Предательство и кровные узы

Часы после вторжения Снейпа в сознание Касси были одними из самых запутанных в ее жизни. В ней бурлили эмоции, она чувствовала себя разъяренной, преданной, униженной и уязвимой одновременно. Не имея ни малейшего представления о том, как разрешить все эти проблемы, девушка бродила по замку без всякой цели и в конце концов некоторое время в одиночестве прогуливалась у Черного озера. Перебирая камешки около темной воды, она начала повторять в голове слова Снейпа и размышлять о причинах его поступков. Это был постепенный процесс, позволяющий ей смириться с его поступками и увидеть все с его точки зрения. Это был не первый раз в ее юной жизни, когда мастер зелий увидел суровую правду реальности, несправедливость, связанную с тем, кем она была. И, вероятно, не в последний. По мере того как солнце садилось, а безмятежная обстановка вокруг становилась все более сумрачной, слизеринка все больше и больше чувствовала себя чертовой дурой. Конечно, если бы Кассиопея позволила неизвестному проникнуть в ее разум, это было бы опасно не только для нее, но и для окружающих. Она была умнее этого, или, по крайней мере, думала, что была. Но девушка так боялась разрушить единственную дружбу, которая была у нее в Хогвартсе, что готова была и на это. Теперь ей оставалось только гадать, была ли она эгоистична или наивна. Когда Блэк, наконец, вернулась, ее тут же отругал довольно суровый Перси Уизли, которого она, по сути, проигнорировала, даже когда он внимательно следил за ней и пытался сунуть ей в лицо свой новый блестящий значок старосты. Единственный раз, когда она услышала хоть слово из его уст, было "профессор Снейп", произнесенное строгим, раздражающим тоном. – Я должен рассказать профессору Снейпу, понимаешь, Касси. – Говорил он, не отставая от нее ни на шаг, пока слизеринка шла к лестнице, ведущей в подземелья. Она ничего не ответила, и теперь думала не о том, как глупо вела себя во всей этой ситуации, а о том, что чувствует к Снейпу. Снейп, один из ее самых старых друзей. Ее учитель, ее доверенное лицо, человек, к которому она обращалась практически по любому поводу, кроме таких, как проблемы с женской гигиеной. Временами он сводил ее с ума своей вспыльчивостью и склонностью критиковать каждую ее черту, и ему редко удавалось сказать что-то положительное абсолютно обо всем, но компанией мужчины она наслаждалась больше всего на свете. Она не могла допустить, чтобы их дружба была разрушена. Ситуацию нужно было исправить. Когда она спускалась по лестнице, голос Перси внезапно звонче зазвучал в ее ушах, поскольку он был уже рядом, вероятно, намереваясь провести ее прямо в комнату Снейпа, чтобы настучать на нее. – Без четверти полночь, я должен пойти к нему прямо сейчас... – Перси, если ты сейчас же не заткнешься, я расскажу ему, как Джордж застал тебя летом целующимся с собой через зеркало со значком старосты, – предупредила она. Она постаралась повернуться и посмотреть на него так, чтобы увидеть, как розовеют его уши. Гриффиндорец выглядел так, будто слегка задыхается. – Ты... что... ты не... – Возвращайся в башню Гриффиндора, Перси. – Не без злобы произнесла Касси, и пятикурсник вдруг повернулся на пятках и пошел обратно вверх по лестнице. Девушка немного похихикала, прежде чем продолжить свой путь. Каким бы раздражающим ни было это общение, но юмор был приятным облегчением. По мере продвижения в подземелья она взвешивала свои возможности. Слизеринка недолго думала о том, чтобы пойти к Снейпу, но она была измотана и расстроена, поэтому вместо этого вернулась в общежитие. Даже ложась в постель, семикурсница понимала, что частично оправдывает себя, так как знала, что, вероятно, было бы лучше разрешить ситуацию сейчас. Но даже зная это, она не могла представить, что встретится с ним лицом к лицу, зная, что он видел ее фантазии и желания. Дочь Темного Лорда с ужасом думала о том, что будет, когда они поговорят в следующий раз. На этот раз после того, как она заснула, она полностью осознала, что мысли атакуют ее разум. Через некоторое время она смогла отключиться от них; в бессознательном состоянии девушка не могла сказать, сколько времени это заняло. Но после этого Касси не смогла снова заснуть, решив вместо этого пойти в общую комнату и заняться учебой. Это было бесплодное занятие, и в итоге она перечитывала одни и те же страницы текста снова и снова, с трудом воспринимая предложения. К