Summer camp

Новый день вновь пробрался в комнату яркими лучами солнца. Рома недовольно потёр глаза, приподнимаясь на локти и осматривая светлую комнату. Он упал обратно на подушку, доставая телефон с тумбочки и видя на экране выведенные цифры «6:15». Удивительно, что Пятифан проснулся так рано и даже побил собственный рекорд. Обычно он встаёт ближе к обеду, если не позже, но сегодня хулиган волновался пуще прежнего. Новая смена в лагере «Зайчик» начинается сегодня, а это значит, что ребята будут пахать ещё больше. Смена подростков от 13 до 15 лет может показаться не такой сложной, ведь дети в таком возрасте уже более адекватные, но нет. Дети в таком возрасте встречаются с проблемами переходного возраста, а это значит, что мозг ебать вожатым они будут активнее, чем прошлая смена. Будильник громко зазвенел, заставляя остальных парней проснуться и под громкие зевания потопать в душевую. Рома вышел из комнаты и заметил, что большинство уже проснулись. Он увидел подходящего к нему Бяшу, который тоже громко зевал и почёсывал свой затёкший ото сна затылок. За ним подтянулась и Полина, а после и Антон. Они все стояли и ждали очередь в душевую, так как нужно было срочно собираться на приветствие новой смены. — Пошли на второй этаж, — сказал Пятифан, хватая Петрова за руку и утаскивая с собой. Что касается парней, то... Это было достаточно сложно. Никто из них не решался задать вопрос, интересующий всю вселенную: «Что между нами?», но каждому из них нравились поцелуи за деревом или за углом, чтобы никто не видел. Антону нравилось, что Рома в один момент может обозвать его педиком, а в следующий момент уже прижимать его к стене, не позволяя даже сделать вдох. Петров не спрашивал потому, что боялся разрушить то, что имеет, а Пятифан не спрашивал потому, что боялся признаться. Они оба бегали от самого себя, но бегали друг за другом, хватаясь за ручки и позволяя забыться в тёплых объятиях. — А нас не будут менять в отрядах? — спросил Антон, лениво двигая щёткой по зубам и ловя непонимающий взгляд со стороны Ромы. — Ну, типа, я так и останусь в отряде «А» с Бяшей и Полиной? — А-а.. В душе не ебу. — ответил Пятифан, прополаскивая рот и вытирая лицо полотенцем. — Должны вроде, а чё? Антон задумался, промывая лицо водой и протирая полотенцем. Будет неплохо, если он попадёт в отряд к Ромке и они смогут видеться чаще. Тогда бы им не пришлось бегать друг к другу в отряд или приходить в комнату под предлогом: «Есть что обсудить». «Тогда вы станете надоедать друг другу» — подумал Петров, мысленно кивая самому себе и наконец устремляя взгляд на Ромку. — Со мной в душ или уходишь? — спросил Рома, снимая с себя футболку и откидывая в сторону. — А что делать будем? — невинно похлопал глазами беловолосый. Он издевался над Пятифаном, так как знал, что этот суровый и холодный взгляд заставит Петрова вздрогнуть, но победно улыбнуться. Антон прекрасно знал выученные фразы Ромы о том, что: «Отъебись, Петров, это по-пидорски» или «Не смотри на меня таким взглядом, педик». И даже сейчас, когда Рома медленно подходил к Антону, зажимая его между умывальником и собой, блондин знал, что Пятифан готов был окунуть его головой в воду, сохраняя свой образ гомофоба. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя в этой грязной душевой? — низким басом заговорил Рома. — Я этого не говорил. — тише пробурчал белокурый. Он не был чересчур брезгливым, но мысли о том, кто мылся в этом душе и что они тут делали, заставляли Петрова недовольно поморщиться. — Но когда мы сосались в мастерской и ты сидел на пыльном столе, то тебя это мало ебало. – Короче, свидимся, — быстро выбравшись из клетки, созданной руками Пятифана, и помахав рукой, Антон под громкий смех вылетел из душевой с алыми щеками. Вот ведь мудила, нашёл чё припомнить!

