Плохой мальчик

Юнги снова подрался. На этот раз это случилось в столовой, на обеде после всех пар. Какой-то первокурсник вздумал влезть в очередь перед Мином, видимо, совершенно не зная о характере этого драчуна с четвëртого курса. Мину уже почти двадцать лет… А ведëт себя он как зелёный подросток, умеющий решать конфликты только кулаками. Но подобный образ жизни ему даже по душе. Нравится быть в центре внимания, пусть и таким нестандартным способом. К тому же Юнги знает, что ему ничего не будет за это. Он учится в музыкальном училище. Пианист. Причëм очень талантливый. Наверное, только за свой талант он и смог дотянуть до четвëртого курса. Сам Мин считает, что за свой идеальный образ гениального пианиста на сцене, он и отыгрывается своим ужасным поведением вне еë. «Ну и пусть отыгрывается, » — единодушно решили преподаватели, лишь попросив Юнги не наносить слишком серьёзных травм в драках. И вот за этим следит уже Хосок — любимый парень Мина, учащийся на танцевальном факультете. Вдвоëм они почти никогда не ходят по училищу, не желая привлекать внимание. Но Хосок всегда ненавязчивой тенью следует за Юнги, наблюдая за тем, чтобы он не слишком сильно увлекался. Каждый раз, наблюдая за тем, как Мин дерëтся, Хосок прикрывает лицо книгой, хитро улыбаясь, представляя, как дома накажет своего хулигана.

***

«Юнни, купи пива, » — такое сообщение высветилось на экране телефона Мина, когда тот выходил из училища, направляясь уже домой. Раздражëнно закатив глаза, Юнги повернул в сторону магазина, мысленно матеря Хосока. Почему тот сам не пойдëт за пивом, раз так хочет? Чон ведь ушëл домой сегодня пораньше, действительно мог бы сам купить. Но в догадливую голову Юнги, конечно же, пробралась мысль о том, что Хосок, возможно, специально оттягивает его возвращение домой. Стоя на кассе, Юнги невольно посмотрел на стойку с презервативами. Из-за завала на учëбе они с Хосоком действительно давно не трахались. Именно не трахались. Лëгкие ласки происходят у них чуть ли не каждый день, раз в пару дней бывает милый нежный секс, но… Юнги хочет немного другого. Хочет, чтобы Хосок прижал его к кровати и вытрахал из него всю душу. Признаться честно, именно в надежде на жëсткое наказание Мин сегодня подрался под носом у Хосока. И он готов поклясться своей консолью, что он заметил тот самый взгляд Чона, который может намекать на жаркий вечер. Руководствуясь этими рассуждениями, Юнги купил пачку презервативов и, сложив их в пакет с пивом, направился домой. Подходя ближе к дому, Мин закуривает сигарету, зная, что до квартиры еë не выкурит. В этом есть маленькая хитрость Юнги, чтобы получить чуточку большее наказание: Хосок терпеть не может, когда Мин курит в квартире. И вот Юнги заходит домой. Как-то подозрительно темно и тихо… Зажимая сигарету в зубах, Мин принимается снимать с себя куртку, как вдруг знакомые сильные руки обнимают его за талию, причëм так властно, что Юнги едва сдержался от стона. Как же сильно он хочет Хосока… Его руки в меру подкачанные, как и всë тело, всë-таки он танцор… — Юнни, ты сегодня себя очень плохо вëл, как я заметил, — раздаëтся бархатный голос Чона, наклонившегося прямо к уху Мина, — снова подрался в столовой… А теперь ещё и дома куришь, — с этим словами Хосок забрал изо рта Юнги сигарету, не забыв при этом провести большим пальцем по его губам, после чего потушил и выбросил сигарету. От прикосновения к своим губам, Юнги ещё больше захотелось стонать… Закусив нижнюю губу, он едва сдержал себя. — Я… Очень плохо повëл, себя, Хоби, — сладко улыбнувшись, проговорил Юнги, — возможно… Нужно что-то сделать с таким плохим мальчиком, как я? А то… Я же снова буду шалить, — хихикает Мин, глядя на руки Хосока на своей талии. Как же хочется ощутить их на голом теле, а не через одежду. — Интересно, что же мне сделать? Возможно, стоит… Хорошенько наказать тебя? — одна