Summer camp

Июль постепенно подходил к концу, а директор решила окончательно добить и без того помирающий лагерь «Зайчик». Несмотря на то, что вторая смена уехала два дня назад, вожатые ещё не успели вздохнуть с облегчением. Даже жара выматывала их не так сильно, как наглые и невоспитанные дети. Им ещё нужно было привести весь лагерь в порядок, начиная с дома и заканчивая аж столовой. Но самое приятное было в том, что ни один день не проходил без того, чтобы ребята не обливались холодной водой с головы до пят. Лилия Павловна ругалась на них, но в итоге смирилась, ведь уже сама не могла терпеть такую убийственную жару. — Глянь, — выбрасывая окурок, внезапно хохотнул Бяша, указывая на Антона, который пыхтел над поливанием маленького сада возле крыльца. — У него аж очки запотели от такой жары, на! — Реально, — как-то удивлённо согласился Ромка, получая недовольный взгляд от Петрова. — Поливай, поливай, а то такими темпами только к вечеру закончишь. Антон навёл шланг на Бяшу с Ромой и зарядил струёй воды прям в лицо беззубого, а второго решил пока что не трогать. Напор был достаточно большим, поэтому Бяша начал яростно отбиваться и кричать нецензурными выражениями на весь лагерь, привлекая внимание некоторых вожатых, которые выносили мусор. Рома с Антоном громко смеялись, чуть ли не сгибаясь пополам от боли в животе из-за смеха. Наконец Петров прикрыл ладонью шланг и довольно улыбнулся, переводя игривый взгляд на Пятифана. Рома вскинул брови, отвечая тем же взглядом Антону, но явно давая понять, что если он промокнет, то голубоглазый живым из этого сада не выйдет. — Блять... — пробормотал мокрый до нитки Бяшка, кидая испепеляющий взгляд на Антона. — Ну, Тоха, ты пожалеешь об этом, на! — Добавки? — невинно улыбнулся блондин, хлопая своими длинными ресницами. Парни быстро замотали головой и решили, что у Антона им ловить нечего. Они лениво почапали на крыльцо, где торчали Катя с Полиной и Олей. Девочки помогали развешивать приветственные плакаты к третьей смене. Младшая Петрова бегала где-то рядом, подавая девочкам то ножницы, то скотч. Двое парней встали немного подальше от них и одновременно наклонили голову вбок, смотря на неровно висящий плакат с надписью «Ярко зажигаем!» прямо посередине. Такая фраза была связана с парой вечеринок, которые по идеи должны были проходить в самом начале смены и в середине. То, как плакат был скошен в сторону давало понять, что вечеринки у них проходят чересчур весело. — Не говори им, — покачал головой Рома, когда Бяша уже начал открывать рот. — Почему? — Хочу посмотреть, как Лилия Павловна будет орать на свою любимую дочурку. Бяша растянул довольную улыбку на всё лицо, входя во вкус хитрого плана Ромки и понимающе кивая. Девочки не заметили их, кроме Оленьки, которая коротко помахала рукой и подарила лучезарную улыбку. Бурят вдруг понял, что даже солнце не грело так, как грела эта улыбка. Рома же помахал в ответ и скривил лицо, когда увидел как поплыл друг. Дальше они пошли в дом, слыша громкую ругань, которая доносилась из душевой мальчиков. Вахтёрша устало вздыхала, пожимая плечами на вопросительные взгляды мальчишек. Быстро поднявшись туда, друзья старались как можно незаметнее заглянуть внутрь и краем глаза увидели Софу с Вовой, которые вместе пытались избавиться от плесени возле раковин. Бяша подавился смехом, громко прокашливаясь и пугая сильно занятых людей. — Софочка, ты каким хером здесь оказалась, на?! — в порыве смеха весело спросил Бяша. — Да этот чурбан, — она недовольным взглядом указала на Вову. — Ничего не умеет! Припёрся ко мне и попросил помочь с этим! — теперь она указывала на плесень. Её было не так много, ведь за лагерем хорошо следили уборщицы, но Вова