Призрак. Часть 1. Месть невинной души

             Коты и кошки — они для души…              Прежде чем зайти в дом, Алевтина распределила обязанности каждому брату. Максу, как самому старшему, велела подарить Галине наборы. Артёму достался букет, а Димке коробка конфет. Сама же Алевтина взяла на себя роль поздравляющего и достала огромную открытку с поздравительными словами, написанными ею же. Парни переглянулись, но ничего говорить не стали: зачем покупать пустую открытку, когда можно было выбрать со словами? Но Алевтина личность очень творческая, поэтому сама написала. Странно, что она сама её не сделала. Но подобрала прям девчачью-девчачью, Галина такие любит: всю в мелкий розового цвета цветочек, чем-то напоминающий ромашку. С фиолетовыми надписями: «С Днём Рождения!» и «Поздравляем от всей души!». Да ещё и обклеенную стразиками и блёстками. Парни друг с другом мысленно согласились: они такую точно бы никогда не купили. Они бы вообще не стали покупать открытку.       Оглядев братьев, Алевтина уставилась на Димку. А тот на неё. Зырила она на него так, зырила, пока не выдавила:       — Пусть морду спрячет.       Не сразу сообразив, Димка опустил голову и посмотрел на кота, а кот на него. И стоят, вернее, один стоит, второй в сумке сидит, из дырки выглядывает, милую мордочку делает. Вздохнув, Димка одним пальцем надавил на голову кота. Не тут-то было. Видимо, у котяры взыграло любопытство, и он начал сопротивляться, да ещё и, судя по поведению, пытался выбраться.       — Пушистый! — прикрикнул на кота Димка, и Алевтина округлила глаза, а кот опять уставился на парня. — Давай ты обратно спрячешься, а? Пожалуйста!       Точно вняв словам человека, кот реально спрятался в сумке.       — Пушистый? — переспросила Алевтина. — Это ты его так назвал?       — Слушай, чего ты от меня хочешь? У меня никогда не было домашних животных! Я без понятия, какие имена им дают, — оправдался Димка.       — Как-то странно он себя ведёт, — протянул Макс, рассматривая сумку брата. — Слишком уж понимающий.       — Может, дрессированный? — предположил Артём.       — Как вариант, — Макс пожал плечами, всем своим видом показывая, что понимает не больше остальных.       — Ладно, — вздохнула Алевтина. — Значит так! Слушай мою команду! Заходим сразу к маман, я её поздравляю, читаю, чё написала, вы дарите подарки… Да только после того, как я зачитаю поздравления! А не как в прошлом году! Бестолочи.       — Да мы же не специально, — кашлянул Макс. — Просто переволновались. Да и не было инструкций перед этим. Вот я и подумал, что надо дарить, пока ты читаешь, чтобы типа время не тратить. Так что давай без обвинений!       — Я никого и не обвиняла, — парировала Алевтина. — Погнали!       Алевтина открыла домашнюю дверь, впустила сначала братьев, которые выстроились по стеночке, ожидая следующих команд. А то ещё подойдут к стругающей на кухне салаты матери не в том порядке и наступит тот самый пздц! Алевтина чуть не заржала в голос, когда, приподняв накидной карман сумки Димки, увидела, как в щёлочку пялится котяра. Зрелище до того уморительное, что грех не посмеяться. Но не посмеялась: Димка зарядил ей подзатыльник и с видом «иди уже!» мотнул головой в сторону кухни. Погрозив ему в ответ кулачком, Алевтина указала пальцем на обувь, как бы напоминая, что надо разуться, и с гордо задранным носом утопала к Галине, торжественно произнеся:       — Дорогая наша Галиночка!       Галя от вида племянницы так на стул и присела, прикрыв рот руками. Особенно её брови полезли на лоб, когда следом за Алевтиной вошёл Макс — с подозрительно большим свёртком, за ним Артём — с потрясающе красивым букетом и Димка — с её любимыми конфетками — одну из них очень сильно захотелось съесть, а где одна, там и вся красиво расписанная коробочка. Какая тут нарезка салатов для гостей, которые придут к пяти вечера? Какая запекающаяся в духовке курица или варящаяся на плите картошка? Галина, как большинство женщин, очень любила внимание. А если это внимание ещё и с подарками, то вообще красота. Галина навострилась, когда Алевтина, раскрыв большущую открытку — примерно со свёрнутый вдвое ватман, — с потрясающей дикцией, торжеством, без запинки прочитала поздравление.       — Максимка, дари основной подарок! — скомандовала Алевтина: читать она закончила, а никто из парней не шелохнулся. Спрашивается, зачем она им рассказывала, что и как делать? Спасибо и на том, что после подарков они додумались обнять Галину и сказать «поздравляю!». Но всё равно всех по очереди пришлось пинать. А за Димкой пришлось пристально наблюдать, чтобы кот не удумал не вовремя морду высунуть       — Ой, родненькие мои! Спасибо! Так открыть хочется! — засуетилась Галина, рассматривая большой свёрток с картинами с разных сторон. — О-ё-ей! Это что же вы такое интересное туда спрятали? Такой большой прям!       — Ацтавить! — скомандовала Алевтина, но уже Галине. — Подарочек будешь потом распаковывать! Перед гостями чтобы похвастаться, — хитро подмигнула она, и женщина засияла ярче. — Надо букет в воду поставить. Сейчас я это сделаю, подарочки красиво в зале поставим, я переоденусь и помогу с салатами и готовкой в целом. Договорились?       — Ой, Алевтиночка, конечно, договорились! Мужиков-то не дождёшься! — она махнула рукой в сторону переглянувшихся парней.       — Вы чё застыли? — Алевтина оглядела братьев. — Вольно, солдаты! Топайте отсюда, нам тут статуи не нужны.       — Ой, мальчики, вы только вернитесь! Помогите в зале мебель передвинуть! А то я отца вашего попросила, а он «ага-ага», в магазин уехал, а сделать ничего не сделал!       — Хорошо, мам! — за всех ответил Макс и подпихнул парней на выход.       Как сказано, так сделано! Сначала парни переоделись в домашнюю одежду. Димка долго соображал, что делать с котом — его он всё-таки решил назвать Пушистый, ибо в голову ничего больше не шло. Осторожно выудив кота из сумки, он рассматривал его со всех сторон, в очередной раз убеждаясь, что это всё-таки мальчик.       — У меня к тебе небольшая просьба, — усадив кота на постель, Димка присел на колени рядом, упираясь руками в край кровати и немного нависая над Пушистым. — Ты, пожалуйста, из комнаты никуда не убегай. Я оставлю окно приоткрытым, со второго этажа тебе легко будет выбраться. Но не в дом! Хорошо? А если захочешь в туалет… ну, не знаю, в ванную сходи. Но если ты супер умный, можешь сразу в унитаз. Я попробую что-нибудь сообразить с мисками и чем тебя покормить. Погоди немного. Договорились, Пушистый? — на вопрос Димки кот замурчал, поднялся, заходил туда-сюда, стараясь пошёркаться об парня. — Надеюсь, это — да, — улыбнулся Димка и погладил кота между ушей.       Зал менял свой облик дважды в год. Первый: день рождения Галины. Второй: Новый год. В остальное время зал оставался неизменным. Да и помимо Галины никто из родственников не приглашал гостей домой. Особенно молодёжь, которая гоняла по барам, клубам и кафешкам. Галина считала, что это трата времени и денег. И что дни рождения и Новый год — это семейные праздники, и их нужно праздновать в кругу семьи. Народ в доме был вынужден согласиться, но по итогу всё равно делали по-своему. В дни рождения. А вот с Новым годом это не прокатывало. Если только не хотели бойкот от Галины и её очень отвратительное поведение.       Командовать парнями нужды не было. Из раза в раз ничего не менялось: сдвинуть ненужную мебель по стенкам, журнальный столик обязательно к одному из окон, и поставить на него первый подарок и вазу с цветами. Алевтина сама поставила открытку так, чтобы она не упала, и погрозила парням пальцем: типа не сметь ломать конструкцию! А те переглянулись да плечами пожали: и не собирались.       