***

Ребята стояли на улице возле здания лагеря «Зайчик» в ожидании автобуса, который привезёт подростков на вторую смену. На удивление, сегодня было не так жарко, как обычно и некоторые из вожатых даже накинули мастерку. Советчицы говорили, что в прогнозе погоды обещали дождь в середине дня и тучи постепенно сгущались над лагерем. Оля стояла рядом с Бяшей, разговаривая с ним о чём-то, что не доходило до слуха Антона, но он решил не лезть в отношения сестры. Если она захочет, то она непременно расскажет ему сама. Совсем недавно, когда он разговаривал с Бяшей, то затронул эту тему и заметил растерянность в глазах друга. Бурят успокоился, когда Антон дал зелёный свет на их взаимодействия, но точно пригрозил, если Бяшка посмеет обидеть его маленькую девочку. Сейчас они выглядели счастливыми и это главное для Антона. Он хотел, чтобы Оля всегда так радостно улыбалась и у неё это получалось рядом с Бяшей, который сильно старается смешно шутить. Однажды он даже принёс букет ромашек, а девочка сплела из них венок и отдала Бяшке. — Чё лыбишься, припадочный? — голос Ромки заставил Антона вынырнуть из собственных мыслей. — Тебя увидел. — Фу, блять, педик. Антон посмеялся, а Пятифан лишь натянул уголки губ, стараясь сдержать вырывающуюся улыбку и скрыл её под тихим вздохом. Их отношения постепенно шагали на новые ступеньки, позволяя общаться на уровне друзей. Раньше они плевались в друг друга ядом, громко обзывались, посылали на три стороны, а сейчас они улыбались друг другу, могли разговаривать на разные темы и Антон удивился, что Рома, оказывается, был достаточно разговорчивым и интересным человеком. Он мог поддержать любую тему, мог бросаться такими умными словами, значение которых Петров не знал. — Сегодня надо перетереть одно дельце, — облизнув нижнюю губу, сказал Рома. Этот жест означал, что он будет ждать блондина в мастерской, где они останутся вдвоём. — Не знаю даже, — отвёл взгляд Антон, пожимая плечами. — Новая смена и нам нужно стараться, чтобы удовлетворить их. — М-м... — вскинул брови Пятифан. — Может сначала меня удовлетворишь? Лицо Антона моментально покраснело, заставляя Ромку хохотнуть и растрепать белые волосы, которые и без того растрепались из-за ветра. Иногда Рома был чересчур прямолинейным и забывал, что он «не педик», а Антон не успевал подготовиться к таким нападкам, от чего он густо краснел и посылал Пятифана куда-нибудь подальше. — О чём болтаете? — мелодичный голосок прорезался рядом с парнями и они повернули голову на Полину, что стояла совсем рядом. — Ни о чём, — хором ответили они, от чего Морозова хитро прищурилась. — Как-то странно, что вы так сдружились. — начала она, а у Петрова руки холодными стали. — Совсем недавно даже не подходили друг к другу, а сейчас с трудом отходите. — Тебе кажется, — ответил Ромка, хмуря густые брови и засовывая руки в карманы спортивок. — А ты чё без Катьки? — Она к Лилии Павловне пошла, — тяжело вздохнула девушка, без стеснений врываясь в объятия Пятифана. — Ты вообще перестал на меня внимание обращать! Петров изумлённо смотрел на девушку, а после и на Рому, который весело кокетничал с Морозовой. Ему лишь бы девчачье тельце поближе прижать и облапать. Он не знал, что связывает Рому и Полину и никогда этим не интересовался, но почему-то было неприятно смотреть на них. Казалось, что Рома рядом с ней мог быть абсолютно свободным, нежным и ласковым, а с другими превращался в ежа, который мог уколоть. — Чё застыл? — Рома наклонился к лицу Петрова, заглядывая в голубые глаза. — Задумался, — нахмурился Антон, делая шаг назад от Пятифана. — Ладно, пойду Олю проверю. — и уходя совсем в другую сторону, очкарик даже не обернулся. Пятифан заметил эту странную перемену между настроениями и точно знал, что Петров о чём-то умолчал, но не осмелился пойти за ним. Да и кто Рома такой, чтобы бежать за Антоном? — Заебал уже — сквозь зубы отчеканил Ромка, тяжело вздыхая. — Рома... — тихо начала Полинка, привлекая его внимание. — Расскажи мне всё, что скрываешь.

***

Отношения Ромы и Полины начались ещё с раннего детства, когда после смерти матери Полинка с дедушкой переехала в Богом забытый посёлок. Дедушка, чьё имя было Харитон, был инвалидом на коляске, поэтому девочке приходилось убираться, готовить и приглядывать за дедушкой самостоятельно. Она никогда не жаловалась и с улыбкой на лице помогала во всём. Познакомилась она с Ромой в школе, когда перевелась во второй класс. Они понравились друг другу и даже не скрывали перед всеми свою симпатию, но какие отношения могут быть во втором классе? Когда Ромка стал зависать с Бяшей, то Морозова перебралась к Кате, с которой ей было намного комфортнее. Но однажды произошёл случай, который только сблизил Пятифана с Морозовой. Выходя вечером на улицу, Полина заметила тело, сидящее у них на крыльце и подошла ближе. К ней повернулся Рома, с тяжёлыми ушибами на лице и по всему телу. — К-кто это сделал? — взволнованно спросила девочка, кончиками пальцев прикасаясь к избитому лицу. — Отец. — твёрдый тон заставил девочку вздрогнуть и не проронив ни одной слезы Пятифан оставался сильным. С тех пор Рома часто зависал дома у Полины, помогая Харитону по хозяйству. Он за него делал всю тяжёлую работу, которую Морозова не могла осилить и был лучшим собеседником для деда, так как они были достаточно похожи. Пятифан называл дом Полины своим вторым домом и всегда был рад возвращаться туда, где услышит недовольное бурчание деда и звонкий девичий смех. — А знаешь, — старческий голос пронзил слух Ромы, заставляя сфокусироваться лишь на нём. — Я даже рад, что ты тогда прибежал к нам. — Почему? — с усмешкой спросил Пятифан, передавая сигарету мужчине. — У меня есть внучка, но никогда не было внука. Я не думал, что моя мечта сможет стать реальностью. — он улыбнулся, закуривая сигарету и слыша тихий, такой одинокий всхлип. — Я люблю тебя как своего внука, Рома. — Заткнись. — рявкнул Пятифан, быстро вытирая слёзы, но не был в силах остановить их. — Поплачь, Рома. — выдохнул клуб дыма Харитон, прикрывая свои глаза. — Ты хорошо постарался.

