Побег
1 декабря 2022 г., 00:30
Кириган, проходя по рабочему кабинету взад и вперед, сложив руки за спиной, думал. Он думал о том, что это за странные стечения обстоятельств — погода, меняющаяся вместе с настроением девушки, странные знаки на ее ребрах, ее отторженное отношение к церкви, не смотря на верующих родителей и близких.
И главное, почему эта девушка, обычная княжна, милая, как многие, красивая, как и многие, будоражит в нем чувства, будто зверь внутри него прикипел к ней.
Хотелось ломать головы, когда он увидел стрелу в её плече. Если бы она не нуждалась тогда в его близости, он бы скорее всего со злости убил бы пару человек, допустивших это недоразумение.
— Черт, она умрет от болезни или ранения раньше, чем я успею допить чашку кофе. Какой абсурд. — Говорил он сам себе, смотря в зеркало. В ответ на него смотрел человек, которого он видел уже много сотен лет, но в глазах его было что-то иное.
В дверь раздался стук, Кириган обернулся, отошел к столу и громко сказал: — Войдите.
Вошел Фёдор, в его глазах всегда читалось уважение, но никогда страх, поэтому сердцебит нравился генералу. Он был верным, жестким при необходимости, лучшим среди многих Гришей, что служили с Дарклингом бок о бок.
— Генерал, почти все укомплектовано, сегодня вечером мы готовы отбыть из дворца. — Приподняв подбородок, убирая руки за спину, доложил Каминский.
— Это прекрасно. До вечера еще есть время, комплектуйте все, отбываем сразу после ужина, как раз успеешь попрощаться. — Он усмехнулся, смотря на солдата.
— Попрощаться? — Федор приподнял бровь, делая вид, что не понял главнокомандующего.
— Катерина. Ты ведь, кажется, влюблен? — Темный Гриш цокнул языком и помотал головой. — Я же вам объяснял — чувства делают из солдат слабаков. — Он взял со стола фигурку солдата, сжал ее в руке сильно, так, что та треснула под давлением, и сломалась пополам.
— Я умею держать себя в руках. Это никаким образом не повлияет на мою службу. — Корпориал вытянулся, кивнул, но внутри чуть прикусил щеку от волнения.
Не каждый день тебя обвиняют в чувствах, тем более Каминский был не совсем уверен после недавнего случая, что он был единственным, у кого родились чувства к юной княжне.
— Ладно, не важно. Ты свободен, можешь идти. — Генерал махнул рукой, освобождая солдата, принимаясь собирать важные для поездки документы. Долгий путь лежал к каньону, его великому и страшному детищу, контролировать которое он так и не научился, а подсознательно даже сам боялся этой черноты.
***
Тем временем Катерина долгое утро отмокала в ванной, приводя себя в чувства и порядок. По просторной кафельной комнате летал небольшой белый шарик, иногда бьющий током предметы. Она научилась их пускать случайно, что-то вроде шаровой молнии, но малыши без ее контроля были вполне безопасными, могли дать небольшой разряд, но летали хаотично, потому что контролировать их до конца она так и не научилась. Она следила за шариком, чуть улыбаясь, в ванной пахло грозой: азотом и чем-то вроде сырой земли, но от пены исходил цветочный аромат, пропитывая всю кожу княжны сладостью. Она оттерла кровь до конца, оставшуюся после вчерашних приключений, затем промыла голову и поднялась, укутывая волосы, затем себя в полотенца. В двери постучалась и зашла Мария, держа в руке большой букет алых роз, она положила его на стол и улыбнулась. — Госпожа, прекрасно выглядите. Просили передать, что Царь просит вас к себе. — К себе? — Княжна приподняла бровь, смотря на розы. — Думаю, он хочет лично отблагодарить вас за спасение племянника. — Та поклонилась и пошла в ванную набирать в вазу для цветов воду. — А цветы? От него? — Катя протянула руку и провела по бархатистым лепесткам пальцами. — Цветы передал тот юноша в красном, говорил, что хотел бы увидеть вас до отъезда. — Отъезда? — Снимая с волос полотенце, промакивая их, немного завивая тем самым, следила краем глаза за тем, как цветы погружаются в вазу. Букет был достаточно крупным, не меньше 35 штук роз, очень красивым, и запах цветов тут же встал в комнате. — Они солдаты, Катерина, у них свои миссии. Я слышала, они едут к каньону. — Мария убрала постель девушки, затем подала ей платье. — Только с утюга — Проговорила служанка, трогая еще теплую ткань. Платье кремого цвета, с красивыми вставками атласных лент, а также небольшим корсетом под грудью. Очень нежный образ сегодня предстояло носить Катерине. «Видел бы генерал меня в нем, может быть и влюбился бы» — улыбнувшись про себя, прокручиваясь перед зеркалом, подумала Катя. Вместе с Марией она постаралась быстрее высушить волосы, подкрутить их естественным образом, затем девушка нанесла немного пудры и румян, пока Мария собирала длинные волосы в красивый аккуратный пучок. — Итак, сначала Царь, после Федя. — Она кивнула самой себе, поправила последние пряди возле лица, подкручивая их пальцами, затем вышла и направилась в сторону царских кабинетов.***
