Ночью в море бури не боюсь

Блондинка тихо прошла в каюту, где на кровати лежала связанная заклинательница Солнца. Она морщила свои брови и нос, злясь про себя на что-то. — Эй, привет, я Римма. — Девушка улыбнулась и тихо обошла кровать, на которой сидела брюнетка. — Как ты сюда попала? — Алина оглянулась, пытаясь понять, откуда к ней зашли, ведь дверь охранялась и находилась в поле ее зрения. — Есть разные способы ходить сквозь стены. Больше интересно, как тут оказалась ты. Разве Генерал не был влюблен в твои карие глаза? Как вышло, что ты в оковах? — Кто ты такая и откуда ты обо мне знаешь? — Алина с недоверием смотрела на вошедшую. — Я призрак, ну или. труп невесты, если пожелаешь. Я думала, он будет хорошо с тобой обращаться. — Так и было, пока я делала все, что он хочет. — С властными мужчинами так часто бывает. Ты будешь свободна, Алина Старкова, но потребуется время. Забудь, что видела меня здесь, я лишь способ напомнить тебе, что будет еще что-то хорошее. — С этими словами она махнула рукой, за которой поднялось небольшое белое облако из-за какого-то порошка, и она исчезла из комнаты. Конечно, между некоторыми каютами были потайные пути, и некоторые из них Катерина знала очень хорошо. Они со Штурмхондом иногда прятались ото всех еще до появления команды Киригана на борту. Она прошла на верхнюю палубу, где столкнулась глазами с темным гришом. Он отвернулся, вновь вглядываясь в бесконечный туман, затем дернул подбородком и проговорил: — Долго еще мы будем отмораживать себе конечности? Ищи быстрее, или я начну отрезать от нее куски плоти, чтобы взбодрить тебя. — Мы близко, — Ответил парень, который почти день и ночь стоял на корме и указывал нам путь. Голубые глаза девушки поднялись к капитану корабля, который только коротко ей кивнул.

***

В планы Катерины не входило все то, что получилось при освобождении Алины. Она сидела в кровати, кутаясь в многочисленные одеяла и пила горячий отвар, который принесла ей Сафина. Пока она была в отключке, к ней, к ее истинному ужасу, вернулось ее настоящее лицо и глаза, он приказал только веснушки оставить. — Ты хорошая лгунья, Катерина, но я не убью тебя, ведь в минуту, когда все могло решиться вполне однозначно, ты и только ты встала между мной и смертью. — Око за око, Александр, ты спас меня. Мы квиты, так что уже можешь убить. — Пока рано, мне интересно посмотреть на тебя в деле. Ты изменилась. — Ты тоже. Я думала, ты на стороне добра, но ты будто само зло. — Могла тогда дать ему разорвать мне сердце. — То, что оно у тебя есть, уже значит, что я не могла. — Девушку немного потряхивало до сих пор после произошедшего, она проматывала перед глазами снова и снова несколько моментов.

