Проблемы прошлого я решила, а как быть с этими!?

      Я слышу как кто-то меня зовет. Я не знаю кто это, но у неё такой мягкий и нежный голос. Как странно. Тело почти не слушается. У меня такое чувство, что мои конечности превратились во… что-то. Так, а где мои зубы?!       Резко открыв глаза, я постаралась сосредоточится. Честно сказать, выходило — плохо. В глазах рябело, боже как неприятно, и будто был какой то толи пар, толи дым. Голова крутилась, ну или болела, а язык не работал так как нужно. Попытка сказать что-то путное выливалась в полное ничто. Такое чувство что я свое же тело не контролировала. Поморгав я, более или менее, привела зрение в норму. Передо мной был потолок. Из досок. Но выглядел он как нарисованный. Я хотела повертеть головой но ничего не вышло.       Да что что же это такое?! В чем проблема?!       Гневно сжав руки в кулак я поставила их перед собой. То что я увидела… повергло меня в шок. Что. За ЧЁРТ?! Где, блять, мои руки?! Какого хрена у меня руки младенца?! Почему я не могу пошевелиться?! Почему я, блять, ничего не могу?!       Не успела я себя достойно, не побоюсь этого слова, обосрать. Как ко мне подошла какая-то красивая женщина. Все мое внимание было приковано к ней. Каштановые волосы были ломаными и тонкими. Но по какой-то причине они были красивыми. Брови тонкие, лицо аккуратное. Мягкая улыбка была на тонких, мягких губах. Аккуратный нос был почти без черных точек. У нее идеальная светлая и здоровая кожа. Её карие глаза были… такими добрыми. Они излучали счастье и заботу. Когда… на меня так смотрели? Когда... мама была жива.       Сама не поняв как я начала рыдать. Так... больно от своего прошлого! Так тошно! Я старалась… Старалась быть самой лучшей старшой сестрой для Диего и Зои! Быть хорошей дочерью для матери! Потакала мачехе! Защищала Зои и Диего! Я… знала что отец хотел чтобы у него был сын! Я вела себя как парень! Постоянно дралась, записалась на борьбу, стриглась очень коротко! Говорила как он, делала как он. Я…я просто…       Не успела я закончить мысль, как меня подняли на руки. Через детскую одежду я не знала были у неё нежные и мягкие руки, или они были грубые. Но то, как нежно она взяла меня на руки… Так будто я — самое ценное что у нее есть… Будто она меня охраняла и бережно укутывала своим теплом. Аккуратно и бережно подняв меня, она взяла меня так чтобы мне было удобно. Похлопывая меня меня по спине, прекрасная дева стала что-то мне шептать. Я не знаю что эта нимфа мне говорила но мне стало так легко. Я перестала плакать и потянула к ней свои руки. Мне так хотелось к ней прикоснутся. Та и не сопротивлялась. Ее кожа как на вид так и на ощупь такая мягонькая! Улыбнулась. Так широко и по доброму. Та что-то сказала после чего рассмеялась. Так громко и искренне. Если её голос был похож на пение птицы, то её смех был похож… на колокольчики. Такие же звенящие. Не могу удержатся и тоже смеюсь. Нимфа перестала смеяться всего на несколько секунд, она просто удивилась, а потоп продолжила смеяться еще прекраснее.