тому времени, когда наступило субботнее утро и другие слизеринцы начали выходить из своих комнат на завтрак, Касси чувствовала себя как живой мертвец. – Блэк, я думала, ты умерла во сне, потому что не слышала твоих непрекращающихся криков, – сказала Даника, проходя мимо дивана, на котором сидела Касси. Блэк кивнула ей, не имея сил, чтобы нормально поздороваться. В то утро Касси пропустила завтрак в Большом зале, решив заглянуть на кухню, чтобы съесть сэндвич с яйцом и немного фруктов. Не долго думая, девушка снова вышла на внешнюю территорию замка. На улице было настолько прохладно, что дыхание изо рта превращалось в пар. Насколько она могла судить, в это раннее утро на территории не было других учеников, на что слизеринка и надеялась, ведь направлялась в Запретный лес. За годы учебы в Хогвартсе она не раз уходила туда, надеясь, что никто не видит, хотя старалась не делать этого слишком часто, чтобы не привлекать к себе внимания и не быть пойманной. Касси получала столь необходимое уединение, а сегодня утром ей захотелось убежать от всего. Сама мысль о том, чтобы пойти в Большой зал и оказаться в присутствии Снейпа, была слишком тяжелой, и даже поход в библиотеку, чтобы позаниматься и, возможно, завести светскую беседу с другими студентами, был достаточным поводом для того, чтобы у нее подкосились ноги. Общая комната Слизерина была полна в холодную субботу, а с ней не было Чарли или Тонкс, с которыми она могла бы побродить по замку, как раньше. Все эти мысли в сочетании с недостатком сна чуть не вызвали у нее приступ паники, и она без раздумий направилась в сторону леса, внимательно следя за движением в хижине Хагрида. Она никогда не ходила в Запретный лес ночью, разве что один или два раза с Чарли, ради острых ощущений, когда они пытались осмеять друг друга. Касси придерживалась только одной знакомой тропинки, которая шла вдоль небольшого ручья на окраине. Она вела к небольшой полянке с большим неровным валуном, на котором она любила сидеть, но даже при свете дня его было трудно найти. Девушка нащупала шишковатый ствол дуба, который подсказал ей, что она идет правильно, и двинулась вперед осторожным, но торопливым шагом, чувствуя, что кто-то может окликнуть ее в любой момент. Валун показался не более чем через пятнадцать минут, и она вздохнула с облегчением. Взобравшись на него, не поскользнувшись и не ударившись, семикурсница села, скрестив ноги, и достала свою палочку, наколдовав небольшое, сдерживаемое пламя, чтобы согреться. Затем девушка села поудобнее, не решаясь закрыть глаза, так как в лесу это было бы глупо, но попыталась расслабиться. Здесь она могла наслаждаться тишиной. Здесь ей не нужно было ни с кем общаться. Она наслаждалась тишиной не более нескольких минут, ведь потом услышала незаметное, приглушенное трепетание крыльев над собой, и пригнулась; прежде чем она поняла, что происходит, ей на колени упало письмо. Юная ведьма облегченно рассмеялась, когда поняла, что одна из школьных сов последовала за ней, чтобы доставить почту. Она помахала сове, когда та улетала, и, опустив глаза, увидела свое имя, написанное знакомым почерком. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, что это от Чарли. Затем почти одновременно произошло несколько событий, по крайней мере, в голове Касси они произошли одновременно, ведь она устала и нервы были расшатаны. Ее сердце начало бешено биться от мысли о том, что Чарли, о котором она ничего не слышала с тех пор, как он уехал в Румынию, хочет сказать ей сейчас. Когда семикурсница трясущимися руками перевернула конверт, чтобы открыть его, она услышала звук приближающихся шагов, отчего сильно вздрогнула, погасила свой огонек и слезла со своего драгоценного валуна. Девушка заметила блеск серебристой жидкости на мертвом стволе в нескольких ярдах от нее. Даже когда мысль спрятаться за валуном пришла ей в голову, Северус Снейп появился в поле зрения, и Касси замерла на месте. Он выглядел разъяренным; теперь от него нельзя было ни спрятаться, ни убежать. – Что ты здесь делаешь? – шипел он, его голос был опасно низким. В этот момент студентка предпочла бы, чтобы он кричал. Касси на несколько мгновений потеряла дар речи и тяжело сглотнула. – Ты понимаешь, как здесь опасно? — Да. – Только и смогла вымолвить Блэк, но тут Снейп сделал шаг вперед и вырвал у нее из рук письмо Чарли. Он взглянул на него, перевернул один раз, несколько долгих секунд смотрел на