В три пары рук с перестановкой было покончено в два счёта. Артём слазал на чердак, и вместе с Максом они притащили раскладной стол. Димка накрыл его праздничной скатертью — и всё. Помощь с их стороны завершилась. Они ещё чисто для виду в зале потусовались, чтобы их не впрягли делать что-нибудь ещё.       — Дим! — шёпотом позвала Алевтина, стоя с выпученными глазами в проёме зала с двумя тарелочками в руках: в той, что поглубже, оказалась вода, а в блюдце — мелкими кубиками нарезанная колбаса.       — Странный мне обед достался, — озадаченно протянул Димка.       — Дебил, — с горестью выдохнула Алевтина. — Это коту. Отнеси так, чтобы Галя не увидела.       Выпучив глаза в ответ, Димка забрал тарелки, нервно хихикнул и, как только Алевтина вернулась обратно в кухню, юркнул на второй этаж. Мысленно поблагодарив самого себя за то, что дверь в комнату не захлопнул, Димка оказался внутри, уже плотно прикрывая дверь. Кот с довольным мурчанием кинулся к парню, врезаясь в ноги с такой силой, будто сбить хотел, и снова начал тереться.       — Успокойся! — шикнул на него Димка, потому что с таким налётом и шагу не ступить. — Да дай пройду! Пушистый! — тихо закричал он, и кот послушно вернулся на кровать. — Вот уж спасибо! Так, — Димка обошёл кровать и поставил импровизированные миски на пол так, чтобы при входе в комнату их не было видно. — Ну, не знаю, — он пожал плечами, — иди, пробуй есть, что ли.       Затаив дыхание, Димка следил, как кот грациозно спрыгнул с кровати и подошёл к еде. Колбасу он нюхал очень долго, потыкавшись носом со всех сторон, даже лапкой зачем-то побил, но есть так и не стал. Зато водой захлюпал, точно жажда душила. Озадаченно почесав затылок, Димка всё же решил не забирать колбасу на тот случай, если кот передумает.       — Не шалить! — наказал Димка Пушистому и, прежде чем выйти, погладил его от головы до хвоста.       К тому моменту, как Димка спустился, из магазина вернулись отец с дядей. Причём Владимир что-то быстро нашёптывал Артёму на ухо, и чем дольше шептал, тем радостнее становился его сын. Как будто задумали всемирный план по захвату мира. И тут Димка понял, почему: под шумок из-за дня рождения Галины мужики затарились выпивкой — в магазине, в который они постоянно ходили, в такие особые дни делали хорошую дополнительную скидку, ну вот они и взяли у Галины паспорт и свалили. А Артём повеселел, когда отец ему всучил две упаковки хорошего пива — с ними Артём резво исчез на втором этаже, где поставил их в ванну и залил холодной водой, чтобы не нагревались. На самом деле, если Галина о таком узнает, порешит всех. Но ей же не обязательно знать и чек видеть. А Вовчик, переглянувшись с Федькой, хитро подмигнул — брат родной его не выдаст! Рисковые ребята!       Заметив посмеивающегося над ними младшего сына, Фёдор поманил его к себе и вручил пакет с всякими закусками к пиву. Правда, пакет Димке показался тяжеловатым для одной закуски, и он сунул туда нос. Заметив виски, он озадаченно уставился на отца, а тот с видом «пошёл вон или отберу!» упёр кулаки в бока. Пришлось Димке слинять и оставить пакет у Артёма, спрятав в шкаф. По пути заглянул к Пушистому, почесал ему пузик, в нос чмокнул и опять ушёл. Димка себя даже стал чувствовать виноватым перед котом: принёс и забил.       — Фёдор, не суй пальцы в салат! — завопила Галина.       — Я же не виноват, что он выпал! — возмутился тот.       — Мозг у тебя выпал! — ругалась Галина, накладывая всем мясной запеканки.       Время близилось к приходу гостей, и благодаря Алевтине было принято решение немного посидеть семьёй, отпустить детей с богом заниматься своими делами, но при этом не оставлять их голодными. Братья на сестру готовы были молиться. Потому что если бы не её настойчивость, Галина всех бы заставила целый вечер сидеть в кругу гостей её возрастной категории. Никому из молодёжи этого не хотелось. Особенно если дойдёт до танцев.       — Кот не жрёт колбасу, — пока мама отвлеклась на уборку лишнего и разноску еды, Димка подошёл к Алевтине.       — Так, ща, секу, — Алевтина задумчиво почмокала губами. — Придумала! — заглянув в холодильник, она достала небольшой кусок оставшейся печёнки и быстренько его нашинковала.       — А если маман потеряет? — засомневался Димка.       — Ты мне не доверяешь?! — делано ужаснулась Алевтина.       Хмыкнув, Димка подглядел, где находится мама, сцапал угощение коту и ретировался подальше.       — Если ты и это есть не будешь, тогда я не знаю, — плотно притворив дверь, Димка поставил вторую тарелку с едой для кота.       Кот идти к еде не спешил. Он разглядывал Димку, а тот в ответ его. Пока до Димки не дошло, что Пушистый ждёт нежностей — без них с места не сдвинулся. Пришлось Димке его погладить, и только после этого кот спрыгнул. На печень Пушистый сначала смотрел, словно взвешивая все «за» и «против». Но, к облегчению Димки, начал есть.       — Тогда перекусывай, а я пошёл в душ. Пока таскался, вспотел весь.       Пушистый на слова Димки навострил уши, но никуда не стал срываться. К тому же человек ещё ходил из угла в угол в поисках чистых вещей, тихо сетуя, что за время его болезни комната стала какой-то запущенной. Ничего на своих местах не лежало. Поэтому Димка перед душем немного навёл порядок, пообещав самому себе, что на выходных возьмётся и сделает нормальную уборку.       — Значит, колбаса всё-таки тоже вкусная, — подметил Димка, смотря на пустые тарелочки. — А вредничал-то!       Пушистый на обвинения человека никак не отреагировал, но поспешил за ним, когда он вместе с приличной горкой одежды скрылся в ванной. Как оказалось, братья его вещи не в стирку носили, а скидывали в угол за столом. Странно, что Димка сразу не увидел эту кучищу. Пришлось сразу половину вещей закинуть в стиралку и запустить её — главное потом не забыть достать вещи. А то придётся снова перестирывать.       — Будешь следить? — спросил Димка у Пушистого.       Кот, найдя идеальное место для обзора, взобрался на тумбу прямо напротив душевой кабинки, уставившись на медленно стягивающего одежду парня.       — Кот извращуга, — хмыкнул Димка, и Пушистый замурчал. — Заебись я кота себе нашёл. Кстати, попадёшься моей матери на глаза, она нам обоим таких пиздюлей отвешает, что мало не покажется. И жить мы с тобой пойдём на улицу.       Пушистый, переступив с лапки на лапку, удобно разлёгся, прикрывая глаза.       — Правильно, чего раньше времени паниковать, да? — закрыв дверь ванной, Димка снял трусы, кинул в общую кучу и зашёл в кабину, прикрыв за собой починенную братом секцию. — Не подглядывать! — наказал Димка коту, и тот совсем вытянулся сосиской. Улыбнувшись, Димка включил воду.       Никогда при жизни Олег не замечал за собой, что любит подсматривать. Ему было на это плевать. Если кто-то хотел, он открывался по доброй воле. Никакого принуждения. Но Дима… Он как тот самый тонкий луч света в тёмном царстве. Появлялись сотни тысяч «почему?»: почему этот парень не появился на горизонте года три назад? Почему никто не обозначил, что есть такое ласковое создание? Почему кто-то распорядился, чтобы он умер в вонючей грязной подворотне? Почему не дали любить тогда, но позволяют сейчас? И способна ли душа на любовь, не имея тела?       Космический холод глаз Олега не отпускал Диму ни на секунду. Взгляд следил, а оставшаяся на земле сущность завидовала. Завидовала воде, что сейчас касается юношеского тела, его волос, из-за которых татуировок становилось почти не видно. Дрожащих от падающих капель век и губ, смыкающихся, чтобы ничего не попало в рот. Дёргающийся кадык захотелось нежно прикусить. Поцеловать впадинку ниже. Провести пальцами по ключицам. Подушечкой по соску. Коснуться этого тела в любом месте… и вновь оставить знак прикосновения мёртвого к живому. Синяки вновь распустятся лилово-синими цветами, говоря о многом и ничего не объясняя. Их ведь так никто и не понял.       