Странница (переписано)

      Пламя в жаровнях тихонько потрескивало, привнося в холодную крепость такое желанное тепло. Благодаря магии сквозняки, гулявшие по длинным темным коридорам твердыни, не проникали в жилые комнаты. Птица с радужными крыльями, сидя на спинке стула, перебирала перышки, а мужчина в темной одежде разлегся на кровати, подложив руки под голову, и флегматично рассматривал потолок, о чём-то размышляя. Черный, заметно подросший за два месяца сытой жизни в обители Седобородых, волк лежал на спине, радостно поскуливая и подставляя свое брюшко хозяйке. Но девушка уже давно не обращала ни капли своего внимания на скучавших спутников.       «Тьма скроет и приглушит шаги... Тьма скроет и приглушит шаги... Тьма - это семья... Тьма - это я... - отрывисто думала она, нервно шагая по комнате взад-вперед, чуть склонив голову и сцепив руки за спиной. Мысли ее скакали, как небесные скакуны Кинарет в облачных пустошах. Девушка уже который день ломала голову над единственно волновавшим ее вопросом. - Тьма многое даст... Тьма многое возьмет... Зачем Они учили меня? Десятки мертвецов, десятки даэдра, десятки мерзких и опасных тварей... для чего все они хотели втереться ко мне в доверие, делились знаниями, дарили подарки? Зачем посылали эти Сны? Боги, когда я получу ответы на свои вопросы?..»       - Госпожа со временем поймет свое предназначение, осталось лишь немного обождать, - спокойно кинул Лашанс, прикрыв глаза и расположившись поудобнее.       - Тебе легко говорить! Ведь не тебе каждую ночь талдычат о каком-то там предназначении, но не говорят, что именно нужно сделать! - фыркнула Рия, замирая на месте и глядя на Люсьена. Потухшие зеленоватые глаза ее уныло и недоверчиво смотрели на ассасина. Мужчина, быстро поладивший с Фаэлианом и расплевавшийся с Фрейром и Лидией, не раскрывая глаз, свистом подозвал к себе Волкодава и потрепал его по голове. Волк довольно рыкнул и зажмурился от удовольствия, когда Лашанс почесал его за ухом. Странница обиженно насупилась, наблюдая, как Люсьен играет с ее! волком. Волкодав принадлежал ей, она считала, и только ей.       - Тебя хорошо учили, Госпожа. Магия течет по твоим жилам всё быстрее с каждым днем. Ассасин прав, скоро твоя судьба откроется тебе, - чирикнула Авалайн и привычно перелетела на плечо Странницы.       - Ты знаешь, как добраться до Устенгрева? - вздохнув, перевела тему девушка, поскольку все ее попытки хоть что-то выяснить всегда пропадали втуне.       - Я знаю любую тропу Нирна, Госпожа. Прикажи, и я проведу тебя в древние руины нордов, - кивнула птица, устраиваясь поудобнее.       - Мне уже осточертело это место. Пора уходить...

