл взгляд на ладони. левая была немного пацарапана, не страшно. правой было хуже: по запястью текло несколько тоненьких струек крови и несколько царапинок. почувствовав на щеке что-то тёплое, Коля быстро приложил кончики пальцев к правой щеке. что-то липкое. посмотрев на пальцы, на которых тоже оказалась кровь, он вздохнул, ещё и щеку поцарапать сумел. он перевёл взгляд на Полину, что уже что-то говорила, но Коля лишь пропустил всё мимо ушей. его схватили за локоть с просьбой встать, а после Полина повела Гоголя к выходу из столовой, но не отчитывала его за произошедшее, даже жалела. паренёк стал быстро метать взгляд то на неё, то на детей, что смотрели на Колю и шушукались. выйдя из столовой, он наконец-то подал голос: —Полин, а куда мы идём? — тихо, немного хриплым голосом произнёс блондин, начиная осматриваться. —в мед. пункт, куда ещё тебя раненого? — девушка вздохнула. — Фёдор понятия не имею где. я бы его попросила тебя отвести, а он запропастился куда-то. —не нужно Фёдора, — Коля поджал губы. черт, он видимо, зря это сказал. —почему? вы же хоро-... Федь! Федя, иди сюда! — неожиданно крикнула Полина, смотря вперёд. она вытянула свободную руку вверх, пытаясь привлечь внимания вожатого. взгляд Гоголя резко перешёл на человека, куда смотрела Полина. к ним идёт Фёдор. блондин распахнул глаза, а рука слабо начала трястись, взгляд перемещался туда-сюда. хотелось бежать, но некуда. —что опять стряслось? — чужой голос стал громче, когда Достоевский подошёл ближе. он посмотрел на паникующего мальчишку. —ты чего? —я? я ничего, — поджав губы, он глянул вверх на лицо вожатого и шмыгнул носом. —а с щекой что? — он несильно вскинул брови, после посмотрев на другую вожатую. —что произошло-то? —да опять задумался и упал, тарелки разбил и поцарапался, — она сделала небольшую паузу. — можешь отвести его в мед. пункт? мне за своими следить нужно... — её губы дрогнули, но Полина с облегчением вздохнула, когда Достоевский согласился. вскоре от девушки и след простыл. —а я говорил, что ты балбес, Коль, — Гоголя вывел из мыслей голос и чужие прикосновения на раненом запястье. быстро переведя взгляд на лицо, а затем и на руку, стал слушать дальше. — пошли, как раз нужно поговорить. твою мать. осталось только надеяться, что не о вчерашнем вечере. что угодно, но не об этом. всю дорогу шли молча, ну, лишь иногда Фёдор что-то и говорил, но Коля не отвечал. подходя к мед. пункту, Гоголя оставили недалеко от двери, а вот Достоевский подошёл и постучал пару раз в дверь, приоткрывая её и заглядывая внутрь, после что-то тихо произнёс. —нет никого, иди сюда, — произнёс недовольно Фёдор и посмотрел на раненого, жестом позвав его за собой. зайдя внутрь, парнишка стал оглядываться, пока вожатый стал что-то искать. в мед. пункте после шума и грохота в столовой воцарилась гнетущая тишина, до жути давившая на Колю. сев на стул и держась одной рукой за другую, он ждал друга, который убежал в другой конец комнаты за аптечкой, что всегда лежала на видном месте, спасибо неуклюжести Гоголя. крови было не то, что бы много, но и то, что рана на ладони была пустяковая, сказать нельзя. вскоре послышался голос Фёдора с просьбой хотя-бы промыть раны под водой и, встав со стула, Коля подошёл к раковине напротив. из крана хлынула холодная вода, он сунул ладонь под струю. мощный напор обмыл ссадины, жжение постепенно отступает, но капли на стенках раковины успели приобрести бледно-красный оттенок. немного зажмурившись, Гоголь выключил воду, вытирая мокрую ладонь об футболку, которая уже была немного запачкана кровью. усевшись обратно на стул, в его сторону шёл Достоевский. —ну вот как так, Коль? — сходу начал возмущаться вожатый. это было очевидно, но всё же излишнее попечительство слегка подбешивало. Федор подошёл к другу и присел рядом, сразу же резко, но нежно, притянул его руку к себе. он даже не стал спрашивать, каким образом сейчас блондин поранился. зная, что сейчас будет больно, и даже очень, Коля стиснул зубы и отвёл взгляд в сторону, чтобы не издавать лишних звуков мучений. он кивнул. —трусишка, — ласково, но язвительно протянул Достоевский, глядя на то, как блондин зажмурился, — всё пройдёт быстро, я постараюсь. судя по тому, что парнишка приоткрыл глаза, он доверился