Спустя 12 месяцев

      Прошло уже 12 месяцев! Для меня стало открытием то, что я реинкарнировалась. Я думала что первый день был просто сном. Я смирилась. Потихоньку я стала забывать мелочи из прошлой жизни. Я все еще скучаю за мамой и за Диез с Зои. Но я в порядке.       Сейчас уже 355 дней как я попала сюда. Та женщина которую я посчитала нимфой, была матерью ребенка в чьем теле я нахожусь. Сейчас я её и правда воспринимаю как мать. Отец играет в азартные игры. Я стала понимать то что мне говорят. Отец не был плохим человеком. Но его зависимость от азартных игр… даже говорить об этом не хочу. С каждым месяцем мы все беднее. Маме грустно. При мне она старается этого не показывать, но я не глупая. Уже как 9 дней меня стараются научить говорить. Мне почти год. Через 10 дней будет день рождение и 20 февраля.       Предо мной уже битый час сидит мама и старается научить меня говорить «мама». На кухне сидит обиженный папа, он хотел научить меня говорить «папа» но мама сказала: «Только через мой труп». Я хотела сказать «мама» но я придумала нечто получше. Мама уже начала терять надежду и сидела на коленях передо мной. Та просто смотрела на меня и старалась придумать как научить меня говорить. Папа уже подошел к нам и присел возле Кумими и немного встревожено смотрел на меня.       Я аккуратно поднялась на ноги, в это нужно вложить много сил, ведь мои кости еще мягкие а мышцы еще не подчинялись мне. Все внимание взрослых было приковано ко мне. Я все это время и не пыталась вставать. А тут раз (!) и встала.       По правде говоря втайне от них я тренировалась ходить и старалась делать зарядку что бы развить свое тело.       Я аккуратно подошла к маме и присела возле ее ног, подняла руку и крикнула:       — Нимифа! (ошибка сделана специально) — Крикнув это я подняла руки вверх просясь на руки.       Несколько секунд ничего не происходило. Когда до них дошло что я сказало лицо матери будто засветилось. На устах улыбка а в глазах пляшет внутренний ребенок. Отец же помрачнел. Мне кажется или у него через рот душа вылетает?       Мама быстро подхватила меня на руки и закружила по комнате.       У нее все тоже счастливое лицо. Все та же широкая улыбка. Все тот же смех. Такой же прекрасный, также похож на колокольчики. Все такой же звенящий.

Спустя 5 лет.

Мне снился сон. Сон о моем прошлом.

      Всю жизнь меня ненавидели и призирали.       Моя мать скончалась, отец ушел в запой.       После нашел новую девушку буквально через 2 месяца.       Мой младший брат стал отбросом и вел себя просто отвратительно.       Оказалось у меня есть сестра.       У них была дочь, отец изменял матери.       Мачеха тушила о меня сигареты и била когда я не давала ей бить младшую сестру и младшего брата.       Частые уколы на счет моего веса и я заболела.       Расстройство пищевого поведения.       Меня тошнило просто от запаха еды.       Хотелось выблевать все что у меня в желудке.       Все что там было и могло быть.       Я стала помешана на своей красоте и на килокалориях.       Один лишний килограмм на весах заставлял меня впадать в истерику.       Обмороки, шелушение и желтоватый оттенок кожи были привычным делом.       Ломаные волосы, желтые зубы и красноватые глаза были атрибутом на каждый день.       Худые… нет, не так, худощавое тело.       Меня можно было смело назвать веткой.       Хрупкие и острые кости виднелись из-под кожи.       Потом была картинка.       Я лежу на больничкой койке.       Я такая худая…       Кожа казалось была прозрачной.       Я была настолько изнеможенной что выглядела как высушенный сухарь.       Я весила килограммов 20, на рост 172.       Я была просто сломлена.       Врачи разводили руки и диагноз был всегда один.

Она умрет.

Я проснулась

      Я быстро вскочила с футона на котором спала. Страшно. было так страшно. Забыв обо всем я помчалась к маме. Папы не было. Он был в очередном баре или играл на деньги. Открыв дверь я зашла к маме в комнату. Было страшно и я хотела чтобы мама успокоила меня, спела песню как обычно, но я не хотела ее будить. быстро подойдя к маме я запрыгнула не ее футон. — Мама… маам… мам… Мама. — сколько бы я не звала ее она не просыпалась. Мне стала страшно и я взяла ее за руку.       Холодная! Нужно проверить пульс! Что там на ОБЖ говорили?!       Я в панике потянулась к шеи и заметила что пульс очень медленный. Мне стало плохо. Внутри все похолодело, органы будто сжались. Голова стала крутится и в глазах потемнело.

Очнись! Быстро к телефону и позвонить в больницу!

