Шутки в сторону

И вот опять картина маслом — я просыпаюсь хрен знает где. Хотя, не совсем — можно точно утверждать, что я в машине. И даже не в вонючем багажнике, а на заднем сидении. По оббивке салона сразу видно — дорогая. Спинка переадресованного сидения цельная, значит, тачка не японская. А на заграничной машине катается только один человек... — Очухался уже? — прозвучало скорее как утверждение из-за руля. Ответить я, естественно, не могу — рот заклеен скотчем. Единственное, что остаётся, так это молча слушать ту ненормальную, что ведёт сей транспорт. — У тебя руки спереди связаны, так что не выёживайся, а сдирай скотч, — в зеркале заднего вида блеснула пара синих глаз. Содрав тот проклятущий кусок скотча, морщусь от ощущения, будто сам себе скальп снял и стараюсь разглядеть хоть что-то в салоне машины, хоть это и безрезультатно. На дворе ночь, стекла тонированные, подсветки нет, хоть глаз выдери, толку ноль — темень несусветная. — У меня к тебе один вопрос, — глаза цвета морской бури продолжали буравить меня через зеркало. — Ты действительно такой тупой, чтобы укрывать должника мафии или просто полез не в свое дело? — А на кой хуй мне отвечать, если и ты нихера не слышишь? Я ещё тогда говорил, что не знаю этого додика. — Тогда какого лешего ты отмудохал моих людей? — А разве я виноват, что те дебилы отпиздохали какого-то мелкого дрыща в переулке? — И ты такой весь из себя крутой герой, решил заступиться за слабого? — слова были сказаны с нескрываемой иронией и усмешкой. — А по тебе не скажешь, что ты великий поборник зла. — Закройся, — меня жутко начали бесить что её слова, что глаза, которые будто прожигали дыры по всему телу. — Не будь таким наглым перед своей хозяйкой, псина. Моему терпению нет предела, пока это касается бабок фирмы, но я могу и психануть, – злостно шипит девушка, попутно поворачивая тачку куда-то влево. Хотелось мне ответить ей ещё как-то, но когда машину завернуло, то из-за бесконтрольности собственных конечностей мне довелось стукнуться затылком о спинку сиденья. И тут о себе дала знать резкой пульсирующей болью пробитая голова, заставляя с силой стиснуть челюсти. И вот второй укол боли, но в этот раз это была нижняя челюсть, что пострадала в неравном бою с водителем этой машины. Не сдержавшись, я всё-таки зашипел от комбинации неприятных ощущений, которые волною пошли по линии хребта. Девушка, видимо, заметила то, что произошло за её спиной и снова прожгла взглядом через зеркало заднего вида. — Не запачкай мне сидения своей кровищей. Отмыть салон этой куколки будет стоить дороже твоих почек, так что будь паинькой, побереги пока ещё целые органы. Я и так проявила к тебе море снисходительности, засовывая в салон, а не в багажник. Возможно, сейчас действительно было не лучшей идеей препираться с хозяйкой машины, в глазах всё рьяно плыло от количества травм на одну, видимо недостаточно заполненную мозгами, голову. Конечно, хотелось что-то плюнуть ей в ответ, но это можно и на потом отложить. Вслушивание в окружение не помогало, в машине была хорошая звукоизоляция, но и немного подбитое состояние не давало как следует что-то услышать или увидеть. Через некоторое время машина остановилась и, звякнув ключами, девушка вышла из транспортного средства. Ключи, судя по всему, с собой забрала. Ну да, оставлять ключи какому-то мутному, подобранному в переулке, мужику — идея так себе. В голове начало проясняться, наверное, отсутствие движения этому поспособствовало. А сколько мне ещё тут валяться, никто не подскажет? А то перспектива сдохнуть на заднем сидении машины, принадлежащей какой-то девке, не очень-то и радует. Да и ко всему прочему, она из мафии, значит, с похоронами заморачиваться не станут и, засунув ноги в бетонный тазик, отправят подпитывать остатками себя фауну в местной акватории. И пока ещё мутная голова подкидывала мне идеи моей скоропостижной и неприятной кончины, кто-то