***

Прибывшие детишки стояли уже во дворе лагеря, а вожатые кучкой собрались возле директора. Приветственная речь директора вновь звенела на весь лагерь, а ребята постарше следили, чтобы новая смена послушно слушала, а не переговаривались между собой или хихикали над чем-то. — Пасть закрыли! — громко гаркнул Пятифан, когда он в который раз услышал хихиканье каких-то девочек и его терпение наконец дало сбой. В этот момент даже стоящие рядом Катя с Антоном и Софой вздрогнули, а Бяша, как по традиции, поржал над ними. Директор поблагодарила Рому за помощь и продолжила свою речь в полной тишине, ведь никто из детей не решался заговорить. — Итак, пробежимся по отрядам... — наконец подступила к самому главному женщина, принимая бумаги из рук советчицы. Как было сказано, Бяша, Вова и Софа входили в отряд «А». Полина, Никита и Вика входили в отряд «В». Никита и Вика — знакомые, которые тоже были прошлым летом в лагере. Антон пару раз сталкивался с ними, когда шёл с ребятами, но никогда полностью не знакомился. Рома, Катя, Антон и Надя были в отряде «Г». К ним приставили ещё одну девочку, так как в отрядах и так было максимальное количество. Петров чуть ли не со слезами на глазах прощался с Полиной и Бяшей, которые чувствовали тоже самое, ведь лучший отряд «А» навсегда останется в сердце. — Мд-а, цирк уродов, — скрещивая руки на груди, двумя словами описала свой отряд Смирнова. — У тебя главная роль. — закатил глаза Пятифан. — Мы все красивые, — пожала плечами Надя. Надежда Захарова — девушка с достаточно привлекательной внешностью. У неё были короткие, светлые волосы, а сама она была довольно худенькой и стройной. Славилась тем, что умеет хорошо танцевать и готовить. Антон тихо вздохнул, поправляя свои окуляры и мастерку, накинутую сверху. Он поднял взгляд к небу, замечая, как тучи стали ещё темнее и вот-вот начнётся дождь. Он не любил дождь, так как из-за него всё было мокрое, но во время дождя приходило лёгкое умиротворение. — Тоша! — Олин голос позвал брата и Петров повернулся к сестре, моментально улыбаясь. — Я буду в отряде Полины. — Что?! — искренне удивился блондин. — Почему? — Ну, не сидеть же мне постоянно под твоим крылом. Тем более, ты и так будешь за мной следить. — она улыбнулась, пожимая плечами. Оля права, она сама была вправе решать к кому пойти в отряд, а не подговаривать директора, чтобы ни на шаг не отходить от старшего брата. Она уже совсем выросла и Антону этот факт давалось принимать с трудом. Он хотел лишь лучшего для неё, но не мог заставлять делать так, что сам посчитает правильным. — Ну.. Хорошо. — вздохнул Антон, поправляя её волосы. — Но если что-то случится, то сразу говори мне! — Конечно! — она улыбнулась шире и помахав брату, убежала к Морозовой, которая тоже поблагодарила Антона лёгким кивком. После распределений по отрядам, директор приказала детям оставить свои вещи и поспешить на зарядку, которую вожатые должны были провести с минуты на минуту. Время было около восьми часов утра, поэтому они успевали быстро провести зарядку и отправиться на завтрак в столовую. Зарядку снова проводил Рома, который врубил энергичные песни, заставляя всех, наконец-то, проснуться. Директор сказала, что в расписании сегодня ничего сверхъестественного нет, да и погода не позволяет, поэтому Антон уже представлял себе тот момент, когда они вернутся со столовой и он сможет спокойно лечь спать. Не то, чтобы он не высыпался, просто сегодня нужно было встать раньше обычного, поэтому глаза предательски закрывались, а