Слабость к прикосновению

*** Как оказалось, в первой же неделе, выгнали Юлию Чикину. Это она узнала, когда в дом навалились уставшие девушки, обсуждая выгон. Сама Алина ни разу с ней не контактировала, но хорошо знала, что она вроде бы дружит с Кирой. Стало даже грустно за неё. Но домой она завалилась в абсолютно нормальном настроении, заставляя Амину громко засмеяться с глупой шутки. У неё был до безумия заразительный смех, а у Киры смешные шутки. Идеальный тандем. Была ночь, но многие не спешили рассосаться по койкам, направляясь кто на кухню, кто в зал. Кристина помахала ей пару раз, перед тем как направится на вверх, ссылаясь на то, что сильно устала. За ней упорхнули и некоторые, тоже на вид сильно уставшие. Алина искренне хотела, чтобы все они легли уже спать, чтобы она смогла нормально поужинать. Не успела до этого, а теперь живот неприятно урчал, требуя еды. Пришлось скрытно направиться на кухню, закрыв там дверь. Холодильник был полон еды, от девушек ничего не жалели, хоть и многим из них, была прописана диета. Но Даша их жалела, и всё-таки разрешала иногда баловаться, спрятав в их комнатах пару пачек вредной еды. Увидев в пластиковом контейнере, что-то похожее на пасту, и необычный салат, решила, что полакомиться ими. Микроволновка громко гудела, но не так как её желудок, и она уже в приподнятом настроении наливала себе апельсиновый сок, пританцовывая, не заметив, что в комнате уже не одна. В последнее время, она стала слишком уж рассеянной. — Красиво танцуешь, куколка, – отозвались позади, и она испугалась, уроним стакан на пол. Та не разбилась, благодаря крепкой керамике. — Аккуратнее. Прозвучало заботливо. Алина посмотрела назад, закатила глаза, и подняла кружку, дальше наливая себе сок. Благо никуда ничего не вылилось, убирать обратно эту злосчастную кухню снова она не хотела. — Ты как? – спросила Алина, даже не ожидав от себя. Та уже села за стол, и выжидающе смотрела, словно пришла сюда только за ужином. На вопрос «наложить?», Кира кивнула. Алине пришлось доставать ещё одну тарелку и накладывать уже им двоим. — Ты про что? — Про выгон Чикиной. Вы вроде хорошо дружили, – она поставила тарелку перед ней и уселась напротив, не решив принести той стакан. Пусть сама встанет и нальёт. Тоже ведь руки и ноги на месте. На её слова Кира выгнула правую бровь, и отрицательно помотала головой. — Не помню, чтобы клялась кому-то тут в вечной дружбе. Конечно, Юлия тёлка чёткая, но тут каждый сам за себя. — Перестань называть девушек такими терминами. Она начала кушать и блаженно закатила глаза. Наконец-то её желудок перестанет жаловаться. Кира тоже кушала, но в отличии от Алины намного быстрее. — Да ладно тебе, куколка. Тебе вообще каждый мой шаг не нравиться, как я заметила. С Крис вроде нормально базаришь, успеваешь даже миловидно улыбаться ей, – на этом моменте она автоматически сжала кулаки, но уже под столом, притворяясь спокойной. Не могла она говорить на такие темы абсолютно спокойно. Её бесило всё. — Кира, каждое наше столкновение приводит к ужасным последствиям. Заметь, это не я тащу тебя туда-сюда, в попытках избить, – Алина показательно ткнула вилку в салат, а после положила в рот. Через две секунды её лицо скривилось, и она, достав салфетку выплюнула туда совместимое во рту, после даже язык протерев другой салфеткой. Кира засмеялась, наблюдая за её лицом, пытаясь увидеть, что она там успела надкусить. За ужином она тоже ела этот салат, но вроде чего-то столь отвратительного там не было. — Что ты съела? — Лук. Отвратительно! – она смешно вытащила язык, хмурясь. Кира видела такую реакцию на обычный лук впервые. Сама то не брезговала почти ничем. — Да ладно. Не любишь лук? — Просто ненавижу. — Перестань обижать их, лук — это тоже прелестный овощ, – она довольно улыбнулась, посмотрев на реакцию Алины, которая закатила глаза. Выглядела мило. Даже при всех попытках убрать весь лук с этого салат. Пришлось взять всё в свои руки и доставать остатки овоща, чтобы та продолжила кушать. Алина на такой акт доброты промолчала, но тихо посмеивалась с того, как концентрированно Кира убирала остатки. Хотелось