рука Чона спускается к ягодице Юнги и резко сжимает еë. И вот здесь уже Мин не выдерживает, и с его губ слетает протяжное, немного сдавленное «ах!», от которого он слегка краснеет. Но, не растерявшись, Юнги чуточку сильнее прижимается к обнимающему его Хосоку и слегка потирается задницей о его пах, как бы «прощупывая почву», то есть проверяя, возбуждëн ли Хосок уже? И довольно ощутимый твëрдый бугорок отвечает на вопрос Мина положительно. — Перед тем, как наказать меня… — тянет Юнги несколько вальяжно, — хотя бы верхнюю одежду сними с меня, — Мин оборачивается, встречаясь с Хосоком взглядом. И этот взгляд он отлично узнаëт. И как же давно его он не видел… Взгляд, полный почти животного желания… Мин усмехается, после чего Хосок резко прижимает его к себе и целует Юнги так горячо и страстно, что уже Мину становится несколько тесновато в штанах. Параллельно с поцелуем Хосок снимает с Юнги куртку и пиджак, которые так и бросает на пол в прихожей. Почти не отрываясь от губ Мина, Чон берëт его на руки и несëт в спальню. Свет в спальне тоже не был включен. Возможно, поэтому Юнги несколько потерялся в пространстве, когда Хосок кинул его на кровать. Нависнув над Мином, он тут же принялся растëгивать его рубашку, продолжая жадно целовать его уже покрасневшие от поцелуев губы. Из Юнги снова вырывается стон, когда рука Чона ложится на его пах и слегка поглаживает. В брюках находиться становится просто невыносимо… Рука Мина скользит по краю кровати в поисках пульта от их подсветки в комнате. И вот, он находит его. Первым попавшимся цветом оказался розовый, который Юнги и решил оставить. Хосок отстраняется от обцелованных и искусанных губ Мина, желая посмотреть на него под этим самым розовым освещением. Расстëгнутая рубашка красиво открывала вид на стройное бледное тело Юнги, на котором ещё оставались особо яркие следы их последних постельных развлечений. В этот раз Чон планирует оставить как можно больше новых следов. — Давай же, Хоби… Я очень плохо себя повëл, накажи меня, — протянул Юнги со стоном, развязно проведя ладонью по бедру Хосока и задержавшись на его упругом заде. Чон уже переоделся в домашнюю одежду, поэтому шаловливые пальцы Мина спокойно смогли проникнуть прямо под его шорты, чтобы лучше ощупать зад Хосока. Это только сильнее завело Чона. Сняв с себя футболку, он снова набросился на Мина, на этот раз принявшись покрывать поцелуями и лëгкими укусами его бледную шею. Через какое-то время в сторону полетели брюки Юнги, а после них шорты Хосока и их бельë. Однако рубашка на Мине так и осталась. Чон посчитал, что она слишком хорошо на нëм смотрится, чтобы снимать еë. И снова Хосок отстраняется, чтобы оценить открывшийся ему вид. Взгляд Мина уже был явно затуманен желанием, казалось, что в них даже можно увидеть сердечки, как в мультиках. Игриво улыбаясь, Юнги провëл пальцами по своим губам, зная, как сильно Хосок любит на них залипать. А взгляд Чона скользнул ниже, туда, где уже вовсю стояло возбуждение Мина. Губы Чона расплылись в хитрой улыбке, когда он придумал одну интересную деталь, которую, правда, сообщит не сейчас. — Хоби… — несколько жалобно протянул Юнги, потянувшись рукой к члену парня и принявшись со скучающим выражением лица надрачивать ему, при этом внимательно смотря в глаза Чона, — давай же… Сделай то, что хочешь, — и, намекая на то, чего, по его мнению, хотел Хосок, Юнги чуть шире раздвинул ноги. Чон на это и расчитывал, но, взяв Мина за бедро, так и не выразил намерения войти в него, продолжая наблюдать за действиями руки Юнги. — Сначала… Я хочу, чтобы мой плохой мальчик хорошенько поработал ртом, — проговорил Хосок. Юнги на такую реплику отреагировал свои очаровательным удивлëнным взглядом, тут же сменившимся сладкой ухмылочкой. — Вот как? — Мин медленно выбирается из-под Хосока и опускается на пол. Хосок, поняв, что это означает