нее, а затем указал на тропинку. – Назад в замок, сейчас же! – крикнул он, и резкое изменение громкости голоса заставило Касси вздрогнуть. Она начала идти, но медленно. Затем вспомнила о серебряном блеске и остановилась, пройдя всего несколько шагов. – Северус, подожди... – Делай, что тебе говорят! – приказал он, но слизеринка не послушалась и пошла назад, туда. Она услышала его разочарованный рык, но подошла к мертвому дереву, и присела на корточки, чтобы указать на жидкость. Ей не пришлось ничего говорить. Его бледные черты лица сменились гневом и удивлением. Он подошел к тому месту, чтобы присоединиться к ней, а затем медленно начал идти по следу блестящей жидкости. – Достань палочку. – Тихо произнес он, вытащив свою собственную, и жестом пригласил ее следовать за собой, засунув неважное теперь письмо Чарли в карман своей мантии. – Это то, о чем я думаю? – Спросила Касси, и он внимательно взглянул на нее. – Что это, по-твоему, такое? – спросил он, словно задавая ей вопрос на уроке, в ответ на что она закатила глаза. – Кровь единорога. – Тогда да, это она. — Десять очков Слизерину! – саркастически прошептала семикурсница, и Северус нахмурился. – Сейчас не время для шуток, мисс Блэк. Что бы ни ранило это существо, оно очень опасно. – Зловеще предупредил он, пока они медленно шли дальше. Но вокруг не было особенно густой листвы, а солнечный свет доходил до самой земли, отчего казалось, что они просто прогуливаются ранним утром среди деревьев. Если бы не угрожающая репутация леса и не следы телесных жидкостей, по которым они шли, это могло бы быть почти терапевтическим занятием. Они шли по следу, не разговаривая, еще минут десять, пока он не стал заметно уменьшаться, а затем и вовсе исчез, что свидетельствовало о том, что раны существа затянулись, и оно выбралось из того места, где его поранили. Несмотря на это, Снейп был настороже и настоятельно требовал, чтобы Хагриду рассказали о том, что они нашли, как только вернутся, поскольку он никогда раньше не слышал, чтобы единорогу причиняли вред. После того как лед между ними был сломан, Касси почувствовала себя гораздо смелее. – Давай пока не будем возвращаться, хорошо, Северус? – нарушила тишину девушка, когда они начали возвращаться назад. Снейп бросил на нее осторожный взгляд. – Хочешь провести больше времени в смертоносном лесу, да? – спросил он, и она поняла, что так просто не отделается. – Зачем ты пришла сюда? – Я... хотела побыть одна. – Медленно ответила она. – В замке и на территории есть много мест, где можно побыть одной! – Северус, я хожу сюда уже много лет. В одно место, с четвертого курса, – призналась она. – Я просто совершила ошибку, придя сюда до того, как доставили почту. Ты ведь последовал за совой, не так ли? – Иногда вы бываете легкомысленны, мисс Блэк. – Ответил он, когда они снова оказались на ее поляне, и Касси протиснулась мимо мужчины, чтобы снова забраться на свой валун. – Спасибо! Ты не перестаешь напоминать мне о моих недостатках, Северус? – сказала она и села, скрестив ноги, на то же место, на котором сидела утром. – Спускайся оттуда! Мы немедленно возвращаемся. – Нет, не вернемся! – возразила она, ложась на спину и закладывая руки за голову, как будто это была самая обычная ситуация, – Ты можешь идти, если хочешь, но я бы предпочла поговорить о прошлой ночи. – Мисс Блэк, это не обсуждается. – Сердито шипел он, и Касси понимала, что ей с ним не везет, но она также знала, что он просто так не вернется сам. – Я вернусь, – сказала она, не двигаясь с места, – Как только мы поговорим. – Лес чрезвычайно опасен, как вы только что убедились, и есть кто-то, пытающийся проникнуть в ваш разум и, возможно, контролировать его, и все же вы бежите одна, галопом по лесу, как будто непобедимы! Вы не понимаете, мисс Блэк, что у меня нет ни времени, ни терпения гоняться за вами! – усмехнулся он, и Касси порадовалась, что смотрит на лесную чащу, а не на его лицо. Она знала, что он выглядит так, будто готов убить ее прямо сейчас. – Я не просила тебя бегать за мной сегодня утром. – Спокойно ответила девушка. – Ты и не просила меня читать твои мысли, не так ли? Но это нужно было сделать! – сказал он, и она резко села, радуясь, что они куда-то едут и готовы к этому разговору. Слизеринка видела, что зельевар злится и начинает защищаться, и, как она и предполагала, он выглядел так, словно был готов проклясть ее. – Я знаю, Северус. Я должна была