открыл дверь со стороны головы. Сверху на меня снова глянули жгучие глаза, что с такого ракурса казались ещё более презрительными. — Харош бока отлёживать, поднимай свою задницу и вылезай, ноги не связаны. И да, не подскакивай резко, а то лбом мне потолок прогнёшь. Ну и стерва, что можно сказать. Тут у неё человек, возможно, кровью истекает с черепно-мозговой, а она о крыше печётся. Ничего святого в этой женщине. Но подняться всё-таки пришлось, не хочется, чтобы из этого салона меня доставали за ноги, любезно вышвыривая на мокрый и холодный асфальт, дождь же шёл. И как только я оказался снаружи, дверью машины хлопнули, схватили меня под руку и куда-то потащили. Из-за тумана в голове было трудновато сопротивляться, да и смысла не было, за спиной слышались ещё шаги, значит, недобитки тоже приехали сюда следом. — Надеюсь, эти имбецилы забрали мои вещи с того вонючего склада? — только и оставалось съязвить. — Во-первых, моих имбецилов имбецилами могу называть только я, во-вторых, сейчас тебе никто не даст паузы на смену подмокших труселей и тебе бы лучше волноваться не о шмотье, а о своей тупой башке, которая уже потенциально стоит в очереди на лоботомию. М-да, тон конечно у нее сейчас не то, что холодный и колючий, он прямо-таки замораживающий. Было бы хорошо, если бы это помогло голове, но, увы, на то Бог воли не дал. По тому, как грубо девка тащила меня по каким-то коридорам, было ясно то, что ей самой сюда являться не сильно-то и хотелось. Значит, возможно ей сейчас тоже влетит, как тем амбалам, за то, что упустила большого должника. Ну, как говорится, карма штука такая, может и вернуться вдвойне, хотя хер его знает, как оно обернется. И вот подошли мы к большой бронированной двери, которую открыло двое здоровых бородатых мужиков в костюмах. Видимо, секьюрити. Наверное, мой не очень-то и дееспособный мозг не ошибся и меня притащили к главному. Затянув меня в помещение и на середине комнаты с силой опустив на колени, ну, как опустив, пинком под колено, девушка прошла на полтора шага дальше и по-кадетски сложив руки за спиной, выровнялась как по струнке и заговорила с кем-то в глубине кабинета. — Здравствуйте, отец. К сожалению, задание было провалено из-за непредвиденного обстоятельства и мы не взяли Мизориму. Вся она выглядела какой-то напряжённой, хоть и видно было только спину, но по одной стойке всё становилось ясно. Обращение «отец» немного сбивало с толку. Это может быть как крёстный отец, так и просто родитель, стоящей спереди и немного заслоняющей вид, девушки. Кресло, которое располагалось за столом, повёрнутое спинкой к присутствующим, медленно развернулось и в нём оказался мужчина на вид ему казалось около тридцати пяти. В помещении было мрачноватое освещение, а из-за туманной головы сосредотачивать внимание на чём-то одном не хотелось. Тем временем мужчина заговорил: — Что я говорил по поводу оправданий? — голос мужика так и сочился холодом, но не таким обжигающим, как у девушки. — Никаких оправданий. Если задание провалено, то это вина того, кому его поручили, — чётко отчеканила юная анники. Мужчина окатил девушку презирающим взглядом, немного соскальзывая на меня. Тут уже и голова попыталась соображать, заметив эти пронзительные глаза. Появилось острое ощущение того, что он на меня не посмотрел, а будто куском сухого льда по коже провёл, жгучее противное чувство от которого хочется спрятаться. — Что это такое за твоей спиной? — голос мужчины начал сочиться холодом уже меньше, но это скорее от того, что он начал терять интерес к происходящему. — Это и есть те непредвиденные обстоятельства, которые не позволили нам взять Мизориму, — девушка сделала шаг в сторону, открывая мужчине за столом бóльший обзор. И снова эта порция ледяного взгляда. Да ты заебал уже пялиться, и без тебя тошно, а то ещё вылупился своими глазёнками. Хотя так было проще рассмотреть самого мужика. Внешне он оказался