Снег и звёздное небо

      Илья с братом как всегда протирали подошвы ботинок, неохотно шаркая ногами в школу. В голове старшего брата бушевал «утренний смерч», когда тело уже проснулось, а мозг только только включается.       Со дня знакомства Ильи и загадочного парнишки прошло три дня. Тот уже и позабыл о парнише, точнее, так он думал, пока в очередное утро тот не поймал себя на мысли о том, что все его размышления сосредоточены на Тёмке. Его шоколадные глаза, аккуратные руки, голос. Больше всего, покоя Илье не давали фиолетовые синяки и ужасные следы от… от чего бы то ни было на хрупком, таком небольшом теле парня. И как бы Илья не пытался отогнать от себя все эти мысли, как бы ни хотелось тому убеждать себя в том, что это его врачебные замашки, Илья так или иначе подсознательно понимал, что это всё лишь отговорки. Но виду тот не подавал, запихивая в уши наушники, чтобы хоть как-то отвлечься.       Не думать, не прокручивать снова и снова образом Тёмки в своей голове.       Илья изо всех сил старался думать о школе, брате, Якиме, о чем угодно, лишь бы не подрывать своё внутреннее чувство безопасности.       Обычно по пути в школу, Илья треплется с Костей, но сегодня, как вчера и позавчера разговор никак не клеился. Братья были разными, но всё же братьями, а поэтому обычно находили хотя бы одну тему для разговора, чтобы не идти в тишине до места развилки.       Илья сворачивал направо — к беседке, где каждое утро встречался с Якимом, а Костя шёл дальше, за школу, встречать свою девушку у подъезда. Брат говорил, что Дашка считает это романтичным, а уж ради неё он готов и пройтись лишние сто метров. Илья в этом во всём не видел ничего романтичного, называл брата мазохистом, а Дашу — его девушку — садисткой, и вообще: «Мелкие вы ещё, ничего не понимаете!» Костя на это всегда отвечал одинаково: «Ты будто взрослый! Сам вон в беседке Витьку своего по пол часа ждёшь!» Илья же считал это: «дружеским долгом» и «сложившейся издавна традицией». Девушки же ведь приходят и уходят, а друг у тебя навсегда.       Некая «Издавна сложившаяся традиция» появилась у друзей ещё в пятом классе. Витька с Ильёй тогда боролись за первую красавицу класса — Алёну Серафимову. В одно зимнее утро Илья решил подождать Алёнку в беседке возле ворот школы, дабы выйти, как только та появится на горизонте, «случайно» встретиться и пройтись вместе до класса. Но и не прошло пары минут, как к укрытию Ильи подоспел Якимцов. Беседку Илья делить ни с кем не хотел, но пришлось. Мальчишки разговорились. Илья тогда прокололся, а Яким только посмеялся: «Вообще, я сюда от скуки пришёл, но раз так, давай вместе ждать». Ожидание быстро наскучило мальчишкам и те устроили снежный бой. Ждали Илья с Витькой вплоть до начала первого урока. Алёна так и не появилась. В классе появились запыхавшиеся и мокрые, после снежной битвы. А первая красавица в тот день так и не пришла — заболела. Серафимова в скором времени обоим разонравилась, но встречи в беседки с тех пор стали частью учебного дня парней.       В беседку утром Яким припозднился, видите ли, искал в чём пойти. — У тебя там что, бутик одежды вместо шкафа? — вопросил Илья, прекрасно зная, что у Якима в шкафу от силы двое джинс и толстовка. — Вот именно, что нет! Хожу день ото дня в одном и том же, будто денег нет, — друг расстегнул пуховик. — Зацени. Яким был одет как обычно. Фиолетовая кофта и черные джинсы, Илья приподнял бровь и вопросительно уставился на друга. — Да ты присмотрись, слепой что ли? Я пятно отстирал! — радостно воскликнул Яким. — Ну наконец-то, не прошло и года, всего то месяц! Это то, которое ты посадил когда мы с тобой неудачно провели лабораторную? — эта история на долго засела в памяти Ильи.       Учился Яким в параллели с Ильёй и не абы в каком классе, а в общественно-социальном. «Пойду после школы в университет, на депутата!» — восклицал Витька. Илья в ответ лишь улыбнулся, но говорить, что таких «депутатов» как он — пруд пруди не стал. Уж больно сильно Витьку вдохновляло и бодрило это желание, зачем же портить мотивацию?       