рот не прекращал закрываться из-за зевания. После прихода в столовую, где вожатые быстро накрыли на стол и рассадили детей, погода совсем ухудшилась и пошёл мелкий дождь. Петров в который раз зевнул, прикрывая ладонью рот и поморгал несколько раз, отгоняя накопившие слёзы в уголках глаз. Половина вожатых заразились зеванием и повторили действия Антона, от чего блондин тихо посмеялся, утопая в недовольстве Бяши. — Тоха, если ты ещё раз зевнёшь, то отсядешь за другой стол, на! — причитал младший, хмуря брови. — Ты посмотри на его глаза, — хмыкнула Софа, указывая на беловолосого. — Они почти полностью закрыты. — Я пытаюсь это контролировать. — пробурчал Антон, закрывая лицо руками и незаметно зевая. — Никто не выспался, — зевнула Полинка, укладывая свою голову на плечо Кати, а та даже рада. — Не ругайтесь на него. Антон мысленно посылал Морозовой сердечки, а девушка мягко улыбалась ему в ответ. Ну не может он быть на неё зол, даже если ревнует Рому к ней. Полина слишком хороша, даже лучше самого Антона и наверное, Пятифану было бы лучше с доброй, красивой и нежной девушкой, нежели с занудным, худощавым очкариком. — Подвинься, блять, — попросил Рома, подходя к Антону, который сидел с краю. Вспомнишь солнце — вот и лучик. Антон решил промолчать и послушно подвинулся в сторону, пропуская Пятифана на скамейку рядом с собой. Рома пил ароматный чай, приготовленный поварихой и по совместительству лучшей женщиной для Ромы. Она его всегда подкармливала и души не чаяла в этом заурядном хулигане. Однажды Антон спросил, почему она его так боготворит, на что Пятифан ответил: «Да я её псину, Жульку, спас от диких собак, а она за свою сучку блохастую любого порвёт.» Тогда даже сам Петров удивился, что в Ромке оставалось что-то человеческое и он не дал чужим собакам загрызть собачку поварихи. — Извините, а тут есть уборная? — к ним подошла девочка лет пятнадцати, заправляя светлую прядку за ухо. Почему-то её взгляд был направлен лишь на Пятифана, что было неожиданно. — Ага, — бесцветно ответил Ромка. — А где? — В пизде. Антон пихнул его в бок, а со стороны парней, а конкретно, Бяши, Вовы, Никиты, Сергея и Влада доносились тихие смешки. Даже Софа с Надей не сдержались, подавляя смех за кашлем. — Выходишь из столовой и прямо идёшь, там за углом можешь припудрить носик, — ответил Пятифан, а когда девочка продолжала пилить его недопонятым взглядом, то щёлкнул языком и лениво поднялся с места. — Пошли, проведу тебя. Полина с Антоном довольно улыбнулись, ведь Рома повёл себя как истинный джентльмен и помог девочке. Бяша уже откровенно ржал, всё вспоминая ответ Пятифана на вопрос «Где?». Упустив тихий смешок, беловолосый прикрыл улыбку ладонью, так как под подозрительным взглядом Кати, яро поддерживающую феминизм, нельзя было даже выдавить что-то на подобии улыбки. Пришедший Рома плюхнулся обратно на своё место и тяжко вздохнул. — Чего вздыхаешь? — спросил Антон, поворачиваясь к парню. — Да ёбнутая какая-то.. Спросила, есть ли у меня девушка или нет, а потом попросила с ней в туалет зайти. — А ты чё? — удивлённо похлопал глазами Бяша. — Зашёл и выебал её прям там, — скептично раздражённым тоном ответил Пятифан, закатывая глаза. — Ничё. Сказал, что она маленькая ещё. Антон нахмурил брови, переводя взгляд на, не менее хмурую, Полину. К ним присоединилась Катя, явно недовольная таким поведением девочки, но посылающая респект и уважуху Роме. Они на время решили забить на эту ситуацию и спокойно продолжить кушать и обсуждать дела вожатские.