смог отыскать. — Пацаны не так поймут, если здесь девчонку увидят. — криво усмехнулся Рома, наблюдая за тщетными попытками ребят. — Вы хотя бы потише орите, а то подумают, что Вовка тебя к чему-то принуждает. Щёки Софы моментально вспыхнули красным, отчётливо показывая её румянец парням. Вовка заметив это, чуть громче обычного закашлялся и в моменте бросил на друзей умоляющий взгляд, чтобы они ушли отсюда как можно быстрее. Те только рады были, что их наконец-то прогнали, а то не хватало им ещё наблюдать за мелодрамой, как Софа будет в слезах жаловаться Вове, что о ней не так подумали. Так двое и бродили по полупустому дому, иногда заходя в комнаты и наблюдая как остальные ребята переставляют койки, либо делают вид, что убираются. Живот громко урчал, напоминая о завтраке, который они пропустили из-за того, что проспали из-за чересчур весёлой ночи. Вчера они снова допоздна засиделись в одной из комнат и не заметили, как часы точно показывали вторую половину ночи. В данный момент быстро переглянувшись, Бяша с Ромкой кивнули друг другу и потопали на улицу, чтобы предупредить всех, что нужно быстрее перебраться в столовую, а то уборку они сегодня не закончат. Девочки быстро согласились с идеей мальчиков, так как у них тоже животы урчали, а вот Антон до последнего копался в никому ненужном саду с полуживыми цветами. — Эй, огородник, — позвал Пятифан, лениво подходя к нему. — Жрать хочу. — И что мне сделать? — показушно вскинул брови Петров, присаживаясь на корточки и рассматривая землю у цветов. — Надо было раньше вставать и кушать со всеми. Рома нахмурил брови и осмотрелся по сторонам. Бяша остался с девочками, так как спускаться к Антону не хотелось, ведь он ещё не до конца высох и был до сих пор обижен на друга. — Бросай свой шланг и пошли в столовку. — Я ещё не закончил. — Вернёмся и закончишь. Антон повернул голову к Пятифану и посмотрел на него снизу вверх, поправляя очки, которые скатились на кончик носа. Рома смотрел в чужие глаза, которые красиво блестели на солнце и казались ещё ярче, чем могли быть. Его внимание привлекли капельки пота, которые стекали по вискам Антона и медленно скатывались по бледной шее. Блондин вытер капли тыльной стороной запястья и слегка нахмурил брови, выдыхая горячий воздух. Роме пришлось невольно прикусить губу. — Мне осталось немного доделать, — надулся блондин, отводя взгляд и промывая ладони водой через шланг. — Обещаю, что помогу тебе, когда вернёмся. — Рома присел рядом с ним на корточки. — И чё ты тогда присел? Поднимайся и пошли. — Да подожди, — шикнул на него брюнет, специально отворачивая голову. — Шорты давят. Антон приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но не придумав ничего подходящего, закрыл его обратно. Он видел покрасневшие уши у Ромки и не заметил, как собственные щёки тоже заразились румянцем. В голове хулигана моментально стали проноситься все моменты, когда парни оставались наедине и это только угнетало, заставляя вжаться пятками в землю как можно сильнее. Антон молча наблюдал за ним, гранича между тем, чтобы подшутить над парнем и между тем, чтобы помочь ему успокоиться. — Ну, это твои проблемы. — Антон выбрал третий вариант — проигнорировать и сбежать, который оказался более эффективным. — Какой же ты сучёнок, Петров. — сдавленно ответил Пятифан, бросая на него взгляд туманных глаз. — Последний раз мы занимались этим полторы недели назад, тебе меня совсем не жаль? — Тебе стоит научиться просить более правильно и может тогда пожалею. — хихикнул он, трепля тёмные волосы зеленоглазого и поднимаясь с места. Антон успел убежать быстрее, чем цепкие пальцы Ромы схватили бы его за тонкое запястье. Петров нашёл ребят на крыльце, которые уже