Снег и звёздное небо

      Горячий воздух в перемешку с запахом пота ударил Илье в нос. Парень шагнул в помещение, в надежде немного согреться после пары часов проведённых на морозе.       Тепло приятно покалывало руки и замерзшее лицо. Илья прикрыл дверь, дабы не впускать в нагретую раздевалку холодный воздух.       На лавке одиноко сидел Тёмка, медленно расшнуровывая коньки. — Привет, — Илья улыбнулся, усаживаясь на соседнюю скамейку, — Ты чего такой долгий? Я себе уже успел всё отморозить, пока тебя ждал. — А чего ждал тогда? — не поднимая глаз спросил Тёма, — И вообще, ты чего здесь забыл? — Здесь это где? На игре или прям здесь? — усмехнувшись выдал Илья. Язык опережал мозг, такое с парнем случалось крайне редко, даже в самых стрессовых ситуациях. — Здесь, — Тёмка скинул второй конёк, игнорируя все вопросы Ильи. Упрямый. — На игру меня классная руководительница отправила в качестве наказания, оказалось, что ты здесь… А в раздевалку я пришёл чтобы проверить, я подумал, что ты уже ушёл, а я тебя пропустил. А ещё я замерз. — Я просил тебя ждать где? Правильно, у выхода, — Тёмка обулся и принялся снимать экипировку. — Извините, мне никто этого не объяснял, а по глазам читать не умею, — Илью ничуть не раздражало поведение Тёмы, скорее даже наоборот, забавляло.       Когда Тёмка снял игровую форму, на шее уже не было видно следов пальцев, полосы уже не были такими яркими, теперь все его увечья можно было списать на обычные ссадины и ушибы, полученные на тренировке. Илья вдруг понял, почему Тёмка сидел один в раздевалке. Тот явно не хотел, чтобы другие мальчишки видели его травмы. Тогда почему им нельзя, а Илье можно? Но парень решил не задавать лишних вопросов, он и так уже явно сделал много лишнего. Илья был рад видеть Тёмку, хоть и не невредимого, но живого. На душе сразу спокойнее становилось от мысли, что тот сейчас стоит перед ним, а не лежит вновь в каком-то дворе без сознания. — Чего хотел? — Тёмкины слова ставили Илью не то, что в ступор, они загоняли парня в тупик. — Если честно, я хотел убедиться, что у тебя всё хорошо, — от части, это было правдой. Но в точности сказать Илья не мог, потому что сам еще не разобрался. — Убедился? — Тёмка переоделся и закинул сумку с коньками на плечо, — могу идти? — А форма? Ты её вот так тут оставишь? — поинтересовался Илья, дабы только не заканчивать разговор. Парню не хотелось заканчивать встречу, тем более на такой ноте. Они даже не поговорили толком. — Да, это игровая экипировка, её заберут организаторы либо к ночи, либо завтра утром. Из моего лично здесь только коньки, — Тёмка похлопал рукой по красной сумке, которая выглядела огромной, на фоне хрупкого парня, и направился к выходу, даже не обернувшись на Илью, который через секунду вылетел в след за ним на улицу, — Чего ты за мной увязался то? Своих дел нет? — По правде говоря нет. Точнее, дела есть, но… — Илья замолк, раздумывая над тем, стоит ли ему говорить о том, что тому негде ночевать из-за собственного брата и его подружки. — Впрочем, это долгая история. — Раз дел у тебя нет, тогда времени много, можешь рассказать, — голос Тёмы заметно изменился и вновь стал бархатным, как тогда, на кухне, в их первую встречу. — Да Костя, брат мой, тот ещё малый. Я ему должен был, взамен на его молчание о том, что я тебя греться привёл. Вот он и решил, что пока мама у тётки нашей, он может меня к другу на ночь отправить, а сам с девушкой со своей развлекаться, — Илья сжал историю как только мог, лишь бы не вдаваться в подробности, что у парня получалось из рук вон плохо. — Так шёл бы ты к другу, — Тёмка шёл, пиная ногами снег, — Чего тебя со мной то понесло? — Да я мог бы, только его родители на дачу увезли. А Никите, или Юрке, я позвонить не успел, телефон, падла такая, разрядился, — Илья шмыгнул носом, — А у тебя какие планы? Не собираешься отмечать с командой первую победу в этом сезоне? — Нет, они сейчас как всегда напьются и будут до утра валяться в кустах, — Тёма сморщился, Илья заметил горбинку на аккуратном носу мальчишки, — Мне отца хватает, — Тёмка закусил губу, точно осознавая, что сказал лишнего, — А план у нас теперь такой: в ларёк за сигаретами, а дальше разберемся. — Тём, может расскажешь всё-таки, что у тебя в ту ночь случилось, или как ты в моём дворе оказался без сознания?       