F.T.W.W.W.

      Твик хватается за голову в попытке содрать собственный скальп. Мышцы живота натягиваются от напряжения, а глаза — раскаленные, сухие и липкие одновременно, будто бы вылезают из орбит.       Салон заполняется вонью сгнившей плоти, но зубы Твика стучат от холода, и Крейг оставляет окно закрытым. Взгляд то и дело метается между заледенелой дорогой и продрогшим Твиком, нога вдавливается в педаль газа.       Твик до крови расчесывает ранку на предплечье и гной забивается под ногтевые пластины. От жажды безостановочно течет нос, Твик докрасна растирает его запачканным рукавом старой Крейговской куртки. Худые колени стучат друг об друга под аккомпанемент скрипящих зубов.       Иссохшее лицо Крейга уставилось на дорогу. Крейг сжимает руль так, что хрустят запястья, и Твик проглатывает скрипучий голос, тараторящий о светлом завтрашнем дне, и впивается сломанными ногтями глубже в гниющую плоть. Рана извергает вонючую, желтовато-кровянистую жидкость. Твику бы наверняка понравилось ощущение проникающей под кожу заразы, сладкая истома взбудоражила бы субтильное тело — если бы он не заметил чернеющую гангрену на месте давнего укола.       — Тебе надо в больницу.       Голос доходит до исступленного мозга едва ли.       Глаза у Твика широко распахнутые, красные, обезумевшие. Обескровленные губы безмолвно шепчут безнадежную мантру.       Нужно к Кенни. Мы ведь едем к Кенни? Скажи, что мы будем у него. Мне просто нужно совсем чуть-чуть. Только и всего. Хотя бы немного — и тогда все будет в порядке.