разговаривали с Лилией Павловной и другими советчицами. Его слух порезал громкий возглас Кати, которая ругалась с матерью по поводу плаката, ведь женщина даже с плохим зрением заметила насколько сильно он перекошен. Полина с Олей стояли рядом, но ничего не говорили, так как спорить с Лилией Павловной — молча подписать смертный приговор. Очкарик незаметно подошёл к Бяше, который откуда-то сорвал тонкую ветку с длинными листьями и использовал её вместо веера. — А Ромыч где, на? — первым спросил бурят, замечая блондина краем глаза. — Отошёл куда-то, — невинно пожал плечами Антон, складывая руки на груди. — Мы идём в столовую или нет? — Ща решаем. Если Катька не заткнётся и не перестанет ругаться с мамой, то не видать нам еды, на. — Но она же не заткнётся. — заранее заверил Петров. — Ну, если в ней проснётся хоть что-то человеческое, то заткнётся, на. — Бяша усмехнулся, замечая подошедшую к ним Олю и начал махать на неё веткой. — Оль, а вы как не увидели, что плакат неровно висит? — поинтересовался Антон. — Мы заморачивались с этим скотчем, — тяжело вздохнула девочка, благодаря бурята и обвивая его талию тонкими руками. — Он сначала не клеился вообще, а потом вроде более-менее заработал и мы быстрее-быстрее стали клеить этот плакат. — Лохушки. — пробурчал себе под нос Петров, получая от сестры злобный взгляд. Всё же Лилия Павловна отстала от Кати и отпустила их в столовую со словами: «Сил уже на вас нет, бестолочи, уходите с глаз моих!». Ребята быстро собрали свои манатки и поспешили удалиться со двора лагеря, пока советчицы самостоятельно перешивали уже ненавистый всем плакат. Рому они выловили уже на выходе, пока он докуривал сигарету и кажется, окончательно угомонился. Антон подарил ему наглую улыбку, за что сразу получил в лоб больной щелбан и решил отойти на более безопасное расстояние. Как только они отошли от лагеря достаточно далеко, то Катька начала свою тираду о том, как она устала от этого лагеря, и как она хотела порвать этот злоебучий плакат. — Да он мне в хер не впился! — Вообще-то, у тебя нет хера, — задумчиво ответил Вова. — Щас у тебя вырву и будет! — Извини, Кать, но он мне пока нужен. — неловко улыбнулась Софа, заставляя компанию ребят громко засмеяться. — Оль, закрой уши. — хихикнул Антон, поворачиваясь на сестру, которая прикрывала ладонью широкую улыбку. — А, забыл, что ты в компании Бяши. — Ты на чё намекаешь, на?! — обиженно ответил бурят, дуя губы. — Я её, вообще-то, только хорошему учу. — Боюсь спросить, чему ты её успел научить? — поинтересовалась Полина, подключаясь к разговору. — Как белок ловить, — быстрее ответила Оля, улыбаясь уголками губ. — Мы с ним в лес как-то ходили и там... — Знаем мы, чем вы в лесу занимались, — заржал Рома, хлопая по плечу орущего Бяшу, который старался оправдаться перед Антоном. Антон старался отцепить собственную сестру от этого «хорошего друга», пока Оля сама цеплялась за руку бурята и кричала на брата, защищая своего парня. Полина в порыве смеха пыталась успокоить Антона, а Катя орала на них, что их рассказы скоро доведут её до счастливого конца. Пятифан, идущий позади всех, успел незаметно выцепить Антона за шкирку к себе, пока ребята умело перескачили на тему про белок. Петров заглянул в зелёные глаза, чувствуя на своих губах лёгкое касание чужих пухлых губ и быстрым взглядом посмотрел на идущих впереди. — Чего ты? — Заебали они, слишком громкие. — лениво ответил Ромка, закидывая руку на плечи очкарика и продолжая шагать следом за всеми. — А ты слишком расслабленный после сада. — хмыкнул Антон, получая раздражённый взгляд. — Ты же знаешь, что ждёт тебя? — Пятифан наклонился к чужому уху и опалил его горячим дыханием, прежде чем хрипло заговорил: — Когда