***

      «Белоснежная дымка опутывала меня, словно паутина. Сквозь нее я не смогла разглядеть ничего, как не пыталась. Откуда-то лился яркий солнечный свет, прорезаясь сквозь хвосты тумана и золотя их.       - Авалайн? Люсьен? - Ответа не последовало, мои слова тонули в этой вязкой дымке. Я чувствовала себя глухой. Тишина... ненавижу тишину, пожалуйста, пусть кто-нибудь придет и рассеет этот чертов туман!       Вдруг из вязкой золотистой пелены вышел высокий мужчина, подобных которому я никогда не встречала. Внешне он выглядел почти как человек. Его лицо... оно не имело возраста - не молодое и не старое. Мужчина был не красив и не уродлив, черты его лица - ровные, симметричные и неприметные. Его волосы и борода были белы, как снег на вершине горы. На нём - мантия, которую, казалось, создали из какой-то неземной ткани. Одеяние было черно, словно Скайримская ночь, и усеяно миллионами звезд и тысячами лун. Я рассматривала этого человека, раскрыв рот. Он казался таким неземным и волшебным, что я была не в силах отвести взгляд от этого... человека? Бога?       - Здравствуй, дитя. Называют меня Магнус. Я даровал миру смертных магию, создавая его, - спокойно произнес мужчина. - Но ты, дитя мое, уже и не смертная, верно? - он улыбнулся уголками губ и протянул мне руку. - Пойдем, прогуляемся. Нам следует обсудить мой дар тебе, Странница.       Туман рассеялся, и я увидела прекрасный сад. Везде, куда только мог добраться мой взгляд, были цветущие деревца; золотолистные гигантские древа соседствовали с высокими лилиями, цветки которых сияли ярко и волшебно, словно маленькие солнца. Весь сад оплетали дорожки из... упавших звезд. Меня очаровывала каждая частичка волшебного места: маленькие прудики, в которых росли золотистые нимфеи, красивейшие бабочки, сиявшие как светлячки, завораживающие трели волшебных птиц. План окутывала ночь, черное небо было усеяно миллионами звезд - всё это только добавляло таинственности и нереальности этому месту... неужели это и есть Рай? Магнус только улыбнулся моей реакции.       - Ты выбрала довольно необычное место для встречи, дитя. Обычно такие как ты выбирают мир войны. - Бог улыбнулся, и на его лице появилась паутинка морщинок.       - Я выбрала? То есть этот мир принимает тот облик, о котором мечтает приходящий сюда?       - Традиция дарить Странникам что-либо удручает, - не удостоив меня ответом, Магнус говорил так, словно продолжал только что прерванный разговор. Эт'ада сел на скамеечку и кивком головы предложил мне сесть рядом. - Но таков неписаный закон... посмотрим... что у тебя есть?.. Болтливая птица-всезнайка Азуры и ассасин Ситиса. Я, породивший магию смертных, не стану тратить свое время на глупые и ненужные испытания. Прими амулет Солнца, Странница. Он сольется с твоей сущностью, стократ увеличивая мощь твоей врожденной магии. Не будешь ты годами сидеть над скучными фолиантами - у тебя нет на это времени - стоит прочитать заклятье лишь единожды, и сможешь ты его творить.       На мою ладонь легло маленькое сияющее солнышко на цепочке. Оно было, как настоящее, такое теплое, такое живое, такое волшебное. Я надела амулет, и цепочка с дикой болью вонзилась в мою кожу. Солнце жгло огнем, я согнулась пополам, задыхаясь, я пыталась ногтями содрать этот «подарок» с шеи. Из горла доносились лишь хриплые стоны. Разум помутнел, я судорожно хватала ртом воздух... Но через секунду боль исчезла. Я перевела взгляд на собственную шею. Цепочка переливалась серебристым под моей кожей, а солнце светило сквозь плоть на уровне сердца. Оно забралось внутрь, подарив тепло и силу.       - Благодарю вас, господин Магнус, за ваш щедрый дар, - привычно и заученно ответила я, встав и поклонившись.       - Теперь уходи, у меня есть другие, более важные дела, - одарил меня презрительным взглядом Бог, всем своим видом демонстрируя собственное превосходство, и всё вокруг погрузилось в темноту».

