Самое дорогое, что у тебя есть

      За столом в этой семье царит такая приятная и домашняя атмосфера, что хочется, чтобы это длилось вечно. Тепло так и заполняет моё сердце. Как бы я хотела, чтобы мы с Лизой были сёстрами. Такая жизнь для меня стала бы настоящим счастьем. Семья — самое дорогое, что у нас есть, как жаль, что мы не умеем ценить всё, пока у нас оно есть. И не потеряв раз, мы не сможем понять всего счастья, даже от самых обычных вещей. А вернуть потерянное очень сложно, а порой даже невозможно.       Хотела бы я семью, в которой бы царили любовь, понимание и уют. Я скучаю по тому, что было давно, по маме, нашим семейным прогулкам, дому, где мы жили. Я её не видела с тех пор, как она ушла от папы. Почему мама даже не попыталась меня забрать? Я была ей не нужна? Неужели я была нелюбима ей? Или мешала? Я не понимаю… Почему это всё случилось? Почему она решила уйти от нас с папой? Сколько я бы не думала, не гадала, ответа найти не могла. Думаю, мне и не стоит знать, ведь это может разрушить хоть маленькую надежду на то, что это просто так получилось, а на самом деле тебя любят.       Еда просто прекрасная, давно я так хорошо не ела. Может, для многих она обыденна, но не для меня. Я привыкла есть то, что дешевле, а это не всегда вкусно. Я бы заглядывала к Лизе чаще, но не хочу быть нахлебницей и навязчивой. Скажи я это Лизе, она бы, наверное, на меня разозлилась, но я и так считаю, что слишком часто пользуюсь её добротой и заботой. Мне совесть просто не позволяет приходить часто. Но я очень ценю эти редкие часы счастья, когда я могу расслабиться и быть собой, не боясь ничего. Счастье можно познать и от таких мелочей, но чаще всего это понимают те, кто потерял многое.       Взяв с кухни чай, мы идём в комнату Лизы. Я решаю нагло занять кресло, поджимая ноги и, придерживая, ставлю кружку на коленки. Решив, что чай горячий, и оставив остывать его на столе, моя подруга распластывается на своей кровати. Думаю, будь Лиза одна, то с удовольствием прям так и заснула, но сейчас интерес к моей истории был для неё на первом месте. — Так, ты говорила о том мужчине… — Она на мгновение задумывается, наморщив лоб, пытаясь что-то судорожно вспомнить. — Как его там? — немного растерявшись, уточняет подруга, рассматривая свой потолок, как будто там мог быть написан ответ на её вопрос. — Альберт, — немного погодя отвечаю я, отпивая чай, после чего мне приходится встать, чтобы достать визитку из своих вещей. — Альберт Николаевич, — держа бумажку в руках, то ли для подруги, то ли для себя читаю я. — Ах, да, Альберт! — как будто сама вспомнила, произносит она, хлопая себя по лбу. — Так что, ты хочешь ему вернуть куртку? — спрашивает девушка, приподнимаясь и пристально глядя мне в глаза, как будто это вопрос мировой важности и от ответа зависит жизнь нашей планеты. — Конечно! — Я с удивлением смотрю на свою подругу. — Тем более есть такая возможность. Не люблю быть в долгу и брать чужое, — оживляюсь я, всё же принципы — это непоколебимая вещь, и если они настоящие, то их очень сложно нарушать. — Ну знаешь, — соскакивает с кровати девушка и, взяв визитку, начинает её рассматривать. — Тебе не кажется это немного странным? — задумчиво тянет она. — Обычно, если кто небезразличен, то он вызовет полицию, пусть они и разбираются. А тут отдал куртку. Ладно, предположим, такой он человек. Но эта визитка подозрительная, — недоверчиво говорит Лиза, смотря на несчастный кусочек бумажки, по-кошачьи прищурив глаза, как будто пытаясь выразить всю степень своего недоверия. — Может, ты в чём-то и права, — замявшись, произношу я, смотря в пол, пытаясь собрать свои мысли в кучу, чтобы правильно выразить их. — Сама в шоке от всего этого. — Я поднимаю на подругу взгляд, полный уверенности