все будут кушать в столовой, я накормлю тебя кое-чем другим в кабинке туалета. Обещаю, я накормлю не только твой маленький рот. Антон шумно втянул воздух в лёгкие и несильно оттолкнул от себя брюнета, вытирая собственное ухо. Рома внимательно взглянул на красные уши и лёгкие покраснения на лице Антона, которые сильно выделялись на бледной коже. Петров выглядел красиво, а Пятифан не заметил, как задержал взгляд на нём. Хулиган никогда не отрицал того, что блондин был поистине красивым и уникальным. Его аккуратные, но точные черты лица красиво гармонировали с белоснежными волосами. Антон не был похож на девчонку, но на первый взгляд он и на пацана не особо похож. Рома дал этому одно объяснение, что очкарик — ангел, хоть это и звучало смешно. Рома никогда не скрывал того, что обожал его белые волосы и прохладную кожу, которая по ночам помогала ему не зажариться. Антон выглядел слишком хорошо для Ромы и брюнет каждый раз напоминал ему об этом, когда близко наклонялся к лицу со сбившимся дыханием и мокрому лбу, к которому прилипла чёлка. В такие моменты Антон выглядел особенно идеально. — Перестань, — нахмурил брови Петров, бесшумно сглатывая, но это движение кадыка не скрылось от глаз Ромы. — Я ничего не делаю. — Ты смотришь. Брюнет ещё одним долгим взглядом смерил парня, а после расплылся в довольной улыбке и похлопал ладонью по щеке блондина. Антон закатил глаза и скинул с себя руку Ромы, быстрее уходя к остальным ребятам, чтобы снова не попасться в лапы парня. Пятифан смотрел в чужую спину и в этот раз окунулся в мысли о том, в какой момент он стал представлять эту спину под собой и желать обнять её. Рома прекрасно понимал, что почти с первого взгляда втюрился в этого очкарика, но не понимал, с какого момента ему начали нравится мальчики. Нет, ему нравился только Антон. Но как так получилось, что он смог перескочить от сильной любви к большой груди и стройному телу девушек, до худощавого и плоского парня. От девушек пахло приятно и сладко, но от Антона пахло свежо и спокойно. У девушек глаза светились при каждой новой покупке, а у Антона глаза сверкали даже тогда, когда Рома рассказывал про своё детство или просто слушал его. Судьба решила помиловать Пятифана, раз подсунула ему Петрова, который из всех вариантов выбрал самый худший — влюбиться в Рому.

***

В столовой их встретили дружелюбно. Жулька, которая бегала вокруг столовой, радостно гавкала пришедшим ребятам и виляла хвостиком перед каждым из вожатых. Повариха пригласила их на обед, жалуясь и ругаясь на советчиц, что они морили голодом бедных детей. Она даже успела с Катей покрысить на Лилию Павловну. Ребята наелись вкусного пюре с котлетами и овощами и начали помогать убираться. Девочки перемывали всю грязную посуду, а мальчики выкидывали мусор и мыли полы под каждым столом. — Вова, кто из нас слепой?! — раздражённо причитал Антон, указывая на одиноких макарошек, которые валялись под Вовкиным столом. — Извини, не заметил! — не менее раздражённо ответил Вова, вымывая эти макароны и улыбаясь Антону. — Ну как? — Молодец, — хмыкнул блондин, поглаживая друга по голове. Остальные парни решили окончательно забить на них, ведь были не настолько чистоплотными, и все вместе вышли на перекур. Рома успел поржать над Бабуриным, который старался на расстоянии закинуть мусорный пакет в бак, но каждый раз промахивался. Бяша накаркал, что пакет порвётся и вся параша высыпется прямо в лицо Семёна. Вова и Антон всё ещё спорили кто лучше помыл полы, пока их не перебила Катя, которая попросила закрыть рты и молча домыть эти грёбанные полы. Мальчики решили не испытывать терпение подруги и закончили работу в тишине, иногда бросая весёлые взгляды друг на друга. — Ребята, вы