бы узнать, что творилось у неё в голове, и когда срабатывал выключатель хорошей стороны Киры, сменяя её на абсолютно нетрезвый разум злой Киры. Дальше диалог состоялся обычный. Словно старые подруги, они затрагивали самые простые вопросы, будто бы заглаживая те моменты, которые случались ранее. Кира сама на себя не была похожа, мягко улыбалась, часто кусала губы, казалось, волновалась. Она хотела продлить это момент. — Что с тобой? – всё-таки решила спросить Алина, во время мытья посуды, пока Кира вытирала стол. Выглядела до безумия комично. Ей вообще с её внешностью не шла роль домохозяйки, но она старалась. — Ты про что, куколка? А нет, походу вернулась. Поставила тряпку рядом с раковиной, и оперившись о стену рядом, смотрела в глаза. Сейчас они не казались такими страшными как раньше. — Ты отличительно хорошая сегодня. — Это ты просто ничего не творила. Ну вот опять. Возвращаемся в самое начало. Кажется, что её эго, которая выше самой крыши, никогда не удостоит чести спуститься на землю, и сказать так, как есть. Словно её язык норовил сказать что-то колкое, и не мог просто промолчать. Не смотря на все её странные поступки, Алине казалось, что Кира умна. В отличии от многих девушек тут, которые ни агрессией своей управлять не могут, ни честностью своих слов, ни своими жизнями. В отличии от них, эту дорогу Кира выбрал сама. Сама вырыла себе бездонную яму, чтобы спастись от реальности. И совершенно не боялась, ведь знала, что, когда она захочет выбраться, есть дополнительная веревка, чтобы ухватиться. Это разум. Разум, который не стерся даже после долговременного употребления наркотиков и прочих веществ, губящих жизнь и мозг. Она знала, какое оказывает влияние на окружающих. И какое на неё. Она была ментально сильна, как и физический. Защищаться, в отличии от остальных девушек, ей не было нужды. И бояться психологического насилия, со стороны уже привыкших к таким людям тоже. Ей хватило дяди. Так же и чувства долга, доброты и сочувствия, которого как казалось, у Алины было слишком много, у неё тоже не было. Эгоизм чистой воды, жить ради себя и заставлять остальных жить так, как она захочет. Такие люди редко страдают моральными принципами. — Ты эгоистка. Кира лишь взглянула на неё вопросительно, не отводя взгляд, и ухмыльнулась. Подрезать бы ей этот маленький язычок, чтобы лишний раз голову не морочила, но ещё не время. — Как и ты. Хочешь, чтобы мы все нуждались в тебе? — Что? О чём ты вообще? — Про твою добрую душеньку. Увидела пацанок. Все израненные жизнью, временем и страхом. Как брошенные на улицу щеночки, тебе нужно их обнять, приласкать, дать ту заботу и доброту, которую они не могли получить от остальных, и сделать зависимыми от себя. От твоих прикосновений. Но понимаешь, я не из тех. Мне не нужна никакая жалость, как в ней нуждается Кристина и остальные. — Кто же тебя так сильно ранил? – Алина пропустила все обидные слова, и лишь удивлённо уставилась на Киру, которая сбито дышала, так, словно высказывает свою искреннею обиду кому-то. Она ведь и вправду, лишь раненная душа, одна из множеств. Кира не нуждалась в жалости, ни в доброте чьей-то, а просто в любви. Правильной и искренней. Но человека, который полностью восполнит всё это, она не знала. Это будет слишком долгая и сложная работа. Покрытая огромными шипами, она точно не посмеет открыться сразу. — Ты слышишь только то, что хочешь, – она через силу выдохнула, и сжала ладони. Так хотелось на ком-то вывести пар, но точно не над Алиной. Эта вряд ли хоть один выдержит. — Справедливо замечу, что ты тоже. После молчание. Кира приходила в себя, надевала свою привычную маску похуизма, и смотрела на Алина безразличным взглядом, той самой, от которого у девушки мурашки по всему телу. — У тебя есть шанс всё исправить. — Я знаю. — Ничего ты не знаешь. Ты хоть попробуй открыться. Я уверена на каждом из испытаний, ты сидишь и строишь из себя каменную стену без эмоции, или же изредка подшучивая над остальными, лишь бы тебя не коснулись. Так ты себя не спасёшь! — Не повышай на меня голос. — Вот опять. — Не умничай. — Молчанием ты себя не спасёшь. И