The Crucial Death

Отморозок. Отморозок, отец которого был убит тобой, Луи. Отморозок, который потерял отца по твоей милости. Отморозок, который верил тебе безоговорочно, но больше не послушает ни одного твоего слова. Отморозок, который все еще любит тебя без памяти, несмотря ни на что, но вряд ли найдет в себе силы, чтобы простить тебя. А ведь это могло произойти на целый месяц позже, если бы ты не полез. Конечно, если бы я не достал с этим тебя. Как же я виноват. Сам себе испортил все, вынудив тебя поговорить с Дьяволом. Но не странно ли то, что из-за простого разговора все так резко изменилось? Или ты сделал что-то хуже? Впервые в жизни я не жду тебя. Меня тошнит при одной мысли о тебе, выворачивает наизнанку. Так стоит ли тебе возвращаться? Подумай, прежде чем принимать какое-либо решение. Если ты, конечно, в курсе, что я знаю, кто ты на самом деле. Знаешь, перед глазами до сих пор твоя ухмылка. Ты так спокойно оскорблял моего отца, угрожал ему и даже не дрогнул при этом. Хладнокровный убийца, что сказать. Мне хочется ненавидеть себя за то, что когда-то я позволял тебе прикасаться ко мне, целовать меня, любить. И особенно за то, что позволил себе отдаться тебе настолько, что не видел ничего, кроме твоих глаз. А ведь я ни разу всерьез не задался вопросом о том, откуда ты знаешь моего отца и убитых мною людей. Ни разу я не задумался, почему вы с моим отцом погибли в один день. Это должно было меня насторожить, но я закрыл глаза на это, как любой влюбленный идиот. Не возвращайся. Тебе же будет лучше. И мне тоже. Мне больше не хочется прикасаться к тебе. Более того, я не желаю чувствовать прикосновения твоих рук к моему телу. Они причинят мне боль. Ты же обещал, что не позволишь мне страдать. Так что прошу, не причиняй мне этим боли, просто уйди навсегда. Если, конечно, твое обещание не было очередной ложью. Я же прав, Луи. Так что прошу, не возвращайся. Как бы ты ни хотел вернуться, помни, что это плохая идея. Я забуду тебя, ты можешь об этом не беспокоиться. Я найду в себе силы и сделаю это. Надеюсь, я был услышан. Две недели прошло с тех пор, как я узнал, кем в действительности является Луи. Я уверял самого себя в том, что не испытываю к нему ничего больше. Я надеялся, что ненависть, как у Зейна к Алексис, захлестнет все мои чувства, и я попрощаюсь с мыслью, что Томлинсон дорог мне. Хотелось как можно быстрее забыться. Я не хотел это делать с помощью алкоголя, как поступил бы любой из моих сверстников, так что решил чаще бывать один. Одиночество стало моим лучшим другом. Я ездил после занятий на наше с Луи место и снова стрелял в ствол дерева, который был уже тысячу раз мною прострелен и рисунок на котором был слишком потерт, чтобы я мог его разглядеть как следует. Пистолет я не мог выбросить, потому что осталось две жертвы, и убить я их ведь чем-то должен. А стрельба вошла у меня в привычку. Это успокаивало, ибо так я выпускал весь пар, накопившийся за день. Однако, когда я вспоминал о демоне и невольно представлял себя на его месте, будто бы убиваю своего отца, всякое желание стрелять проходило мгновенно. Я даже не разглядел его лица. Помнил только некоторые черты, в которых узнал себя, но не более. Каждый раз при попытке воссоздать в голове лицо отца я сдавался, потому что не мог, как бы мне ни хотелось это сделать. Я сидел на биологии и, подперев лицо рукою, рисовал отца, как помнил. Жаль, ничего не получалось. Я поднял голову и для начала посмотрел на часы, чтобы удостовериться, что до конца занятия осталось меньше десяти минут, а затем взглянул на Зейна, что сидел сбоку. Он наблюдал за мной все это время, и я смутился, ведь каким бы я не был снаружи, внутри я остался все тем же застенчивым мальчиком, который живет в своем мирке с радужными пони и единорогами, в общем-то. Но уж если меня назовут радужным мальчиком, не ошибутся. Я снова посмотрел на часы и продолжил рисовать. Раздался стук в дверь. Учительница прекратила медленно и нудно рассказывать лекцию, от которой, вероятно, сама была готова заснуть прямо здесь. Она дала разрешение войти, и после шороха раздался голос: - Могу я на минуту забрать у вас Гарри Стайлса? Я вздрогнул и поднял голову, чтобы посмотреть на Луи, который заявился впервые после похорон и, к тому же, прямо сюда. Он улыбнулся мне как всегда лучезарно, и мои губы невольно растянулись в улыбке тоже. На долю секунды, пока в голове снова не прозвучал режущий уши выстрел. - Простите, но не положено, - строго ответила учительница. Я облегченно выдохнул и мысленно поблагодарил женщину за невольно оказанную услугу. По