Недавно Витька напросился на дополнительные по химии, на которые ходил Илья: «Марья Анатольевна, ну пожалуйста, я тихонько посижу, а то в коридоре скучно одному сидеть, а домой не пойду, мы с Ильёй после ваших курсов в кино собрались!» Марья Анатольевна возмущалась, но всё без толку, через пять минут Яким уже сидел с Ильёй за партой и рассматривал пробирки с химикатами. Учительница дала задание и Илья, как и полагается прилежному ученику хим-био, начал выполнять лабораторную работу. И ведь выполнил бы, если бы не Витька, который то туда нос сунет, то здесь потрогает, то там понюхает. Илья в итоге не выдержал, толкнул Якима, который в тот момент держал в руках пробирку с… Чем-то. Что там было — Илья узнать не успел. Содержимое оказалось на толстовке друга, а колбочка звонко разбилась о пол. Крики Марьи Анатольевны, кажется, были слышны на всю школу. Якимцова она выставила за дверь сию секунду, Илья же отделался выговором и отработкой. Но урок он вынес большой — дружба дружбой, но с собой на химию Якима он больше не возьмёт. — Илья, может ты пойдёшь на… — договорить Витька не успел, уже в школьном коридоре парни столкнулись с завучем. — Здравствуйте! — в унисон продекламировали друзья, после чего Илья тихонько добавил, — Мне конец, — парень дернул себя за оранжевый свитер, проступающий ярким пятном из-под синей куртки, — Я надеялся на то, что не увижу её сегодня. — Авдюхин, а почему это мы не в форме? — Инна Геннадиевна проигнорировала бодрое приветствие друзей, — Объяснительную на стол классному руководителю до третьего урока, — Якимцов, с тобой такая же ситуация. — Так у меня рубашка под толстовкой, просто зима, холодно, я сниму в классе, — Витька скривил самую невинную мину из всех, что Илья видел. — Мы можем идти? — Идите. Авдюхин, я жду, — завуч проводила парней недовольным взглядом. — Яким, ты знал, что ты предатель? — Илья, конечно, сказал это не всерьёз, но тот факт, что друг ходит без формы каждый день пять дней в неделю и ни разу не был пойман, парня раздражало. Тот один единственный раз решил порадовать себя яркой вещью и вот тебе! Объяснительную пиши. Не справедливо, думал Илья. — Даже не думал им становиться.       С этими словами друзья разошлись по своим кабинетам. ***       Илья считал, что люди, которые ставят первым уроком математику — изверги. Парень сидел, клевав носом тетрадь, в то время как где-то там, возле первых парт, учительница вещала об уравнениях, формулах, числах и о чем-то ещё, до чего Илье не было никакого дела и интереса. Он сидел за последней партой вместе с Богданом Киселёвым, по простому — Кислым. Тот тоже мало что смыслил в точных науках, а поэтому из урока в урок соседи по парте находили хоть какое-то занятие, лишь бы это была не математика. — Илюх, Илюха! — Кислый локтем ткнул парня в бок. Сонный Илья неохотно повернулся к Богдану. — Чего? — недовольно прошипел парнишка, поднимая тяжелую голову. — Давай в морской бой поиграем? — идея была не плохой, но Илье сегодня, как и вчера, не хотелось играть не в морской бой, не в крестики-нолики, не в слова. — Не, я сегодня не в духе, — парень потер переносицу и вновь улегся на парту. — Вчера не в духе, сегодня… Что с тобой творится то? Заболел? Переутомился? Тебе надо расслабиться, выпить с друзьями, с девчонкой оттянуться, — Кислый сверлил соседа взглядом, — Давай с нами сегодня на тусовку к Машке, будет весело. — Нет. Кислый, тебе сколько раз нужно повторить, чтобы ты запомнил? Я. Не. пью, — Илья произнес эти слова четко, разделяя каждое паузой.       Конечно, это была не единственная причина, почему Илья не хотел идти, но алкоголь, наверное, являлся важным фактором его решения. Парень не переносил одно лишь упоминание алкоголя, не говоря уже о его запахе или вкусе, который кстати, Илья не знал, но представлял и морщился. — Не хочешь — как хочешь. Но если ты продолжишь и дальше спать, игнорируя меня, то я от тебя отсяду, — Кислый закатил глаза и начал чертить что-то в тетради.       Илья не ответил, отвернулся от Кислого и провалился в полудрёму. ***       На перемене Илье пришлось сделать тяжелый выбор, между столовой и школьной канцелярией, выбор естественно тот сделал в пользу завхоза.       Илья тихонько постучался, и, услышав в ответ «Входите», противным женским голосом, аккуратно приоткрыл дверь и шагнул в тёмный кабинет. На стенах висели картины-абстракции, смысл которых Илье не был понятен. Жалюзи на окнах были закрыты, погружая кабинет в полумрак, отчего парню показалось, что в кабинете обитает некто иной, как вампир. — Здравствуйте, а можно у вас лист попросить, желательно два, — улыбаясь, попросил Илья. У завхоза Илья бывал редко. Илью никогда ни о чём не просили, и не потому, что тот был ленивым, нет, просто ростом не дотягивал. Метр семьдесят. А ещё, все знали о рассеянности Ильи и о том, что тот спокойно может по пути от завхоза до кабинета потерять не только ключи от класса или стопку стаканов, но и бутылку для кулера. — Привет Илюш, конечно! — женщина быстро выудила из ящика стола небольшую стопку листов и вручила её Илье, — Только не потеряй. — Спасибо! — радостно поблагодарил Илья завхоза и вышел из кабинета. ***       Всё последующее учебное время прошло для Ильи без происшествий. Объяснительная была в срок доставлена классному руководителю — Рине Павловне, — на стол. Завтрак, как все предыдущие, был однотипный: чай и каша с комочками, которую Илья, хоть и не любил, но ел, потому что голодать оставшиеся пять уроков ему не хотелось. Илья каждый раз с удивлением смотрел на Якима, уплетающего кашу за милую душу, всегда задавая другу один и тот же вопрос: «Как это можно любить?» На что Яким, параллельно жуя, отвечал ему всегда одинаково: «Каша как каша, ешь давай, а то опоздаем».       