другу, снова кивнув. вожатый постарался обработать максимально аккуратно и быстро. неприятное ощущение от свежих ран, будто кислоту вылили, так жжёт, мурашки аж по вискам прошлись. хоть это было довольно больно, всё произошло более менее быстро. затаив дыхание, Федор стал закреплять бинт на его запястье, осторожно придерживая за предплечье другой рукой. одежда в каплях крови, в глазах страх и отчаянье, но вскоре чужая ладонь была забинтована. —готово, — Фёдор сделал паузу. он глянул в глаза мальчишке. — а теперь разговор, зачем ты мне вообще понадобился. ты же понимаешь о чём я, не так ли, Коль? — голос стал более холодным, что заставило Гоголя слабо вздрогнуть. —не-ет, не понимаю, — он начинает метать взгляд туда-сюда. нервно посмеялся, после поджимая нижнюю губу и свободной рукой дотрагивается до носа. — о чем ты? — Коля глянул в глаза Достоевскому, словно пытается словно вспомнить и делает задумчивое лицо. он пытался смириться с мыслью, что точно будущего у них не будет. разъедутся после лагеря по домам и забудут друг друга. и то, что после вчерашнего поступка Коли у них останется лишь прошлое, их недолгая дружба ушла во «вчера». Коля решил, что это чувство, как бы оно ни называлось, нужно скорее забыть. ведь что бы он не делал, любое воспоминание о Фёдоре непременно замарается памятью о позорном поступке. потом и ответ вспомнится: «прекрати.» нет, чувство не даст Коле жить спокойно. пусть произойдёт что угодно и как угодно, лишь бы не спрашивал. но он спросит! это же Федя! а что ответить на вполне разумный вопрос «зачем?» ну зачем он это сделал? —Коль, ты меня вообще слушаешь? Коля уставился прямо перед собой, сердце ушло в пятки. он вновь всё прослушал. —Коль, да что с тобой происходит? подавленный, лишённый дара речи Коля не мог ни пискнуть, ни вздохнуть, ни шелохнуться. —пойдём выйдем, на улице поговорим. Федор положил руку Коле на плечо и легонько встряхнул паренька, но он лишь молча вжал голову в плечи. он помотал головы из сторону в сторону. —Коля, я сказал — пошли! Гоголь и не заметил, как оказался на улице. скрипучая дверь, серая лестница и парочка детишек быстрыми кадрами пролетели перед глазами, как, впрочем, и вся Колина жизнь. Коля оказался на скамейке, Достоевский его усадил, а сам навис над ним огромной мрачной тенью. сейчас явно будет долгий и серьёзные разговор, который даже может положить конец всему их общению. хотя, рано или поздно это всё равно бы произошло. —а теперь объясни мне, что произошло вчера? что всё это значит? —«я поцеловал тебя. видимо, потому, что влюбился» — пронеслось в голове Коли, возможно, он и хотел это ответить, но сил для этого не было. тогда он попытался ответить: «ты мне нравишься», но слова словно застряли в горле, он только и смог выдавить. —я не знаю. —как это ты можешь не знать? это что, шутка такая была? парень невольно вздрогнул. он не мог поднять на Достоевского взгляд. да что взгляда, голова казалась такой тяжёлой, что непонятно, как не переломила шею. смотря вниз, Коля то и делал, что часто вдыхал или шмыгал носом. —пожалуйста, объясни мне, что с тобой происходит? по крайней мере, пока мы всё ещё друзья, и я услышу тебя, обещаю, Коль. скажешь, что случайность или что не хотел - я поверю тебе. Гоголь издевательски улыбнулся, вожатый дал шанс их дружбе, предпринял наивную попытку сохранить хотя бы что-то. он это понимал, но вместо того, чтобы играть с Фёдоров в ложь, он наплевал на всё. —хотел. Федор сменился в лице, он приоткрыл рот и слабо распахнул глаза. отойдя на шаг от Коли, он поджал губы. нависла напряжённая тишина для обоих, в особенности для Коли, ведь ему сейчас было важно услышать ответ вожатого, хоть он и был рисковый и страшный. —в смысле «хотел», Коль? —но ты же сказал, что поймёшь, мы же ещё друзья, — пробормотал Коля, ни на что особенно не надеясь. он наконец-то поднял взгляд на лицо Фёдора, и когда заметил не понимающее его выражение лица, тихо усмехнулся. —да какие мы после этого друзья! всё замерло и внутри, и снаружи. ветер пропал, звуки утихли, но вдруг издалека, будто из другой вселенной, донёсся крик. был весь серьёзный, точно Марья Ивановна. Фёдор замер на месте и приказал: —подожди меня здесь. — но сделал он пару шагов, как Коля вскочил и рванул в сторону. Фёдор мигом схватил его за свободное запястье и заставил сесть на место, руку так и не отпустив. —я ещё не закончил. —так мы же больше не друзья. всё! о чём ещё говорить?! —нет, не всё. я сто раз тебе говорил, что играешь в глупые и опасные игры. но это!