Илью впервые раздирало такое сильное любопытство. такого у него даже в детстве в преддверии нового года не было. А Илье всегда было интересно, что на этот раз решили подарить ему родители и бабушки с дедушками. Тот всегда изо всех сил старался не заснуть до боя курантов, чтобы поскорее развернуть подарок, упакованный в яркую бумагу и перевязанный красной летной. Но у него не получалось, вплоть до четвертого класса. Тогда он всё-таки продержался, а когда отец вынес из кладовки большую коробку, Илья чуть в обморок не упал от радости. Это была машина на пульте управления, да не простая! Он умела и по стенам ездить и плавать и трюки разные с ней можно было делать! Илья в тот год её везде с собой носил, пока однажды она просто не исчезла у него из рюкзака. Всех в школе на уши подняли, учеников, родителей, учителей и даже директора! Всё бестолку. А машина вскоре нашлась. Её, рассеянный Илья оставил в группе продлённого дня, где она отправилась в ящик к остальным игрушкам, а пропажу тот заметил лишь на следующий день. — Да там и рассказывать нечего если честно, — буркнул Тёма. — Как ты там сказал? Времени у нас много, — Илья пихнул Тёму локтем в бок, от чего парнишка насупился. — Ладно. У нас с отцом частенько стычки происходят, но в этот раз всё как-то слишком далеко зашло. Я быстро оделся, ну, нет, не оделся, а накинул первое, что под руку попалось и выбежал на улицу, чтобы пар выпустить, — Тёмка почесал тыльную сторону руки, — Бродил я по району, курил, а потом раз! В глазах потемнело и я отключился, — Тёма замолчал, продолжая раздирать ногтями кожу. — Что у тебя с рукой? — Илья, как будущий врач, не мог оставить этот вопрос без ответа, — Дай посмотрю. — Нет, всё нормально, — отмахнулся Тёмка, убирая руки в карманы. — Дай руку. Я же не собираюсь тебе её откусывать! Я только посмотрю, — Илья немного повысил голос, но вовремя понял свою ошибку и спокойно продолжил, — Пожалуйста.       Тёма нехотя протянул Илье руку. — Это только потому, что я убедился на практике в твоих лечебных способностях. Кожа на руке была грубая и шершавая, местами покрытая корочкой, смахивающей на чешую, красные пятна расползлись от фаланг пальцев до запястья. — Дерматит. Судя по тому, в какие моменты ты чешешься, скорее всего нервный. Ты его чем-нибудь лечишь? — ответ для Ильи был очевиден, но спросить всё же стоило. — Нет, а надо? — Тёмка уставился на Илью как на сумасшедшего, — У меня же ничего не болит. — И давно это у тебя началось? — тяжело вздыхая вопросил Илья. — Правильней будет спросить о том, когда это закончится. Эта дрянь у меня с детства. Мама говорит, что я сам виноват, не надо чесать и пройдёт, — Тёмка вновь потянулся к воспалённому участку. — Не трогай, — Илья одёрнул руку Тёмки, — Тебе надо лечебный крем купить и через пару недель всё как рукой снимет. А лучше ко врачу сходи. — Ладно, — Тёма недоверчиво оглядел Илью, будто тот сейчас ему не лечение посоветовал, а теорию заговора разгадал, — Не пойду я ко врачу, но крем, возможно, куплю.       Спорить и переубеждать парня Илья не стал, понимал, что у Тёмки в голове тоже водятся тараканы, может даже, похуже чем у него самого. *** — Пришли, — без особого энтузиазма объявил Тёма.       Тёмка жил всего в паре домов от Ильи в старой пятиэтажке. Илья вспомнил, как они с Костей, когда были помладше, бегали в этот двор играть в казаков-разбойников, прятки, догонялки, «стоп-землю» и другие детские игры. У них во дворе тогда не было площадки, один асфальт, вот братья и шатались по ближайшим дворикам, в поисках хорошего места для игр. Может, они с Тёмой уже виделись, тогда, в детстве, когда Илья с Костей в очередной раз приходили к унылой панельке поиграть. Но спрашивать он не стал, посчитал этот вопрос слишком глупым и неуместным.       Тёма вытащил из кармана только что купленную пачку сигарет: — Будешь? — Не курю, — отказался Илья, покачивая головой, — Никогда не понимал, как можно своими же руками убивать себя. — Я тоже не понимал, пока не попробовал, — Тёмка сунул сигарету в рот и начал чиркать колёсико зажигалки, — С такими утверждениями, я могу сказать, что меня собьёт автобус, пока я перехожу дорогу. Это тоже будет считаться самоубийством?       