Слуга провел девушку к одному из больших кабинетов, в которых было принято принимать высокопоставленных чинов, чтобы покурить сигару или обсудить важные государственные дела. Насколько знала Катерина, Александр третий не пользовался этим кабинетом почти никогда. Она прошла внутрь, на диванах сидели двое мужчин: царь и некий мужчина. Второй был одет в военный мундир, с плеч его свисали эполеты, рядом на подушке лежали меч и мушкет. Он выглядел статно, был взрослым, около 35, с ухоженной бородой и кустистыми бровями. Волосы его были светло-каштановыми и зачёсаны назад. — Катерина — промямлил царь, поглаживая свою бороду и противно причмокивая, — познакомься, это мой давний друг князь Петр. Он здесь, чтобы просить твоей руки. — Они оба подняли глаза на девушку, князь поднялся, поклонился ей и протянул руку в знак знакомства, поддел пальцами ладонь девушки и коснулся влажными губами ее кожи. — Просить руки? Мы не знакомы и никогда не были. Я не стану выходить замуж за человека, которого впервые вижу, мой Царь. — Девушка поклонилась в ответ, рассматривая темно-карие глаза Петра, затем убрала руки за спину, вытирая поцелованную кисть о платье. Почему то внутри противно зашевелилось все, когда князь осматривал ее похабным взглядом, словно она была девка для утех с села, а вовсе не княгиня. Такого пренебрежения она раньше во взглядах мужчин никогда не встречала. — Зато он тебя встречал. Я решил, что отдам тебя ему в жены, раз отца и матери твоих нет. — Царь был нетерпелив, ему хотелось скорее закончить эту формальность, а князь решительно сделал шаг в сторону княжны. Он схватил ее грубо под локоть и улыбнулся, склоняя голову и тихо говоря ей на ухо: — Я бы на вашем месте не припирался, за вас уже все решили, Катерина, будьте паинькой. Она попыталась отстраниться, но он лишь сильнее сжал локоть, доставляя сильнейший дискомфорт. — Так вы благодарите меня за спасение племянника от смерти? — Катерина сделала шаг в сторону, заглядывая в глаза царю, но его, кажется, ничего не интересовало уже, он был глух и слеп к ее возмущению. — Думаю, нам стоит поговорить наедине, мой царь, — Петр поклонился, затем потянул девушку за собой, уходя в соседнюю комнату и легко толкая ее вовнутрь. Двери сзади него закрылись. — Прошу меня простить, Катерина. Вы мне очень милы, честно слово, но не люблю, когда женщина позволяет себе высказывать мнение. — Он усмехнулся, сложил руки за спиной и прошел в сторону окна. Комната, в которой они оказались была достаточно большой, пол был устелен паркетом, на стенах была лепнина и несколько картин, а напротив три больших окна, обрамленных красными гардинами. Посередине было несколько диванов, обитых бархатом, небольшой столик. В дальней части комнаты стоял массивный стол, за которым у стены располагались книжные полки. — Как бы вы не решали, у меня есть голос и мнение. Если вас это не устраивает, брак уже провальный. — Она злобно посмотрела на князя. — Вы были обещаны мне уже давно. Мы с вашим покойным отцом имели дела, был договор. Я должен был ранее вас забрать, но по долгу службы был далеко. Теперь время настало. — Он обернулся и улыбнулся ей, хотя улыбка эта была абсолютно безжизненной и не имела ничего общего с приятными чувствами. — Мой отец никогда не отдал бы меня замуж против воли. — Она помотала головой. — Ваш отец был должен мне. Это не обсуждается, Катерина, в ближайшее время вы станете моей женой. — Он подошел к девушке, стоявшей у большого стола, протянул к её лицу руку и провел пальцами по щеке. — Я не корова, чтобы мною торговали за какие-то заслуги. — Княжна ударила мужчину по руке, убирая ту в сторону от себя, но он перехватил руку и сильно сжал ее. — Ах, бедное дитя. Ты моя, как не крути. — Он прошелся влажным мерзким взглядом по ее шее, ключицам и груди. — Красивая. — Затем он сделал резкое движение вперед, уводя ее руку вверх, кладя свою вторую