в следующих своих словах. — Но принципы не позволяют. Да и что я с этой курткой буду делать? Тем более передать вещь — пара минут, мне же не надо с ней будет идти в подозрительные места, — стала я успокаивать подругу, приводя свои доводы, или я пытаюсь успокоить себя? Всё же этот человек вызывает у меня странное чувство беспокойства, которое я всё ещё ощущала от мыслей о нем. — Ох, делай что хочешь, — вздохнув, как мать, у которой непоседливый ребёнок, она протягивает мне свой телефон. — Но будь осторожна, хорошо? Не доверяю я этому твоему добродетелю… — шёпотом добавляет она. — Я всегда осторожна, и он не мой ни в коем случае, — улыбаюсь я подруге и беру её телефон. — Тем более у меня, если что, есть ты, я знаю, что ты мне всегда поможешь. — Лиза смущается от таких слов и отворачивается, фыркнув. — Звони уже. Может, этот телефон вообще не существует, — немного грубовато произносит златовласая, хотя я знаю, что на самой деле ей просто неловко от предыдущих слов. — Звоню, звоню, не спеши… — Я улыбаюсь, про себя думая, что она милая, когда так делает. — Я же даже не понимаю, куда мне ткнуть, чтобы начать набирать, — теряюсь я, смотря на телефон у меня в руках, вот не дружу я с новой техникой и всё. — Да… сенсорный телефон явно для тебя нечто странное, — раздаётся вздох, и у меня шустро выхватывают телефон с визиткой. — Давай я наберу номер сама, а то ты и за час не разберёшься! — Она начинает что-то быстро в нем делать, а потом протягивает мне. — Всё, я нажала на звонок, — неожиданно сообщают мне. — Что? Уже? Предупреждать на… — растерянно начинаю говорить я, не была я готова морально к звонку, но в панике беру телефон в руки, и вовремя, так как гудки в телефоне заканчиваются. — Алло? — раздаётся голос из телефона, и я его чуть не роняю. И что мне говорить, с чего начать? Я же даже не продумала, что буду говорить ещё. Это подстава со стороны Лизы, и, кажется, она довольна результатом. — Здравствуйте… — Кажется, у меня голос дрожит, а я ещё чуть-чуть — и начну заикаться. — Это… ну… вы мне дали куртку ночью… Там была визитка, и я хотела бы её вернуть, — выпаливаю я на одном дыхании то, что первое мне пришло в голову.       На пару секунд повисает тишина, я уже подумала, что человек просто бросил трубку или связь прервалась. Не знаю, что тогда бы я делала тогда. И так вся эта ситуация странна донельзя. Не уверена, что я второй раз осмелилась бы позвонить, особенно после такого. Но, слава богу, тишина не длится долго. — У меня нет времени сегодня, но если ты её так хочешь вернуть, то давай завтра встретимся в девять утра, там, где я её отдал тебе, — задумчивый голос раздаётся из трубки, немного успокаивая меня сначала, но потом, когда я осознаю смысл слов, я волнуюсь ещё сильнее. — Хорошо, — быстро отвечаю я, невольно сжавшись, уж слишком неловко, как мне кажется, получилось. — Если что-то не так, звонить на этот номер? — вдруг спрашивает мужчина, и я теряюсь, не зная, что ответить, уж слишком, наверное, будет странно звучать ответ. — Это не мой телефон… — неуверенно произношу я, не зная, поверят ли мне, посмеются ли над этим. — У меня нет телефона, — неохотно поясняю я, чтобы избежать лишних вопросов. — Но если вы не сможете, то можете на него написать в течение этого дня… — Кажется, мой голос дрогнул от неуверенности. — Хорошо. Тогда до завтра. — В отличие от моего, голос мужчины спокойный и уверенный, наверное, звонки и телефонные разговоры для него настолько обыденны, что для него ничего это не значит. — До свидания, — почти шёпотом отвечаю я и после начинаю в панике смотреть на экран, не зная, как завершить звонок, но подруга тут же спохватывается и сама нажимает на красную кнопку, от чего я вздыхаю с облегчением. — Так что тебе сказали? — с любопытством