если ты думаешь, что ты в порядке. То ты глубоко ошибаешься. — Блять, я знаю лучше тебя, что я далеко не в порядке. Но никто, блять тебя не спрашивал. Это не должно тебя волновать. Возомнила себя спасительницей? – она накинулась на Алину и прижала её к стенке. Алине уже пора начинать счёт того, сколько раз Кира её хотела избить. И надеяться, что и в этот раз это останется лишь угрозами, а не сломанным носом, как у Юли. Она стояла непозволительно близко, руки её были по обе стороны её головы. Разница в их росте сейчас был заметен как никогда, и Алина успела покраснеть. И даже сама не знала, от того что она была зла на эту неадекватную реакцию, или же просто стеснялась того, что Кира слишком близко. Пыл её по умерился, и она лишь загипнотизировано смотрела на губы Алины, сдерживая себя, чтобы не оступиться. Не оттолкнуть ещё больше. «Не стать слишком отвратительной.» — Я знаю, что не должно волновать. И понимаю, что тебя нужно обходить стороной. Это её задело. Так прямо выражать неприязнь, казалось слишком жестоко. Даже для привыкшей к отношениям похуже, Кире. — Но просто не могу. Я понятие не имею почему. — Втюрилась? – ехидно засмеялась Кира. Лицо засияла, и как-то атмосфера стало лучше. Хотя она всё ещё стояла в той же позе, смотрела прямо в лицо, не позволяя соврать. Да и Алина не собиралась. Смысла в этом не было. Эмоциональные качели, которые они устраивали друг другу был удивителен. Ни одна из них не могла предугадать, что случиться позже. — Боюсь, что это ты втюрилась. А у меня синдром спасателя. — Ты слишком много на себя берешь, куколка. — Взаимно. Она отпустила. Рука сама по себе опустилась вниз, как и голова. Внутри у девушки бушевал огромный ураган эмоции с тех пор, как она сюда пришла. Не ожидав, что ею тут займутся досконально, она потерялась в своих мыслях. До приезда в это шоу, ей казалось, что всё это вранье. Она лишь хотела посветить личиком, и на крайний случай отказаться от наркоты, которую уже не употребляла почти что год. А и получить награду, взяв первое место. Красиво улыбаться на камеру, и изображать жертву. Но шла третья неделя, а голова просто взрывалась от всего того, что происходило. Её хотели разобрать по частям, исправить и собрать обратно. Каждый раз дотрагиваясь до тех струн души, до которых ранее Кира не добиралась. Ей было страшно. Страшно от того, что она вернётся в ту жизнь, где дрожала от страха, и боли, которую вскоре закрыла от всего мира. Добраться до таких глубин, что сама не ожидает, что же там находиться. Увидев Алину, как показалось ей в первый раз, уязвимую и милую, она хотела просто самоутвердиться за счёт неё. Найти новую маленькую игрушку, и не копаться в себе, вместо этого, изучая её. Но девушка, не смотря на внешний вид оказалось умна и сильна. Так сильна, как и не снилось Кире, ведь в отличии от неё, Алина признавала все свои страхи и слабости, и боролась с ними. Именно поэтому она не боялась Киры, хоть и понимала, что из-за своего языка может оказаться на больничной койке. Смотрела той прямо в глаза, и говорила правду, задевая этим девушку. — Тебе давно пора открыться. Не пойму я, поймут другие. Кира всё ещё стояла, повесив голову вниз. Словно о чём-то грустила. Такая Кира была похожа на щеночка, раненого и печального. Алина не успела себя остановить, как её рука уже оказалось у её макушки, поглаживая по волосам. Пришлось даже привстать на носочки, хоть и та стояла сгорбленная. На удивление её не оттолкнули, как и её руку. Кира просто молча стояла, после села на пол, не проронив больше ни слово. Как будто под гипнозом, наслаждаясь почти невесомыми касаниями по голове. Может Алина вовсе не человек, а фея, подумала она, и решила спросить об этом в следующий раз. *** Алину предупредили, что прибудут старые участницы шоу. Кто именно не уточняли, но она заинтересованно поглядывала в окна, пытаясь узнать кого-то. Как оказалось, никого толком то она и не знала, и просто наблюдала как пьяные девушки устраивали погром вокруг. Где-то вдалеке виднелась Лиза, прикованная наручниками к незнакомой девушке, и Идея. К очень весёлой девушке, с рыжими волосами была