на затылок девушки и сжимая ее волосы. Он приблизился и попытался поцеловать ее, но в ответ получил лишь жесткий укус. На губе выступили капли крови, измазав, как девушку, так и князя. Он отступил на пару шагов, трогая рану, затем тяжело выдохнул и ударил ее по щеке наотмашь. — Дрянь. Звенящая тишина заполнила комнату на некоторое время, Катерина тяжело дышала, ее голова была отвернута в сторону, взгляд уперся в пол. Она не могла поверить тому, что произошло. Решив не причинять боли в ответ, она попыталась просто сбежать. Петр хотел схватить ее за плечо, но не успел, он настиг ее за несколько следующих шагов, хватая сзади снова за волосы, оттягивая их на себя. Она вскрикнула от резкой боли, а затем совершенно не думая, повернулась и со злости взялась рукой за его лицо, в руке тут же вспыхнула молния, заполняя собой пространство ладони и обжигая лицо мужчины. Его откинуло немного назад, после чего он распластался по полу, больше не двигаясь. — Вот блин. — Девушка испуганно посмотрела на свою руку, в которой плескалась сила, выделяя жилки тока в разные стороны, но постепенно уходя обратно в недра, откуда была вызвана. Княжна опустилась к телу, потрепала князя за плечо, понимая, что он точно не дышит больше и обернулась, ища глазами по комнате какой-то выход. Выхода не было. С другой стороны от дверей была стража и царь, слуги. Других путей отхода не было, разве что окно. Она посмеялась громко, делая вид, будто разговаривает и дальше с князем, подняла со стола тяжелый подсвечник, медленно без шума вставила его в ручки дверей, чтобы их было сложнее открыть. Затем подошла к окну, не без труда открывая его и выглядывая во двор, вниз, прикидывая примерное расстояние до земли. — Вот блин. — Она еще раз обернулась на тело, на двери, ища глазами хоть что-то в помощь, но так и не придумав ничего лучше, взялась за тяжелую гардину, переставила ногу за окно, затем вторую, после чего спрыгнула на мягкий газон, приземляясь не сильно удачно, но без травм. Второй этаж был как нельзя кстати. Она огляделась, отряхивая руки от грязи, затем медленно пошла по краю дворца в сторону ближайшего к своим покоям входа. В голове была каша, но главная мысль выделялась среди всех других: «БЕГИ». По пути она встретила Марию, завела к себе в комнату, и тяжело дыша, приказа той собрать одну свою сумку и спрятаться до ночи, а после уезжать тайно, как угодно обратно в их поместье. Катерина знала, как с ними обеими поступят, когда все вскроется, поэтому вытащила из ящика деньги, дала часть Марии, чтобы той хватило на обратный путь . — Беги, я справлюсь сама, ты всегда была рядом и видела, на что я способна. Пожалуйста, милая, спаси себя, а я буду в порядке. — Девушка поцеловала служанку в щеки, очень крепко обняла и прижала к себе. — Я напишу тебе письмо, когда буду в безопасности, надеюсь, что получу и от тебя ответ. — Ох, да, письмо! Утром пришло письмо на ваше имя от царевича Ланцова! — Мария протянула девушке конверт с печатью, после поспешно ушла, так как времени было очень мало.***
Катерина стояла пару минут, уперев руки в стол, пытаясь понять, что ей делать. Конечно, в первую очередь она переоделась в удобную одежду, в которой чаще тренировалась, затем она собрала небольшую дорожную сумку, запихав туда самое необходимое: никаких платьев или красивой обуви, только практичная и удобная одежда, зубная щетка, щетка для волос, туда же положила письмо. «Волосы» — Прокручивая в голове момент, как ее больно хватают за них, а после смотря на себя, понимает, как будет выглядеть ее портрет, если ее начнут искать, она принимает решение. — Так будет лучше. — Она взяла ножницы, немного дрожащей от пережитого стресса рукой, обхватила прядь волос и срезала первую возле плеча. По щеке предательски покатилась слеза, но она не остановилась, пока не срезала все. После собрала их, закинув локоны под одеяло, чтобы не сразу нашли, потом накинула на себя шарф, теплую куртку и вынырнула из комнаты вместе с небольшой сумкой. Девушка улизнула незамеченной, прошла к месту сбора Гришей, где тоже не была замечена, положила свою сумку сзади кареты, где лежали и другие сундуки, затем спряталась в саму карету, принадлежавшую темному Гришу. До вечера она просидела там, слушая, как собираются все. Также услышала разговор Ивана и Феди, цепляющих сундуки. — Она так и не пришла? — Иван похлопал друга по спине. — Я не нашел ни