Я же обещал, Букашка

- Хаха, хён, зачем тебе эта детская шапочка? - валяясь на полу от смеха сквозь слезы проговорил Джисон. - Как это зачем. Разве я не милый в ней? М? - состроив рожицу своей любимой Букашке, которая за такой короткий период стала самым близким для меня человеком, я не смог больше сдерживаться и накинулся на него со своей лаской, которую упорно прятал последние несколько лет. - Эй, ну всё! Мы же на полу. Сейчас еще должен прийти твой сосед. Перебравшись на кровать, он положил голову мне на грудь и закинул одну ногу на мою талию. - Не верится, что уже через два дня мы будем жить своей квартире, а не в этой крохотной комнатушке, где из моего только кровать, тумбочка и полка в шкафу. Нужно сходить за твоими вещами. В какое время его обычно не бывает дома? - Вообще он дома появлялся только вечером. Я думаю мы сегодня успеем до его прихода сейчас ведь только девять утра. Его точно нет дома. - Надо как можно быстрее это сделать. Вставай! Ну? - Мне страшно. - его голос задрожал, было слышно, что он никогда бы туда не вернулся, но нужно хотя бы забрать его документы, а остальные вещи не так важны. - Не бойся. Я буду рядом. Я обещаю. - его взгляд посветлел и на лице появилась улыбка. - Клятва на мизинчиках? - кивнув, я обхватил его мизинец своим и крепко сжал. Моё обещание закрепилось и не выполнить его я не мог.

