Дикарочка

«Твое сердце для меня хрусталь Как тебя нашел, не знаю Где тебя нашел, не знаю Как тебя нашел, не знаю я»

«Во дворе черемушка Вот и он по ней ушел»

      Зима благополучно проводится вместе. Чонгук хоть и отнекивался, но перед холодами все-таки понял, что жопу в лесу морозить больше не хочется и уж лучше переждать ее в доме. В особенности когда в этом доме Тэхен, который днем обучает его, а вечером вколачивает в мягкую и удобную постель. А еще много сладкого, от которого мальчик тоже периодически теряет голову, ну и, конечно же, тепло. В общем-то все плюсы на лицо и омега охотно капитулировал. В Новый Год Тэ даже приволок в дом елку и предложил малышу вместе ее наряжать, на что тот радостно похлопал в ладони и ни секунды не раздумывая, согласился.       Так вместе прошла и весна. За все время холодов они сблизились еще больше и поэтому расставаться после стало слишком трудным. Гук к этому периоду уже многое умел и Тэ казалось, будто бы он таким и был всегда. Теперь они были почти что наравне и мальчик не уступал ему в бытовых знаниях, периодически даже утирая мужчине нос. Еще малыш хорошо готовил и Ким привык питаться вкусной домашней едой, совмещая это с регулярными тренировками, отчего стал еще крепче и мужественнее. Чонгук частенько пускал слюнки на своего альфу и желание трогать его всегда и везде возросло, кажется, втрое.       Все шло своим размеренным чередом, а осенью они поняли, что Гук находится в положении. Глаза Тэхена тогда в шоке округлились и чуть не выпали на пол. Но этот мальчик с самой первой встречи умел удивить и даже повергнуть в шок, поэтому Тэ быстро оклемался. Нужно было думать, что делать и как помочь Гуку справиться с этим. Подумать только, его малыш родит ему еще одного малыша. До этой новости Тэхен холил и лелеял свою дикарочку, а сейчас вообще готов был носить его на руках утром, днем и ночью.       То, что Чонгук беременный, видно было максимально хорошо, ведь мальчик был весьма стройный, а тут пока еще совсем небольшой животик округлился. После того, как Тэ переварил эту информацию, почти что со слезами счастья на глазах встал на колени перед Гуком и начал покрывать нежными, почти что невесомыми поцелуями всю поверхность гладкого округлившегося животика. Тэ сразу почувствовал, что к привычному яблочному аромату прибавился еще один, совсем легкий еще, но уже ощутимый, родной.       Омега поглаживал маленькими ладошками чужую смоляную макушку и тоже тихо плакал. Он не был так удивлен, как Тэхен, ведь думал, что это само собой разумеющаяся деталь, но альфа, кажется, забыл обо всем напрочь. Однако так растрогался, испытывая переливающееся через край счастье. От неожиданности это стало еще более радостным событием. Реакция мужчины была важна для Чонгука, в особенности такая, ведь еще с их первой ночи у мальчика было желание подарить альфе ребенка, частичку себя.       Со скоростью света Тэхен повез своего кролика в магазин, выбирать все необходимое ему и их малышу, отчего теперь уже у Гука глаза на лоб полезли. Он привык к простоте и минимальным условиям комфорта, но с Тэ это не прокатит, поэтому целый день пришлось шататься по магазинам и тыкать пальчиком в то, что казалось наиболее симпатичным. Они скрывали пушистую пару ушей под забавной шапкой, от которой у омежки потом чесалась голова, но по-другому никак. Было так странно видеть в одном месте столько людей, что с непривычки мальчик терялся в этом шуме и гаме, хватаясь за руку своего мужчины в поисках защиты.