***

— Да чё она приебалась к нему... — бубнил Петров, сидящий на крыльце и наблюдавший удивительную картину: Рома, стоящий возле угла лагеря в руках с сигаретой и рядом курящий Бяша, а рядом с Пятифаном прилипшая девочка, которая просила отвести её в туалет. Хулиган не подавал ей никаких знаков внимания, но даже маленькая деталька, что он прикрыл девочку от дыма, заставляла Антона хрустеть пальцами. — Ты слишком заметно ревнуешь, — сказала Катя, садясь рядом с Антоном в компании Полины. — Что? — злобно ответил Антон, а после увидел Смирнову и смягчился. — Я не ревную. — Ну да, а если они засосутся, то ты даже в слезах не убежишь? Антон взглянул на неё взглядом, который без слов говорил об отвращение и похуизме, но много значимый смешок Полины говорил о другом. Видимо, она уже успела расспросить Пятифана, а тот ей всё послушно выложил. Мд-а, с ним банк воровать точно не пойдёшь... — Они не будут целоваться. — пробубнил себе под нос Петров, нервно поправляя воротник рубашки. — Все так говорили, а потом выбегали из туалета с Ромкой все растрёпанные и полураздетые. — закатила глаза блондинка, обнимая Морозову. — Ну не может же он с пятнадцатилетней... — Не может. — согласилась Смирнова. — Но если никто не узнает, то сможет. Антон прикусил внутреннюю часть щеки и вновь перевёл взгляд на Рому, который выдёргивал свою руку из цепких пальцев девочки с накладными ноготочками. Он знал, что Пятифанов не такой и он не будет использовать Антона ради забавы, целуясь с ним на каждом шагу. Он знал, что он не променяет Антона на какую-то малолетнюю шваль и не уйдёт с ней в закат. — Гляди-ка, решился, — хохотнула Катька, замечая идущего Антона в сторону Бяши с Ромой. — Надеюсь, твои «советы» к худшему не приведут. — вздохнула Полина, наблюдая за ними. Антон не мог просто сидеть и наблюдать за тем, как эта наглая девочка пытается подначить Рому к чему-то плохому. Он подошёл к ним, скрещивая руки на груди и улыбаясь. — О, Тоха, на! — довольно улыбнулся Бяшка, закидывая руку на плечи друга. — Ты где был? — Да мне тут рассказали, что вы малолетками увлекаетесь. — не переставая улыбаться, ответил Петров. — Вы чё, реально двинутые? Ромка с Бяшей изумлённо уставились на белобрысого, а тот жопой слышал, как чужие кулаки скрипят, в желание заехать по лицу Антона. Ну не может же он бросить своих «братанов», страдающих от излишнего внимания. — Ты чё несёшь? — нахмурился Ромка, подходящий ближе к Антону. — Да я всё наблюдаю и вижу, как ты пользуешься вниманием малолетних давалок. — улыбка моментально слетела с его лица и он уже с вызовом смотрел в зелёные глаза. Небольшой круг, который продолжал расти, быстро образовался вокруг них, с интересом наблюдая за перепалкой парней. Бяша запаниковал, так как знал, что сейчас могут позвать советчиц, а что ещё хуже, самого директора, поэтому начал говорить всем разойтись. Но если бы это был не Антон, Бяшка бы не стал церемониться и непременно встал на сторону Пятифана. — Тох, Ром, успокойтесь, на.. — встал между ними Бяшка, замечая злющую девочку, получившую статус «Давалка», рядом с Ромой. — Зависть — штука плохая, Зайчик, — Пятифан оскалился, ближе наклоняясь к чужому лицу. — Это не зависть, Ром, это отвращение. — выдавил из себя Антон, растягивая губы в полуулыбке. Чужая рука проскользнула через