-.. —его голос сорвался. Достоевский едва сдерживался, чтобы не закричать на него. он сглотнул и зашептал. — никогда никому не говори о случившемся, даже не намекай. и вообще, лучше забудь всё это как страшный сон. и в будущем не смей допустить даже мысли о чём-то подобном! —до боли стиснув чужое запястье, Коля вздрогнул, не проронив ни звука. юноша лишь слабо кивнул головой, пытаясь вырвать свою руку из сильной схватки, но Фёдор ни в какую не хотел. —Фёдор! — Марья Ивановна шла уже в их сторону. Коля лишь смотрел то на одного, то на другую. Фёдор не желал бросаться куда зовут, он повернулся в сторону Марь Иваны и закричал: —не видишь, я занят?! — словно не контролируя свои эмоции произнёс Фёдор, на что получил такой же крик. —да что ты себе позволяешь?! —тц, — он недовольно цокнул языком и слабо закатил глаза. — сейчас приду! —рыкнул он и наклонился к Коле. —жди меня здесь. и чтобы ни шагу в сторону! понял? Достоевский отпускает чужое запястье и быстрым шагом уходит. Коля же потер слегка больное место на запястье, слишком уж сильно сжал. он смотрел прямо, все мысли перемешались в одно единое, из-за чего начала болеть голова в зоне висков. прижав колени к себе, Коля уткнулся в них носом, проведя пальцами по шершавым бинтам на правой ладони. у вожатого как-то резко сменилось настроение, вот же он аккуратно старался перевезать раненную руку Гоголя, а сейчас накричал и на старшую воспитательницу. неужели случилось из-за Коли? тяжело вздохнув, он посмотрел на по сторонам, рядом никого не было, лишь тишина. посмотрев на лес за воротами лагеря, в голову пришла одна мысль... тяжёлые ворота скрипнули, открывая дорогу к тёмному лагерьному лесу. здесь даже пахло иначе - чище, и дышалось легче. вот она, свобода, которую Коля так жаждал обрести. Коля посмотрел по сторонам, это все «ощущалось» мыслью: «здесь нет Феди, здесь мы точно не встретимся!» он быстрым шагом устремился в чащу. специально отправился через лес — боялся, что постовые ушли недалеко и могли заметить его уход. прячась за деревьями, топал вдоль не широкой дорожки, иногда всё таки поглядывая по сторонам. как ему ещё две недели жить рядом с Фёдором, стараясь не смотреть на него и не показываться лишний раз самому, чтобы не напоминать о том унизительном поцелуе? смотреть, на него, таясь? говорить с ним только на всяких линейках и прочем? без малейшей надежды услышать хотя бы одно доброе слово о себе? ведь всё это стало для Коли жизненно важно, он теперь нуждался в понимании и мягкости, если уж не в ответном чувстве. но, теперь возможно, получит он совсем другое. холод от того человека, который за какую-то неделю стал ему ближе, чем кто-либо, от которого он видел и ощущал заботу и даже нежность. ведь Коля неизбежно так сойдёт с ума. да он же уже сходит! он пытался очистить голову от ненужных мыслей. ему явно не нравится думать об этой ссоре, ведь внутри появляется странное чувство, что мешает Гоголю. каждый крик, возникающий в его голове, сопровождается сильным ударом сердца, что так и норовит выпрыгнуть наружу. все чувства, что он пытался подавить, отражались комом в горле. а он, к сожалению, проглотить его никак не мог. смириться с ссорой, из-за которой они могут вовсе свести общение на «нет», у него не получается. больно ли ему? не будем врать, очень. сунув руки в карман, он повернул голову в сторону лагеря и, вздохнул, быстрым шагом пошёл в сторону. —Коля? — послышался сзади до жути знакомый голос, заставляющий мальчишку остановится. он обернулся, замечая Сашку за деревом. — ты чего тут? — Гоголь подошёл к своему товарищу. —да так, прогуляться решил, — отведя взгляд вниз, неуверено прошептал паренёк. после он резко поднял голову и посмотрел на Пушкина. — а ты чего тут забыл? —от Мишки прячусь, я в столовой его компот выпил, он пообещал грохнуть меня, —он посмеялся, почесав затылок. он быстро выдохнул, похлопав ладонью по плечу Коли. — пошли уж, составлю тебе компанию. Коля мягко улыбнулся. сейчас он будет не один.