***

      На день рождения Тэхен подарил Гуку полароид, чтобы мальчик начал заниматься семейным альбомом. Тот быстро понял принцип работы нового устройства и теперь щелкал камерой постоянно, в любой удобный и неудобный момент. С момента покупки у них уже имелось штук пятнадцать фотографий. На одной Тэ в смешном фартуке и измазанным в муке носом держал в руке тарелку с пышными оладьями, скомкано улыбаясь. На другой малыш сфоткал его в ванной, где Тэхен по привычке задремал с книжкой в руках, облокотившись на стиральную машинку, пока Чонгук купался.       Ким тоже не отставал от своего мальчика и фоткал то, как он смешно сидит за столом с набитыми едой щеками, как он уснул на диване, свернувшись калачиком и излюблено посасывая большой палец и, конечно же, с разных ракурсов завпечатлил растущий животик. На совместных фотографиях они зачастую кривлялись: мужчина вытаскивал язык, а Гук дул пухлые губы и делал пальчиками сердечко, которому научился у айдолов из телевизора.       На Новый Год Тэхен заснял, как мальчик сидит в целой горе ярко украшенных подарков и радостно улыбается, отчего большие глаза превратились в щелочки. Ради такой реакции мужчина готов был задаривать его всеми подарками этого мира, но Гук отмахивался и просил не баловать его слишком сильно. Совсем скоро Тэ будет так баловать и их малыша.       Почему-то у Чонгука была уверенность в том, что Ким будет отличным отцом и поэтому не волновался ни о чем. Живот увеличивался на глазах и ходить становилось с каждым месяцем все тяжелее, поясницу неизбежно тянуло. Но едва ли это мешало мальчику каждый день носиться на кухне и готовить что-нибудь вкусное для своего альфы.       В феврале Тэ решил, что хочет сам сделать их малышу кроватку, чем и занялся при первой возможности, не откладывая. Что ж, такого Гук точно не ожидал, поэтому внимательно следил за мужчиной, боясь что тот поранится и останется без драгоценных пальцев, которые мальчик до безумия любил ощущать у себя в волосах, во рту и еще кое в каком интересном месте.       Чонгук хотел хотя бы чем-то помочь Киму, однако тот ни в какую не соглашался, ведь омега носил их малыша и напрягаться ему было нельзя. Однако немного позже пришлось уступить настойчивому Гуку и разрешить ему подавать инструменты и всякие болтики. Мальчик был доволен и этим, ощущая себя полезным.