Антона и сжала белая волосы на затылке, больно оттягивая и заставляя блондина зашипеть. Рома не переставал сжимать пальцы на корнях волос, а когда почувствовал холодные пальцы на своём запястье, то резко притянул к себе, вырывая из губ Антона вскрик. — Перетрём по-понятиям, — выплюнул Пятифан, отпуская волосы, но перемещая ладонь на заднюю часть шеи и вновь больно сжимая. — Если кто пойдёт за нами — ноги переломаю. Его низкий тембр был пугающим, на что остальные послушно кивнули и остались в лагере, наблюдая за тем, как парни уходят в лес. Даже Полина с Катей заинтересованно наблюдали за этим, только Морозова сильно волновалась за мальчиков, а Катька уверяла её в том, что всё будет в порядке и мальчики всегда так разбираются. Наконец приходя в самую глубину леса, Рома сильно толкнул Антона в дерево, от чего светловолосый несильно, но ощутимо ударился спиной, поднимая голубые глаза на шатена. Пятифан подошёл вплотную, смотря на Петрова сверху вниз и пытая своим холодным взглядом. — Я слушаю. — его голос уже не был таким грубым, но очкарик прекрасно видел, как играли желваки на острых скулах. — Это я тебя слушать должен, — пробубнил Антон, обиженно отводя взгляд. — Пользовался внимание девочки и светился как недавно купленная лампочка. — Антон, — строгий, но в тоже время ласковый голос позвал парня, — Кто я для тебя? Парень замер, приоткрывая рот, чтобы что-то сказать, но моментально закрыл его, поднимая голубые глаза в нечитаемый взгляд потемневших зелёных глаз, которые пристально смотрели в ответ. Он не мог ответить на этот вопрос точно, так как нужно было время, а Рома ждать не станет, особенно Антона. — Вот именно, — продолжил Рома, мягко касаясь пальцами чужих губ. — Ты даже ответить не можешь, но почему ты, блять, продолжаешь бесить меня? — Разве твои поцелуи не значили ничего? — Антон шептал, хотел казаться непробиваемым, но дрожь в голосе отчаянно выдала его со всеми потрохами. Рома замолчал, проводя большим пальцем по горячим губам и тихо сглатывая. Он вновь посмотрел в глаза напротив, словно стараясь найти там ответ. — Я не обещал, что мы будем в отношениях. — произнёс Пятифан, а голубые глаза моргнули, скапливая в себе бурю эмоций, которые ком в горле не позволял высказать. Он не хотел плакать, а уж тем более перед этим человеком. Петров сжал ладонь в кулак и ударил Ромку, от чего тот отшатнулся, удивлённо раскрывая глаза. Антон шмыгнул носом, незаметно вытирая глаза рукавом рубашки. — Иди нахуй, Рома Пятифанов! Ебись со своими малолетками и целуйся с ними в мастерской. — Тош.. — нервно улыбнулся Рома, протягивая руку к Петрову. Он будто только сейчас осознал всё то, что успел сделать. — Не трогай меня! — выкрикнул блондин, последний раз заглядывая в чужие глаза и лицо, которое выражало полную растерянность. Блондин выдохнул, уходя обратно в лагерь и оставляя одного Пятифана в лесу. Антон сжимал губы в полоску и быстро моргал, стараясь сдержать рвущиеся наружу слёзы. Он тихо выдохнул, в очередной раз вытирая глаза и наконец выходя в лагерь, где его встретила обеспокоенная Полина. Это казалось смешным, ведь она уже второй раз встречает его из леса и в таком виде. Она вздохнула, беря Антона под руку и уводя от чужих глаз подальше, чтобы никто, кроме неё не заметил явное покраснение на глазах от слёз.