взгляду Томлинсона я понял, что он не собирается сдаваться. Он радостно посмотрел на меня, предвкушая минуту наедине со мной. Значит, ангел не знает, что я теперь в курсе всего, отлично. - Поверьте, это слишком важно, чтобы быть отложенным, - не сдавался он. - Я не могу. - Я его близкий родственник. В конце концов, вы не имеете права его держать здесь, когда у нас в семье проблемы. - Хорошо, - сдался преподаватель и кивнул мне, чтобы я вышел. В эту секунду я проклял все, но выйти все же пришлось. Как только я закрыл за собой дверь, Луи игриво прижал меня к стене и поцеловал. Я даже не старался отвечать на его поцелуй, хотя я осознал, что хочется. Через несколько секунд я оттолкнул его от себя внезапно начавшими трястись руками, и он непонимающе посмотрел на меня. Я молчал, вспоминая убитого отца снова и снова, чтобы не поддаться его чарам и не забыть, кто он на самом деле. Луи лишь нахмурил брови, а потом снова улыбнулся. У него было прекрасное настроение. - Я знаю, что нужно сделать, чтобы остаться вместе, Гарри. - Что ты натворил, когда беседовал с Дьяволом? - грубо поинтересовался я. - Мы просто поболтали. Я немного перегнул палку, да. Но ничего страшного. Зато я нашел лазейку в вашем договоре. - Мне не нужны твои лазейки, Томлинсон. - То есть как? - удивился он. - Что у тебя с настроением, милый? Что-то случилось? Неужели ты уже начал падать в обмороки постоянно? - Да, - промямлил я, сразу же дернувшись, и оттолкнул от себя руку взволнованного парня, - только не в этом дело. Как долго ты собирался скрывать это от меня? Собирался ли вообще сказать об этом? - Гарри, я тебя не понимаю. Я тут разобрался с нашей проблемой, а ты... - Проблемы нет, - не дал юноше договорить я. - Дьявол тут ни при чем. Я являюсь тем, кто разлучит нас. Сейчас же. - Любовь моя, ты о чем? Ты явно не в себе. У тебя началась лихорадка? Нет, еще рано, - задумчиво произнес Луи, глядя на меня, и через секунду посмотрел на мои трясущиеся руки. - Начались проблемы с координацией. - Ты убил моего отца, сукин сын. Я сам от себя не ожидал такого. Я моментально закрыл рот рукой и распахнул от испуга глаза. Демон закусил губу и нахмурил брови вновь. Грубость моей фразы явно не смутила его, но она сама заставила его веселый настрой улетучиться за долю секунды. - Хаз, я не хотел его убивать. Это был чертов спектакль. Я знаю, что ты не в силах понять это, но я считал, что мы просто дурачимся. Я не ожидал, что Эван подойдет ко мне и действительно нажмет на курок. Формально, это моя вина, но выстрел сделал не я. Я клянусь, что не собирался делать этого. Твой отец был мне как родной брат. - Хороший спектакль вышел, - съязвил я. - Особенно понравилась реплика про ребенка-отморозка. Ты так это сказал, от души. Я даже поверил. Уже успел поплакать по этому поводу. Ведь столько усилий нужно, чтобы встречаться с отморозком, правда? Я все равно тебе не поверю, Томлинсон. Я зарекся, что больше никогда в жизни не поверю ни единому твоему слову. Может, я и не видел, кто выстрелил, потому что закрыл глаза в тот момент, но сказал это точно ты. Или тебя кто-то заставил? Ну точно, тебя вынудили, - я снова перешел на издевательский тон. - Гарри, ты же понимаешь, что это все ложь. Я не считал так, просто меня попросили нагрубить. - Слушай, - взорвался я, - отдавай мне наводки на последних двух жертв и проваливай к чертям собачьим. Я больше не нуждаюсь в тебе, так что будь добр оставить меня. Мне больше не нужен Ангел-Хранитель, забирающий мою боль. Благородство из тебя так и прет. Жаль, оно фальшивое, как и все твои слова. Предпочту умереть в лихорадке, если не успею завершить свою миссию. - Гарри, что ты такое говоришь? - ужаснулся демон моим словам, но все же отдал бумаги с информацией о нужных мне людях. - Испарись, как ты это всегда делаешь. Пропади с глаз моих долой и никогда не возвращайся, будто бы тебя и не было в моей жизни. Сделай для меня хоть что-то хорошее в последний раз. Луи смиренно выдохнул и потянулся ко мне за прощальным поцелуем, но я отвернул голову в сторону и закрыл глаза, словно от боли. Парень прикоснулся своими губами к моему виску, оставляя на нем горячий след, и испарился. В эту же секунду прозвенел звонок, и толпы учеников через какое-то время повалили из классов. Я все еще стоял на том же месте и в той же позе, будучи не в силах пошевелиться. Глаза щипало из-за слез, и ком подкатил к горлу. Ему нет прощения, как и мне теперь от самого себя. Зейн подошел ко мне и подал мою сумку. Я положил в нее документы, предоставленные демоном, и отправился на следующее занятие.