***

      - Ты спишь очень крепко для убийцы. Это хорошо. Ибо для того, что я сейчас предложу, тебе понадобится чистая совесть... - вкрадчиво прошептал Лашанс на ухо мирно дремавшей девушке. Рия лишь поудобнее устроила свою голову на брюхе волка и продолжила спокойно сопеть.       - Хорош дрыхнуть! Приехали! - радостно проревел Фрейр, хорошенько тряхнув Странницу. Рия вскинулась и испуганно заозиралась по сторонам, а Волкодав протяжно заскулил, поджав хвост.       - Дилетант! - недовольно покачал головой Люсьен и сел на место. Норд и убийца продолжили буравить друг друга злобными взглядами. Когда магиня засыпала, мужчины начали эту игру «кто кого переглядит» и, похоже, продолжали ее всё то время, что девушка дремала.       - Уже приехали? - щурясь и протирая глаза, спросила она и зевнула. Затекшее тело совершенно не хотело ее слушаться, и волшебница решила, что повозка - далеко не лучшее место для сна.       - Морфал близко, - кивнул рыжий эльф, указывая на селение впереди.       Яркое весеннее солнце пробивалось сквозь плотную завесу облаков. Кое-где уже чернели проталины; когда друзья посетили Вайтран, там уже вовсю зеленела трава и молодая листва на деревьях, но на северный берег Скайрима еще не пришла полноценная весна: повсюду еще лежали сугробы, потемневший снег шапкой накрывал крыши домов. Когда странная компания въехала в город, жизнь в нём мирно текла в обыденном русле - раздавался стук молотков, скрип телег и людской говор. Фаэлиан первым спрыгнул с повозки и расплатился с извозчиком.       - Остается Рия здесь, остальные за мной следуют. Рог Призывателя Ветра Юргена добыть нам предстоит... - начал было свою пламенную речь он.       - А почему я не иду?! - вскипела Рия, до глубины души оскорбленная таким ходом эльфа.       - Остаешься здесь, так сказал я. Опасно слишком для детей. Не обсуждаются приказы мои! - обрубил новый поток возмущений девушки мужчина, сунул ей в руку мешочек с монетами и отправил ее и волка в сторону таверны. Насупившись и чуть не плача, Рия поковыляла в сторону постоялого двора. Фаэлиан тем временем повел свою команду в сторону болот.       Весело помахивая хвостом, Волкодав бежал рядом с девушкой. Рия, до боли сжимая в руке небольшой кожаный мешочек, тяжело дышала, лицо ее покраснело, а глаза наполнились слезами. Вытирая их рукавом и шмыгая носом, она шагала и думала о решении Фаэлиана оставить ее здесь. От злости с силой толкнув дверь таверны и войдя внутрь, девушка, наконец, решила, что плакать тут не о чем. Полная решимости, она дрожащим от смущения голосом сняла комнату у хозяйки постоялого двора и заказала обед.       Герой он бесстрашный, он непобедим,       Так слушайте, норды, о славе его,       Лишь кинешь ты клич — и придет Довакин.       До слуха Рии донесся прекрасный, мелодичный женский голос. Пожевывая кусок жареного мяса, девушка повернула свою голову в сторону бардессы. Менестрелия настолько прониклась процессом, что даже прикрыла глаза и вслепую касалась точеными пальцами струн белой лютни. В полутьме таверны девушка смогла различить черты лица бардессы. Миловидное круглое личико обрамляли короткие светлые кудрявые волосы. На ней был бордовый костюм, из-под которого выбивалась белоснежная рубашечка. Белые щегольские сапожки на стройных ногах смотрелись как нельзя лучше. Рия завороженно смотрела на бардессу. Волшебница огляделась по сторонам - она внезапно осознала, что они с Волкодавом - единственные в таверне, кто слушает прекрасное исполнение песни о довакине. Мужчины за соседним столом гоготали над собственными шутками и хлебали мед. Трактирщица протирала грязные, засаленные столы, напевая себе под нос. Три толстых женщины у стойки воодушевленно сплетничали с хозяином таверны. А одиноко сидевший широкоплечий мужчина с длинными, спутавшимися в клок волосами уже давно лежал лицом в тарелку и периодически громко всхрапывал, что-то бормоча.       Когда девушка закончила петь, никто не обратил внимания на это хрупкое создание - все продолжали заниматься своими делами. Рия тяжело вздохнула, покачала головой и вынула из кожаного мешочка пару септимов, полная решимости отдать их бардессе. Уже на подходе к месту, где сидела менестрелия, волшебнице внезапно преградила путь широкая мужская спина.       - Че, красотка, може и мне споешь? - загоготал здоровяк, обращаясь к девушке с лютней. В норде Рия узнала человека, лежавшего лицом в тарелку не так давно.       - Конечно, милостивый государь, чем я могу услужить вам? - нежным, но твердым голосом спросила бардесса.       - Я зна-аю, как ты мне услужишь... - Мужчина схватил девушку за руку, отбросил ее лютню и стащил с лавки, намереваясь явно не наслаждаться ее пением.       - Отпустите меня, иначе мне придется применить силу, - спокойно произнесла менестрелия, словно и не заметила, что ей угрожает огромных размеров мужчина. В ответ норд загоготал, но через секунду перед его глазами блеснуло что-то серебряное, и послышался соколиный крик, а в руках девушки оказался посох. Светловолосая так быстро нанесла удар, что Рия ничего не успела сделать, а мужчина уже лежал на полу без сознания.       - Поразительно! - восхищенно воскликнула магиня, глядя на бардессу, почему-то так и не открывшую глаз. Сокол с серебряными крыльями, усевшийся на ее плечо, коротко крикнул.       - Благодарю, госпожа. - Девушка поклонилась, стряхивая невидимые пылинки с одежды. - Вы что-то хотели?       - О, да... вы так изумительно играете... я просто не могла не подойти и не сказать вам об этом! - Рия смущенно опустила глаза, а небольшие красивые губы бардессы изогнулись в приятной улыбке.       - Благодарю. - Блондинка вновь поклонилась. - Позвольте поинтересоваться, вы любите истории?       - Конечно! А у вас найдется что-нибудь интересненькое? - В зеленых глазах волшебницы зажегся восторженный огонек.       - Я знаю множество легенд и сказок, о чём вы хотели бы услышать? - аккуратно присев на скамейку, спросила бард.       - А вы сами попадали в передряги? И вы учитесь в Коллегии Бардов? Кстати, а почему ваши глаза закрыты? И как ваше имя? - засыпала вопросами магиня, усаживаясь рядом.       - Мое имя Сабин Вальтьери, я родом из Хай Рока. Глаза без надобности мне раскрывать, с рождения я слепа, добрая госпожа, - грустно ответила бретонка, задумчиво теребя струны лютни. Рия испуганно на нее посмотрела, краснея, прошептала извинения и опустила глаза, размышляя о тяжелой судьбе слепой девушки в этом суровом мире. - Семь лун назад я поступила в Коллегию Бардов. И уже тогда начались неприятности.       - Расскажете? Кстати, я Рия. - Заерзала на месте магиня, приготовившись внимательно слушать.       - Рада знакомству. Моя история длинна, и, если вы позволите, я начну с самого начала... - Блондинка задумчиво потерла нос. - Почти всю свою жизнь я провела в Вэйресте, торговом городке на юге Хай Рока. Мои родители были богатыми купцами, иначе моя незрячая жизнь оборвалась бы, даже не начавшись. Они были в ужасе, когда поняли, что глаза мои мутны, и я не могу видеть свет, как видит его большинство живущих. Но, как бы то ни было, я росла в поместье родителей, в одиночестве гуляя по садам, где всегда пахнет цветами... - Бардесса замолчала и поморщилась, видимо, вспомнив что-то неприятное.       - Но ты ушла? - прервала неловкую паузу Рия, незаметно для себя переходя на «ты».       - Да. Извини, я забылась. История ведь не об этом, верно? - Сабин вновь забавно поморщилась и продолжила: - Долгая дорога из дома привела меня в Скайрим. В эту страну ледяного ветра, суровых и грубых, словно недубленая кожа, людей. В родительском доме наставники обучили меня игре на лютне, поэтому я и пошла в Коллегию Бардов, что в Солитьюде. Там Виармо - эльф, как мне показалось, с чуть хрипловатым голосом - отправил меня на поиски «Песни о Короле Олафе», поскольку без нее был невозможен праздник и ритуальное сожжение чучела Олафа - Элисиф Прекрасная, скорбя о кончине супруга, запретила празднование.       И я отправилась в Упокоище, древние нордские руины, где, по легендам, был похоронен Король Олаф Одноглазый. Я ступала по шершавой, чуть скользкой земле, вдыхала затхлый воздух подземелья, касалась сырых стен пещеры, по которым струйками стекала вода. Существа с мерзкими, леденящими душу голосами, зовущиеся драуграми, преграждали мой путь, но благодаря Джанин, моим глазам, - девушка погладила сокола по голове, и птица, приветливо пискнув, дружески клюнула ее руку. - И благодаря магии света мертвецы вернулись в свои гробы. - Внезапно бардесса широко раскрыла невидящие глаза и зашептала звенящим, потусторонним голосом, чуть склонив голову: - С потолка сочится вода. Кап. Шаг. Кап-кап. Отворяются тяжелые толстые двери, вхожу в затхлую залу. Пахнет пылью и гниющей бумагой. Неосязаемый дух приветствует, следую за его хриплым голосом. На ладони ложатся рассыпающиеся в руках обрывки пергамента. Глухой голос зовет, глухой голос ведет, повинуюсь. «Время пришло, Олаф!» - что есть мочи вопит призрак и бросается в битву. В руках загорается огненный шар и, разрывая воздух в клочья, настигает драугра Олафа. Рев, скрежет, шипение. Тишина...

