на коленях

Листья падают на влажную после осеннего дождя землю, как я на эти идеально выглаженные, шёлковые простыни, направляемый твоими нежными, хрупкими руками. Ты настаивал на этом долго, даже через чур яростно, можно было бы подумать, что от этого малозначимого события зависти твоя жизнь. Или состояние наших, и без того сложных, отношений. Не могу поверить своим глазам, когда ты, в школьной форме, с галстучком и этими сексуальными очками в тонкой оправе, раздвигаешь мои колени, что обтянуты чёрными брюками, и садишься на колени меж них, оставляя свои тощие ладони на моих бёдрах. Мои серые, сейчас более тёмные чем обычно, глаза сверкают в освещении одной напольной лампы где-то позади, и я чувствую дрожь твоих тонких, манящих пальцев, которые не раз грозились выколоть мне глаза при встрече где-то на улице или в универе. Наши стычки уже давно не что-то новое или интересное. Но в этот раз ты зашёл слишком далеко, и мне это безумно нравится. Твои пальчики подрагивают, порой сжимая ткань моих брюк. Ты сомневаешься, когда дорвался до своей цели, похоже на тебя, даже очень. Твои голубые глазки часто моргают, а носик чуть ли не утыкается мне в пах, опаляя горячим воздухом. Ты, Максим, совершенно не умеешь скрывать эмоции, особенно сильные, из спектра возбуждения помешанного со злостью. Злостью на меня, себя, и остальной, такой несправедливый мир вокруг нас. Моя мыслительная тирада прерывается касанием твоих пальцев к кожаному ремню с массивной пряжкой, и быстрыми движениями, в желании скорее избавится от последнего барьера между твоим ртом и той самой целью, которую ты так страстно пытался достичь. Не могу оторвать глаз от твоих действий, поэтому склоняю тёмную макушку вниз, от чего кучерявые волосы падают мне на глаза, но это не остановят меня от просмотра этих зрелищ. Ты, такой молодой, раскрасневшийся и смущающийся, водишь пальцами по моему достоинству сквозь слои одежды, и, не выдерживая моего пристального взгляда сверху, отводишь голову в сторону. Мне такой расклад не нравится целиком и полностью, поэтому запускаю руку в твои чёрные, не раз крашеные, волосы и грубовато поворачиваю к месту действа событий. Твои очаровательные брови хмурятся, на что я лишь довольно хмыкаю, и оставляю руку на взъерошенной голове. Ты не отталкиваешь меня, а значит позволяешь похабно распускать ручонки. Берёшь в руки всю свою храбрость и смелось, накопленные за эти месяцы, и резко спускаешь с меня брюки с нижним бельём, мигом раскрывая глазницы от нескрываемого удивления. Что, думал, шутки про десять сантиметров окажутся правдой, маленький, наивный Максимка? Что ж, теперь моё время отдаться желаниям. Ты явно не ожидал таких размеров того, что так хотел попробовать на вкус и цвет. Но обратно дороги нет, ты это осознаёшь так же, как и я. Зажмурив глаза, на пробу проводишь шершавым, мокрым язычком по всей длине члена, после открывая глаза. Видишь, я не усмехнулся над тобой, и даже не ударил, пусть мне делали и куда более мастерские минеты, твоему я придам особое место в своих воспоминаниях. Ты продолжаешь уже более смело, обхватываешь его пальцами одной руки, другой упираясь в моё колено, и проводишь вверх-вниз, до сих пор стыдясь поднять кукольные глазки на меня. Я в свою очередь сгораю от нетерпения и предвкушения твоего языка и губ на своём члене, от чего непроизвольно сжимаю твои волосы на затылке. Кажется, тебе даже нравится, если смотреть на то, как ты закатил глаза и прикусил нижнюю губу. Хочешь быть тише, не так ли? - Нравится? - насмешливо спрашиваю тебя, на что получаю тихое: - Пошёл ты. - шипишь мне в ответ, зло стрельнув глазами на меня. Не задерживая нас обоих, ты берёшь в рот, мило хмуря брови и растягивая розоватые губы по моему члену, слюна копится у тебя во рту, обмазывая собой твои губки, подбородок и, само собой, мой пенис. Вязкая жидкость капает на твои колени и пол, разбиваясь об их поверхности, и остаётся в небольших мутных лужицах где-то снизу. Перебирая локоны твоих волос в пальцах, думаю о том, что ты слишком нетороплив, поэтому решаю ускорить процесс, и тяну твою головушку на себя, прижимая кончиком носа к лобку. Ты, естественно, давишься и хочешь возмутиться, но моя крепкая рука на затылке не даёт отстранится, поскольку твой язык так юрко очерчивает венки на члене, а головка упирается в волнистое нёбо, заставляя меня закатить глаза от удовольствия. Ещё пары грубых, ритмичных толчков в твой растраханный рот хватает, чтобы ты вырвался из моей хозяйской хватки и подставил лицо белым струйкам. Сперма украшает твоё пошлое, красное личико, стекает по окулярам очков на бледные прежде щёки и чуть попадает на чёлку, от чего я виновато растягиваю губы в улыбке, не чувствуя за душой ни грамма вины перед таким развратным лицом. А после, отпуская глаза ниже, вижу белёсые пятна и на школьном, некогда чистом галстуке. Ты запомнишь это надолго, а если нет, то я обязательно напомню.