спрашивает Лиза, как будто пытаясь своим взглядом вытянуть из меня всё самое сокровенное и личное. — Ну… В девять утра встречусь и отдам ему обратно куртку, думаю, это не займёт много времени, так что после этого я вернусь к тебе, — отвечаю я, подходя к окну и кладя голову на подоконник. — Эээх, это всё? — В голосе подруги слышится разочарование. — А ты что хотела? — с удивлением я смотрю на подругу, не понимая, что она ещё хочет от этого разговора. — Ну, знаешь, например, что-то романтичное или странное, ну, короче, что-нибудь интересное! — дуется девушка, как маленький ребёнок, снова вводя меня в ступор. — Ты серьёзно? — медленно произношу я, пытаясь полностью осознать её слова. — Кажется, кто-то сериалов пересмотрел, — вскинув брови, неуверенно добавляю, не понимая, о чём она сейчас думает. — Да шучу я, но всё равно, признайся, это довольно скучное завершение истории! — Лиза плюхается в кресло, в которое я хотела вернуться. — У меня и так что не день — то приключение. Куда мне ещё больше? — недовольно фыркаю я и от некуда деваться устремляю взгляд в окно, рассматривая прохожих и кроны деревьев. — Ну, не всегда должно же случаться что-то плохое? Тебе же должно повезти когда-нибудь? — раздаётся вздох у меня за спиной. — Ну, если учесть то, как часто мне везёт, то на ближайшее время мой лимит удачи закончился после вчерашнего, — иронически произношу я. — Знаю, что для человека в таком положении это странно звучит, но попробуй мыслить более позитивно, — раздаётся тихий ответ, наверное, она так пытается меня подбодрить. — Думаю, для меня это больше невозможно, — я поворачиваюсь с грустной улыбкой. — Давай лучше сделаем уроки и раньше ляжем спать, мне рано вставать, — решаю сменить я тему, пока мы в неё не углубились. — Сегодня? Уроки? — Лиза на меня смотрит как на ненормальную. — Да, сегодня. Что-то не так? — говорю я невозмутимо, но, зная её, я понимаю, в чём дело, и теперь моё время ставить её в непривычные условия. — Но есть же выходные, чтобы их сделать! Целые выходные, и так полдня сегодня торчали в школе, а ты ещё на учёбу хочешь потратить время! — возмущению блондинки нет предела. — Да, да. А потом будет: «ну попозже», «завтра ещё есть день», «ну вечером сделаю» и, наконец «ОЙ, НОЧЬ, А У МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ГОТОВО». Так что сегодня, и гуляем потом в своё удовольствие. — На этих словах я ставлю точку, доставая учебники, мне надо сделать всё, что задали на неделю, пока я в спокойной обстановке. — Ну ладно, — надувшись, протягивает Лиза и тоже присоединяется к занятию.       Заканчиваем мы заниматься только к ужину. Приезжает с работы отец Лизы, дядя Витя. Ужин был так же приятен, как и обед. Спать я остаюсь в комнате Лизы, благо у неё много места на кровати, но перед этим я принимаю, наконец, хороший душ. Некоторое время мы не можем заснуть, и тогда начинаем вспоминать, как мы играли, когда были детьми. В итоге засыпаем мы поздно.       Спасибо будильнику Лизы, я встаю вовремя, а вот сама подруга не особо довольна раннему пробуждению. Она выключает будильник и сонно прикрывается одеялом, уткнувшись в подушку. Хотя я её понимаю, спать-то хочется, у меня вот голова тяжёлая от того, что мало поспала. Сама бы с радостью осталась спать в тёплой мягкой кровати, не боясь прихода отца. — Не задерживайся и возвращайся быстрее, — бормочет сонно Лиза, когда я встаю с кровати. — Хорошо, я туда и обратно, — заверяю я, уже натягивая на себя одежду и нагло одалживая расчёску у подруги. — Не придёшь к обеду — подниму шум, всё же я не исключаю, что он и маньяком может быть. — Она приоткрывает глаз, смотря на меня и давая понять, что это не шутка. — Если он маньяк, то что ему мешало тогда разобраться со мной? — чуть не упав, в спешке натягивая брюки, пробую откинуть такой вариант я. — В чём-то ты права, но там был его друг. Так что малую вероятность я не исключаю. Так что советую вернуться к обеду. — После этих слов девушка закрывает глаза, снова погружаясь в сон.       