      Я мало что помню. Помну как судорожно звоню в больниц, говорю о том что мама холодная и что пульс медленный. Над телефоном был адрес, мама сказала если что случится звонить в нужную службу и говорить адрес.       Потом я стала названивать папе. Первые три звонка были благополучно проигнорированы. Когда он взял трубку я как безумная завопила: «Маме плохо! Не просыпается! Холодная! Пульс слабый!» что-то грохнуло отец крикнул что сейчас будет и отключился. Я же открыла дверь и побежала на улицу чтобы показать где наш дом. Дальше пришли люди в халатах я их быстро провела к маме. Потом ее увезли. Я села на мамин футон и начала плакать.       Прошло уже 20 минут как увезли маму. В дом зашли открыв дверь, чудом не сорванную с петель.

Забежал отец.

Он что-то говорил.

Я сказала что маму увезли в ближайшую больницу.

Отец взял меня за руку и что-то сказал.

Я ничего не слышала.

В ушах будто вата набита.

В глазах плывет, стало холодно.

Отец взял меня на руки и сорвался с места.

Он куда-то бежит а я стараюсь не плакать.

Из-за слез ничего не видно.

Только пятна.

Вспоминается мамина песня, она мне всегда ее пела когда я плакала.

      В голове я уже тысячу раз вспомнила как мама пела мне песню. Мы с отцом сидим возле маминой палаты. Подходит доктор. Из-за слез я не вижу его лица. В глазах плывет. Они отошли и о чем то говорят. То что я услышала повергло меня в шок. — Доктор, что с моей женой? — Успокойтесь. Ваша жена сейчас в стабильном состоянии. Ваша дочь молодец. Еще бы час и боюсь мы бы не смогли ее спасти. Мы стабилизировали ее состояние. — Что с ней? Почему у нее был такой слабый пульс? — Ха. — доктор выдохнул и снял очки. — Боюсь все серьезно. — Меня передернуло. — Мы не знаем что с ней. Ее организм невероятно слаб. Я удивлен что она так стойко борется за свою жизнь. Но не буду давать вам ложную надежду. Два месяца. — Меня пробрало до костей. Дальше я не слушала. Как только услышала про два месяца… я почувствовала как по моим венам вместо крови тек страх. Желудок свело, я чувствовала как мое сердце билось не в грудной клетке а где-то под горлом. В глазах темнело. Внутри все так болело и сжималось что меня начало мутить. — Максимум два месяца. Ну а минимум… две недели. Сердце заболело с такой силой что я провыла и согнулась по палам. Внутри что-то рвалось. Непонятно толи нить разума толи кто-то вырывает мое сердце. Голова заболела и в висках била кровь. Все звуки будто отключились. В голове, в мыслях билась только одна мысль.

Мама умрет.

Я слышу как что-то рвется. Тонкая нить порвалась.

К ней. Бежать.

В ту же секунду я сорвалась с места и побежала к маме. Кто-то меня окликнул, мне крикнули что-то вроде «Туда нельзя». Мне плевать. Хоть тридцать раз скажите что нельзя. Я ее увижу не смотря ни на что. Как только я вбежала в палату я увидела много разных машин поддерживающих жизнь. Я сразу вспомнила прошлую жизнь. Нет! У меня новая жизнь! Второй шанс! Я забуду прошлое! Оно не важно! Важно только то что есть сейчас! Не помню как но я уже стою возле больничной койки и хватаюсь за железные прутья койки. — Мама! Мама! — Я старалась до нее докричатся. Горло болело и сушило. — Не умирай! Прошу! Я буду готовить кушать! И стирать, убирать! Буду дарить тебе все что захочешь! Пойду работать! И учиться на отлично буду! Только прошу… НЕ УМИРАЙ! — Возле меня уже стояло несколько врачей и отец. Врачи старались увести меня от нее. Отец просто смотрел на нас с мамой и безмолвно пускал слезы. — Я НЕ СМОГУ БЕЗ ТЕБЯ! — Я стала задыхаться. голова болела а тело будто онемело. я без сил упала на руки, успевшего подхватить меня, врача и старалась подняться к матери. Последнее что я помню как отец выкрикнул имя матери. Я потеряла сознание.