***

Хлопок двери за спиной и в нос сразу же ударил едкий запах спиртного, которым были пропитаны похоже даже стены. - Вроде его нет. - Пошли быстрее. Задерживаться тут нет смысла. Не снимая одежды мы прошли в его комнату. По-моему его отец после побега Джисона даже ни разу не заходил. Пыль лежала толстым слоем на всех поверхностях, а сами вещи были по местам разложены и был порядок, за исключением пыли. Его отец даже и не вспоминал его. Видимо думал, что его сын просто прячется в своей комнате. Да скорее всего он вообще не думал о Джисоне. Ему важна была только выпивка, наркота и собутыльники. В углу комнаты я заметил пыльную гитару. А он не рассказывал что умеет играть на ней. - Букашка, ты умеешь играть? - Ну да. - Давай её возьмем я хочу послушать. - Нет, я не хочу ничего брать отсюда. Я пришел сюда только за документами. Если так хочешь я могу сыграть сейчас. - он взял гитару и начал сметать пыль с неё. - Давай! После того как гитара была почищена от пыли, Джисон сел на кровать и начал играть. С каждой секундой я влюблялся всё сильнее и сильнее. Его голос. Челка спадающая на глаза, руки которые так умело перемещались по струнам создавая искусство. Он сам чистое творение искусства. Глаза были прикрыты, а по щекам начали стекать слезы. Я любовь эту буду теплить и вынашивать так Чтоб она разрослась во мне деревом Чтобы кончики пальцев стали ею окрашены И чтобы её во мне немерено Немерено Каким же он был талантливым человеком. Он мог сделать всё и, с каждым разом я поражался его способностям. А сейчас я ещё раз убеждаюсь, что это чудо не заслужило такую жизнь. Все эти побои на протяжении восьми лет. Все те дни, в которых он видел как его отец идет ко дну. Он молодец. С трудом верится, что вот он сидит передо мной живой. Он смог продержаться все эти восемь лет и я сделаю всё чтобы он никогда больше не видел этого ужаса. Я не мог больше сдерживать слезы скатывающиеся по моим и этим пухлым щечкам напротив делали ещё больнее. - Стой. - он резко открыл глаза и перестал играть, посмотрел на меня глазами полными слез. Взяв его за щеки, я начал вытирать их, а слова сами начали литься из моих уст - Таинственно тёмный лес для всех чужд, лишь моему сердцу и памяти он близок, как остров светлых воспоминаний о тебе. Яркие лучи солнца, проходящие сквозь гущу тяжёлых хвойных ветвь деревьев. Словами не описать знакомое чувство настоящего дома, коим я, себе тебя вообразил, неизмеримая тяга щемит каждый сосуд моего сердца, то незнакомое понятие мне о любви отпечаталось в детском сознании и казалось лишь иллюзией. Электрический ток бьющий без перебоев от твоего взгляда и последующее до боли приятное покалывание кончиков пальцев. Сколько бы сердце под по частям не разбивалось и срасталось вновь, при виде лишь одной твоей улыбки, приносило неизмеримое счастье и тепло. Люди, обширные красоты, впечатления и приключения окружавшие меня просто меркли на твоём фоне. Прошу сияй для меня как недосягаемая звезда и я сделаю всё для того чтобы возвыситься к тебе. Для меня любовь - это боль и мука, стыд, восторг, рай и ад, чувство, что ты живешь в сто раз напряженней, чем обычно, и невыразимая тоска, свобода и рабство, умиротворение и тревога. Во мне любви немерено и нам её хватит на нас двоих. Будешь моей любовью? Джисон, ничего не успев ответить, увидел то, что не должен был сегодня видеть. В его глазах читался ужас. Видимо за моей спиной сейчас стоит его отец. - О, сын, а я думал ты уже сдох. Ты же беспомощный. Когда ты убежал я думал ты сгниешь где-нибудь на помойке через пару дней. А ты оказывается выжил. Да ещё и друга себе нашёл. Вижу вы очень хорошо сдружились. Отвечай. Ты не ответил ему на вопрос. Будешь его любовью? - он выглядел мерзко, хоть он и стоял на расстояние трех метров от нас запах перегара всё же чувствовался. - Отвечай! Сейчас же! - эта мразь начала закипать от злости, его «любименький» сынок не слушался его как раньше. - Букашка, не надо. - И ты туда же, с этим тупым прозвищем. Такой же никчемный человек как и его мать, глупо верящий в то что в мире только одни цветочки и что он будет с тобой всегда. Да он долго на этой земле не пробудет. Либо умрет от моей руки, либо от рака, также как его мать. - последние слова были для меня как стартом, всё происходило быстро и так будто это делал всё вовсе не я. Руки сами схватили за гриф гитары и вознеся её над головой, не жалея ни гитару, ни сил, ни этого мерзкого человека я ударил его по голове её деревянным корпусом. Осколки разлетелись по полу. Нужно бежать срочно. Пока он не очухался и, не дай бог, убил нас тут двоих. Я схватил за руку Джисона, который неподвижно стоял около кровати и пялился в то место где секунду назад была голова его отца. Перешагнув через этого ублюдка, напичканного алкоголем и наркотой, схватив вещи, которые успели приготовить, вылетели из квартиры. Только когда мы вышли на улицу я пришел в себя и только сейчас начал осознавать, что произошло. - Букашка, с тобой всё хорошо? - Я в шоке, но ты правильно поступил. Было бы у меня больше смелости, я бы сделал точно также. - Тш… Букашка, всё хорошо. - обняв своё маленькое счастье, я понял что выполнил своё обещание. Я был рядом, когда он нуждался во мне. Оторвавшись от моей груди он посмотрел мне в глаза с бесконечной благодарностью. - Ты же помнишь при каких обстоятельствах мы подружились? Никогда бы не подумал, что ты станешь моим утешением. Ты грел меня, как самые тëплые лучи солнца, заботился и фактически заполнил ту пустоту, которую оставил самый важный человек в моей жизни, не позволил забыть память, но и помог отпустить все обиды. Знаешь какой мой любимый звук? Унисон наших сердец соединённых в ритме нашей любви. И пусть весь мир остановиться, когда я смотрю в бездонные глаза напротив. Посмотри, своей душевной добротой, ты смог превратить меня в того, кто хочет ещё пожить. И пусть мы не знаем, что поджидает нас за углом, но в любом случае нас двое и мы вместе. Ты – мой дом.