такие молодцы, большое всем вам спасибо! — радовалась повариха, целуя каждого в щёку и обмазывая в ярко-красной помаде. — Мы только рады помочь! — хором ответили ребята. Отчаливая от столовой, они маленькой кучкой шли устало и чересчур медленно, так ещё и солнце давило на мозги. Наверняка каждому из них не хватало морального и физического отдыха, хотя бы на пару дней, но никто из них сильно не жаловался, так как явно не хотел уезжать из лагеря. Резко и совсем неожиданно в голову Вовы пришла удивительно полезная идея, и он поднял руку вверх, привлекая внимание вожатых, которые уже не надеялись на спасение. — Тут недалеко дом моего дяди, можем завалиться к нему! — Ахуеть, он наконец-то что-то полезное сказал, — иронично пробубнил Рома. Антон пихнул парня, ведь он считал Вову своим вторым, после Полины, другом в этом лагере. Да и Вовка не был глупым, как заметил Антон — он всегда рассказывал что-то новое и полезное, чем каждый раз ошарашивал блондина. — Зачем нам к нему, на? — спросил Бяша, подозрительно щуря глаза. — У него дом большой и бассейн на улице. Он как-то приглашал меня к себе, так как одному скучно было, но я не мог уйти с лагеря в одиночку. — Решил на нас спихнуть свои грязные делишки? — хмыкнула Надя. — Нет, просто подумал, что в такую жару можно было в бассейне посидеть и пожарить шашлычка! — Шашлычка?! — в один голос спросили ребята. — Ну да, мой дядя немного... Богатенький. Больше слов не понадобилось, чтобы в следующую минуту коллектив лагеря «Зайчик» оказался перед огромным трёхэтажном домом Вовкиного дяди. Этот дом стоял не совсем далеко от столовой, но и не слишком близко. Место было скромное и одинокое, так как никаких домов рядом не было, а стояли только высокие деревья. Каждый из ребят с интересом рассматривал железные ворота, которые возвышались над ними, а за ними виднелась высокая крыша дома. Ворота открыл мужчина в возрасте, который был одет в жёлтую рубашку с пальмами и голубые гавайские шорты. Он широко улыбался ребятам, которые выглядели как болванчики, стоящие друг за другом в очереди. — Чего встали? Скорее заходите, я уже шашлык жарю! — радостно сказал он, запуская мелкий хоровод к себе во двор и закрывая ворота. — Вовка, как я рад видеть тебя! — И я тебя, дядь Дим! — посмеялся Вова, пожимая руку дяде. — Спасибо, что принял мою большую компанию. Надеюсь, что мы не помешаем тебе. — Да не вопрос! Мне тут одному скучно в отпуске, пока мои друзья потеют на своих работах. Смотрю, вы тоже серьёзные люди рабочего класса? — Да, мы целый лагерь убирали, устали жутко! — вздохнул Вова, осматриваясь на друзей. — Они хорошие, но пока стесняются. Когда привыкнут, то... — Вы мне уже нравитесь! — громко посмеялся дядя Дима, хлопая по плечу Вовы, который неловко улыбался вожатым. — Вовка, ты покажи тут им всё, а я пока пойду за шашлыком! Как только мужчина ушёл, ребята молча уставились на Вову. Тот лишь коротко посмеялся, отмахиваясь и как ни в чём не бывало поплёлся к бассейну, который располагался прямо на улице. Он был достаточно вместительным, но такую ораву разом не осилил бы. Кто-то остался у бассейна, пока остальные пошли дальше смотреть дом. Первый этаж напоминал большую гостиную и с одной комнатой дяди Димы, на втором этаже располагалась гостиная поменьше, но уже с тремя комнатами. Третий этаж был только с комнатами и большим балконом, в котором, почему-то, тоже стояла кровать. — Ты не рассказывал про своего дядю, — негромко сказала Софа, когда их компания сократилась до Антона с Ромой и самого Вовы с Софой. — Не хотел, чтобы ты знала о нём. Дальше мальчики подслушивать не стали. Всё-таки, ребята и сами бы не хотели быть свидетелями расставания такой прекрасной пары или обычной