Я же обещал, Букашка

Засунув наушники в уши и быстро перебирая ногами, в сторону уже так сильно прижившийся заброшки, я больше не мог держаться. Это опять произошло. Что этой выскочке опять от меня надо? Почему я? В группе тридцать человек, а он пристает именно ко мне. Как будто знает, что я каждый раз чувствую от этих его резких взбучек в мою сторону. Мразь. Как же я устал это терпеть. Это происходит, каждый божий день, ну почти, скорее когда его великое высочество решит притащить свою жопу в шарагу. Хван Хенджин, красавчик, разбиватель сердец, великое высочество, мразь, скотина, глава самой «крутой» компании в этом чертовски ужасном учебном заведение и его, я могу поливать говном хоть всю жизнь, ведь эта мразь хорошо умеет испортить мне жизнь. Каждый раз, если повезет, то день обойдется обычными обзывательствами, но если он не в настроении, то день обычно заканчивается этой самой заброшкой и попытками обработать и спрятать новые раны. Да,у меня тоже может есть крылья Но болит недостаточно сильно Сегодня как раз день для обработки ран на заброшке. Всё как обычно, вроде бы, но что-то не так. Сегодня слишком тяжело, хотя вроде ничего нового в свою сторону не услышал. Очень странное чувство. Хотелось бы вспомнить хоть что-то. А вспоминать то, что. Ну да, в детстве было хорошо. Солнце светило всегда, небо было чистым и светлым, а друзей не пересчитаешь, мама рядом. И если и так, то они- как веер с заплатками Со странными швами и росписями У каждой из них есть свой собственный автор На меня свою тень отбросивший Собираю их нервно по улицам Клею быстро и неумело Почти что начал сутулиться Пытаюсь покрыть ими всё своё тело Музыка в наушниках не помогала, а только еще больше начала вскрывать уже почти зажившие раны. Мама. Что-то часто я стал вспоминать её. Надо бы сходить на кладбище. Странно, раньше я чуть ли не ночевал там. А сейчас? Когда последний раз был? Год назад. Быстро однако пролетел этот год. Да не только этот год, а все восемь лет с того дня. Было тяжело и, я почти справился, но сегодня чувствую, что больше не могу. Ноги уже не могут быстро передвигаться, сил больше не осталось. До этого мне прибавлял скорость страх, а сейчас его нет, ведь уже видно крышу старого заброшенного здания. Последние два года я почти здесь поселился, в общагу никогда не хочется возвращаться. С соседом не повезло, он слишком громкий, его слишком много, он везде. Хочется просто тишины. А с этого года в общежитие просто страшно возвращаться, ведь мой любимый, Хван Хенджин решил тоже перебраться туда, ведь вся его социальная свита живет и тусуется там, и мишень издевательств ближе будет. Но сейчас не о нём. Нужно успокоиться и привести себя в порядок. Заброшка не меняется, всё также стоит на этом месте и никто не собирается её сносить. По виду зданию лет так пятнадцать, кирпичные стены начинают сыпаться, а потолок обваливаться. Скоро эта шаткая конструкция не выдержит, прямо как и я. Дойдя и, присев, на уже прогнивший и промерзший поддон, я начал доставать из рюкзака всё, что мне сейчас поможет унять ноющую боль и не занести, не дай бог инфекцию. Мысли опять возвращаются к матери, кладбищу и к тому дню, когда жизнь сделала мне первую подножку и нанесла первые раны. Последующие года, жизнь решила поиздеваться надо мной так, что упав, я даже не успевал встать с колен как снова падал. Закончив с руками, я принялся искать зеркальце, чтобы обработать лицо, но в рюкзаке его не оказалось. Этот мудила, что ли стырил, чтобы любоваться собой. Тварь. Взяв телефон, и включив фронтальную камеру я принялся обрабатывать губу. В этот раз Хван хорошо прошелся по моему лицу. Телефон в руках резко завибрировал и экран загорелся, оповещая о звонке с неизвестного номера. Кому я нужен? Странно, кто мне мог позвонить с неизвестного номера, если это конечно не друзья великого Принца именуемым Хваном. Нажав на зеленую кнопку, я поднес телефон к уху. Тишина. Секунда, две, три… - Алло? - Ли ноу? Телефон чуть не выпал из рук, в голове бешеным вихрем начали кружиться воспоминания того дня. Как же всё стало резко вокруг нереальным. Такие вещи ведь просто так не случаются. Ну да не каждый же день тебе звонит человек из прошлого, с которым ты пробыл от силы час, но при этом ставшим самым близким за всё прошедшее время. Не верится. Совсем не верится. Страшно сейчас резко проснуться с слезами на глазах и в холодном поту, но зато без побоев оставленных на мне сегодня. Хоть в чем-то плюс, если это все окажется сном, хотя завтра скорее всего будут новые раны. Да уже не важно, если я сейчас слышу голос человека, которого все эти восемь лет искал на подсознательном уровне. - Букашка? На другой стороне послышался первый всхлип, как тогда, когда я его назвал Букашкой. Слезы сами покатились горячей линией на щекам, одна из слезинок попала на свежую ранку и начало щипать, но это к лучшему, я чувствую боль, а значит это точно не сон. - Как ты? - после долгой минуты тишины, в которой они так нуждались оба, задал банальный вопрос я. Не верится. Как? Жизнь побив нас обоих решила свести нас снова? Только в первую нашу встречу может мы еще и могли стать счастливыми, а сейчас вряд ли, слишком много ран было нанесено на наши крылья. Он там на кладбище. Он не забыл меня. Но, как? Он же был совсем маленьким. Видимо я, как и он для меня, стал лучиком света, надежды в этой поганой жизни. Вспомнив, что я всё ещё разговариваю с ним по телефону, пришлось задать этот вопрос ещё раз, ведь первый раз на него ответа не последовало. - Ты там? - Да. - Оставайся там. Я скоро буду. Нажав на кнопку сброса, я быстро начал засовывать в рюкзак все медицинские принадлежности. Надо успеть. Лишь бы успеть. На автобусе не вариант, надо вызвать такси. Приложение оповестило о том, что машина прибудет через три минуты, и я покинул заброшку. - Блять, - сзади в глубине комнаты, из которой я только, что вышел послышался грохот. Видимо потолок всё-таки не выдержал. - Всё происходит как по сценарию. Жизнь походу написала для нас двоих сценарий заранее, до нашей встречи. - бросив последние слова, выходя из заброшки, себе под нос, я запрыгнул в салон такси.