***

—мы куда идём? нам зачем на заброшку? мы в лес хотели! Коля! — Сашка быстрым шагом еле успевал за другом, но тот вовсе не отвечал на вопросы. —сейчас возьму кое-что и пойдём! — недовольно протягивает Коля и осматривается, в надежде, что кроме Пушкина никого нет. двое парней подошли к заброшенному и давно разваленному зданию, что находилось совсем недалеко от лагеря. Сашка не понимающе смотрел на Колю, что наклонился к какому-то большому камню и стал пытаться поднять его, ибо с перебинтованной рукой немного сложно. ожидая друга, Пушкин стал осматривать здание: каменное, в примерно три этажа, окна разбиты и лишь торчали острые грязные осколки. он подошёл чуть ближе, заглядывая внутрь. все покрыто толстым слоем пыли, вещи были разбросаны и лишь небольшой лучик света, который освещал малое количество предметов в комнате, быстро скрылся. —Саш, пошли! — крикнул Коля, запихивая в карман шорт какую-то коробочку. —ну наконец-то, вперёд и с песней, Николай! —повернувшись лицом к другу, прокричал Пушкин и, вытянув правую руку перед собой, он пошёл к Гоголю. парни шагали по какой-то тропинке в лес и обсуждали то, как и что случилось с рукой Коли, на что тот лишь отшучивался. чуть ли не вприпрыжку идя, Коля напевал какие-то детские песенки. сейчас ему было хорошо, а это главное. сейчас он не накручивал себя по поводу вчерашнего вечера и Фёдора. сейчас Коля просто звонко хохотал с своих же анекдотов и бегал за голубями, что иногда встречались на тропинке. наступая на ветки, что кричали резким хрустом, они продолжали идти дальше, иногда вытягивая руки навстречу листве, что теперь щекотала пальцы. птички благоухают, цветочки поют...в старом лесу особая атмосфера. вековые ели, сосны, словно стражи, следят за порядком. жизнь там идет по своим законам, и нарушать этот порядок никому не разрешено. гуляя по лесу, иногда кажется, что кто-то за тобою наблюдает. —о, смотри! — крикнул Коля и подбежал к какому-то кусту с ягодами. те были голубыми, круглыми, а ещё вкусными на вид. Гоголь, сорвав себе пару штучек, поочерёдно стал пихать их себе в рот. — они вкусные, Сашк! — жуя несколько ягод во рту, промямлил он, повернувшись к другу. —Коль, они ядовитые... — приложив ко лбу руку, Пушкин тяжело вздохнул, а уголки губ дрогнули. он поднял взгляд на друга, когда тот стал выплевывать всё, что успел положить в рот, после чего Сашка заливается хохотом. Гоголь же смотрит на него не понимающе, мол, с чего ты смеёшься? чуть успокоившись, Саша произнёс. — веришь всем и вся, Николай, это черника обычная. — он усмехнулся. —Саша, ты... —я, — парнишка прикрыл рот рукой, тихо смеясь, но после ему в лоб прилетает та же черника. — Эй! — он смотрит на Колю, на что тот просто показывает язык и идёт дальше. парнишки ходят, рассматривая стволы каждого дерева, что были совсем разными, и не похожими друг на друга. здесь дерево стройное, высокое, а через несколько минут ходьбы видят уже искривленное, поломанное кем-то дерево. их окружали высокие деревья. они смотрели друг на друга и о чем-то перекатывались. может, рассказывали свои секреты? никто не знает. лесная прохлада пронизывала каждый миллиметр тела, воздух здесь был настолько приятным, что Сашка то и дело вдыхал его побольше. тишина и спокойствие этого места завораживала. словно весь мир остановился. словно больше никого и не существует. они ступали осторожно, словно боясь кого-нибудь потревожить. можно было встретить одиноких белок, что с интересом наблюдали за парнями, а после стремительно покидали свою смотровую площадку и терялись в глубине листвы и хвои. недалеко прошуршал маленьких ежик. он точно не хотел обращать на себя внимание, но не смог, и потому ещё сильнее торопился скрыться. вроде все прекрасно, но сегодня, казалось, погода положила огромный болт на планы мальчишек. сначала стал сильнее и