Помогу

Два часа ночи, а парень всё думал, так хотелось выложить свои мысли кому-то, но нельзя, сам же себе запретил. Глупый же? Почему просто не попросит помощи, вон, Антон гоняется за ним, не поможет что ли? Не поддержит? Он хороший, Арс верит в это. Ещё чуть подумав, парень вспомнил, что раньше, он выкладывал все свои мысли, переживания, всю боль в рисунки, стихи, почему бы и сейчас так не сделать? Попов полез к себе в портфель, достал какой-то помятый листок, карандаш и начал свой рисунок. На первый взгляд получались каракули сумасшедшего, но это же просто человек, запутавшийся в себе, человек, сидящий в углу, а вокруг темнота, наляпистая темнота и миллионы глаз. Глаза презрения, осуждения. А рядом решил написать стих, он этого делать не умел, но это же для себя, поэтому Арсений начал думать и выводить на листке красивые буквы, одна за другой, составляя что-то на типе стиха, скорее, это просто набросок, но исправлять его парень не будет, пусть в этих нескладных строчках будет заложено самое первое впечатление, не переделанное несколько раз, а самое свежее, передаваемое эмоции. Не забыв подписать листок, он его сунул в боковой карман портфеля, а сам сел на кровать. И только строчки, только что написанные парнем, могли передать его настоящее настроение.

Хочу потеряться,

удалиться с ваших глаз,

зачем мне находиться здесь?

Среди людей, не видших сердца,

что рвётся ночью пополам,

и просит помощи обычной,

но люди этого не видят.

Не видят, слишком слепы,

а мне никто не нужен, я могу один.

Один, справиться со всем,

не нужен друг, родители, подруга,

и сам силён, и справлюсь сам.

Глазам чужим лишь не видать,

горя, что сердце в клочья рвёт и мечет,

и только я могу увидеть, себя упавшего

с огромной высоты, и, поверьте мне,

ни капли сожаления,

ведь это же — моя судьба,

которая дана мне, с самого рождения,

я уже привык, смирился, поджидаю,

как пройдут вдруг последние деньки,

и буду рад я видеть свет,

привычный не для глаз людских.

А.С.Попов.

Со спокойной душой он лёг спать.                               

***

Утро. Будильник. 6:30. Парень забыл, каково это, вставать в такую рань, но преодолевая себя, он выкарабкался из кровати и пошёл в ванную, где привёл себя в порядок, надел, конечно же, худи и джинсы. И сразу побежал в школу. Уже на улице Арсений вставил наушники в уши и включил свой плейлист.

Я не понимаю, почему все твердят одно и то же?

Почему все хотят помочь мне?

Почему хотят слушать мою душу и пламенные речи?

Уйдите, проваливайте, я вас умоляю на коленях

Вы просто меня бесите.