согласие, сел на край кровати, выжидающе раставив ноги пошире, — будь со мной погрубее, Хоби, — протянул Юнги встав на колени. Двинувшись ближе к ожидающему ласки органу, Мин даже облизнулся. Как же ему хочется больше грубости от Хосока… — Как скажешь, котик, — сказал Хосок, поглаживая Юнги по волосам. Юнги действительно похож на котика… Взгляд Чона полностью прикован к прекрасным розовым губам, обхватившим его возбуждëнную плоть. А Юнги специально работал ртом не очень активно, даже лениво, чтобы вызвать у Хосока желание проявить грубость. И это получилось. Спустя пару минут ленивого минова вождения языком по стволу члена Хосока, тот не выдержал и, сжав мятные волосы Юнги, слегка надавил на него, заставляя насадиться ртом на член, дать ему войти глубже. Сначала на половину длины, а после ещё одного настойчивого действия Чона, и вовсе полностью. От того, как приятно головка члена Хосока давила на горло, Юнги блаженно простонал, посылая вибрацию по чувствительному органу. Прикрытые глаза закатываются от удовольствия и Мин начинает активнее сосать член любимого, обводя его языком по всей длине, аккуратно принимаясь двигать головой вверх-вниз, беспрекословно слушаясь руку Хосока, всë так же сжимающую его волосы. А через какое-то время Хосок принимается и толкаться в горячий мокрый рот Мина, отчего второму окончательно сносит крышу. Он чувствует себя таким… Подчинëнным. Ему до безумия нравится то, как Хосок пользуется им, как резко и грубо толкается в его рот… Почти беспрерывно продолжая стонать, Юнги крепко сжимает руками бëдра Хосока. И так происходит ровно до того момента, когда Хосок с тихим рыком не кончает. Горячая сперма полностью заполняет рот Мина. Получив свою порцию, Юнги отстраняется, выпуская член изо рта, но и это было не всë — довольно много капель выпустилось ещё и на лицо Юнги, запачкав мятную чëлку и щеку. — Ха… Это было… Ахуенно, Хоби… — хрипло прошептал Юнги, уложившись щекой на бедро Хосока. Взгляд Мина был чëтко направлен на ещё стоящий член Чона, явно намекающий на продолжение. Чон несколько секунд внимательно рассматривал запачканное в сперме лицо любимого, его губы, на которых так же были капли белëсой жидкости… А потом Хосок взяв Юнги на руки и снова уложил на кровать, на этот раз лицом вниз. Уставший после активной работы ртом, Юнги даже ничего сказать не был в силах. Он хотел лишь одного — чтобы Хосок, так же грубо, как и его рот, выебал его зад. Именно поэтому, оказавшись на кровати, Мин сразу же выпятил свой зад, изящно прогнувшись в спине. Намëк был понят. Через пару минут тихих шорохов и некоторого копошения в Мине уже оказалось два хорошенько смазанных пальца. Хосок принялся растягивать Юнги. Но по какой-то неведомой Мину причине, пальцы Чона упорно игнорировали такую важную точку, как простата. Жалобно постанывая, Юнги постоянно подвиливал задом, пытаясь самостоятельно направить пальцы Хосока туда, но… Получал довольно грубые шлепки по заднице, от которых только сильнее заводился. — Хоби!.. Ну пожалуйста, — плаксливо тянет Юнги, насаживаясь уже на три пальца. — Терпи. Не всë сразу, — шепчет Хосок на ушко Мину, свободной рукой снова шлëпая уже порозовевший от шлепков зад. И вот, в какой-то момент, когда Юнги уже привык к чувству заполненности в заднице, прекрасные длинные пальцы Хосока пропадают из неë. Мин обиженно скулит, повиливая задом, требуя, чтобы его снова заполнили. Хосок что-то бормочет про то, чтобы Юнги потерпел, но капризный Мин только громче скулит, уткнувшись лицом в подушку. После очередного шлепка, которому предшествовало тихое копошение (Хосок надевал презерватив), Чон наконец-то входит в Юнги. Он специально сделал это достаточно резко, войдя сразу на всю длину, чтобы уж точно вызвать этот громкий востоженный стон Юнги. — О-ох… Хоби… — у Мина словно резко подскочила температура — настолько он ярко