прохладнее ветер, что даже через защиту деревьев пробирался к ним. но парнишки даже сначала не предали этому значение, продолжая идти в каком-то направлении. —какой прекрасный на улице день. цветочки, птички поют... —или идёт дождь, — продолжил фразу Коля, вставив перед собой ладонь вверх, на которую уже упало несколько мокрых капель. —что? — вопросил Сашка рядом, не особо поняв, с чего это вдруг, но после на носу также почувствовал неожиданную холодную каплю. — дождь? —наверное. от сильного ветра деревья шелестели своими листьями, что напоминало множественный шёпот, который обычно устанавливается в классе, когда урок скучен. мелкая летняя морось, еле накрапывающая по листочкам, превратилась в полноценный дождь, а затем уже и в ливень. но друзьям было по барабану на то, какой хаос вокруг них. те как ни в чём не бывало прогуливались по лесу. Коля вырвался вперёд, побежав прямо по лужам и увлекая за собой и друга. Сашка намёк понял и побежал за Гоголем. однако, когда блондин без разбора бежал, не обращая внимания, что у него под ногами, его товарищ же выбирал дорогу без луж. неожиданно они вышли из леса, но не совсем там, где хотелось бы, а на трассу, где мимо мальчишек изредка проезжали машины. Коля огляделся и, заметив совсем недалеко остановку, под которой они могли сейчас спрятаться, жестом позвал Сашку и побежал туда. насквозь мокрая футболка начала прилипать к телу, из-за чего по спине пробежали мурашки. Гоголь сел на корточки, ведь посидеть нормально там было негде. парнишка вздохнул, промямлив что-то себе под нос. —как думаешь, скоро дождь закончится? — наблюдая за наставшим ливнем, Сашка посмотрел на белобрысую макушку. —весь бинт намочил, ээх, — недовольно протянул Коля, смотря на ладонь. рука парнишки быстро полезла в карман, мокрых шорт, доставая ту коробочку и, открыв её, стал в пол голоса считать. —это что? — Сашка наклонился, а как увидел, нахмурился и дал Коле подзатыльник. — ты обещал бросить курить, Коль. —обещал ещё три месяца назад, — проворчал он и достал одну сигарету из красной картонной упаковки с голубой надписью «Magna». — тц, все почти насквозь мокрые, не понимаю... —все так же ворчал шёпотом Коля, убирая мокрую сигарету обратно. — о, нашёл, — парнишка улыбнулся и встал ровно, зажимая тонкую сигарету между губами. теперь он полез в карман за спичками, коробок которых тоже был мокрый и спичку зажечь об чиркан вряд-ли получится. всё же он попробовал. парнишка встал на ноги и, достав одну спичку из коробка, стал под нужным для него углом пытаться зажечь, и, на удивление, получилось точно раза с четвёртого. зажав тонкую сигарету между губ, он поднёс огонёк спички к кончику сигареты, делая мелкую затяжку чтоб просто она зажглась. после первой затяжки дым наполнил рот Коли, и через время вытащив сигару из-за рта, дым наполнил ближний воздух. а умиротворения туманило, вслед за сигаретами, разум. парнишка лукаво улыбнулся, продолжая свои махинации. он вновь сел на корточки и зажал сигарету между большим и указательным пальцем, смотря просто на то, как капли дождя били по асфальту. напряжённая затяжкой грудь делает выдох, оставляя в горле неприятное чувство. блондин погружается в чувство расслабления: плохие мысли, мешающие ему весь день словно испарились, а по телу пронеслась волна приятных покалываний. он облегчённо выдыхал дым от сигарет. где-то в глубине разума он понимал насколько это вредно, особенно после слов родителей, когда его в первый раз спалили. но моменты наслаждения и блаженного успокоения не давали забросить курить. —Коля Коля, — выдохнул Сашка, смотря вниз на своего друга. —что? — повернув голову в сторону друга, Коля на секунду прокашлялся. —правильно Федя говорил, ты балбес. после же Коля недовольно посмотрел на Пушкина, либо из-за оскорбления, либо из-за того, что вновь напомнили о Фёдоре.