•Vspak — Mono Lock•

«Какая же подходящая песня…» Уже в школе он подошёл к Оксане, которая встретила его с распростёртыми объятиями, узнавая, как он себя чувствует. Где-то в стороне мелькнул Антон, который вроде хотел подойти, но не стал мешать, ещё же много времени, не правда ли? Уроки проходили, первый, второй, третий, четвёртый. Перемена. И только сейчас Шастун решил подойти к парню, чтобы узнать ответ на вопрос, который не давал ему спать всю ночь. — Арс, привет. — «А он мило смущается. Блять. Стоп. О чём это я?» — Привет, ты… — Да, я на счёт вчерашнего, ты согласен стать друзьями…? — Не услышав ответа, тот продолжил. — Мне правда это важно, я очень хочу начать с тобой общаться, ты такой не обычный…что ли… Я таких людей ещё не встречал. Ты особенный, в хорошем смысле. — Шатен сам не понимал, зачем всё это говорит, зачем ему вообще нужно это общение, но сердце говорило — надо. — Я не знаю, слишком мало времени, я об этом считай не думал, занят был. — Арсений вспомнил, чем занимался ночью. Стих. А где он? Брюнет стал рыскать по боковым кармашкам портфеля, Антон стоял и не вдуплял, что происходит, а Арс тем временем нашёл тот самый лист. «Фух, он тут, слава всему живому» — Когда… Когда я уже смогу узнать твой ответ? — Он был правда огорчён. Арсений тем временем небрежно сунул листок в карман, из которого тот благополучно выпал. — Давай после уроков, на заднем дворе школы. — Замётано — Попов начал уходить. — Ар… — Антон хотел сказать, что у того выпал лист, но не стал. Арс посмотрел на него вопросительно. — Да не, ничего, забудь. — И просто ушёл. Шастун же подобрал этот лист и ушёл на 3 этаж школы, в туалет, где никогда никого он не наблюдал. Уже в туалете он раскрыл лист, его взору сразу бросился рисунок, на котором, чёрный силуэт, как Антон понимал, это был именно человек, он сидел в углу, видимо, комнаты, сжавшись в комок, а вокруг него, в темноте, летали какие-то страшные глаза, их взгляд был очень хорошо передан, в голову пришла лишь единственное предположение — «осуждение? за что?». Надеюсь он не псих, а просто выброс эмоций… Только через время Шастун заметил небольшой стих в углу рисунка. Прочитав его, парню было больно что ли…слёзы чуть не покарили его глаза, но он держался. «Это просто выдумка? Или он правда это писал от сердца?» Ещё и подписано, собственного сочинения… Тут же правда стоит задуматься… Люди слепы… Точно! Блять! Точно! Все слепы, я тоже оказался слепым… Пока он ходил в школу, забиваясь в углу, лишь бы к нему никто не подошёл, я этого не замечал, а когда он только начал выходить как раз из своего полюбившегося угла, я его сразу заметил, я мог раньше… я бы мог помочь… он же всегда ходил зашуганный… побитый… что у него происходит? Почему меня это блять волнует?! Шастун со злости ударил кулаком в стену. «Сука, больно». Кровь просачивалась из совсем новых ран. Это не из приятных. Физическая боль заглушает моральную? Так говорится? Это же брехня полная… Кто это вообще придумал. Шатен встряхнул руку, поморщился и направился в класс, где уже во всю проходил урок химии. Со своими мыслями он просто не услышал звонка. Слишком много мыслей, которые заполоняют картинку в реальный мир.                               

***

Уроки прошли, Шастун стоит за школой, ждёт Арсения, который обещал дать ему ответ. «Надеюсь, он согласится» Вдруг хлопнула дверь, на горизонте заметился Попов, который был потерян…? Пока Шаст засматривался и пытался ощутить настроение парня, он не заметил, как тот к нему подошёл и уже начал свой вопрос. — Антон, слушай, перед тем, как дам ответ, ты случайно не видел листок такой… с рисунком… стихом…? — Видел. — Шатен достал из кармана листок, протянул его парню, и он сразу же был вырван из рук. Попов как бы задавал немой вопрос «Ты читал? Ты понял, да?», хотя надеялся, что тот его даже не открыл. — Да, извини, я всё видел, всё читал. «Молодец, Попов, по твоей же глупости он теперь считает тебя за больного. Аплодирую стоя!» — Прочитав стих, я даже задумался, ты же в нём прав. Особенно зацепило то, что «люди слепы», и я осознал, что сам являюсь таким. — Тут нет не слепых, все такие. Нету ни единого человека, замечающего всех мелочей. Хоть что-то, да упустит. Не принимай все эти слова, будто это правда. И не считай меня психом. — Я не считаю. Давай о другом вопросе? — Я думаю, можем попробовать. Тем более ты уже кое-что знаешь. — Я уже думал, что никогда не услышу от тебя согласия! — Шатен обнял парня, на что тот впал в ступор, но всё-таки ответил на это действие. Парни разошлись. Попов дома. Родителей нету, что довольно странно. Но ему абсолютно поебать. Он лежит, всматриваясь то в свой рисунок, то в строчки своего недо-стиха и думает, какого же теперь о нём мнения Шастун. «Я точно сумасшедший» А Антон же думает по другому. «Как же Арсению сложно, я хочу быть для него помощью, я хочу оказаться тем, кто его вытащит. Помогу.»