***

Вечер для Антона выдался трудным, особенно в отряде с Ромой, который молчал всё это время. Не сказать, что это плохо, но Рома, которого хуй заткнёшь, вдруг замолчал. Ещё и ходил мрачнее тучи, хмурясь и огрызаясь на любое слово, которое было адресовано ему. Петров старался делать вид, что всё в порядке, но никак не контактировал с Пятифаном. Даже чувствуя на себе взгляд, Антон отворачивался и начинал разговаривать с Катей, либо с Надей, а в лучшем случае вообще сбегал куда-нибудь. Полина обо всём знала и Антон смог объяснить ситуацию, которая произошла между ними. Он не хотел развязывать драму и казаться истеричкой, но из-за большой обиды слёзы сами безостановочно текли из глаз. Морозова пообещала не трогать Ромку насчёт этого, так как мальчики должны сами разобраться, но что-то подсказывало Антону, что она в удобный момент выловит Рому. Антон заметил, что эта девочка снова ошивается рядом с шатеном, но тот продолжает свой тотальный игнор и даже не слушает, что она ему шепчет. Петров знает, что Ромка не притронется к этому телу, но от чего-то внутри всё сжималось и Антону просто хотелось уйти и не видеть эту сцену. — Ты как, на? — рядом появился Бяша, осматривая Антона, проверяя на целостность. — Отлично. — ответил блондин, поворачиваясь к другу и натянуто улыбаясь. — Спасибо, что отгонял всех, когда мы ругались. — Да это херня, на. — отмахнулся Бяшка, кивая на взлохмаченные белые локоны. — А они как? — Ноют немного, но скоро пройдёт. Отец часто так делал, я уже привык. — пожал плечами Антон и только потом прикрыл рот ладонью. — Тох, тебя чё, батя бьёт, на? — Нет-нет, я про детство! Когда я плохо себя вёл, то он наказывал меня, — покачал головой Антон, поправляя свои волосы. — Ну, ладно... Если ты захочешь выговориться, то я всегда рядом, на, — улыбнулся бурят, хлопая по плечу очкарика и в ответ принимая тёплую улыбку. Пятифан смотрел на них, не обращая внимания на кружащую девочку вокруг него и сжимал ладони до белоснежных костяшек. Его щека до сих пор ныла и он все ещё был удивлен, что такой хиленький Антон может постоять за себя. Но эта боль напоминала самый неприятный момент за весь день, который в один щелчок всё испортил. Рома понимает, что Антон хотел как лучше, хотел помочь избавиться от этой девочки, но в итоге всё пошло, мягко говоря, по пизде и сейчас оба страдают. Ромка тяжело вздохнул, устало протирая лицо руками и замечая севшую рядом Полину. Повернувшись на Антона, он заметил, что второй уже успел куда-то смыться и Морозова решила воспользоваться моментом. Она обернулась на малолетнюю девочку, натягивая маску дружелюбности. — Привет, а как тебя зовут? — Марина, — скромно улыбнулась девочка. — Слушай сюда, Марина, съебись отсюда побыстрее, пока калачиком не покатилась. — её дружелюбная улыбка до сих пор ярко сияла на лице, но глаза сощурились в недовольстве. Девочка, не успев подобрать нужные слова, быстро зашагала от них, оборачиваясь каждый раз и громко фыркая. Рома усмехнулся, наблюдая за всем этим и устремляя взгляд на подругу. — Редко увидишь тебя такой, — вскинул брови Пятифан, не скрывая восхищение. — Как думаешь, по какой причине я такая? — цокнула языком Полина, скрещивая тонкие ручки у себя на груди и не дождавшись ответа, продолжила: — Антон мне всё рассказал. По сравнению с той сказкой, что ты мне наплёл утром, его рассказ звучит более реальней и убедительней. Рома беспечно пожал плечами, проходясь языком по нижней губе. Он злился и Морозова знала это. Она видела, как он прерывисто дышит, но держит себя в руках, потому что Полина сидит рядом. — Я не хочу отношений. Я сделаю ему больно и тогда он уйдёт от меня. — тише заговорил Пятифан, поглаживая свои сбитые костяшки и поджимая губы. — Ты уже сделал ему больно, Рома. — Тем более. — нервно усмехнулся парень, ероша свои волосы. — И я не педик, чтобы с мальчиками отношения заводить. — Сам веришь в то, что ты сейчас несёшь? — уже более раздражённо спросила Морозова, хмуря брови. — Почему ты не можешь дать этим отношениям шанс? — Полин, — спокойным тоном заговорил Пятифан. — Не суй нос не в свои дела. — Ты уверен, что это всё, что ты хочешь мне сказать? После слабого кивка, девушка поднялась со скамейки и ушла прочь, оставляя Пятифана одного. Неохотно было признавать, но это первый раз, когда Рома увидел в её глазах полное разочарование. Он боялся этого взгляда больше всего, ведь Полина казалось ему той, которую разочаровать сложно и почти невозможно, но даже тут Пятифан преуспел. — Выглядишь так, словно тебя все кинули, на, — вздохнул Бяша, садясь рядом. — Чего ты так вцепился в Петрова? — Если пришёл промывать мне мозги, то свали нахуй. — Да не, на, я тут уже ничем не помогу. Но Антона было необязательно так сильно дёргать. Его и без тебя родаки пиздят, на. Рома оторвал изумлённый взгляд от земли и поднял его на Бяшу, который игрался с зажигалкой в руках. Он выглядел так спокойно, что нельзя было подумать, что Бяша врёт. Откуда у Бяши эта информация и почему он так думает? Почему он рассказывает это Ромке, хотя должен умалчивать? — С какого хуя ты это взял? — С самого Антона, на. — хмыкнул Бяшка. — Узнал, что его частенько отец за волосы дёргал, а Оля зашуганная, словно на неё всё детство орали. Пазл складывается, ты так не считаешь, на? Пятифан запустил пятерню в свои волосы, смотря куда-то в сторону и обдумывая всё, что успело произойти за этот день. Антон — маленький мальчик, который хотел получить ласку и любовь, которую не получил от единственных родителей, и на которую дал шанс Рома. Когда появилась соперница, он не захотел делиться тем, что наконец смог получить и захотел убрать соперницу, стараясь сделать лучше, но получил прямой отказ. — Бяша, блять, нахуй ты мне это сказал.. — Беги, герой, пока Антошка ещё не осознал, что ты полноценный хуеплет, на. — заливисто посмеялся бурятёнок. Зато Рома наконец осознал то, что кроме Антона его никто не привлекает от слова «совсем». Даже та самая девочка, у которой был второй размер груди, не смогла заменить это смазливое лицо с большими голубыми глазами, которые смотрели так проницательно. Пятифан не был романтиком, но готов был дарить подснежники только Антону и провожать его до комнаты, когда они были в разных отрядах. Рома не знал, что такое получать любовь и отдавать её, пока не почувствовал ласковые касания и нежные ладони у себя в волосах, которые массировали голову, чтобы головная боль прошла. Он никогда не наблюдал с таким интересом ни за кем, пока не встретил этого щуплого, трясущегося от страха, ботаника с большими окулярами, но в тоже время дерзкого, умеющего давать отпор, интересного парня.