прикреплена Кира и Диана. Их трио казалось самым смешным, за счёт шуток Киры. За ними даже наблюдать было смешно. Хоть и все девушки выпивали и к завтрашнему дню обязательно за это получат от преподавателей, вели они себя более-менее нормально. Веселились как подростки, но такого ужаса как в начальных неделях не было. Вдруг в дом зашла незнакомая девушка с длинными волосами, и с очками, как показалось Алине, безумно красивая. Подумав, что ей возможно нужна помощь, она подошла ближе, и уже отвернулась от запаха невыносимого алкоголя и сигарет. Девушка вела себя весьма нелицеприятно, да ещё и успевала раскидывать вещи по всей комнате, возомнив себя хозяйкой. Бандана на голове уже успела скатиться. — Чем-то могу помочь? – как можно вежливее произнесла Алина. Надо же придерживать уважение. — Чего? А, да! Подскажи, где тут поссать можно. Алина просто жестом показала где, а после к ней обратились редактора, с просьбой не позволять ей шастать по дому. Туалет для них был предусмотрен снаружи. Со страхом того, что та разгромит дом, да ещё и после безнаказанно уйдёт, Алина попросила её выйти, а после того, как её она не послушала, решила сказать об этом охранникам. Те быстро среагировали и выставили девушку за дверь, под криками о том, что она вырвет все волосы Алине. Девушка благоразумно решила просто забить на ситуацию, ведь видела, что та даже не в состоянии обдумать поступки, и вероятнее всего, завтра она ничего не вспомнит. — Сколопендра, блять, успокойся! – закричала Кристина, хватая ту за спиной. Она на минуту лишь отлучилась, сняв наручники. И так весь вечер надоедала, а сейчас совсем перешла все границы, выбивая стеклянные двери дома. Будь она чуть пьянее, то давно выбила бы той мозги, и вбила бы обратно. Так и не поняла, что её так взбесило, но с помощью Леры, они кое-как смогли её оттащить. Алина удивлённо смотрела на всех троих, и хотела бы прокомментировать всё это, но поняв, что половина из гостей явно не выделяются своей адекватностью, решила промолчать. Хорошо, что появилась Кристина, без неё возможно, девушке бы пришлось не сладко. Девушка Алину не заметила. Ситуация быстро забылась, пока Алина наблюдала за Кирой, которая дебоширила как могла. Чаще всего дома Кира была спокойной, шутила громко, но так сильно с ума она не сходила. Возможно это алкоголь разыгрался в организме, или же она просто хотела таким образом отдохнуть. Отвлечься от мыслей. Сделать вид, что всё хорошо. Что это не её гложет мысли о прошлом, и на удивление даже о будущем. Потом её глаза загорелись. Она с кем-то переговорила и взяв огромный арбуз направилась к смеющейся Амине. И потом до Алины дошло, что она хочет сделать. Она выбежала на улицу, рвано хватая толстовку, в попытках остановить неразумную Киру. Они были пьяны, и вряд ли понимают что они творят. — Разобьёшь головой арбуз, Амин?! – громко спросила Кира, и не задумавшись Амина кивнула. Они попросили всех отойти и под громкими аплодисментами, встали в центр. Амина наклонилась, и подала знак Кире. — Нет! Не надо! – кричала Алина, но её никто не слышал, особенно затуманенная алкоголем Кира. Арбуз с громким стуком приземлился на голову Амины, и раздробилась на несколько огромных кусков. Амина на секунды три замолчала, а после Кира крикнула, и все за ней повторили. — Боже мой, ты в порядке? – Алина быстро подошла к ней, беспокоясь о её черепной коробке, но судя по тому как она резко подняла голову и прыгнула, всё с ней было относительно хорошо. — Да не парься ты. Эта голова перенесла столько ударов, что какой-то там арбуз даже царапины не оставит! – с её акцентом звучало ещё комичней, и Алина засмеялась, после обнимая ту. Амина искренне поблагодарила за беспокойство. Наблюдавшая за всем Кира вытерла руку об какую-то ткань, которая попалась под руку, и недовольно подошла к ней. — Сейчас идут съемки. Иди внутрь, зря засветишь своим личиком. Прозвучало грубо. Алина хотела бы обидеться и отругать, но она была права. Везде были камеры, и все были направлены на них. Лишняя медийность ей не была нужна, поэтому она лишь кивнула и направилась внутрь. Голова гудела от лишнего шума