покраснел. Обернувшись, Юнги устремил замыленный взгляд на Хосока, — ты просто огромен… — протянул он. Ему всë ещё немного было тяжело выговаривать слова своим усталым ртом. Усмехнувшись от слов Мина, Хосок покрепче сжимает в руках худые бëдра Юнги и принимается толкаться в него. Он давно уже понял чего хочет Мин, поэтому, решив не церемониться, сразу перешëл к быстрым и резким толчкам. Юнги окончательно и бесповоротно снесло крышу. В этот момент было прекрасно всë. Ощущение заполненности, частые толчки, постоянно проезжающийся ровно по его простате член Хосока… Абсолютно всë. Безумно сильно его заводили громкие хлюпающие звуки — видимо, Чон смазки не пожалел. И это было прекрасно. Мину даже не нужно было помогать себе руками, он чувствовал, что уже почти на грани. Ему просто хотелось хоть вечность лежать вот так и давать Хосоку вытрахивать из него душу, как он и хотел. Беспрерывные протяжные стоны Мина, казалось, не прекращались ни на секунду. А сам Юнги чувствовал себя настолько прекрасно, что на глаза даже навернулись слëзы, а изо рта потекла слюна. — Я~ах… Боже, Хо… Я сейчас… — едва разборчиво мямлил Юнги, иногда слабо подвиливая движениям Хосока. Впрочем, в этом не было большой необходимости, руки Чона сами управляли его бëдрами, как им вздумается. — Нет, Юнни. Я не разрешаю тебе кончать. Я вижу… Что тебе очень хорошо, — хитро улыбаясь, протянул Хосок и укусил Юнги за ушко, — хоть в чëм-то твоë наказание должно проявиться. — Ч-что? Ох, Хоби!.. — у Мина не очень вышло сыграть возмущение от таких слов. Кажется, он совсем ничего уже не соображает… Он думает только о превосходном члене Хосока, который сначала трахнул его рот, а теперь трахает его зад. А тем временем рука Чона легла на член Мина и, сделав пару движений, большой палец Хосока аккуратно зажал уретру Юнги. От этого Мин жалобно заскулил, сделав попытку толкнуться в ладонь Чона, но безуспешную. Теперь Юнги точно на грани, и он это чувствует… А этот наглец не разрешает ему кончить! — Хоби… Пожалуйста… Я… Я очень… Хочу… — едва дыша скулит Юнги, продолжая инстинктивно подвиливать толчкам Хосока, понимая, что, вообще-то, это только сильнее вызывает в Мине желание кончить. — Плохо просишь, — усмехается Хосок и снова назло принимается дрочить Юнги и, кажется, только быстрее принимается толкаться… — Хоби~и!.. Пожалуйста… Умоляю… — хнычет Юнги, царапая ногтями ткань подушки. — Почти… Давай, ещё немного постарайся в своих уговорах, — язык Хосока издевательски елозит по шее Юнги. — П-папочка… Хоби… Пожалуйста… Позволь своему… П-плохому мальчику кончить… — еле разборчиво выговорил Юнги, закатывая глаза от слишком приятных толчков, — я… Я больше не буду плохо себя вести… Ах!.. Юнги почувствовал, как внутри стало слишком горячо. Уже даже Хосок кончил в презерватив, а Мину не разрешает! Юнги подумал уже возмутиться по этому поводу, как вдруг Хосок убрал большой палец и прошептал Мину на ушко: — Разрешаю, — и Чон тихо хихикнул. А вот Мин простонал особенно громко, почти как в хентае. Его семя, так долго и так нагло удерживаемое, забрызгало и ладонь Хосока и живот Юнги и сильно испачкало одеяло. Но Мин был доволен.

***

Сходить помыться они оба пока в себе не нашли силы. Мин смог только завалиться набок, размытым взглядом смотря на свой испачканный живот. А Хосок лëг лицом к нему, мягко улыбаясь и всë ещё тяжело дыша. — Я… Так давно хотел чего-то такого… — промямлил Юнги, прикрыв глаза. Ощущения превосходные. Настолько хорошо оттраханным он себя давно не чувствовал. — Я знаю… Прости. Я всë время был слишком усталый, ты же знаешь. Но, думаю теперь я загладил свою вину, — пальцы Хосока заботливо перебирают пряди мятных волос Юнги. Некоторые из них слиплись из-за засохшей спермы… — Однозначно, — усмехнулся Мин, чувствуя, что засыпает, — люблю тебя… — И я тебя, котик, — Хосок напоследок тычет засыпающего Юнги в нос.