Я невольно улыбаюсь. Хоть сложно сказать, что у неё на уме, и настроение у неё скачет не хуже коней на ипподроме, как и её мысли, но она моя лучшая подруга, которую я очень люблю. Взяв из своих вещей куртку мужчины, я тихонько выхожу из комнаты и иду в прихожую. Я не хочу никому мешать спать в такую рань, так ещё и в выходной день, поэтому пытаюсь весь шум снизить до минимума. В тишине квартиры каждый шорох кажется для меня подобным грохоту. Наконец надев на себя ботинки и куртку, я начинаю тихонько открывать дверь. Замок легко можно открыть из квартиры, а при закрытии двери он сам вернётся в закрытое состояние. Если честно, не знаю, насколько такой замок безопасен, но сейчас он мне играет на руку.       Выскользнув из квартиры подруги, я как можно тише закрываю дверь, после чего выхожу на улицу. Раннее утро выходного дня. Двор дома пуст, только холодный ветер гоняет золотую листву. После всех бессонных ночей и приключений на мою голову сон у Лизы казался сказочно сладким, даже если я не особо выспалась. Это ощущения подъёма, отдохнувшие тело и душа не могут не радовать, не говоря уже о том, что в таком состоянии меня начинает радовать всё до мелочей. Даже ранняя прогулка на довольно большое расстояние не может испортить мне настроение. Хотя перспектива после выходных возвращаться домой меня совсем не радует.       Откинув плохие мысли прочь, я спешу на место встречи. Если и в такое время я буду думать о проблемах, то с ума сойду. Пока есть возможность, надо отдохнуть от всего. Прихожу на место встречи я чуточку раньше назначенного, уличные часы показывают 8:45. Я сажусь на скамейку, всё же лучше прийти раньше, чем опоздать. Я прикрываю глаза, всё-таки маленький недосып даёт о себе знать, хоть мысли о выходных меня бодрят. — Доброе утро, — вдруг рядом раздаётся спокойный голос.       Я вздрагиваю от неожиданности, точнее, чуть не подскакиваю на месте. Ко мне так незаметно подошли… Я тут же открываю глаза и вижу его. Волосы Альберта завязаны в не очень опрятный хвост, да и куртка наполовину застегнута. Неужели он спешит куда-то? В прошлый раз он выглядел опрятно. Да и сейчас пытается поправить одежду и причёску. И снова то ощущение. Но теперь я могу его описать точнее. Это чувство, как будто меня обвивают и сковывают змеи. Не то чтобы это было противное чувство, просто у меня проходится холодок по коже и подсознание так и кричит: «осторожно», «никаких резких движений!», «опасность». Я чувствую себя как добыча перед хищником. Нет, это не как с отцом и его дружками, они неуправляемые монстры, а тут грациозный хищник, который может, если что не так, и съесть, но если ему это не нужно, то и не тронет. Вот же опять странные мысли. Нельзя оценивать книжку по обложке… Нет, внешность тут ни при чем, человек с хорошей работой, интеллигент, не более. Может, это чувство не из-за него? С моим образом жизни можно начать и мужчин бояться, хотя вчера это мне не помешало врезать одному по голове сумкой… — Здравствуйте, — быстро мямлю, выйдя из ступора, я встаю и решаю его не задерживать. — Спасибо, что одолжили куртку, я очень благодарна вам за это. — Я протягиваю куртку ему. — Не за что. — Он забирает вещь и убирает себе в сумку, после чего внимательно смотрит на меня, кажется, не собираясь уходить. — Может, назовёте своё имя? А то вы моё знаете, а я ваше — нет. — Я теряюсь: с одной стороны, это правда, с другой — зачем ему знать имя человека, которого больше не увидишь. — Меня зовут Алиса, — всё же мямлю я, уже придумывая пути