***

Ноги несутся сами куда-то в неизвестном направлении, хотя почему неизвестном я знаю куда бегу. К моей Букашке. Жизнь правильно решила, что свела нас именно сегодня. Я так в нем нуждался и по сей видимости он во мне тоже. Ну не просто так же он позвонил. Просто взял и вспомнил о каком-то мальчике из детства, с которым пробыл час, при чем в таких обстоятельствах. Видимо этот эпизод жизни хорошо отложился в его детской голове. Интересно как он сейчас выглядит? Всё такой же щекастый? Это было бы очень мило. Хочется взяться за его заплаканные пухлые щечки, вот так в тишине поля стоять и вытирать слезы. Мне бы кто вытер слезы. Мои глаза решили зажить отдельной жизнью, не послушавшись меня еще в такси, когда я увидел поле и забор кладбища. Эмоции взяли вверх. Около того самого камушка, который раньше казался огромным, сидел на корточках Джисон. Он остался таким же маленьким, как будто и не было этих восьми лет. И пухлые щечки на месте и глаза заполненные слезами и чем-то новым… Счастьем? Он смотрит так будто я единственный кто остался в его жизни, кто смогу ему помочь. Слезы покатились по новой, я уже не пытался их остановить. Тело управляла мной за меня, опять. Упав на колени, я сгреб в объятия этот побитый комочек моего личного счастья. Он даже не представляет как он мне был нужен. Как же я сильно нуждался в этих объятиях. Он снова обжигает своими слезами моё сердце. Ха, как иронично я тоже как и в тот раз в серой кофте, только в этот раз с капюшоном. Оторвав его голову от своего сердца я посмотрел в его глаза. Было больно смотреть. Это были глаза маленького брошенного котенка. Только сейчас я понял как сильно он оказывается вцепился в мои руки, ему нужна помощь. - Что на этот раз, Букашка? - Можно я у тебя переночую? - решив не тянуть, напрямую спросил Хан. - Конечно. Поехали? Там мне всё и расскажешь. Если конечно захочешь. - уже шепотом сказал я. - Хорошо.

