Призрак. Часть 1. Месть невинной души

             Яснее ясного?              — Ладно, допустим с Борисом мы разобрались, — протянул Макс, — а дальше-то что?       Разобрались… От этого у Димки по всему телу прошёл табун мурашек. Вернее от воспоминания, как именно они разобрались с трансвеститом. Никак. От слова совсем. По ходу трапезы Димка чуть тысячу раз не сорвался, чтобы поколотить бесячего паренька, который, как оказалось старше всего-то на два года. Чуть что не так Боря… Вернее Бэлла… сразу в слёзки! Как позиционировал себя девочкой, так же себя и вёл! Это Димку бесило так, что аж внутри всё сальто делало и связывалось узлом от желания размазать это размалёванное личико о любую поверхность! Но мало того что его братья сдерживали, так ещё и Алевтина, восторгающаяся такими, как Боренька, закрывала его своей широкой грудью. В общем, пообедали они так себе. Всё было вкусно, тут не поспорить, но из-за такого раздражителя!..       — Конкретнее, — попросил Димка, лениво потягивая сигаретку, так же лениво развалившись на стоявшей во внутреннем дворе дома садовой качели, когда как остальные члены семьи, подтащив к ней белый столик, расселись вокруг на пластмассовые белые же креселки, больше напоминающие широкие стулья.       — С Олегом, — Макс нервно кашлянул. После обеда у него у самого начал глаз дёргаться. И нет, не из-за несчастного Бори-Бэллы, а из-за крайне агрессивного поведения младшего брата: никогда он не видел его в таком состоянии. То, что Димка хотел сделать с Борисом, у него было на лице написано. И это желание свернуть шею не перепутать ни с каким другим. Даже понимание что его гнев направлен не на него, Максу стало не по-детски страшно. Стал ли он таким из-за Олега? В смысле из-за его жажды мести? Или… это опять же из-за Олега, но не месть, а ревность? Мысли об этом не давали Максу покоя даже больше, чем воспоминания о том, как младший брат, когда Боря покинул машину, начал материться настолько жёстко, что старшим стало не по себе. Даже Алевтина поостереглась вставлять свои пять копеек в его гневную тираду: вдруг ей прилетит.       — А что с ним? — не понял Димка.       — Дим, когда ты в него втрескаться успел?       За столом повисла тишина. Медленно потягивающий пиво Артём и попивающая энергетик Алевтина замерли, скосив глаза на застывшего статуей Димку — задан очень интересный вопрос! На который всем хотелось знать ответ. И самому Димке тоже.       Честно, Димка пытался понять в какой момент Олег вдруг начал занимать все его мысли, и в какой момент сердце начало тосковать по нему, если он пропадал. Думать-то думал, да так ничего адекватного и не придумал. Вариантов в целом не так уж и много: судьба связала! Он прямо так и ляпнул, снова зажимая зубами сигарету и таращась в тканевый потолок качели.       — Судьба? — переспросил Макс. Тихо ругнувшись, он развернулся к Артёму, отобрал у него банку пива и сделал два больших глотка.       — Странная судьба какая-то, — крякнул Артём, помогая Максу откашляться. — Ты-то куда торопился?       — А мне кажется, что это очень романтично! — не согласилась с парнями Алевтина.       — А теперь включи мозги: здесь нет романтики! — твёрдо казал Макс сестре. — Ему теперь вообще никаких отношений не строить? А чего ждать? Парня с того света? Ты как себе это представляешь? Это для рассказа сюжет, а не для личной жизни! Поэтому, — он развернулся к севшему по-турецки Диме, — я и пытаюсь понять, когда же чувства успели зародиться. И это при условии, что вас ничего не связывает. Ничего хорошего. Будет какой-то разъясняющий ответ? Прям такой, чтобы я всё понял и отстал от тебя?       — Хер-то ты от него отстанешь, — пробубнил Артём, считая, что это было не слышно.       — Тёма, — красноречиво протянул Макс и тот, поджав губы, предпочёл сделать вид, что его тут нет. Правильно, это лучше чем ругаться.       — В душе не ебу какого ответа ты от меня ждёшь, — со всей честностью сказал Димка. — Так получилось, — он развёл руками.       За столом снова повисла тишина. Артём достал ещё пива, каждому по банке, всем открыл и, протянув, присосался к своей. Такая тема! Без ста грамм не разобраться. Макс же на младшего брата смотрел с вселенским страданием. Он никак не мог сообразить, как подтолкнуть брата на откровенности. Может, наедине он будет более открытым? Кто знает, вдруг там дело в чём-то пикантном. Дима же сам как-то жаловался, будто его тела кто-то касается. Что если это привело к тому, что ему это начало нравится и теперь без этого он не сможет? А, может, у них с Олегом настолько задушевные беседы, что Димке приятнее общаться с ним, а не с живыми родственниками.       — Сострадание, — выпалил Димка и народ, будто попав в день сурка, опять замер, уставившись на него. — Что? Как вариант, что чувство справедливости внутри меня гораздо сильнее, чем я предполагал. Мне его не жаль. Но то, что с ним случилось — не честно. Я хочу, чтобы справедливость восторжествовала. Что в этом такого?       — Убивая? — Артём выпалил быстрее, чем успел подумать. Всё-таки пиво на пустой желудок такое себе решение. А на пустой, потому что злющая, как стадо демонов, Галина выгнала их делать уборку на заднем дворе, а на ужин позвать забыла. Даже Алевтину. Что стало причиной её такого недовольства, никто не понял, да и вникать не собрался. А ещё никто не понял, когда Артём успел притащить целую упаковку пива.       — Избавляем мир от мусора, — легко отозвался Димка.       — Ты главное таким же мусором не стань, — парировал Макс. — Ты о чём вообще думаешь? А он? Он же подставляет тебя!       — Ну, мою причастность попробуй, докажи. Нигде меня там не было, отпечатков нет.       — Неужели ты вообще ничего не чувствуешь?!       — Неуверенность, — сознался Димка.       — Неуверенность? — переспросил Макс. — В чём?       — Что нервы не сдадут, когда Олег покажет мне как всё случилось, — Димка отхлебнул пива.       Макс открыл рот, затем закрыл. Переполняющие его эмоции и тысячи мыслей не давали нормально высказаться. Ища поддержки, он оглядел Артёма с Алевтиной, а те сами сидели с открытыми ртами и большими глазами.       — По кой хер он собрался тебе это показывать? — с трудом выдавил Макс, собрав всю волю в кулак.       — Для того чтобы я не чувствовал вины за содеянное, — Димка пожал плечами.       — Что? Он сумасшедший?! — взревел Макс, пугая всех и подрываясь на ноги, отчего стул даже отлетел. — Я запрещаю ему это делать!       — Это необходимо, — сцапав брата за руку, Димка вынудил его сесть рядом с собой, а потом прижался к его плечу своим. — Макс, это как тот механизм, который уже не остановить.       — Да почему?!       — Хотя бы потому, что он меня спас. Тебя спас. Тёму спас. Тогда, при пожаре. Вас в машине. Нас с тобой на лестнице. Смертью отмечены мы все. Думаю, именно это и послужило моей такой сильной привязке к нему. Мне не страшно помогать мстить. Мне страшно увидеть то, с чего всё началось. Увидеть его глаза не яркими светящимися сапфирами, а потускневшим холодным стеклом…       Пока Димка шептал, рассказывая об Олеге, не заметил, как с глаз начали скатываться крупные горячие слёзы. Все те переживания, что не могли уместиться внутри него, сейчас вытекали. Заметившие это родственники предпочли промолчать, чтобы ему стало полегче. Говорил Димка говорил, а потом присосался к банке пива, залпом её выпив, а после смачно рыгнул и поднялся на ноги, заметно покачнувшись.       — Дим? — с беспокойством протянул Макс, готовый ринуться на помощь брату.       — Я спать, — уверенно заявил он и поковылял к дому. На его счастье никто следом не рванул.       — С трудом вспоминаю, когда он в детстве-то плакал, — Макс обессилено опустился на качели, слабо улыбнувшись, когда подсевший рядом Артём максимально незаметно сжал его руку.       Только стоя перед зеркалом, Димка увидел что плачет. Матюгнувшись на самого себя, он врубил в раковине холодную воду и сунул под неё голову, про себя прокручивая одну и ту же мысль, что если он опять сорвёт кран, ему достанется по башке. Умывшись и толком не вытираясь, Димка утопал в комнату и, плюхнувшись на кровать, устало закрыл глаза. Сейчас хотелось просто отдохнуть и ни о чём не запариваться.       Но пришлось…       Как только разум погрузился в дремоту, Димка увидел перед собой могилу Олега. А через секунду он собственной персоной обнял Димку со спины, поцеловав в шею и в самое ухо выдохнув:       — Ты мой герой!       — Ща получишь, — проворчал Димка, силясь не начать улыбаться дурачком, на такие нежности.       — И за что же?       — Куда пропал?       — Извини, — Олег носом потыкался в затылок Димки, чмокнув в татуировку справа, — я не могу двадцать четыре на семь находиться вне стен собственного мира. Даже твои силы не гарантируют мне стабильного нахождения в мире живых.       — Идиотизм!       — Согласен.       Немного помолчав, Димка спросил:       — Какие планы?       — Финишная прямая.       От этих слов у Димки всё внутри сжалось.       — О, не печалься, всё будет хорошо, — заверил Олег, разворачивая его к себе лицом и кладя руки на поясницу. — Я же сказал: я дождусь тебя. Но это не значит, что ты должен поскорее умереть, — перебил Олег открывшего рот Димку.       — Не смей мной командовать!       — Имею право, супруг мой, — весело рассмеялся Олег, поцеловав парня в уголок губ.       — Да пошёл ты, — смущённо опустив взгляд, Димка постарался поругаться более крепкими фразами, но они застряли у него в горле.       — То, что ты задумал — глупо. Забудь об этом.       — Чего? — Димка даже не сразу сообразил, о чём Олег говорит.       — Ты ведь собирался поговорить с моей матерью.       — Ну да…       — Расскажу тебе увлекательную историю. О моей семье. Давным-давно, мама познакомилась с моим отцом. Всё было как в тех фильмах о любви: страсть, букетно-конфетный период, яркие свидания. Спустя два года они поженились, а ещё через пару месяцев мама забеременела. Мной. Потом я родился и, вроде бы, всё было чудесно. Любящие родители. Полная семья, через несколько лет пополнившаяся ещё одним членом. Как же я тогда был рад младшенькому брату! Наивный дурень, — Олег горько усмехнулся. — Но дело не во мне или брате. Дело в отце. Как в итоге оказалось, все эти годы он мучился. На маме его жениться заставили его родители. А всё потому, что он такой же, как и я. Такой же, как и ты. И каково было моё удивление, когда я застукал отца с молодым парнем в постели. Причём пассивом был мой отец. После этого случая того паренька я стал замечать всё чаще и чаще. И что самое удивительное, только после встреч с ним в глазах отца появлялся живой блеск. До определённого момента: этот парень заделался в любовники моей матери. Парень не покладая члена трудился на оба фронта! Отец его любил, — голос Олега дрогнул и ненадолго он замолчал. — Настолько, что хотел развестись и остаться с ним. Как думаешь, как он отреагировал, когда узнал о том, что его любимый мужчина с пал с его нелюбимой женой? — на вопрос шокированный таким откровением Димка не ответил, и Олег продолжил: — покончил с собой. Он настолько устал жить двойной жизнью, что не справился с этим. На похороны тот парень не пришёл, но я встретил его позднее и предельно вежливо попросил больше не приходить. И само собой я обвинил во всём его. Что с ним стало дальше, я не знаю. Мы больше никогда не встречались. Мама горем убивалась недолго и очень быстро нашла утешения в объятиях другого мужчины. Об отце с его «изъяном» она попыталась забыть как можно быстрее. Такой позор! — Олег потешно фыркнул. — Ты такой милый, — от резкой смены тема и тона Димка даже вздрогнул и опять смутился от нежного взгляда сапфировых глаз. — И ты очень мило смущаешься.       — Ты что, придумал эту историю, чтобы меня расчувствовать? — с подозрением спросил Димка.       — О нет, это вовсе не ложь. Ужасная правда жизни.       — Действительно — ужасная. Ты после увиденного стал таким?       — Каким? — с хитринкой во взгляде спросил Олег.       — Вот всё же прекрасно понял, — проворчал Димка. — Голубым!       — Нет, — рассмеялся Олег. — Ещё задолго до. Я вообще очень сообразительный. Был. Учителя радовались, что к ним в класс попал такой вундеркинд. А я, сколько себя помню, всегда искал именно мужского общества, а на женщин никогда не смотрел. Спрашивай, — Олег еле сдержался от хохота, видя, как супруга разрывает от любопытства.       — И кто был твоим первым?       — Даже интересно, на какую историю ты рассчитываешь, — Олег всё-таки расхохотался. — Не беспокойся, никто меня не насиловал и я тоже никого не принуждал. Правда, первый раз оказался далеко не таким романтичным, как я надеялся. И тогда я почему-то был уверен, что именно мне выпадет роль пассива. Но, видимо мужчины постарше кайфуют, когда их берут более молодые парни, — Олег задумчиво причмокнул губами. — Не сказать, что тогда было что-то не то, но мне понравилось. Жаль, правда, отношения с тем мужчиной не сложились. Для меня, такой как он, был бы предпочтительнее, чем, такой как Борис, — он так тяжко вздохнул, что Димке его даже стало жаль.       — Как ты вообще с тем нытиком связался?! — Димка не удержался от возмущённого вопля.       — Я уже говорил: не хотелось быть одному. Мне даже иной раз казалось, что я кончу как отец. А оно вон как вышло.       — Говорят, если думать о смерти, то так ты её приманиваешь.       — Значит, я сам накликал на себя случившееся.       — Как вариант, — Димка неоднозначно пожал плечами.       Сузив глаза, отчего у Димки пробежал табун мурашек, Олег обнял его ещё крепче, умиляясь сильнее покрасневшими щеками. Он даже не сдержался и поцеловал каждую. Но тут Димка подставил чуть разомкнутые губы, и как-то незаметно кладбище изменилось на Димкину комнату. Заниматься сексом с призраком во сне и ощущать его касания в реале — странно, страшно и волшебно…       — Скоро всё закончится, — в самое ухо посапывающего Димы шепнул Олег, любуясь его изнурённым, но довольным лицом.       Димка проснулся от диких натурально истеричных воплей с первого этажа. Сначала ему мерещилось, что это во сне, что просто какие-то странные остатки от близости с Олегом, но стоило прислушаться, как стало понятно что, надрывая голосовые связки, навесь дом, орёт мама. Судя по словам она, обвиняла отца в измене. Димка даже удивился такому стечению обстоятельств: Олег рассказывал об изменах в своей семье, как тут вдруг это коснулось семьи Димки, которого удержала необходимость принять душ, от спуска на первый этаж, дабы разобраться что случилось. И ох уж этот Олег с его домогательствами! Откровенно Димку разрывало на две части: одна возмущалась на то, что случилось в семье Олега — никак не мог понять, зачем надо было кончать с собой, — а вторая, наплевав на всё, рвалась в его сильные объятия. Как тут не стать пассивом? Особенно когда тебя гипнотизируют такие глазищи. Очень красивые глазищи… Поняв, что стоит и как дебил лыбу давит, Димка хлопнул себя по щекам и быстро принял душ.       