***

      - Ха-ха-ха, знаменитого драконоубийцу Короля Олафа Одноглазого победила слепая девка! - загоготал Торуг, расплескивая мед во все стороны, отчего Кодлак, презрительно фыркнув, отодвинулся.       - «О-очень смешно», - поморщившись, насупился Олаф, задетый его словами за живое. - Но это вообще-то был не я, ты что, забыл, я с вами выпивал всё это время?! - прищурив один глаз, один бывший Верховный Король Скайрима вытаращил глаза на другого бывшего Верховного Короля Скайрима.       - Моя девочка! - удовлетворенно воскликнул Свакнир, прерывая перебранку обоих королей и тихий гудеж нордов, делавших ставки, кто из двоих кинется на другого первым. - Но я продолжу, Сабин и Рия прекрасно поладили, поэтому сдружившиеся девушки, гуляя по городу, рассказывая друг другу разные истории, и не заметили, как пролетели два солнца и три луны...

***

      - Не скучала и ты, смотрю я, - продолжал Фаэлиан давно начатый разговор.       - Ага, а вы где подцепили это счастье? - шепотом спросила Рия, кивнув в сторону редгардки, с которой Фрейр не сводил восхищенного взгляда. Красивая темнокожая женщина с черными, как уголь, волосами и быстрыми карими глазами спокойно пожевывала мясо, казалось, совсем не замечая норда.       - Руин возле тех. Сказала она себя Соратницей, при ней был и этот, - Фаэлиан кивнул в сторону Фаркаса, миролюбиво что-то обсуждавшего с Волкодавом. - Порешили вместе мы идти - освободить руины от нечисти.       - По-моему, Фрейр к ней неровно дышит, - улыбнулась волшебница, но, наткнувшись на суровый взгляд эльфа, замолчала и посерьезнела. - Так вы нашли рог? И что, эта редгардка, как ее там? Канет, да? С нами пойдет? - спросила Рия с наигранным безразличием и обвела взглядом трактир. Ничего здесь не изменилось за эти три дня, и девушке это место основательно приелось. Люсьен беседовал с Сабин, Волкодав радостно повизгивал, когда Фаркас чесал его за ухом. Волшебница почувствовала укол ревности - Волкодав ее, и только ее! - и подозвала его. Волк нехотя подошел к ней и положил свою большую голову ей на ноги, жалостливо смотря на девушку своими большими желтыми глазами. Рия вздохнула, покачала головой, дала ему кусочек мяса со своей тарелки и почесала за ухом, отчего зверь приветливо рыкнул и устроился поудобнее.       - Не было в руинах рога, - горько произнес эльф, отхлебывая меда. - Пришел кто-то нас раньше и его забрал. В Ривервуд отправимся за ним, а Канет в Вайтран вернется вместе с нордом Фаркасом. Путь долгий нас ожидает, готовься и... прощайся со своей подругой новой.       - Мы с ней еще встретимся... как и с Канет... - туманно прошелестела Рия, загадочно улыбаясь, и скормила волку остатки своего ужина.