Мой любимый...демон?

      – Леви, стой! – прокричал брюнет. Он в два шага преодолел расстояние между ним и девушкой, схватил синевласку за плечи и посмотрел в глаза. – Что ты делаешь?       МакГарден подняла пустой взгляд и посмотрела прямо в глаза Гажилу. Теперь она не боялась в них смотреть, весь страх прошёл, она больше ничего не боится. Её грудь вздымалась при каждом вдохе, а руки до боли сжимали кинжал.       – Я? Умираю, разве не видно? – спокойно промолвила девушка, в её голосе больше не было чувств и эмоций, она будто стала роботом, будто ей просто кто-то управлял. В её глазах вновь можно было увидеть пустоту, но теперь это была другая, пугающая пустота.       – Прекрати, что ты творишь? – кричал Гажил, у него была паника, он просто не понимал, что здесь происходит. – Что ты хочешь этим сказать?       – Я больше ничего не хочу сказать, – всё так же спокойно продолжала Леви.       – Но… ты должна жить… зачем? – Парень находился в состоянии шока, растерянность затуманила его мозг, и он даже не смог произнести полное предложение.       – Вот именно, зачем жить? Судьба уже давно дала понять, что мне жить в этом мире просто бессмысленно. Сколько раз я была на грани жизни и смерти? А теперь выяснялось то, что я ещё и укорачиваю жизнь тебе. Зачем мне отбирать у других жизнь? Я не хочу. Я не хочу жить.       – Но я хочу, чтобы ты была жива. Ты мне нужна, понимаешь? Нужна.       – Зачем? Чтобы убить тебя? Как я тебя поцелую, если ты считаешь меня слабачкой? Даже если и поцелую, то думаю, нам обоим будет неприятен этот поцелуй. А ведь я всю жизнь пыталась доказать самой себе, что я сильная, что я смогу выдержать испытания судьбы и смогу контролировать свои эмоции. И у меня почти получилось, пока не появился ты. Сегодня ты заставил меня вспомнить те чувства, которые я переживала во время борьбы с собой. Я не хочу возвращаться в те времена. Я не хочу снова терзать себя, что-то доказывать, но и сдаваться я тоже не намерена. Всё, к чему я так стремилась, разрушилось. Зачем ты разрушил это? Зачем ты разрушил меня? Я тебя ненавижу.       – Это не повод расставаться с жизнью. Ты можешь ненавидеть меня, но быть живой. Ты говоришь, что сдаваться не намерена, а что ты делаешь сейчас? Разве ты не сдаёшься?       – Ты прав, я сдаюсь, – опустошенно сказала девушка и опустила руку, в которой сжимала кинжал, но тут же подняла обратно, продолжив, – но ты не понимаешь, как это сложно, какую сильную душевную боль я испытываю. Как сложно вот просто взять и перестать реветь, остановить этот нескончаемый поток слёз. Да, я мягкосердечный человек, да, я не могу справиться со своими эмоциями, ну и что с того? Почему ты меня постоянно упрекаешь в этом?       – Я… я не знаю… Но я в любом случае не позволю тебе умереть.       – Почему? Разве я сама не могу решить, когда мне закончить свою жизнь? Я больше не могу бороться с судьбой, цена слишком высока. Если мне суждено умереть сейчас, я и умру, не нужно останавливать меня. Я больше не вижу смысла в этой жизни. Если раньше я стремилась к чему-то, пыталась стать лучше, то сейчас ты разрушил все мои мечты и надежды. Наверно все демоны такие. Ты дал мне понять, что я ничтожество, пусть и прямо ты мне этого не говорил, но ты так повлиял на меня. Ты постоянно унижаешь меня и используешь так, как нужно тебе. Я чувствую себя твоей игрушкой, простой бездушной игрушкой, которая даже слово не может вымолвить. Это невыносимо. Ты разрушил меня, так зачем же мне жить дальше? Почему я дальше должна испытывать эти муки?       – Да потому что я люблю тебя, дура!       Из рук девушки выпал кинжал, звонко упав на пол. Повисла минутная тишина. Каждый пытался понять, что сейчас произошло. В глазах синевласки снова зажегся огонёк, будто бы её пробудили ото сна, теперь в этих ярко алых глаза снова плескался смысл. Синевласка не знала, что сказать, и Гажил, видимо, тоже не мог подобрать слов. Вскоре МакГарден всё-таки осмелилась разрушить эту гробовую тишину:       – Всё-таки странная у тебя любовь, Гажил, но зато взаимная, – одними лишь губами пролепетала она, но брюнет её понял. С этими словами девушка ушла в спальню.       Гажил же вышел на балкон подышать свежим воздухом. Он пытался осмыслить недавний разговор. Вокруг уже все спали, и было тихо. Уши парня ещё не привыкли к такой тишине после бурной ссоры. Глубоко вдыхая воздух, Редфокс любовался видом города. Вскоре это помогло ему расслабиться, он задумался и совсем забыл об этой ссоре.       Через несколько минут парень решил вернуться в комнату, но, сделав всего пару шагов, остановился. Перед ним на полу лежал кинжал, тот самый, что держала в руках Леви. Брюнет тяжело вздохнул, поднял этот кинжал, с ненавистью и некой злобой он рассмотрел его, после чего вернулся обратно на балкон и выкинул предмет в окно. Его даже не волновало, что он может кого-то задеть, ведь сейчас ночь, вряд ли кто-то будет ходить между домами в такое время. Главное – избавиться от этой вещи, имеющей такое неприятное и тяжёлое воспоминание, раз и навсегда.       Через несколько минут Гажил решил, что пора спать. Но в комнату, в которой спала МакГарден, он не хотел заходить. Не потому что боялся или испытывал к девушке какое-то отвращение. Нет. Потому что он не хотел её будить, ну а если она не спит, то не хотел мешать ей думать и осмысливать сегодняшний разговор. Он ведь понимает, что сейчас, после такой сильной эмоциональной бури, лучше её оставить наедине со своими мыслями. Парень просто улёгся на диван и вскоре уснул.