***

Поле за окном, такси уже не видно, а частные дома начали сменяться на старые пятиэтажные. Он молчит, и я прекрасно его понимаю, ведь сам не в состоянии сейчас говорить. Просто нужно его присутствие. Знать что вот он сидит рядом, по другую сторону салона такси, только руку протяни и он упадет в твои объятия. На его щеках остались солёные дорожки от слез, на него так больно смотреть. Он должен был сиять. Они должны были встретиться где-нибудь в кафе, в прекрасный солнечный день, а не так. Эта их вторая встреча и всё тоже на кладбище. Хочется его поддержать, а то еще чуть-чуть и слезки скопившиеся в уголках глаз потекут по пухлым щечкам. - Букашка, дай руку. - Зачем? - Просто дай. И он положил свою ладошку в мою. Хоть и небольшая разница ладоней казалась мне до ужаса милой. Они похожи на те, которые были у него в десять лет маленькие и нежные, а мои были все в мозолях, синяках и царапинах. Сжав сильнее его руку, я увидел улыбку, самую искреннюю, что когда бы я видел. Его глаза светились и в них можно было разглядеть звездочки, прям как на небе. Всю оставшуюся дорогу мы так и ехали, молча держась за руки. Ведь рядом с тобой слова теряют свою цену.

***

Дверь в комнату общежития со скрипом открылась. Впервые так стало стыдно за соседа, который как обычно ничего не убрав за собой пропал на сутки. Мусор на его незаправленной кровати валялся повсюду, как будто он с самого заселения тут не убирался. В комнате уже стоял запашок гниющих продуктов, надо открыть окно. Подойдя к окну и, распахнув его настежь, я повернулся к Джисону, но на его лица я не увидел отвращения, его выражение лица было как будто он тут часто бывает и уже видел этот беспорядок. - Прости за соседа. Никогда не убирается. - Всё хорошо. Можешь принести водички, пожалуйста. - прочистив горло, сказал Джисон, а на его глазах опять начали собираться слезы. - Ты садись пока. Сейчас на кухню сбегаю. Может что-то еще надо? - Нет, спасибо. - и я скрылся за дверью комнаты. Быстрее. Не хочу чтобы он плакал. Вернувшись в комнату, я обнаружил его свернувшись калачиком, на краю моей кровати. Он тихо плакал, шмыгая носом. - Держи. - Спасибо. - скромно улыбнувшись, сказал Сони. - Расскажешь? - в ответ тишина. - Я не давлю на тебя. Если не хочешь, не надо. Но знай, я постараюсь тебе помочь любым способом. - Я расскажу, но чуть позже. - Хорошо. Может проветримся? А то тут ты совсем зачахнешь от горя. - Давай! Только при одном условии! Мы пойдем в парк аттракционов. - протараторил Джисон с радостью в глазах и поставив стакан на тумбочку, схватил меня за руку и побежал к двери. - Ты всё такой же ребенок, Букашка. - тихо, под нос произнес я.