ругачки. Им своих проблем хватает. Они зашли в самую дальнюю комнату, которая оказалась самой тёмной из всех. Чёрные шторы висели на окнах, а посередине стояла большая двухспальная кровать. Единственный телевизор, висящий на стене прямо напротив кровати, украшал комнату, так как больше интерьера в ней не было. — Тут эхо, — сказал Пятифан, вымученно присаживаясь на кровать и смотря на Антона, который стоял у окна. — И что? — Трахаться неудобно. Петров подавился, резко поворачиваясь на улыбающегося Ромку. Он отошёл от окна и встал между раздвинутых коленей брюнета, опуская свои руки на горячую шею. Рома наблюдал за ним из под тёмных ресниц, которые спокойно прикрывали его глаза. — Мы не будем ничего делать. — Тогда зачем подошёл? — Тебе от меня только это надо? Антон спрашивал спокойным и ровным голосом, что ещё больше выбешивало Рому. Он щёлкнул языком и приподнял голову, смотря прямо в голубые глаза. Сильные руки не сильно сжимали бёдра Петрова, медленно отползая на упругие, но не менее мягкие ягодицы. — Нет. Ты ведь прекрасно знаешь, что мне нужен весь ты, со своими интересами и заскоками. — спокойно ответил Ромка, сводя брови к переносице. — Но ты динамил меня целый день. Мы не трахались уже полторы недели, Тош. — Боже мой, — протянул Антон, склоняясь над лицом своего парня и широко улыбаясь. — Ты что, смог продержаться полторы недели? Мне казалось, что это невозможно. Рома нахмурился ещё сильнее и хватка рук стала грубее, от чего блондин упустил короткий стон, вырывающийся прямо из горла. Пятифан заткнул его поцелуем, почти сразу пуская в дело язык. Его руки притянули Антона ближе и тот сел на крепкие бедра, удобно прогибаясь в спине под чужими ладонями. Петров мягко оттягивал отросшие волосы на затылке Ромы и запутывался в них пальцами, мягко массируя кожу. Они наслаждались долгожданным уединением и совершенно спокойно наплевали на то, что это чужой дом. Кажется, Рома заразил Антона своим похуистическим отношением ко всему и животным желанием захотеть Пятифана в любом месте. — Пацаны, вы тут, на? — неожиданно в комнату зашёл Бяша, который сразу же захлопнул дверь обратно и завыл. — Блять, суки вы бездушные! Хотя бы дверь закрыли! — Блять, — повторил Рома, который отстранился первым и выдохнул горячий воздух в раскрытые губы Петрова. — Бяш, скажи, что мы скоро придём. Учитывая то, насколько серьёзно звучал голос друга, бурят оценил ситуацию и решил не лезть к ним. Ромка бывает серьёзным только в крайних случаях, поэтому кинув последнее: «Кровать не засрите», удалился на улице, где уже вся компания собралась возле бассейна. Бяша придумает отмазку и мальчики знают это, но если скажет правду, то они уже не будут против. — Бяша видел, — прохрипел Рома, прикусывая сосок Антона. — Не стыдно? — Заткнись, — промычал второй. Антон резко упал на кровать животом и почти сразу ощутил, как с него стянули штаны с бельём. Кровать чужая, а значит пачкать ни в коем случае нельзя. Это заставляло обоих задуматься, но Рома — не Рома, если не придумает выход. Он быстро стянул с себя футболку, заставляя блондина оглянуться через плечо и зависнуть на подтянутом торсе с завидными кубиками на прессе. Пятифан подложил свою футболку под Антона, который собственную слюну подбирал и хмыкнул, пристраиваясь сзади. — Видишь, Тош, на какие жертвы я иду ради тебя? — промурлыкал он, трясь своим возбуждением об Петрова, стоящего перед ним на коленках. — Зря ты устроил мне испытание выдержкой. — Тут эхо! — шипением напомнил ему Петров, который уже тресся от долгого ожидания. Всё-таки, на него эта выдержка тоже подействовала. — К сожалению, придётся затыкать тебе рот, белобрысик, ведь насухую тебе даже больше нравится. — Господи, заткнись...