Илья призадумался. Ведь если пораскинуть мозгами и сложить два и два, то и в правду можно сказать, что каждое действие, это попытка неосознанного самоубийства. Даже если это на первый взгляд безобидные вещи, такие как: принятие ванны, прогулка в зимнюю стужу или же варка пельменей. Всё в той или иной степени опасно, и следовало бы тогда вообще ничего не делать. Но если ничего не делать, то в скором времени можно умереть от голода, обезвоживания или разрыва мочевого пузыря. Или у тебя просто атрофируются мышцы. Так почему же все утверждают то, что именно сигареты — способ собственноручно свести себя в могилу?       Илья стоял, не зная, что ему делать.       С научной точки зрения тот понимал, что курение является прямым путём в могилу, но со стороны логики, прямым путём в могилу является вся жизнь. Парень смотрел на оранжевый огонёк, манящий загадкой. Ему ужасно хотелось понять, что такого люди находят в сигаретах, что пока ещё не нашёл сам Илья. — Сколько тебе было, когда ты выкурил свою первую сигарету? — вдруг решил поинтересоваться Илья. — Одиннадцать, — Тёмка вновь приложился к сигарете, делая долгую затяжку, запуская в легкие ядовитый дым. — А как… — Илья договорить не успел, Тёмка выпустил парню в лицо клуб дыма и продолжил историю. — Я у бабушки в деревне был. Ровесников моих там не было, только молодые мамочки с детьми и старички, с козами и курами. Шатался я один по деревне, крапиву палкой бил, учился блинчики на воде делать, за уличными кошками гонялся, так и наткнулся в один день на речке на компанию подростков. Самому младшему из них вроде на тот момент четырнадцать было, — Тёмка вновь затянулся, уставляя взгляд куда-то вдаль, Илье даже на секунду показалось, что в карих глазах Тёмы стоят слёзы, но тот перевёл взор на Илью и продолжил, — Я с ними и увязался. Не хотелось всё лето в одиночку провести. Так вот закрутилось и в конце лета я уже был курильщиком. А первая сигарета, — Тёма свёл брови, точно пытался отыскать воспоминание, — Кажется, с тем четырнадцатилетним мальчишкой, в заброшенной школе, — Тёма закончил рассказ, сделал крайнюю тягу и потушил сигарету о мусорку. — Ладно, мне пора, я, наверное, пойду, — Илья опустил глаза и провёл носком ботинка по асфальту, рисуя на снегу непонятные узоры. Илье не хотелось уходить, не потому что некуда, а потому что он хотел и дальше слушать Тёмкины истории. Слышать его голос, согревающий в мороз, чувствовать, как запах сигарет щекочет в носу, смотреть на то, как развиваются каштановые локоны на холодном ветру. — Пошли, — Тёмка кивнул в сторону подъезда. Илья удивился, но что-то внутри не давало парню сделать и пол шага вслед за парнишкой. Страх принести Тёме проблем словно сковал Илью. Но и уходить тот не хотел. Не мог он оставить парнишку, заставившего Илью задуматься о своей ориентации, заполонившего его мысли, парнишку, поселившегося у него в голове. — Нет, не могу, — покачал головой Илья. — Я уверен, что пожеланием хорошей ночи на улице в середине ноября я тебя не напугаю, но ты же мне помог, теперь я должен помочь тебе, всё честно, — Тёма ухватил Илью за рукав куртки, — Пойдём. — Ты мне ничего не должен. Я сделал то, что посчитал нужным, — возразил Илья, на что Тёмка лишь усилил хватку, — Отпусти. — А если я скажу, что хочу, чтобы ты пошёл, ты пойдёшь? — Не глупи, Тём. Тебе, как я вижу, и без меня проблем хватает, я найду, где переночевать, — Илья стоял на своём. Он не хотел доставлять Тёмке неудобства, не хотел быть обузой, но больше всего Илья не хотел, чтобы Тёмка считал себя его должником. — Ты не будешь проблемой до того момента, пока не отключишься посреди ночи в чьём-нибудь дворе, — Тёмка расплылся в улыбке, Илья впервые увидел Тёмку радостным и почему-то сразу понял, что улыбается тот искренне. На правой щеке Илья увидел небольшую ямочку, делающую Тёмку ещё более миловидным, — пойдём.       И Илья пошёл. Тёма словно отодрал парня от асфальта, выдрал с корнями из земли. Илья не понимал, чем он заслужил такой подарок судьбы, как не понимал и того, почему скрытный и немногословный Тёмка вдруг открылся, и открылся именно Илье.