отступления. — Ещё раз спасибо вам. Я, наверное, пойду, меня ждут… — Я хотела пойти обратно, но меня хватают за руку. — К какому времени ждут? — спрашивает он, пристально смотря на меня. — К… — надо соврать, это уже странно, что он меня не отпускает… соври же давай, — обеду… — Да что со мной не так! Дура! Идиотка! Врала же раньше, что сейчас не так? — Тогда можно попросить уделить мне немного вашего времени, Алиса. — Я только хотела спросить, для чего, как вдруг он продолжает: — Я бы хотел предложить вам работу. — Я не знаю, что ответить, но, видя, что я растерялась, Альберт берет инициативу на себя. — Ты ела? — Я отрицательно качаю головой, вот же моя честность, не вовремя проснулась. — Я вот тоже не позавтракал. Может, обсудим детали за едой? — Он улыбается, но, кажется, в этой улыбке виднеются некие наигранность и обыденность, как у продавцов в магазине, которые пытаются тебе предложить лишний товар. — У меня нет денег на такое, — тихо говорю я, странно это, думаю, мне стоит найти предлог, чтобы уйти, на крайний случай я могу просто закричать, привлекая окружающих. — Не волнуйся. Я угощаю. — Я хочу возразить, но натыкаюсь на тот же взгляд, что и в ту ночь… Взгляд, не терпящий возражений. — Так что, пойдём? — Не могу отказать… Он же не гипнотизёр? Хотя кто его знает… — Если вы так настаиваете, то я, пожалуй, соглашусь, — говорю я, освобождая свою руку из его хватки. Может, и правда работу предложит, которая мне подойдёт, всё же дверь-то сломана, а деньги на её починку нужны, по крайней мере, я могу его выслушать. — Тогда пойдём, тут недалеко есть хорошее местечко. — Он пошёл в нужном направлении, а я за ним чуть-чуть позади.       Может, сбежать от него, пока есть возможность… Но если он что-то замыслил плохое, то он легко сможет меня поймать. Да и в кафе будут люди, он не сможет сделать мне ничего плохого. Думаю, стоит сейчас плыть по течению, если что, выгребать я умею.       Как мне неловко заходить с ним в местное кафе. Не вписываюсь я в местную обстановку и не похожа я на того, кто мог бы общаться с таким человеком. Мы просто небо и земля. Сразу видно, мы из разных миров. Не понимаю, что за работу он может предложить мне? Я пробую отогнать тревожащие меня мысли, и так скоро всё узнаю.       Мы садимся в отдалённом уголке за оградой с плетущимися растениями, и нам тут же приносят меню. Приходится быстро искать что-нибудь дешёвое, некомфортно, когда меня ждут, даже если это и официант… да что с этими ценами? — Всё же я просто посижу. — Откладываю я в сторону меню, в любом случае мы просто поговорим о деле и разойдёмся — Мне, пожалуйста, кофе и омлет по-каталонски, и ещё, пожалуйста, чай и фруктовый салат для девушки, принесите, пожалуйста, одновременно, — говорит мужчина, и я от неожиданности даже вымолвить ничего не могу пару минут, а официантка уже ушла. — Зачем вы это заказали? — наконец мямлю я, не зная, куда деваться. — Ты не любишь фрукты? Я думал, их все девушки любят. Тогда я сейчас попрошу поменять заказ. — Мужчина хотел уже встать, но я его останавливаю. И когда только он успел перейти на ты? Так ещё так непринуждённо. — Нет, не во фруктах дело. Вам не стоило ничего мне заказывать. — Так получается, что я дважды ему должна буду… — Я не хочу, чтобы голодная девушка смотрела, как я ем. — Я хотела продолжать отнекиваться, но Альберт резко меняет тему. — Так, а пока заказ готовится, поговорим о деле. Для начала расскажи о себе. Сколько тебе лет? Есть увлечения? Парень есть? — Он это говорит так спокойно, как будто постоянно об этом спрашивал. — А какое это дело имеет к работе, особенно вопрос про парня? — теряюсь я. — Да и если отвечу, то только если вы тоже ответите на вопросы. — Прямое, это работа на один раз, и необычная, думаю, для тебя. А