и неприятного запаха алкоголя. На удивление от Киры не пахло так, как например от той же самой девушки в очках. Означало ли это, что та пила в меру, и не стала играть с судьбой. Все вокруг танцевали под популярные треки, больше похожие на набор букв. Лиза стояла в сторонке, и Алина правда хотела подойти к ней и успокоиться, как на неё сзади кого-то начал орать. — Ты! Да ты блять, смазливая дрянь! – если это было обращено к ней, то ой как ей это не понравилось. Хотелось было в ответ кинуть что-то ещё похуже, но сдержав себя, она оглянулась и увидела ту же самую пьяную тушку. Рядом никого не было. Кира была совсем вдалеке, возможно даже не заметила, как Алина сменила направление. — Это же ты выставила меня из дома, да? Иди-ка сюда, все волосы тебе повыдираю! — Иди нахуй. Ответ девушку совсем не устроил. Алина не понимала, что она от неё ждала, того что заплачет и уйдёт. Драться она и вправду не умела, но это вовсе не означало что она будет просто мямлить. Раздражает то, что все они решают чисто по внешности, кем является человек, не пытаясь разузнать. Всю свою жизнь Алина ненавидела свой рост, тело и лицо, ведь с её характером это мало помогало. Люди просто не обращали на её слова внимания, ведь легко быть милашкой, чьи слова после сразу же заставляют умиляться. А маленькое тело не позволяло драться. Она старалась, тренировалась долгое время, но ужасное здоровье, и больное сердце никак этому не способствовала. — Как же ты бесишь! Она направилась к ней, собираясь ударить, но её вовремя остановили. Откуда ни возьмись появилась Кристина, становясь прямо перед Алиной, закрывая её своей спиной. Девушка резко остановилась, непонимающе вглядываясь в лицо, пытаясь узнать кто перед ней. — Успокойся. Кристина была злая, и это было мягко сказано. Её глаза выдавали все её эмоции, а рука так и хотел пойти в действие, лишь бы отрезвить эту сумасшедшую. От одного бедлама к другому. Да ещё и успела на Алину накинуться. — Свали с дороги, Крис! Я этой дряни морду набью, – кричала пьяная Сколопендра. Честно, Алине показалось, что она сама на неё накинется, но спина перед ней стояла стойко, словно несокрушимая стена. Не смотря на всю сложившуюся ситуацию, девушке было спокойно. Она коснулась её спины, акт поддержки, ничего более, а Кристина вздрогнула. Вдохнув по больше воздух, так хотела, чтобы рука и дальше поглаживала её по спине, чтобы успокаивать. — Иди сюда! – не успокаивалась она, и не выдержав, Крис ударила её по животу, чтобы та села на землю. —Вот это лишнее. Её тронешь я тебя порву. Девушка корчилась на земле от боли, и Кристина, на удивление для самой себя, не продолжила её избивать, а просто обернулась. Испуганно глядела на Алину, боясь того, что она скажет. Просила ведь не драться, а она прямо перед ней ударила её, хоть и не считала свой поступок не правильным. Алина стояла вся красная, и даже особой жалости к той девушке не чувствовала. В голове лишь стояла фраза Кристины. Она была искренне благодарна защите, но щёки её горели от стыда, а сердце пропустило удар. Что с ней вообще твориться. Ей было так приятно, что её защищают. Ведь именно так, не защищал её никто. — Прости, – произнесла Крис, опустив голову. Виднелась только кепка, а лицо смотрело вниз. К лежащей уже подошла Лера и Диана, помогая той встать, и направляясь к медикам. Они видели всю ситуацию и решили промолчать, ведь девушка сама виновата, лишний раз огрызаясь на совершенно не связанного с шоу человеком. — Спасибо. Но драться тебе всё равно не стоит, – она мягко улыбнулась, заглядывая той под кепку. Выглядело комично. Кристина наконец подняла голову и улыбнулась измученно. Слишком усталый был у неё взгляд, такой, как будто бы прожил всю вселенскую боль. А может быть так и есть. — Я могу тебя обнять? – спросила она, а Алина просто умилялась с того, как она меняется во взгляде. Словно совсем другой человек. И кто её вообще называет агрессивной. Она не ответила, а просто накинулась, обнимая девушку, что та на секунду опешила, а после взяв себя в руки уткнулась в макушку. Ей это было нужно. Ей как никому другому нужна была помощь, и Алина это