***       Леви проснулась. Вставать с постели не хотелось, но нужно идти на учёбу, тем более она уже и так много пропустила. Девушка с трудом открыла глаза. Руки не поднимались, тело будто налилось свинцом и стало тяжёлым, неподъёмным. Синевласка просто неподвижно лежала и смотрела в потолок. За окном было пасмурно, это ещё больше заставляло МакГарден вернуться в мир снов. Она лениво повернула голову на бок, в сторону раскладушки, на которой обычно спал Гажил. Девушка несильно удивилась отсутствию брюнета. Наверно вчера она немного переборщила, но и он тоже хорош. «Надо бы извиниться», – проскочило в голове синевласки. Она не спеша встала с кровати и поплелась к выходу, шаркая ногами по полу. Леви вышла из комнаты и прошла вдоль дивана на кухню.       – Игнорируешь меня, значит? – послышался низкий хриплый голос из-за дивана.       Синевласка спросонья не поняла, кто это, и завизжала на всю квартиру.       – А-а-а! Маньяк, вор, уходи отсюда, иначе мало не покажется, мой парень тебя так отметелит, потом месяц не сможешь с кровати встать! – не подумав, протараторила она. Гажил, услышав эти вопли, начал дико ржать и вскоре скатился с дивана на пол.       – Ты с ума сошла? – пытаясь отдышаться, выговорил он.       – Я? Нет, с чего ты взял, я вполне нормальная и очень даже адекватная девушка. О чём ты говоришь? – невинно пролепетала МакГарден. Она наконец поняла, какую глупость сморозила, и решила прикинуться, что она здесь не причём.       – Значит, я теперь твой парень. Или ты говорила о другом, о котором ты на протяжении всего сна рассказывала?       – Я говорила во сне? Эм… в смысле, ты подслушивал, что я говорю во сне?       – Нет, я просто ночью попить захотел, пошёл на кухню, а там слышу, ты что-то бормочешь. Думал, ну может, сама с собой разговариваешь, ну всякое бывает. Потом заглянул, а ты спишь и во сне говоришь.       – Ну, знаешь ли, подглядывать плохо, – произнесла девушка и демонстративно обиделась, надув щёчки. Но любопытство все же победило её обидчивость. – А что я там говорила хоть?       – Да всякую бредятину несла. Не парься.       – А ну-ка выкладывай давай! – угрожающим тоном произнесла девушка. – Я не хочу, чтобы об этом знал кто-нибудь ещё.       – Поздно.       – Что? – прошипела МакГарден, покраснев то ли от стыда, то ли от гнева. Потом она кинулась на этого чёрствого громилу с кулаками, но всё тщетно.       – Воу, Леви, ты такая грозная. Я же пошутил.       – Всё, я на тебя обиделась, шутник хренов! – Леви повернулась к Редфоксу спиной и скрестила руки на груди. После нескольких минут молчания в голове синевласки начали мелькать мысли: «Что же он не извиняется? Я уже на учёбу опаздываю!», но ждать ей долго не пришлось:       – Ну ладно, извини. И это…       – Что?       – Ну… за вчерашнее... тоже извини, – с трудом выдавил из себя брюнет. Ему всегда было сложно признавать свою вину.       – Нет, Гажил. Это ты меня прости. Я сама, как дура, вздумала тут умирать… Я ведь на самом деле не хочу. Я хочу жить.       – Понимаю, дурочка моя.       – Эй, хватит обзываться, я тут, между прочим, из-за тебя на учёбу опаздываю! – опомнилась Леви и тут же хотела рвануть к входной двери, но вспомнила, что ещё в пижаме и даже не умылась и не позавтракала. – Ох, чёрт! – выругалась она и стала быстро метаться по квартире. Через несколько минут девушка уже умылась, оделась и даже причесаться успела.       – Десять минут, это рекорд! – подшутил над синевлаской Гажил.       – Так, всё, я побежала, пока, – попрощалась Леви и быстро выбежала из квартиры. День начался довольно весело, несмотря на ужасную ссору вчера.