***

скрипнув тяжёлыми воротами, Коля и Сашки проигнорировали вопросы дежурных, откуда они тут взялись и куда ходили, видели ли они вообще какой ливень был. и промокшие насквозь пошли куда глаза глядят. вокруг бегали дети. на их лицах не осталось никакой тревоги после падения Коли в столовой. так же и не осталось их дружбы с Фёдором. она закончилась вчера, но смена была в самом разгаре. так, может, оставался шанс хотя бы проститься полюбовно? может быть, не надо вот так, сломя голову, бросаться в крайности и бежать от Феди? никогда не увидятся же. итак, план побега был, но, кроме плана, появилась растерянность, усталость и голод. полдник парни пробегали в лесу. ждать ужина оставалось ещё долго, в столовую идти смысла не было, там не дали бы и корочки хлеба - неудивительно, в смену Зинаиды Васильевны никому никогда ничего не перепадало. подходя к своему корпусу, Коля растерянно оглядывался, никого ли нету рядом. Сашка же не понимал его, даже когда спрашивал, но тот молчал. неожиданно Гоголь увидел проходящего мимо Пономарева, соотрядник. —а вы разве не на речке? — удивлённо спросил Коля. Петя вздрогнул и остановился. —о, Коля! а мы вернулись из-за дождя, — он бегло оглядел друзей. — а вы где были вообще? под дождём бегали что-ли? —ясно. а где... Фёдор? — Коле стало тревожно, вдруг он где-то здесь? а на вопрос Петьки он не ответил. Сашка тоже решил молчать. —занят он, шляется где-то. Ванька устроил диверсию. он соорудил бомбу из карбида, хотел отправить Мишу на Луну. но у Мишки не вышло, летательный аппарат взорвался. —карбида? бомбу? — переспросил Сашка, почесав затылок. —да-да-да. там та-а-к шарахнуло! девчонки в кусты, мальчишки в кусты, Ваньке нос разбили, кровь хлещет, всю площадку залил. Олька давай визжать. ну вот Федя его к директору и повёл. там до сих пор и сидят. а вы почему на речку не пришли? —да так, дела были. — произнёс тихо Коля, а Сашка лишь кивнул. парни зашли в свою комнату корпуса и давай сразу по кроватям. недовольно промычав, Коля повернул голову в бок и прикрыл глаза, пытаясь уснуть. Сашка сделал так же. и даже в сухую одежду после дождя не спешили переодеваться. заболеют или нет, было всё равно. тем более Гоголь и без этого с температурой сидел, хотя чувствовал себя прекрасно. дверь их комнаты тихонько скрипнула, но ни первый, ни второй не обернулись. лишь стали прислушиваться к его действиям, надеясь, что как только человек увидит, как они спят - без всяких разговоров уйдёт. но вдруг раздался топот в их сторону. —«взрослый, — мысленно предположил Коля. — шаги тяжёлые» — открывать глаза он не спешил, с Сашкой решат все проблемы. шаги резко замолкли, потом одинокие, стали негромко приближаться к кроватям. —никогда больше так не делайте, — тихий, немного дрожащим голосом попросил Фёдор. не показалось ли? нет. выходило, что и топот был его. Коля с трудом открыл глаза, веки сами собой закрывались и требовали покой. он посмотрел на вожатого. Фёдор стоял недалеко от его кровати, смотря то на одного, то на другого, тяжело дыша. —«вот он, пришёл собственной персоны, — пронеслось в голове Коли. — сам пришёл. опять. и зачем? отчитать нас с Сашкой?» —чего именно не делать? — негромко пробормотал Сашка, потирая кулаком глаза. —не пропадать просто так. вас двоих не было пять часов! —ладно, — только и смог пробормотать Коля, наблюдая, как Достоевский осторожно садится на стул за столом и смотрит на них. —думал, убью вас, как найдётесь, — хмыкнул он. — боже, если бы не Петя, до вечера бы не знал, где вы двое. вы вообще видели какой ливень был? а вы понятия не имею где. заболеете ещё, со вторым ещё возиться, Гоголь, ты и так