***

Рома первым спустился на улицу в одних шортах, но с футболкой в руках, которую специально свернул в три погибели. Ребята что-то шумно и активно обсуждали, поедая вкусный шашлык, сделанный дядей Димой. На вид можно было сказать, что мужчина полный профессионал в этом деле, либо Пятифан сильно хотел шашлыка. Первой его заметила Полина, которая радостно улыбнулась другу и передала тарелочку с шашлыком. — А где Антон? — Щас спустится, — лениво ответил Рома, закидывая кусок мяса себе в рот и позволяя удивлению проскользнуть на своём лице. Шашлык и правда оказался идеальным. — Бяшка сказал, вы там проблему обсуждали. — влезла Оля. Видимо, сильно за брата волновалась. — Всё в порядке? — Да, просто повздорили немного, — отмахнулся он, замечая Бяшу, который прикрывал рот рукой, чтобы не спалиться с громким смехом и улыбкой. Антон вышел из дома в компании дяди Димы, который поймал его на лестнице и помог доковылять до бассейна. Тот многообещающе подмигнул ему, но как только заметил взгляд Пятифана, то довольно улыбнулся и отошёл за вторыми порциями шашлыка. Петров выглядел как, в буквальном смысле, использованный человек, поэтому ребята не стали давить его вопросами. Рома только помог ему сесть у бассейна, ведь ноги совсем не держали. — Слушайте, тема такая, — вновь начал Вова, прожёвывая кусок вкусного мяса. — Мы можем остаться здесь на ночь, дядя разрешил. Тем более, комнат тут дохера, вы сами видели. — Нас не отпустят, — вздохнула Катя, отпивая гранатовый сок и подытожила: — Завтра третья смена приезжает. — Они приезжают только вечером, — напомнил Вова, улыбаясь. — Дядя может съездить в лагерь и договориться с директором. — А я умею договариваться, — подключился к разговору дядя Дима, который пришёл с тарелками и отдал одну Антону. — Ну так что, вы согласны? Если да, то мне уже сейчас нужно будет съездить. Ребята одновременно замолчали и погрузились в раздумья. Им было страшно за советчиц, которые могли их страшно отчитать и никто из них не хотел подводить директора. И всё же, усталость сводила их к соглашению остаться здесь, так как хотелось выспаться на удобных кроватях и в хороших условиях. — Мы не хотим доставлять неудобства, — вдруг сказал Петров. От его лица это звучало смешно, ведь пару минут назад, на чужой кровати в чужом доме, он бесстыдно принимал в себя Рому и подавлял собственные стоны. — Я даже рад, что вы пришли ко мне и составили компанию! — широко и добро улыбнулся мужчина, отмахиваясь. — Тогда, все согласны? — они неуверенно кивнули и он тихо посмеялся. — Не бойтесь, я договорюсь. Через полчаса приеду, поэтому можете пока отдохнуть, а потом будем тусить! Дядя Дима быстро переоделся в более адекватную одежду и взял ключи от своей Мазерати, стоящей в гараже на заднем дворе. Пацаны одновременно мысленно кинули дяде респект и уважение. Как только ворота захлопнулись и Вова вернулся один к бассейну, вожатые между собой переглянулись. — Ну, — начала Смирнова, не сдерживая улыбку. — Спасибо, Вовка! Если бы не ты, мы бы такой рай только в следующей жизни увидели! — Обращайтесь, друзья, — посмеялся он, плюхаясь рядом с Софой и обнимая её за талию. — Я только рад, что смог помочь вам. Все веселились, смеялись, прыгали в бассейн, ныряли под воду на спор, и чего только ещё не придумывали. Надя пару раз снимала футболку и купалась только в нижнем белье, так как было чересчур жарко. Мальчики, при виде такого, сразу отворачивались, но только Антон громко смеялся и бессовестно смотрел на подругу, которая разрешала ему абсолютно всё. Они с разбега прыгали в бассейн, от чего Рома пару раз бился пятками об дно бассейна и заставлял друзей смеяться. — Ноги слишком длинные! — смеялась Оля, которую Пятифан легко подхватил на руки. — Ромка! — Не ссы, Лёля, на