ее, ни служанки. Комната была пуста, когда я заходил. Но она хотя бы получила цветы. — Он грустно усмехнулся, затягивая ремни. — Наверное, генерал Кириган ей больше по душе, она так на него смотрит, будто он.. — Не продолжай. Ты знаешь, она ему ни к чему: хрупкая, смертная девочка, она состарится раньше, чем он успеет закончить разбирать письма, и ты, кстати тоже будешь жить много дольше. Такова доля Гришей, присмотрись к другим. — Иван ободряюще потер плечо товарища, после чего они ушли. Вечером, когда все суетились, она выглянула в окно. Нельзя было, чтобы хоть кто-то её заметил, перспектива оставаться в карете ей тоже не подходила, поэтому она приоткрыла дверцу и тихо вылезла, закатилась под карету, там были несколько относительно удобно располагавшихся брусьев, на одно из которых она закинула ноги, другое держало бедра и в третье она уперлась лопатками. «Ну, в целом неплохо.» — Она вздохнула, после напряглась, увидев рядом знакомые ботинки и черный длинный плащ. Никто ее не заметил, поэтому часть опасности миновала. Когда Гриши двинулись, их остановила дворцовая стража на выезде, прося Генерала открыть карету, чтобы убедиться, что в ней никто не укрылся. — А кого ищите? Что случилось? — Разыскивается княжна Елизарова, она убила человека. — Солдат усмехнулся и захлопнул дверцу кареты. Державшаяся в этот момент на брусьях Катерина прикусила губы. Ее охватила небольшая дрожь. «Какой ужасный день, будто все это не со мной.» Кириган смотрел перед собой пару секунд, после помотал головой и сжал переносицу пальцами. Федор и Иван, которые на этот раз ехали с ним, переглянулись. Лицо Феди выражало беспокойство, он вглядывался в генерала, пытаясь понять, о чем тот думает. — Ты прощался с ней? Видел сегодня эту девушку? — Дарклинг поднял глаза, полные злости на солдата, тот лишь отрицательно помотал головой. — Понятно. Дальше поездка проходила в тишине.***
К середине ночи они достигли первой точки, сделали привал. Девушка тихо слезла с брусьев, предполагая, что долго еще она так не протянет по камням на деревяшках прыгать, вздохнула. Из кареты вышли все трое, они разошлись, а она перекатилась на другую от их выхода сторону, чтобы случайно ни с кем не пересечься. Когда поднялась, начала отряхиваться и поймала на себе взгляд карих грустный глаз, но затем грусть сменилась на удивление. — Федя?.. — Она шепотом произнесла его имя, после махнула ему рукой и показала на губы, чтобы он молчал и не подавал вида. Но в глазах его в тот момент отобразился какой-то ужас. Девушка почувствовала сзади холод, под ее ногами клубилась тень. — Он сзади меня, да? — Она поморщила лицо, смотря на Федора и не двигалась пару секунд вообще. — Да. -утвердительным басом отозвался Кириган. Катерина медленно повернулась к нему, склоняя покорно голову. — Мне ничего не оставалось. Вы должны понять. — Она подняла на него взгляд — глаза горели после использования силы и в темноте это было даже ярче заметно. — Я ничего не должен понимать. — Кириган помотал головой. В его глазах клубилась тьма, он злился на нее, хотя внутри все так и кричало «Зато она жива и рядом с тобой в безопасности!» — Я не сделала ему ничего плохого. — Начала оправдываться княжна. — Всего лишь умертвила. Так бывает. — Он говорил абсолютно холодным безразличным голосом, что пугало безумно. — Но. — Она прикусила губу. Так хотелось стать снова маленькой мышкой, чтобы сбежать и отсюда, но бежать дальше было нельзя. — Катерина, я предупреждал вас. — Он жутко к ней переменился внешне, от чего вызвал внутри у девушки жуткую боль. Но и самого Гриша это задевало, он старался отстраниться, а в итоге снова столкнулся с ней, что его явно начинало раздражать, он не мог себе позволить дать слабину. — Можете вернуть меня во дворец и посмотреть, как красиво пуля войдет мне в лоб, но того, что произошло ни вы, ни я уже не изменим. — Она подняла глаза на Дарклинга, чьи тени растаяли вокруг. — Я видел не мало смертей, ваша меня ничем не удивит. — Он усмехнулся и ушел в сторону сердцебита, дал тому указания, затем пропал из виду. Федор подошел к ней и аккуратно обнял. Именно в его объятиях она смогла, наконец, расслабиться и тихо заплакать. Напряжение начало сходить на нет, затем он взял ее за руку, смотря в глаза, медленно провел пальцами по запястью, - Прости, так надо. — После этих его слов перед глазами все поплыло и она медленно обмякла в его руках.