Олегу хотелось, чтобы Дима его просто услышал. Никакая доска для разговоров с умершими не нужна. Как только его разум раскроется и примет факт существования призраков, общение наладится само собой. Но надолго ли? Олег бы был счастлив и от мгновения. Но, получив его, был бы удовлетворён? Возжелал бы большего…       Дима чувствовал на себе чей-то тяжёлый, даже злой взгляд. Он сомневался, что кот, пусть и такой необычный, мог так зырить. Будто кто-то хотел разделать его, Димку, на куски мяса и сожрать. Повеяло холодом, отчего изо рта повалил пар, а кожа покрылась мурашками. Чья-то мертвенная аура давила, будто хотела поставить на колени. У Димки не нашлось смелости обернуться и посмотреть, встретиться с этим взглядом своим. Он лишь плотнее зажмурился и сгорбился, вжимая голову в плечи. Спасёт ли это? Поможет ли? А что, если просто разыгралось воображение и это припёрся Артём? Выпил и решил напугать младшего брата. К своему ужасу Димка понял, что по щекам сбегает не только вода, но и жгучие крупные слёзы. Аура незнакомца продолжала давить, утягивая за собой в мертвенный холод.       Не успел Димка опомниться, как перед глазами, будто на большом экране, замелькали картинки. Чей-то дом. Димке он не знаком. Толпа ребят примерно его возраста. Некоторых он узнал, потому что учился в колледже, но никогда не общался. До ушей стал доноситься какой-то звук. Сначала издалека, потом всё громче и громче, пока Димка, пугаясь до усрачки, не оказался в толпе, беснующейся под до ужаса громкую музыку.       Димка почти соприкасался со всеми, пока выбирался, но никто внимания на него так и не обратил. Ему самому стало как-то стрёмно, когда он увидел, что обнажён. На глаза неожиданно попал Влад, обжимающийся со своей новой пассией — Катькой. Они так целовались, будто сожрать друг друга хотели, что Димке даже стало противно и потянуло блевать. Он видел, как некоторые парочки целуются, и чаще всего это выглядело мило. Но не сейчас.       А потом, отчего реально начало мутить, всё ускорилось. Димка не смог сдержать возмущённого восклика, когда сумел разглядеть, как Влад дарит Катьке то самое кольцо, которое он оставил на могиле Олега. Страх и непонимание резко сменились злостью.       А потом вдруг резко посветлело, и Димка оказался стоящим внизу лестницы, по которой, спотыкаясь, спускалась Катька. Кольцо на её пальце заставило Димку сжать кулаки, но они разжались сразу, как взгляд поймал неспешно спускающегося за девушкой ЕГО.       Высокий. Спортивного телосложения. Беловолосый. Со странной причёской, напоминающей профессиональную укладку. Косая чёлка, закрывающая часть лица, коротко стрижено на затылке, а спереди чуть небрежно уложено. Бледная кожа с тёплым оттенком. Тонкие губы. И те самые горящие сапфировые глаза.       На Димку Олег не посмотрел. Он прошёл мимо на кухню, за девушкой. Димка, не в силах выдавить и слова, следом. И он воочию увидел, как Катька, захлёбываясь водой из стакана, с ужасом смотрела на внешне спокойного Олега.       — Прекрати! — завопил Димка. — Оставь её!       — Я не могу вернуть то, что уже случилось, — мягко произнёс появившийся за спиной Олег, отчего Димка чуть сердечный приступ не схватил.       — Зачем? Она не подарок, но всё-таки. Из-за кольца? Так плевать! Дешёвая безделушка! — дрожащим голосом прохрипел Димка, пытаясь не завопить от вида падающего на пол бездыханного тела.       — Зачем? — эхом повторил Олег. — Жажда мести не дала мне уйти. Все те, кто виноват… Я не уйду… Но ты…       Не выдержав давления, Димка упал на колени; всё там же, в душе. Олег его держать не стал, иначе бы навредил. Голос убитого парня то ясно слышался, то затихал до неразличимого шёпота. Димка глухо застонал, сжимая руки на ушах, пытаясь заглушить голос мёртвого в голове. Олег больше ничего не говорил, продолжая наблюдать за тяжело дышащим Димкой. Погружение для него прошло не очень, о чём говорила побежавшая из носа кровь.       — Мне жаль…       — Жалость — пустое чувство.