прислушаться к тебе, мне так жаль. Я была напугана, и мне не следовало давать тебе пощечину, прости меня. Должно быть, это был не тот ответ, которого он ожидал, потому что профессор несколько раз моргнул и замолчал на несколько мгновений, прежде чем выпустить тихое: "О". – И мне жаль, что я заставила тебя принять это решение, – продолжила она, и Снейп поднял руку. Они все еще находились на расстоянии фута друг от друга: она сидела на своем камне, а он стоял на лесной подстилке. – Тогда мы должны начать уроки Окклюменции. Хоть сегодня вечером. – Вы заняты семикурсниками, которые не смогли сварить зелье. – Точно, чуть не забыл, – пробормотал он, показывая ей, чтобы она слезла с валуна, и она начала слезать. По рассеянности он протянул руку и схватил ее за предплечье, чтобы помочь удержаться на месте. – Тогда после. Я знаю, что будет поздно. Касси едва не задохнулась, когда их соединенные руки послали волны электричества вверх по ее руке и вниз по позвоночнику. Она не знала, было ли это воображение или просто отчаянный оптимизм, но ей показалось, что он тоже почувствовал это, потому что на его лице вдруг появилось удивленное выражение. Как только она оказалась на земле, он отпустил ее, и они остались молча смотреть друг на друга. Затем Касси снова почувствовала прилив храбрости. – Я хочу поговорить о том, что ты видел, – тихо промолвила она, потому что, хотя девушка и чувствовала себя достаточно смелой, чтобы заговорить об этом, она все еще была невероятно робкой в том, что касалось ее чувств, – Пожалуйста. Секунды молчания показались вечностью, так как оба ждали, когда другой заговорит первым. Касси пыталась подобрать правильную формулировку для объяснения, потому что не могла сделать это в нескольких коротких предложениях. – Я видел много образов, – сказал он, его глубокий голос был настолько тихим, что едва долетал до ее ушей. – Было трудно расшифровать, что я вообще видел, Касси. Что бы Снейп ни говорил ей на протяжении многих лет, Касси не была глупой. Это было довольно определенное заявление. Это был его способ избежать неловкой темы. Северус не хотел говорить об этом. И для нее это было так же хорошо, как если бы он сказал ей "нет", что она ему не нужна, что он отвергает ее. Все, что она смогла сказать, это "Ох". Она без боя вернулась в замок. Она знала, что теперь ей нужно заняться учебой, потому что впереди ее ждала долгая ночь занятий Окклюменцией. Прогулка обратно на территорию прошла молча. Снейп решил, что девушка устала после похода через лес, и отправил ее в замок одну, чтобы он мог поговорить с Хагридом о крови единорога, которую они обнаружили. Хагрид поделился с ним своими опасениями, сказав, что им нужно быть начеку. Лесничий сказал, что этим занимается. Снейп начал строить свои теории относительно этих происшествий; между появлением здесь Поттера, мысленным вторжением Касси, ее снами, наличием камня в школе и теперь этим, он никогда не поверит, что все это совпадения. Северус положил глаз на кое-кого, но проверять свою теорию было еще слишком рано. Время покажет. Как только мастер зелий возвратился в свой кабинет, он вернулся к рутинной работе по проверке заданий. Северус занимался этим до обеда, и только когда встал, чтобы направиться в Большой зал, он обнаружил в кармане забытое письмо Касси. Мужчина вернет его ей во время обеда, если, конечно, она когда-нибудь появится на этом чертовом обеде. В последнее время было довольно трудно предсказать ее местонахождение, хотя, признаться, он не мог ее винить. Когда он занял свое место за высоким столом и осмотрел стол в поисках Касси, он не удивился, увидев, что ее там нет. Бормоча какие-то неразборчивые ругательства себе под нос, он мысленно пометил найти ее кузена-первокурсника и поручить ему разыскать ее и передать письмо в течение дня. Возможно, это позволит ему хоть на полдня отвлечься от неприятностей, что было бы приятным изменением. Снейп устал от необходимости связываться с Люциусом после каждого раза, когда Драко решал поиграть в хулигана. Эта шарада уже порядком надоела, а после того, как в первой половине семестра у него были неприязненные отношения с Касси, он даже не мог доверить ей информацию о поведении Драко. Он никогда не говорил об этом девушке, но всегда восхищался ее немного мрачным чувством справедливости, которое она любила обрушивать на хулиганов Хогвартса. Было много случаев, когда Северус знал, что она наказывала