хорошо понимала. Возможно даже лучше всех. За ними наблюдала Кира. Всей ситуации она не видела, но взглянула на Алину в тот самый момент, когда та кинулась обнимать Кристину. Вена на лбу не переставала пульсировать, а сердце бешено стучать. Хотелось оторвать их друг от друга, хотелось сломать руки Кристины, чтобы больше не касалась её. Алину. Которая с самого первого дня, принадлежала ей. Все этого видели, но почему-то Кристина продолжала строить из себя слепую. Хотелось забрать девушку, закрыть её в комнате и не выпускать никуда. Чтобы видела, думала, слышала она только её. И не посмела даже заикнуться о ком-то другом. Кира резко протрезвела от своих же мыслей, коря себя за это. Прошлые отношения она потеряла именно из-за этого. Из-за того, что не умело трезво думать тогда, когда человек ей нравился. Ревновать ото всех и заставлять думать только о себе. — Что? Девку твою отбирает? – рядом появилась Мишель, ядовито улыбаясь Кире. Та не повернулась и продолжила смотреть на тех двоих. Алина поглаживала Кристину по спине, пока та устало положила голову на её макушку. Слишком интимным всё это казалось. Не просто как знакомые. — Не думала, что ты умеешь уступать, Кирочка. Кира полностью понимала, что Мишель пыталась её вывести из себя. Снова проявить ту агрессию, и заставить пойти против Крис. И особенно против этой девушки, которая казалось заполнила разум Кристины, которая должна была думать только о ней. Как и половина находящихся тут. Мишель манипулятор, а среди агрессивных девушек, её идеальное пристанище. Но главные агрессоры, как Кристина и Кира, были затуманены секундным чувством к той, кто проявляет заботу, и внимания ей оказалось слишком мало. — А я и не уступаю. Рядом прозвучал хруст, и Мишель взглянула руку ладонь Киры, которая смяла стеклянный стакан настолько, что та лопнула в руке, оставляя осколки за собой. Она ухмыльнулась. Лишь внешняя спокойная Кира, бушевала внутри, не находя себе место. Такими всегда легко управлять. — Пока будешь аккуратно подступать, Кристина просто возьмёт её себе. — Завались. Никто тебе говорить в мою сторону разрешения не давал. — Как знаешь. Она направилась дальше, оставляя за собой шлейф странного парфюма. Кира была злая, хотела рвать и метать, а когда увидела, что Кристина и Алина о чём-то весело болтая, направляются домой, то совсем потерялась в мыслях. Она собиралась пойти за ними, и наконец пар свой вынести на них. Чтобы больше друг к другу не приближались. Она обошла всех, и направлялась домой, даже не обратив внимание на то, как Диана окликнула её, не понимая куда та идёт. Только почти у входа кто-то схватил её за руки и не давал пройти. Она злобно оглянулась, собираясь послать этого человека далеко и подальше, но удивилась. Перед ней стояла Сколопендра, облизывая губы. Казалось она уже отошла от удара. Да ещё и успевала строить глазки. Кира хорошо знала, что означает такой взгляд. — Чего тебе? – равнодушно спросила она, взглядом подыскивая макушку Алины в доме. Но на горизонте видно её не было. Руку как оказалось, отпустить никто не собирался. — Тебя же Кира зовут? – в ответ ей кивнули, и окинули недовольным взглядом. — Не хочешь показать, на что способен твой язык? А я в долгу точно не останусь. Было странно. Не с того, что она это предлагает, а с того, что Кира хотела отказать. Отмахнуться от неё, как от комара, и направиться внутрь. Но она поддалась. То ли инстинктам, то ли минутному желанию, но решив, что церемониться не станет, затащила ту за кусты, прямо перед окнами кухни. Та жалобно вскрикнула, когда её грубо повернули к себе, и примкнулись к губам. Раздвоенный язык самодовольно гулял в её рту, заставляя ту скулить от невозможности сдвинуться хоть на сантиметр, забирая весь воздух. Кира держала её за затылок, чтобы не рыпалась, и одной рукой удерживала её запястья. Гнев захлестнул её, и она напирала, не давая возможности направиться назад. Раз уж выплеснуть злость на Алину она не сможет, то хоть на этой отыграется. Кира оторвалась лишь тогда, когда увидела удивлённую Алину, которая уставилась на неё. И после грустно взглянув на Киру, закрыла шторы.