Биология, на которой Илья сидел с Мариной Дятловой, прошла на удивление тихо, без нытья о сломанном ногте и секущихся волосах. Физкультура как физкультура, разминка и игра в волейбол, впрочем, что было на остальных предметах Илья не помнил. То ли потому, что спал, то ли из-за мыслей, бегающих как тараканы в его голове. Что Илья запомнил большего всего, так это внеплановый классный час, который Рина Павловна организовала для старшеклассников девятым уроком.       Илья оповестил Якима коротким сообщением о том, что тому придется либо ждать его, либо идти домой одному и направился в актовый зал, где классный руководитель объявила сбор. В актовом зале место было хоть отбавляй, но Илья не был из тех, кто предпочтёт сидеть один на задних рядах. Парень прошёл к первому ряду и уселся на единственное свободное кресло. Справа сидел Никита Ковалёв, так называемый брат Ильи в сфере юмора, слева — Юра Снегуров, живущий в соседнем с Ильёй доме.       Рина Павловна ещё не пришла, поэтому дабы скоротать время Никита с Ильёй забрались на сцену вести свой собственный «stand up». Не прошло и пары минут как класс уже заливался смехом от тонкого юмора Никиты и колких шуток Ильи. — Знаете, я кажется разгадал секрет Ильи, — Никита пустил в ход свою коронную шутку, — знаете, почему он такой белый? — зал притих, — Илья в детстве был голубым и мама решила постирать его, предварительно залив белизной!       Одноклассники расхохотались ещё громче, как раз в тот момент, когда в актовый зал зашла Рина Павловна. Илья дал пять Никите и они мигом спрыгнули со сцены, быстро занимая свои кресла. Классный руководитель окинула их недовольным взглядом, каким только могла посмотреть на старшеклассников двадцати восьми летняя учительница, и присела на край сцены. — Класс, тише! Я нас важное собрание! — голос женщины был звонким, из-за чего ей без труда удавалось утихомирить неугомонных ребят. Воцарилась тишина, — Вы все прекрасно знаете, что при нашей школе есть дом культуры и творчества. Так вот, нам от класса нужен один человек, желательно, конечно, два, но я надеюсь, что согласится хотя бы один, который в субботу пойдёт на районный каток, на хоккейный матч, болеть за мальчишек, которые занимаются в нашем ДК, — Рина Павловна пробежалась глазами по классу. Ни одной руки. Ни одного желающего. — А во сколько? — послышался голос Алёны Серафимовой с задних рядов. — В шесть часов вечера. Ты пойдёшь? — в голосе учительницы теплилась надежда. — Ой, нет, я в шесть буду занята, — быстро пролепетала девочка и вновь притихла. — Очень жаль, тогда я сама выберу, кто пойдёт, — классный руководитель задумалась, а Илье показалось, что тишина, воцарившаяся в помещении и смешавшаяся с напряжением, стала вечной, — Авдюхин, ты у нас сегодня провинился, я видела твою объяснительную, вот ты и пойдёшь, — Илья выругался себе под нос, на что Юра ободряюще похлопал того по плечу. — классный час окончен, можете быть свободны.       Старшеклассники быстро двинулись к выходу, желая скорее покинуть душное и надоевшее здание школы. В отличии от них, Илья не чувствовал себя свободным и радостным, скорее наоборот, парень теперь ощущал себя заложником сложившихся обстоятельств. На выходе из школы Илью уже ждал Яким, который завидев издалека угрюмое лицо друга, сразу сменил уставший вид на заинтересованный. — Чертова школа! Чертова Инна Геннадиевна! Чертова Рина Павловна! Чертов хоккей! — Илья не смотрел на Якима, казалось, что тот ругается в пустоту, но Витька знал, что друг так рассказывает ему о случившимся, — Ненавижу! — Илья злостно пнул мусорку и тяжело выдохнул в попытке взять себя в руки и немного остыть. — А-а-а, — протянул Якимцов, — Из вашего класса тебя впрягли в эту затею? А Инна Геннадиевна при чём? — Яким соображал плохо, и Илья каждый раз убеждался в этом всё сильнее. — Рина Павловна меня отправила на этот матч из-за объяснительной! — угрюмо пробурчал Илья, гнев которого сменился тупым внутренним разочарованием. — М-да, — только и выдал Яким, не зная, что ещё сказать, — держись. От нашего класса отличника отправили, но он сам напросился, у него брат в сборной ДК играет.       Илья не ответил. Разговор перетёк в другое русло и уже более спокойный, Илья предложил Якиму сходить в торговый центр, дабы набить живот картошкой фри и наггетсами.