***

- Спасибо тебе, Ли ноу. Я никогда не забуду этот вечер. Да и день в принципе никогда не забуду. - в его глазах снова появилась грусть. - Я расскажу. Сейчас. Взяв его маленькие ручки в свои и ободряюще кивнув, я дал понять, что готов его выслушать. - Сегодня я не выдержал. После нашей первой встречи все начало рушится в стремительной прогрессии. Отца как будто подменили. Сначала это были просто спокойные посиделки с друзьями для поднятия настроения, и чтобы забыться на время. Но это переросло в ежедневные распития крепкого, после работы, вымещение на мне своей злости и проблем. Он обвинял меня в смерти матери. Говорил, что это все из-за моего рождения. Если бы я не рождался никакого рака бы не было. Я ему верил. А почему? Да потому что мелкий был и тупой и в моих глазах отец был примером подражания. Добрый, сильный, мудрый, всегда придет на помощь. Но таким он был до смерти матери. А когда ему выпивки стало мало он начал употреблять. И в четырнадцать лет я спас его от передоза. Я часто об этом вспоминаю, но не ту ужасную картину перед глазами, а то что спас его, хотя надо было оставить валятся с рвотой во рту. Он этого заслужил. Я спас его наверное потому что люблю. Нет. Потому что любил и до сегодняшнего дня верил, что он изменится и вернется мой прежний отец. Но прошло уже восемь лет и он не поменялся. Только с каждым днем становился всё более мерзким и ненастоящим. И сегодня, когда он решил снова оторваться на мне, я всё высказал, всё что эти восемь лет прятал в глубине души, что всё наладится. А после трусливо сбежал, боясь что после такого он меня убьет. Ну, как-то так. Как ему помочь? Что мне сказать? Что его отец мудила? И что он должен был раньше решать эту проблему? Нет. Крепко прижать к своему сердцу. Единственное, что я могу сделать в этой ситуации. - Тш… Букашка. Ты же не хочешь туда возвращаться? - задав очевидный вопрос, на что я получил отрицательное покачивание головой, я предложил как по-моему мнению идеальный вариант. - Давай ты немного поживешь у меня, а потом мы снимем квартиру на двоих. Я как раз почти накопил на полгода проживания. Как тебе идея? - Было бы супер, но я не могу так. Мы видимся с тобой второй раз и друг друга почти не знаем. - И что? - А вдруг я обчищу твою комнату и убегу, или ты вообще маньяк. Нормальные люди на кладбищах просто так не тусуются. - Возможно и не тусуются. Но если бы у меня было всё хорошо мы бы не встретились. Верно, Букашка? - Ты теперь всегда будешь меня так называть? - надув свои маленькие губки, обиженно сказал Джисон. - Ну да. Ты же сам тогда разрешил так тебя называть. Были конечно и другие варианты, но этот мне нравится больше всего. - еле сдерживая улыбку на лице, сказал я. - Да, разрешил. Но я думал ты будешь пооригинальнее и придумаешь, что-нибудь сам. - Нет. Это идеально тебе подходит, Букашка. - увидев его счастливую улыбку на лице захотелось его развеселить еще сильнее. - Иди сюда, обниму. Писк по ощущениям разнесся по всему общежитию. - Нет! Я боюсь щекотки! Прекрати пожалуйста! - Я прекращу, если только ты выполнишь одно условие. - Я сделаю всё что угодно только прекрати! - заливаясь смехом, прокричал Хан. - Поцелуй! - Что? - Можешь просто в щечку. - Ах, ты морда хитрая! Ладно! Только прекрати. - подняв руки вверх в знак выполнения своей части договора, я ждал, подставив щеку, свою часть. Почувствовав легкое, почти невесомое прикосновение к левой щеке, я понял, что он достоин счастья и только, а не того, что ему жизнь преподнесла. Мы будем вместе стараться внести в нашу жизнь как можно больше счастья. Или мы просто будем счастьем друг для друга.