болеешь. —а чего это сразу по фамилии? — недовольно протягивает Коля и садится на постели, скрещивая руки на груди. он слабо сводит брови к переносице, глянув на сидящего вожатого. — это хорошо, — он сделал паузу. — что ты пытаешься сделать вид, будто ничего не случилось. я тоже так хочу, но не получится. —с тобой я ещё поговорю, — Фёдор смотрит на Колю в ответ. —а, ну ладно, — с наигранной грустью блондин громко вздохнул и шмыгнул носом, после замечая на себя не понимающий взгляд Сашки, на что тот лишь помотал головой. —да не заболеем, не бойся ты так, — отшутился Сашка. —ладно, поверю, — он встал со стула, направляясь к двери. — через пятнадцать минут зайду к вам. —ага, ждём-ждём, — отмахнулся Коля и, встав с кровати, подошёл шкафчику, где лежали сухие вещи.

***

Гоголь подошёл к зеркалу с расчёской в руках, он шмыгнул голос, а мокрую косу стал расплетать, что до сих пор не высохла после дождя, так ещё и запутались все. глянув на забинтованную ладонь, бинт на которой уже был мокрый и грязный, тот фыркнул. положив расчёску на стол, он стал пытаться снять бинт. недовольно вздыхая, он смотреть в отражение зеркала на то, как он снимает бинт, а после тот оказывается на столе. взяв расчёску в правую ладонь, Коля тихо прошипел, но терпел мелкую боль. пытаясь причесать ниспадающие по длине волосы, он посматривал в зеркало, продолжая повторять себе: «ничего не будет», «он не придёт» и «сейчас пойдёшь спать». но надежды Коли были не услышаны... послышался звук двери, парнишка замер, в надежде увидеть там Сашку, который вышел куда-то, но нет, там всё же был Фёдор... Гоголь вздохнул, пытаясь перевести дыхание и продолжить мучение с волосами, не обращая внимания на него. —и зачем вы убежали, м? — начинает вожатый разговор, подходя сзади к мальчишке, тот лишь смотрит на него в отражении. —тебе это так интересно? — водя расчёской по одному и тому же месту, Коля смотрел на Фёдора. —да. я за вас отвечаю, не забывайте. а если бы вы с Сашей не нашлись, что бы я сказал вашим родителям, что потерял вас или вы сами куда-то в лес убежали? Гоголь молчал, продолжая слушать монолог вожатого. —я вообще зачем пришёл-то. конечно, кроме того, чтобы узнать, что вы тут живы-здоровы... стоп. Коля поворачивается к нему лицом. —а какая теперь разница? мы ведь больше не друзья. — сжимая в ладони расчёску, по телу прошла небольшая дрожь от боли порезов, которую сейчас терпел Гоголь. —конечно нет. какие мы после этого «друзья»? —«да, не друзья. после этого, конечно, мы больше не друзья», — Коля весь сегодняшний день понимал это, но нужно было услышать это от Фёдора, чтобы окончательно утратить надежду. они замолчали. Коля повернулся обратно к зеркалу и смотрел на его отражение. —Коль, неужели тебе совсем не страшно? —от чего мне должно быть страшно? —от того, что ты сделал! конечно ему страшно! а кому в такой момент может быть не страшно? его губы дрогнули. —Какой же ты всё-таки ребёнок, — не дождавшись его ответа, вздохнул Федя. — но на самом деле я тебе даже завидую. Коля молчал. —твоя безрассудность и правда вызывает зависть. ты с такой лёгкостью нарушаешь правила, плюёшь на всё и совсем не думаешь о последствиях... мне бы тоже так хотелось. чтобы хотя бы раз... хотя бы раз поступить не так, как «надо», а как хочется. знал бы ты, как надоело постоянно думать о правильности своих поступков! иногда я становлюсь настолько зацикленным на самоконтроле, на том, что делаю, говорю и как веду себя... что порой это доходит до паранойи. в такие моменты я физически не могу трезво оценивать происходящее, понимаешь? в ваш с Сашкой поступок вообще показался мне катастрофой. но... может, всё