насчёт вопросов я отвечу на те, что посчитаю нужными, — отвечает мужчина загадками. — Говорите загадочно… Надеюсь, ничего криминального вы не хотите предложить? — нахмурилась я. — Нет, что ты, всё вполне законно, — смеётся мой собеседник, но всё же в его взгляде что-то не то, а может, я уже везде ищу подвох. — Ладно… мне, в принципе, нечего скрывать. Так что вы спрашивали? — Я задумываюсь, немного вспоминая вопросы. — Возраст? Мне семнадцать лет, через четыре месяца восемнадцать. С увлечениями… Думаю, то, чем я раньше занималась, не назвать увлечением, да и я забросила это давно, так что можно считать, их нет. А парень… Вы думаете, что у меня он может быть? — Я горько усмехаюсь, — Вы недооцениваете себя, как минимум выглядите вы зрелой и взрослой, да и вы очень симпатичная девушка. — Кажется, он говорит это серьёзно… Или это просто пустые комплименты? Такой человек может сказать одно, а думать другое. И снова говорит со мной на вы… Я уже путаюсь, чего он хочет добиться, перескакивая с «вы» на «ты» и обратно? — Не смешите меня, из-за моего роста меня путают с младшеклашкой, — тихо смеюсь я в ответ. — Не в росте дело, — отвечает мне Альберт. — Мне такое впервые говорят… — Я не ожидаю такого поворота. — Не каждый может разглядеть истинную красоту человека. Итак, вы тоже хотели у меня что-то узнать, — переводит он тему.       Я заминаюсь, не знаю, с чего начать задавать вопросы, но к нам подходит официантка с заказом, давая мне время собрать свои мысли в кучку. Альберт же невозмутимо начинает пить свой кофе, пристально смотря на меня. Такое ощущение, что он хочет вывернуть меня наизнанку и узнать самые сокровенные мысли. — Будет, думаю, справедливо спросить и ваш возраст, — неуверенно начинаю я. — Чем вы занимаетесь. И я хотела бы узнать подробности работы… — Мне 26. Занимаюсь бизнесом. И раз вам этого достаточно, то тогда к делу. Сегодня мне позвонили и сказали, что актриса для нашей рекламы не сможет приехать по определённым причинам. А съёмки назначены на завтра, их отмена — потеря денег. Знаешь, сложно найти подходящего человека за такое короткое время. — Он пристально смотрит на меня, ожидая реакции. — Но я не актриса… Да и совсем не подхожу на эту роль. — Сказать, что я шокирована, это ничего не сказать, я, скорее, подумаю, что это розыгрыш и что меня снимают скрытые камеры. — Ты не актриса, это я понимаю, но твои рост и фигура схожи с той девушкой, что выбрали ранее. Роль довольно простая, а вот найти подходящего по росту и фигуре человека непросто. Всё же идут немалые затраты денег и времени на одежду и другие приготовления. Конечно, всё будет хорошо оплачено, а личность мы можем скрыть. — Он, кажется, понимает, что денег у меня нет, и давит на это… но почему решил взять дилетанта? Или потери от отмены съёмок будут более затратными, чем дилетант вместо актрисы? Могу предположить, что моя роль второстепенная, тогда, думаю, всё сходится. — То есть вы это мне предлагаете потому, что мне подойдёт одежда той девушки и вам не придётся откладывать съёмки, подготавливая для новой актрисы одежду? — решаю уточнить я. — Так и есть, но проблема не только в одежде, но и в реквизите, который был сделан под рост актрисы, я потеряю много денег, если не будет подходящей замены. — Он складывает руки в замок, я чувствую на себе жуткое давление. Не хочу иметь с ним дел… Но тогда как я смогу быстрее достать денег? Улица тоже небезопасное место, да и пострадают мой сон, здоровье, успеваемость. — Хорошо, тогда я бы хотела узнать поподробней, какую роль мне надо будет сыграть… — Всё же попробую узнать подробности, всё-таки, возможно, я смогу получить хоть немного денег, чтобы избежать не самых приятных дней. — Мы будем рекламировать духи. Тебе надо будет только улыбаться