***

Когда началась потасовка и Алина уже была на борту Колибри, Катерина билась с одним из Гришей, по силе явно ее превосходившего, но ловкостью и отточенными годами движениями, она смогла уложить его, не используя собственных сил. Чтобы вырваться и отвлечь девушку, парень в синей кефте достал ее же нож и воткнул в бедро, от чего она взвыла. Штурмхонд понимал, что он не сможет забрать всех своих, что кого-то потеряет, но терять ее не хотел. И ей помогли, скинув этого парня одним резким движением, уклоняясь от остальных ударов и черных клокочущих тварей, девушка попала в руки Дарклинга, который также приставил нож к ее горлу. И только тогда она решила выдать себя, зная, насколько безжалостным может быть этот мужчина, проговорила ему тихо «прошу тебя, Александр, только не так», и он выпустил ее, удивленно смотря в глаза, когда блондинка пятилась назад отходила назад. Воспользовавшись отвлечением генерала, один сердцебит направил свой дар на него, и она увидела краем глаза движения его рук, когда вскрикнула, закрывая собой Гриша, возвращаясь к нему в несколько шагов. Они смотрели друг другу в глаза и дальше, но ее лицо искажалось от боли до тех пор, пока разрез не полетел в сторону сердцебита. Вновь почувствовав, как сердце забилось чаще, девушка обратила внимание на ногу, нож из которой торчал все еще. «За кого я тут сражаюсь? За тени или солнце?», но не успела она додумать эту мысль, как в нее кто-то влетел, выбивая с места, где она стояла, сваливая за борт китобоя. Ощутив на коже ледяную воду, она громко выдохнула, пытаясь подняться над водой, выбраться хоть как-то, но ноги сводило от холода и она очень быстро начала тонуть, смотря перед собой куда-то в небо, даже не особенно сопротивляясь. Корабль Штурмхонда скрылся в это время, а Александр лишь проматерился, сбросил кефту и нырнул вниз, подтягивая к себе за руку девушку. Она успела наглотаться воды, но он и другие Гриши смогли привести ее в чувства. И вот утро после очень жаркой из-за лихорадки ночи, княжна жива, смотрит ему в глаза. — Ты знаешь, куда они отправились? — Кириган оперся бедрами о стол, сложил руки на груди и смотрел пронзительно на девушку в постели. — У нас был уговор, когда я присоединилась к ним, что я не задаю лишних вопросов. Поэтому, нет, я не помогу тебе в этом. Твой сердцебит может проверить, лгу я или нет. — Она мотнула головой, затем повела плечами, кутаясь в одеяло. — Иван мертв. — Мне жаль, он был хорошим солдатом. И человеком. Они немного помолчали, смотря на предметы вокруг, после мужчина сделал несколько шагов вперед, коснулся пальцами ее лба и помотал головой. — У тебя жар, все никак не спадает. — Да, мне жарко и холодно одновременно. Будет глупо, если я умру от простуды, пройдя через столько трудностей. — Катерина тихо посмеялась, но за смехом подступил кашель, и она улеглась обратно на подушку. — Я думала, что Гриши не болеют. — Ты же столько упиралась, что ты не одна из нас. Вот и получай. Как давно ты использовала силы? — Достаточно давно. — В этот раз ты покажешь мне свою силу или снова сбежишь, вырубив кого-то из моих людей? Она поджала губы, виновато опуская глаза, словно ребенок, но затем усмехнулась и помотала головой. — Ты странный, Александр. Я покажу тебе силу и ты тут же придумаешь, куда ее направить, а я не хочу быть твоим солдатом. Если мы партнеры и я сама по себе, я покажу. Но если ты попробуешь исполнить что-то похожее на ваши отношения с Заклинательницей, я скорее воздержусь или направлю ее против тебя. Кириган начал немного закипать, смотря на девушку, которую потерял больше года назад. Она изменилась, стала более жесткой, все ее невинные и милые черты ускользали от него. Конечно, она менялась, как и все люди с возрастом, но хотелось сохранить ее чистоту рядом с собой, ее влюбленный взгляд, направленный только на него. — Как ты можешь скрывать свой дар в то время, как Гришей убивают повсюду? Вместо того, чтобы помочь таким, как ты, ты развлекаешься с пиратами. И еще попрекаешь меня в жестокости к девчонке, которая понятия не имеет, что за сила внутри нее. — Будем ругаться? — Она решила встать, чтобы быть хоть немного наравне с генералом, но нога, куда был воткнут нож, подогнулась, не слушаясь, и девушка рухнула на пол. — Я попросил лишь остановить кровь, чтобы ты не сбежала раньше времени. Когда пойму, что ты не устроишь тут ничего, дам приказ залечить тебя полностью. — Он подошел, желая поднять девушку, но она отпихнула его, как иногда делала это его мать, сама забралась назад на кровать и посмотрела на бинты, стремительно окрашивающиеся в алый. — Ты иногда такое чудовище, Дарклинг. Какой слепой я была, когда думала, что мы, что я хоть что-то для тебя значу. — Она прикрыла глаза, запястьями давя на глазные яблоки, затем опустила руки и посмотрела на него строго. — Я искал тебя месяцами, а ты занималась непонятно чем здесь с этим корсаром, Катерина. Ты была нужна мне, а вместо того, чтобы быть рядом, ты сбежала, оставив после себя только платья и длинные волосы в комнате. — Зачем? Зачем ты искал меня? Чтобы я смотрела, как ты влюбляешь в себя другую, предназначенную тебе судьбой? Чтобы была вторым планом при новой святой? Ты просто хотел сделать из меня очередную игрушку, белку в красивой клетке, которая будет ждать, когда ты придешь и покормишь ее. — Она начала на эмоциях, но закончила спокойным голосом, смотря куда-то перед собой. — Какой бесполезный разговор, Катерина, чего ты от меня ждешь? Что я встану на колени и скажу, как скучал? Что ты важна? Ты как будто меня не знаешь. — Я тебя и не знаю. Отведи меня наверх, я покажу тебе то, что ты хочешь. Тут это не безопасно. Они молча смотрели друг на друга пару секунд. У Киригана от злости сжимались челюсти, но он взял с кресла красную кефту, помог ее надеть, затем опустился вниз, обувая ее ноги, аккуратно, почти нежно, чтобы не травмировать еще больше, затем поднялся, подхватил ее на руки и вынес из каюты наверх. Холод все также пробирал до костей, палуба казалась безлюдной, повсюду тут и там были пятна крови, впитавшиеся в дерево. Гришей вокруг было мало, только шквальные, направляющие китобойное судно куда-то к земле. Кириган поставил девушку на ноги, затем отошел чуть назад, наблюдая, как она сделала несколько движений руками, затем появился свет — белый, резкий, а с ним и странный звук. Она словно доставала из ладони длинный хлыст, но это была самая настоящая молния. Катерина обвела взглядом палубу, затем направила руку в сторону, где никому точно не угрожала, взмахнула рукой, и хлыст ударил по мощным перилам, размалывая их в щепки, поджигая, все это сопровождалось оглушающим звуком грома. — Не может быть. Черт. — Дарлинг смотрел на нее безумно странными глазами. Внутри он испытывал восторг, смешанный со злостью, а также с непониманием. Она махнула рукой, отпуская хлыст, и он растворился в воздухе, словно ничего не было. По дереву прошла небольшая трещина, перила тлели, а она просто развернулась к мужчине и пожала плечами. — Залечите мне ногу, Генерал Кириган, и я не потоплю корабль. С этими словами она гордо подняла подбородок и улыбнулась.