немного похож на девушку, притащившую меня в это место. Хоть глаза и не были этого обжигающего синего цвета, но от этих, почти чёрных, было ещё хуже. Чтобы сгладить напряжённое молчание девушка продолжила доклад: — Насколько стало известно из документов — это Тайджу Шиба, восемьдесят девятого года рождения, утверждает, что с Мизоримой не знаком, но при попытке поимки должника он оказал ему содействие, избив Каге и Сурагу. Дадзо смог уйти от ударов и сам завалил его, засунул их в машину и отчитался мне о происшествии. О, новые имена появились и насколько ясно из контекста, то это и есть те три имбецила-амбала, которые притащили меня на склад. Что-то мне подсказывает, что хуёвые у них перспективы сейчас. Мужчина молча слушал, но в процессе доклада встал из-за своего стола и подошёл ближе к девушке. Он оказался так же высоким, хотя и не было возможности поднять голову, но по тому как тень быстро легла на меня, то стало понятно, что он весьма не маленького роста. Мужчина по кругу обошёл девушку и остановился перед ней, опуская руку на плечо. — Знаешь, будь это кто-то иной, я бы не прощая убрал этого человека вместе с теми, кто не управился с работой, но, учитывая, что ты моя дочь и твой возраст, я могу простить тебе эту маленькую оплошность. Тебя наказывать не стану, но вот твоих прихвостней прийдётся проучить. Такой вариант нас устроит? — он спросил это наигранно тёплым тоном, аж мерзко под кожей стало от такого явного притворства. Ебать, так она действительно его дочь. Пиздец у неё папаша, ничего не скажешь, хотя хуй его знает, как у этих мафиози всё построено и как они своих отпрысков воспитывают. Но почему-то жестко захотелось въебать этому петуху. Коротко кивнув в ответ, девушка будто бы ниже склонила голову, желая спрятать лицо от этого человека. — Что делать с ним? — она кивнула в мою сторону. По старинке, я бы мог сказать «понять, простить и отпустить», но тут и конченому идиоту понятно, что я из этого здания и, тем более, кабинета так просто не уйду. Если меня не прикончат, то скорее всего заставят отрабатывать чужие долги. Ну ёбаный же в рот, а только хотел нормально зажить, а не вот это вот всё. — Хмм... – мужчина скользнул снова по мне взглядом, но он уже так не обжигал, видимо, дядька совсем потерял интерес ко всему происходящему. — Ты возьмёшь его вместо Мизоримы и заставишь отрабатывать долги. Раз уж на время тебе придётся остаться без помощников, то можешь взять заместо их его. Хотя этот парнишка тоже потрёпан, но уж точно будет в лучшем состоянии, чем твои старые прихвостни. Утешительно похлопав девушку по плечу, мужчина развернулся и пошёл обратно к своему столу. Единственное, что напоследок он сказал, так это: — Свободна. Эту троицу оставь. На этих словах нас и выставили за тяжёлые двери кабинета. Девчушка выглядела подавлено, будто по ней сейчас рота солдат прошлась. Снова зацепившись за моё предплечье, она потащила меня вниз, назад к машине. Делала она это молча и в разы грубее, чем в первый раз. Все её движения были резкими, будто она вот-вот сорвётся на истерику, но нет, девушка непрерывно молчала. Спустившись на улицу, она открыла машину и впихнула меня на заднее сиденье, но в этот раз меня уже нормально усадили. Немного задержавшись, ненадолго отходя от машины, она и сама села за руль, перебросив через спинку переднего сиденья мою сумку. Ха, действительно забрали всё, видимо она предсказывала подобный вариант событий, так что приказала прихватить мои вещи тоже. Всё происходило в тишине, девушка была слишком раздражена для разговора или перепалки, а у меня самого язык присох и говорить было в общем-то трудно, голова разбита всё-таки. Она завела машину и снова поехала в неизвестном мне направлении. По тому, как её руки в перчатках сжимали руль, то она явно недовольна таким исходом ситуации. Ну что ж, посмотрим, что будет дальше, раз меня впервые за день перевозят куда-то в сознании.