и делать, что говорят, остальное сделает съёмочная группа. Там надо будет отснять просто пару движений, да и у тебя будет право на ошибку. — Если подумать, то в какой-то степени я использовала игру эмоций… Да это непрофессионально, но, думаю, я смогу просто улыбаться, делая то, что мне говорят. — Мне же не надо будет говорить? И одежда же не откровенная? — Если она будет слишком открыта, то будут видны ушибы… — Я просто… недавно упала, и у меня синяки, — Если не могу врать, то буду недоговаривать, всё же я тогда упала и неважно, как и из-за чего. — Не волнуйся, говорить не придётся, да и одежда не сильно откровенная, а если надо будет, можно загримировать то, что тебя беспокоит. — Он всё так же продолжает спокойно отвечать на мои вопросы, кажется, его не волнует ничего, кроме потери средств. — Тогда можно узнать про оплату? — тихо уточняю я, чувствуя, как горло начало пересыхать, и тянусь к уже остывшему чаю.       Мужчина же лезет в свою сумку и вскоре вытаскивает какие-то бумаги, после чего протягивает их мне. Я неуверенно их беру и начинаю вчитываться. Это контракт, на одну съёмку, условия вполне хорошие, но без возможности отказаться. Ну, конечно, от него после подписания можно отказаться, если у тебя есть лишний миллион, а это для меня невозможно. Но и сумма за работу… стоп, сколько? — Эта сумма правильная? Тут не опечатка? — мямлю я, смотря на бумаги. — Да, всё верно. С ней что-то не так? Этого мало? — Альберт приподнимает бровь, но его голос не дрогнул, неужели потери с отмены съёмок настолько велики, что он готов столько платить дилетанту, который ни разу не снимался? — Нет, что вы, мне это кажется слишком много, да и если мне это подписывать, то нужно ведь разрешение родителей, а они вряд ли это смогут сделать, — хотя узнай об этом папа, мигом подписал бы, но денег я бы всё равно не увидела. — Хм… а может, этот контракт будет нашим маленьким секретом? Да и все будут довольны, — как-то заговорщически произносит мой собеседник. — Дайте немного подумать. — Я снова утыкаюсь в бумагу, пытаясь понять, нет ли в ней подвоха.       Альберт меня не торопит, давая время на обдумывание. Если я получу эти деньги, я не только хорошую дверь поставлю в комнату, но и расплачусь с новыми долгами папы, не рискуя ничем… Как не посмотри, это выгодное для меня предложение. Но меня не покидает чувство, что мне нужно быть крайне осторожной с этим человеком. Да и не может мне так долго везти. Но я не могу найти ни одного подвоха в этом документе. Что же мне делать? Я представляю, сколько мне придётся бродить по улице, если я не смогу вскоре установить новую дверь, и решение приходит само. — Я подпишу. — Да чего я только не делала для того, чтобы выжить, а тут такая возможность падает в руки, если откажусь, буду жалеть. — Вот и отлично, я рад, что наши интересы сошлись. — Мне протягивают ручку. — Теперь заполни тут, — он начинает показывать, где мне надо заполнить информацию о себе, — а вот тут распишись. — Думаю, ничего страшного не случится, всё же тут нет лишних паспортных данных. — Вот и всё, один мой, другой ты забираешь себе. — У меня забирают один из листов, а после протягивают листочек с адресом. — Завтра в девять жду тебя тут, — говорит он, а после приступает к еде.       Я киваю и, убрав бумаги в сумку, тоже принимаюсь за еду. Слишком всё происходит неожиданным путём… Вот тебе и желанные Лизой события. Я так выбита из колеи, что думать о такой мелочи, как еда за чужой счёт, даже сил нет. Хотя, признаю, салат очень вкусный. Что ж, тут меня уже ничего не держит, так что лучше пойду обратно. Мне правда надо всё ещё раз обдумать, даже если это уже бесполезно. Меня не задерживают более, а Лиза, наверное, уже начинает волноваться, хоть сейчас всё ещё далеко до обеда.