не так плохо? может, я преувеличиваю? Коля не понимал, к чему Федя клонит. он побоялся прерывать этот монолог. —Коль, я вот о чём думал и хочу узнать твоё мнение. существуют же очень близкие друзья, которые... ну, очень близкие, особенные. например, я в школе и в институте видел, как ребята под ручку ходят или вообще в обнимку сидят. — он глянул на Колю в отражении. —и что? — наконец, Коля проглотил застрявший в горле ком и заговорил. —ну ходят и ходят, мне то что. на то они и близкие люди, им можно. не то что мы. — последнее он проговорил шёпотом, а после фыркнул, убирая расчёску на стол, и, взяв резинку, сделал низкий и небрежный хвост. парнишка прошёл к своей кровати и сел, прижавшись спиной к подушке. — и что дальше? —как думаешь, они целуются? — Фёдор сделал пару шагов и сел на стул лицом к Коле. —ты что, издеваешься? мне-то откуда знать, у меня никогда не было никаких «особенных» друзей! — недовольно разводя руки по сторонам, громко говорил юноша. —а я? — произнёс Федя чуть жалобно и усмехнулся. —а ты... а ты вон, к Оле иди. она небось заждалась. — он отвёл взгляд. —Коль, ну перестань. Оля просто отдыхающая, такая, как все. —такая, как все... — передразнил Коля, закатив глаза. при упоминании её имени он сжал правую ладонь. ногти впивались в кожу и раны, вызывая по телу искру боли, чтобы не слышать внутреннего голоса, его монологов, снова пробуждающих ревность. —мне не хочется думать о случившемся плохо. но, как ни стараюсь, думаю. возможно, у меня опять паника или паранойя, и я снова раздуваю из мухи слона, но мне очень страшно. Коль, скажи, а ты-то что об этом думаешь? —о чём именно? Федор встал со стула и подошёл к его кровати, садясь рядом, и пододвинулся ещё ближе. —ты это сделал потому, что... — Федя запнулся. — ты будешь?...то есть, ты хочешь быть для меня не простым, а особенным... другом? всё замерло: дыхание, сердце. Коля обернулся. чужое лицо было в паре сантиметров от его, он снова чувствовал его дыхание на своих щеках. от близости вожатого замирали даже мысли, по телу бежали мурашки. Федя натужно сглотнул и прошептал: —может, на самом деле нет ничего плохого в том, чтобы поцеловать... особенного друга? и тут до Коли дошло, о чём последние десять минут Фёдор пытался сказать. не просто дошло, а рухнуло камнепадом. не по голове, а по сердцу - оно приняло удар на себя, Колю аж качнуло. —Федь... ты чего? — он задал самый дурацкий на свете вопрос только для того, чтобы убедиться, не послышалось ли. — ты чего говоришь, ты кого обманываешь - меня или себя? —никого. —то есть... — он сделал паузу и слегка распахнул глаза, прикусив губу. — ты уверен, что это даже не самообман? —нет, — Федор покачал головой. —а ты? едва дыша, Коля захлопал выпученными от волнения глазами и сжал обе ладони в кулак. сердце забухало в горле, Коля прохрипел: —да, — на самом деле, он не понял сути вопроса, ему просто хотелось сказать «да». Гоголь не мог поверить в происходящее. Фёдор сам приблизился к нему и чуть склонил голову. зрачки у него расширились, смотрел он взволнованно. Коля вздрогнул и мигом глянул на свою руку, чувствуя чужие прикосновения холодной руки. тот взял Колю за руку! не так, как обычно, а нежно и трепетно. водил по кисти пальцами. Коля вновь перевёл взгляд на лицо. разве всё это возможно? но тут дверь в комнату скрипнула. —алые звёзды на рельсах горят, трамвай переехал отряд октябрят... — скандировал снаружи Сашка. Коля резко отвернулся, вскочил и отсел на другой конец кровати. он посмотрел на мальчишек около двери. сам Сашка и рядом стоял Миша. —фу, какой дурацкий стишок! — ответил Сашке Миша, недовольно фыркнув.