чистокровных пуристов в течение многих лет, но мужчина закрывал на это глаза, наказывая ее только в том случае, если другие профессора тоже знали об этом. Это был секрет, который он, возможно, раскрыл бы только после ее выпуска. Снейп нашел Драко вместе с его дружками Крэббом и Гойлом сразу после обеда, хотя и не в той ситуации, в которой он был рад их застать: они были во дворе и пытались поддеть Лонгботтома, а Поттер и Уизли собирались защищать его кулаками. Слава богу, все они были первокурсниками и еще не умели колдовать, иначе ему пришлось бы убирать рвоту и гной в дополнение к снятию баллов факультета. Отобрав довольно большую сумму очков с Гриффиндора и ни одного со Слизерина, Снейп попытался отдать письмо Драко и отправить его искать Касси. – Эй, только не это! – ныл Драко, драматично закатывая глаза. – Я не мальчик на побегушках! – Я и не прошу, – предупредил Снейп, а затем мальчик Уизли, который подслушивал, добавил. – Она у Хагрида с Фредом и Джорджем. Я возьму его, – предложил он. Не предложив вернуть Гриффиндору ни одного очка, Снейп передал письмо. – Не открывайте его. – Предупредил Снейп. – Эй, это почерк Чарли! – воскликнул мальчик, возбужденно разглядывая конверт вместе с Поттером, и Снейп почувствовал знакомый укол, которого не испытывал уже очень, очень давно. Это была ревность? *** Неважно, нужно отбросить это в сторону. Нужно было работать. Да и ревновать было не к чему. Касси училась на седьмом курсе, ради Мерлина. Ей семнадцать. Это, кстати, совершеннолетие... Но неважно, она студентка. И чему тут завидовать? Чарли Уизли, звезда квиддича Хогвартса, – бывший парень. Он в Румынии. Он для нее никто. Но это не имеет значения, даже если бы он был для нее кем-то важным. Черт возьми, соберись, тряпка! Снейп продолжал оценивать задания, готовиться к задержанию и следить за Поттером во второй половине дня. Хм, Квиррелл сегодня какой-то нервный, не так ли? Этот пучеглазый мошенник в тюрбане.… Ему лучше даже не думать о том, чтобы снова сказать что-то странное Касси, иначе он пожалеет, что вообще вошел в двери замка... И тут Снейп снова подумал о девушке. В последнее время она все чаще и чаще приходила ему на ум. Особенно после того, как он проник в ее мысли и увидел ее фантазии о них двоих. Северус словно не мог отделаться от нее. А потом они ненадолго сцепили руки в лесу, и между ними словно проскочил электрический ток, а он все переживал это чувство. Но он не мог. Она студентка, она студентка, она студентка. Все, на чем Снейп мог сосредоточиться, это на том, что позже вечером у них были уроки Окклюменции. Это было проблемой. Потому что он должен был сосредоточиться на том, чтобы обезопасить Поттера, сына Лили. Он должен был сосредоточиться. Наступило время наказания семикурсников. Они приходили, садились, переписывали текст. Снейп пытался сосредоточиться на бумагах, планировании уроков. Казалось, что урок длится вечно, но он пролетел незаметно, пока мужчина ожидал, что в следующий раз в его дверь войдет вороноволосая девушка. Класс опустел, он сел за свой стол и стал ждать, было десять часов, и тут вошла она. – Северус, – произнесла она, поприветствовав его по имени. Ее длинные темные локоны ниспадали каскадом по плечам. Поскольку был выходной и поздний вечер, она была одета в простую черную футболку и джинсы, а ее палочка торчала из кармана. – Профессор Снейп, – поправил он ее, пытаясь соблюсти формальность, чтобы сохранить расстояние между ними. Это редко когда срабатывало. – Присаживайтесь, мисс Блэк. Она повиновалась, выбрала случайную парту и устроилась за ней. Им не нужно было обсуждать процесс практики, ведь они уже делали это бесчисленное количество раз. По крайней мере, сегодняшний вечер не будет похож на предыдущие. Сегодня они были на одной волне и танцевали один и тот же танец. Оба были готовы, и, не говоря ни слова, начали. Возможно, Касси была мотивирована тем, чтобы Снейп больше не видел ее фантазий, потому что смогла вытеснить его и не пустить, а ведь они тренировались всего час. Снейп скорее гордился ею, потому что он не делал одолжения, ничуть не смягчаясь. Тем не менее, к концу тренировки они оба выдохлись и, не говоря ни слова, пожелали друг другу спокойной ночи. Теперь Снейпу пришлось ложиться спать в одиночестве, с печальными мыслями. Но одно его немного развеселило: находясь в ее мыслях, он видел, что было в письме Чарли, и каждое слово в нем было платоническим.