твоей стороны два защитника, я не хочу получать от них. — улыбнулся Рома, а Антон с Бяшей переглянулись. Пятифан прыгнул вместе с девочкой в бассейн, сразу же выплывая и громко смеясь. Оля дёргала Ромку за волосы, направляя его туда, куда нужно было поплыть. Бяша опустился на место рядом с Антоном и улыбчиво глянул на него, заставляя второго тут же покрыться румянцем. — Я ведь даже ничего не сказал! — посмеялся бурят. — Извини, Бяш, я не хотел, чтобы ты когда-нибудь увидел такое... — Не парься, Тошик, на! — улыбнулся он, закидывая руку на плечи Антона и притягивая ближе к себе. — Я рад, что вы с Ромой вместе. Я рад, что благодаря тебе он изменился в лучшую сторону и стал ценить всё, что имеет. — Бяш... — Спасибо, Антон, что позволил быть такому дебилу рядом с тобой и спасибо, что позволил быть рядом с твоей сестрой такому же дебилу. Антон тепло улыбнулся и прильнул к буряту, укладывая голову на его плечо и приобнимая за талию. Петров заметил, что Бяша ни разу не добавил своё коронное «на» в конце трёх предложений и от этого на душе стало ещё теплее. — Чё обжимаетесь, педики? — навис над ними Рома. — Пришёл, блять, на. — посмеялся Бяша и закатил глаза. — А ты чё, сестру с братом перепутал, дурачила? Иди к Оле, а то её девочки замучают. — Бегу спасать свою принцессу, на! Антон громко заржал, когда Бяша в спешке поднялся, но стоило ему сделать два шага, как он подскользнулся и свалился в бассейн, прямо на Катю. Смирнова благим матом заорала на весь двор, а бурят заныл и потянулся к Оле, которая сразу же подбежала к нему, явно волнуясь, но не скрывая громкий смех. — Переночуем в той же комнате? — спросил Рома, садясь на корточки перед Антоном. — Если ты сделаешь мне массаж, то да. — Простаты? — Спины, придурок! — долбанул его по голове Антон, заставляя тихо посмеяться. — Всё тело болит. — Извини, я старался быть нежным. — более тише сказал Пятифан, рукой поглаживая ляжку парня. — Сделаю всё, что попросишь. — Ты мне ещё сад обещал помочь полить. — вспомнил Петров, замечая как брюнет закатил глаза и засмеялся. — Ладно, но если будешь лезть, то я уйду спать к... — К кому? — перебил его Пятифан. — Я более, чем уверен, что все сегодня ночью наконец-то смогут заняться тем, что запрещено в лагере. — К Оле с Бяшей. Я уверен, что они ничем не занимались. — серьёзно сказал Антон. — Не занимались, но целоваться всю ночь им никто не запрещал. Это хорошенько сыграет на твоей психике брата. — пожал плечами Рома, с усмешкой наблюдая за блондином. — Придётся делить со мной кровать, Тош. — Спать на полу будешь, говнюк. — Главное, что с тобой. Антон улыбнулся уголками губ и чмокнул его в специально вытянутые для поцелуя губы. Петрову нравилось, когда Ромка так делал, так как в такие момента хулиган был похож на капризного ребёнка. Антон верил в искреннюю любовь Ромы и старался отдавать такую же искренность, на которую был способен. Ворота громко открылись и во двор вбежал взволнованный дядя Дима, вид которого обычно не сулит ничего хорошего. Шум моментально прекратился и все устремили испуганный взгляд на мужину, который в последнюю секунду расплылся в довольной улыбке. — Сегодня отдыхаем! — радостно крикнул он, вытаскивая из пакета бутылки шампанского. — Ура-а-а! — не менее радостно завижали вожатые, хлопая в ладоши дяде Диме, который в последний момент спас умирающих вожатых. — Вы стойкие к алкоголю? — Ну, не совсем. — Получается, вам пить нежелательно? — Нам, если честно, похуй. Так и закончился день тем, что ребята в полном угаре расселились по комнатам и почти сразу вырубились без задних ног. Только Бяша, перед тем как Рома отнёс пьяного Антона в комнату, пригрозил ему: — Если вы будете шуметь, я вас обоих выселю на улицу! И не закатывай глаза, Роман! И не цокай языком!