После чего вытерся на скорую руку оделся в первое, что попалось под руку, и спустился вниз, замерев за спинами старших братьев. Алевтина, с видом, что сейчас застрелится, сидела за столом, положив голову на руки. Перед ней лежали рукодельные наборы, достанные из заначки явно для того чтобы утихомирить разъярённую фурию в лице Галины. И судя по всему — не помогло.       — Чё случилось? — шёпотом спросил Димка, не спеша протискиваться между вздрогнувших от неожиданности братьев.       — Мама отца выгоняет из дома, — так же отозвался Макс.       — А ещё хочет подать на развод, — добавил Артём.       — И какая её муха на этот раз укусила? — не понял Димка.       — Типа папа ей изменяет, — Макс закатил глаза.       — Она их что застукала?       — Нет, Дим, никто никого не застукал. Но со слов матери она видела отца в городе с какой-то, цитирую: малолетней прошмандовкой.       — А с Алькой чего?       — Она вчера перебрала, похмелье, — тут уже ответил Артём. — И мне не нравится, что она бледная какая-то.       Никто не успел отреагировать, но Алевтина, будто услышав переговаривания братьев, прошептала, что ей хреново, наклонилась в бок и с грохотом, вместе со стулом, брякнулась на пол. Спор стих в мгновении ока. С паническими воплями Галина рванула к девушке, и ту-у-у-ут… Алевтину обильно стошнило прямо на неё. Вопли вернулись на круги своя. Только на другую тему.       Отталкивая братьев Макс, заставил их уйти в комнаты, чтобы не попадаться под горячую руку матери, а сам, вооружившись аптечкой, тазиком с водой и несколькими тряпками, вернулся обратно.       — Так с чего всё началось-то? — Димка вопросительно уставился на Тёму.       — Ну, типа Галя, после очередных своих уроков рукоделия решила пройтись по городу, и застукала Фёдора с какой-то девчонкой. Типа они веселились, хохотали на половину улицы, как-то зажимались-обнимались. Но я сомневаюсь, потому что со слов всё той же Галиночки девчонке там от силы лет пятнадцать. В общем, она мужа не только в изменщики записала, но ещё и в извращенцы.       — А что папа? не защищается нисколько почему-то.       — Фёдор, когда о своей связи с малолеткой услышал, так и сел с открытым ртом откровенно ахуев. Как говорится: как ахуел, так и выхуел! Он там в таком шоке, что не то, что словесно защищаться не может, он застыл истуканом!       — Да уж. Папа, наверное, такого никак не ожидал. Столько лет брака! — Димка осёкся, вспоминая ситуацию в семье Олега. — А была ли там измена?       — Да без понятия, но сомневаюсь, — Артём развёл руками. — Чё? — он напрягся от пристального взгляда младшенького.       — Если вы уже до такого дошли, то хотя бы следы прячьте, — Димка постучал по своей шее пальцем, указывая Тёме, где на его собственной шее из-под ворота футболки торчал засос.       Матюгнувшись, Артём ретировался в ванную Димкиной комнаты, откуда матюгнулся громче, а потом, оправдываясь и с нервными нотками возопил:       — Не было ещё ничего!       — Ага, сам собой появился, — покивал Димка.       — Серьёзно! — с ещё большей паникой взвыл Артём, закрывая засос рукой.       — Не голоси, — вздохнул Димка, включая компьютер, желая поиграть и отвлечься от всего того, что свалилось на его голову. — Мне параллельно, что там у вас. Но если боитесь спалиться, следите за собой.       — Спасибо…       Димка на брата поглядел с сочувствием. Испытывал ли отец Олега что-то подобное? Страх, из-за того что если откроется, его убьют, как это случилось с сыном. Или хуже всю жизнь жить, не дыша полной грудью, старательно скрываясь, чтобы никто не дай Всевышние не узнал о твоих истинных предпочтениях. Димка прикусил губы: что ждёт его самого, когда Олегу придёт время уйти?