***

      Весной, в мае, Чонгук по их подсчетам должен был уже родить. Поэтому уже в начале этого месяца Тэхен ходил, как на иголках, то и дело спрашивая у мальчика, как тот себя чувствует и, «может уже сейчас?». Гук же упорно мотал головой, говоря, что еще не время и он обязательно скажет мужчине, когда засобирается рожать. Альфа явно беспокоился об этом куда как больше, чем сам Чонгук.       Первая неделя, в которую Тэ не отходил от мальчика, прошла, на вторую он собирался делать тоже самое, уперто отказываясь прекращать караулить свое сокровище от всех видимых и невидимых бед. Чонгук досадливо фыркал и называл мужчину курицей-наседкой, но и это альфа пропустил мимо ушей, продолжая внимательно бегать глазами по малышу и его животику, из которого вот-вот должен был появиться второй малыш.       Все-таки Тэхену не удалось пробыть все время вместе с Чонгуком, так как еда в их холодильнике совершенно неожиданно закончилась. А кормить дикарочку нужно было по расписанию: теперь он ел за двоих и отлынивать от еды Тэ ему тоже не давал. За пару минут он собрался, уже готовый был сесть в машину, когда почувствовал что-то неладное. Странное предчувствие толпой мурашек прошлось по позвоночнику, напрягая мужчину. Но Чонгук лишь посмеялся над ним, приговаривая, что он уже совсем помешался и попросил не задерживаться, маша миниатюрной ручкой с крыльца.       Мысли бегали бешеным потоком в голове. Казалось, что нужно было оставаться дома и продолжать усиленно бдить, ведь уже вот-вот и подойдет к концу весь срок беременности. С другой стороны, если Чонгук начнет рожать, ему нужны будут силы, а без еды взяться им неоткуда. Поэтому с тяжелым камнем на плечах, скрепя сердце, он все-таки поехал в самый ближайший магазин, намереваясь вернуться как можно быстрее.        Дурацкая очередь в магазине нарушила его планы. Он нервно стоял в нестройном ряду людей с многочисленными покупками на кассе, и закипал, непроизвольно топая ногой, и заламывая пальцы, свободные от корзинки с продуктами. Не выдержав и пяти, максимально долго тянущихся минут, он громко прикрикнул, что у него возможно сейчас омега рожает, а он тут торчит. Удивленные, но понимающие люди расступились, пропуская нервничающего мужчину вперед.       Выжимая педаль в пол, Тэхен несся по пустынной дороге к дому, совсем немного проклиная его местоположение. Но потом понял, что именно благодаря ему познакомился с Чонгуком и быстренько похвалил их дом, весь лес и судьбу в целом, что свела их вместе, а теперь подарила им маленький комочек счастья.       Машина резко тормозит прямо у деревянного крыльца и альфа замечает приоткрытую дверь в дом. Сердце сразу же начинает биться резче, а тревожные мысли одна быстрее другой, заползают под корку сознания. Пакеты с продуктами так и остаются лежать в машине, когда Тэ вбегает вверх по лестнице и залетает домой, глазами выискивая пропавшего мальчика.       На обоих этажах дома его не обнаруживается и Ким также спешно вылетает из дома. Глаза зажмуривает и пытается дышать глубже и ровнее, ведь для начала нужно было подумать, куда мог подеваться Гук. Не украли ведь его? Вот уже на пятом глубоком вдохе через нос, трепещущие ноздри уловили в свежем, все еще прохладном воздухе тонкий аромат своей дикарочки.       Ноги незамедлительно понесли его в сад, где стояла любимая черемуха Чонгука, что уже распустила красивые белые цветки по веткам. Он даже так видел, как какое-то время назад омега шел и проводил нежными руками по не так давно распустившимся цветкам, поглаживая. Как назло она источала сильный аромат, путая мужчину, отчего тот, злясь, зарычал и подошел поближе, также, как любил мальчик, рукой проходясь по раскидистым шапочкам соцветий. Родной запах все-таки прорывался сквозь удушающий цветочный и Тэ двинулся глубже в лес, по тонкому аромату ища своего омегу.       Судя по всему, Чонгук не собирался скрываться и поэтому все его следы остались на подтаявших остатках снега, что с каждым днем были все меньше, впитываясь в землю. Тэхен замечает, что отпечатки ног имели очертания крошечных пальчиков и изогнутой линии стопы, что означало, что омега шел совершенно босой.       Чертыхаясь себе под нос, мужчина внимательно следя за дорожкой из чужих шагов прибавил скорости, силясь поскорее вернуть свое сокровище домой и согреть непослушного малыша. Вскоре становится понятно, что следы вели к бывшей норке Чонгука и уже не глядя на отпечатки любимых стоп, Тэ побежал по памяти, прекрасно помня ее расположение. Ветхий деревянный домик лесника миновал и сразу за ним Тэхен видит спину своего мальчика, укрытую теплым пледом, который до отъезда альфы лежал на диване в гостиной.       — Дикарочка! Что ты тут делаешь? Ты так меня напугал, Гу, у меня чуть сердце не остановилось. — Тэхен останавливается в нескольких шагах от Чонгука и опираясь на свои колени, пытается отдышаться и успокоить все еще бешено бьющееся сердце. Мальчик лишь немного пошевелился, но не обернулся к мужчине, на что тот нахмурился. — Хэй, малыш, если ты хотел погулять, мог просто сказать об этом мне, я бы…       Тэхен не успевает договорить, ведь именно в этот момент Гук поворачивается к нему с теплой и ласковой улыбкой на губах. В противовес улыбке, в большущих глазах стояли слезы, а на пухлых щеках виднелись соленые дорожки. Обеспокоенный альфа тут же подходит ближе, собираясь начинать успокаивать своего мальчика. Но когда Ким встал вплотную к родной спине, омега оборачивается к нему всем корпусом, а на руках его лежит крошечная малышка, с бледной, жемчужной кожей, так сильно похожая на них обоих.       На голове у нее были смоляные кудряшки, а под ними скрывались пока еще совсем коротенькие пушистые кроличьи уши, прикрывающие людские от холода. Глазищи, еще больше, чем у Чонгука, с любопытством разглядывали его, искрясь и переливаясь янтарем, что обрамляли черные пушистые реснички-треугольники, ровно как у папочки. Носик слегка сморщился, принюхиваясь к своим родителям, запоминая пряный запах Тэхена, ведь запах Чонгука она хорошо запомнила еще находясь в животе. Пухлые губы тронула яркая улыбка, когда Тэ потянул свою руку к малышке, а она, словно котенок подалась к ней ближе, желая почувствовать родное тепло.       — Я не хотел тебя пугать, Тэ, правда. Просто она решила внезапно появиться на свет именно сегодня, и когда утром я почувствовал первые мелкие схватки, решил не говорить тебе. Мы с малышкой хотели сделать папе сюрприз. — на этих словах его маленькая рука тоже коснулась щеки дочери, только с другой стороны. Медленно моргая он также, как и Тэхен рассматривал девочку, находя в ней свои черты и радуясь, когда нашел большую схожесть с Тэ.       — У вас получилось. Кажется у вашего папы прибавилось седых волос. — Чонгук тихонечко хихикал и не переставал любоваться малышкой в своих руках, закутанную в плед.       — Хочешь подержать? Она такая маленькая и хрупкая. И красивая, прямо как ты. — Тэхен без раздумий часто-часто закивал головой в согласии, вытягивая руки, чтобы поскорее принять дочь на руки. Когда малышка оказалась у него, все тело, в особенности трепещущее сердце окутала такая сильная любовь и привязанность к ней. До одурения сильно хотелось защищать ее также как Чонгука, заботиться, учить и окутывать ее лаской и любовью с ног и до самых висячих черных ушей.       — Я так сильно люблю вас, Гу. Теперь у меня есть ребенок, я отец! Спасибо, дикарочка, спасибо, что доверился мне и выбрал меня отцом для своей малышки. — Тэ еще много за что благодарил Чонгука, пока тот всхипывал и прижимался щекой к плечу мужчины, поглаживая совсем-совсем крошечную ручку дочери.