«Чего ты так вцепился в Петрова?»

Рома успел оббежать разные локации, включая все комнаты вожатых, детей и даже две душевые. Нигде не найдя Петрова, он тихо проматерился себе под нос и наконец подумав, сорвался с места, убегая в мастерскую комнату. Они часто тусовались там с очкариком, оставаясь наедине и позволяя самим себе быть свободными в действиях. Долгие поцелуи заставляли Рому надавить на краснеющего Петрова, который тихо постанывал в чужие губы и выгибался навстречу. Дверь с громким стуком распахнулась, от чего Петров крупно вздрогнул и резко повернулся, удивлённым взглядом осматривая тяжело дышащего Пятифана. Второй быстро щёлкнул дверью, медленно подходя к Антону и выдыхая. Он молча закрыл глаза, утыкаясь лбом в его плечо и руками сжимая худые предплечья. — Ром.. — Закрой рот. Антон нахмурился, но послушно замолчал, дожидаясь пока Рома приведёт дыхание в норму и наконец объяснит ему всё, что сейчас происходит. Петров и без этого чувствовал себя сильно помотанным этим днём и готов был разреветься прямо здесь, чтобы от него все отстали. — Извини, — заговорил Рома, а блондин вздрогнул, прикусывая губу. — За то, что ты игрался со мной? Давай просто... — Нет! — рявкнул Рома, беря его лицо в свои руки и бешенным взглядом смотря в глаза. — Извини, что я не замечал тебя и твою пидорскую любовь раньше. Извини, что заставил чувствовать себя хуёво. Антон бегал взглядом от одного глаза до другого, пытаясь понять, что же Рома в конце концов так яростно старается до него донести. — Ты мне нравишься. — и не было в этом никакой заученной издёвки и даже смешок не был слышен. Антон снова нахмурился, словно реально не услышал произнесённые слова. — Чего? — Я не буду это повторять, Петров. Ты прекрасно слышал. — недовольно процедил Ромка, в ту же секунду слыша тихий смех Антона. — Ты чё, блять, совсем ёбу дал?! — Н-нет, просто... — он поморгал несколько раз, а Пятифан заметил эту радость в глазах, которую словами Антон не мог описать. — Ты мне тоже нравишься. — Я знаю, — вздохнул Рома, облокачиваясь бедром об столешницу и притягивая к себе Антона за талию, устало укладывая голову на плечо. — Я не педик, просто так получилось. Только попробуй кому-нибудь разболтать. Антон не смог сдерживать улыбку и был похож на ненормального, но сейчас ему было можно. Кто бы мог подумать, что сам Ромка Пятифан признается перед Антоном в том, что он не педик. Петров заметил небольшой синяк на скуле Ромы и удивился, что смог ударить настолько сильно. — Болит? — М-м? — Пятифанов сначала не понял, а когда Антон прикоснулся к щеке, то покачал головой. — А у тебя? Хулиган коснулся волос на затылке, внимательно наблюдая за реакцией блондина. Рома и сам понимал, что немного переборщил тогда, но не смог сдержаться, когда увидел дерзкий взгляд очкарика. Любит он, когда Антон смотрит на него с вызовом; Когда потихоньку ломается и с вожделением в глазах тянется к Ромке. Есть в этом своё очарование. — Не особо. — отмахнулся Антон, оборачиваясь и смотря на дверь. — А где твоя «фанатка»? — Бля-я, — недовольно протянул Пятифан, цокая языком. — Хоть я и говорил, что не трогаю девчонок, но я бы её отпиздил. — Не надо, — коротко посмеялся Антон, похлопывая Ромке по плечу и неохотно отрываясь от него. — Идём, а то нас все ищут. Рома кивнул, резко притягивая блондина к себе и оставив детский чмок на его губах, лениво поплёлся к выходу. У Антона на щеках выступил лёгкий румянец, но он спокойно шёл за хулиганом, бурча что-то себе под нос.

***

Первый «Огонёк» в этой смене прошёл спокойно. Директор вновь выступала со своей речью для новеньких, а вожатые носились как угорелые, по несколько раз успокаивая отряды, чтобы они не болтали. Они убирали мусор, который успел намести сильный дождь и ветер. Успели поставить Никиту, который стоял над директором и держал зонтик. — Интересно, нам много за это заплатят... — задумчиво спросила Надя, подпирая подбородок ладошкой и устало разлепляя глаза. — Будем надеяться, что нас снова не обделят. — вздохнула Катя. Им даже сесть нельзя было, ведь все оставшиеся пуфики были мокрыми. Советчицы уже успели поругать вожатых, что они не уследили за этим, а ребята с ними молча соглашались, ведь пуфики реально были дорогими и самыми удобными в этом лагере. Антон наблюдал за тем, как все потихоньку сворачивают в здание, рассасываясь по своим комнатам. Директор тоже медлить не стала и с советчицами удалилась в кабинет. Вожатые, успешно выключив везде свет и приводя площадку в норму, тоже разбежались по комнатам. — Кто из нас первый просыпается? — спросил Рома, плюхаясь на койку, которая стояла рядом с койкой Антона. — Я, — подняла руку Катя, тихо зевая и выключая свет. Громкий грохот раздался на всю комнату, от чего девочки вздрогнули, а тихое шипение донеслось со стороны двери. — Блять, кто свет выключил? — пробубнил Антон, включая свет и смотря на Смирнову в одном лифчике. — Упс... Он выключил свет, а Ромкин смех был слышен в конце других комнат. Катя хлестала Антона своей же футболкой, а Надя старалась не попасться под горячую руку. В итоге отхлестанный и растрёпанный Антон включил свет, когда Катя соизволила переодеться в пижаму и стянул с себя рубашку. — У-у, — протянул Ромка, наблюдая за ним и удобно ложась на койку. — Станцуй приват. — Господи, избавьте меня от этого, — похныкала Катя, но всё равно смотрела на Петрова, который старался быстро переодеться в пижаму. — Ты только штаны не снимай. — Придётся свет выключить, — ответил Антон, вырубая свет и замолкая. Они все замолчали, только шуршание доносилось со стороны мальчиков. — Ай, Рома! — Гей-порно в реальной жизни, это интересно! — радостно заговорила Надя, а Катя закашлялась. — Заткните рты! — хором заорали остальные вожатые, которые заебались слушать громкие и немного личные разговоры отряда «Г». Наконец-то пожелав всем спокойной ночи, ребята спокойно улеглись спать. Только Рома, который напился на ночь воды, по несколько раз бегал в туалет и драконил весь корпус, заставляя Антона орать о том, чтобы он не забывал вымыть руки после своих нужд. — Я вас ненавижу.. — пробурчала Катька, когда Рома свалился на койку и пожелал спокойной ночи. — Да заткнитесь уже. — добродушно ответила Надя, наконец-то погружаясь в сон и спустя несколько минут слыша храп со стороны Ромы. — Блять...