Ночью в море бури не боюсь

Девушка смотрела Кигирану в глаза и немного морщила нос, пока ее ногу заживлял целитель, затем поднялась резво и попрыгала на месте. — Кажется, я снова в строю. — Очень рад, — Без какой-либо эмоции проговорил старший Гриш. Он все еще переваривал в своей голове увиденное. Молнии могут вызывать очень редкие и талантливые шквальные, но она будто генерировала ее сама, как электрический скат или угорь, не вызывая бурю или дождь с этим действием, как вообще такое было возможно? — Спасибо. Куда мы плывем? Что ты будешь дальше делать? — Девушка посмотрела на себя в зеркало и сжала губы: на лице были мелкие царапины, губа чуть разбита, нога в крови от заживленного пореза, на другой ноге несколько синяков, и все это видно из-под длинной белой рубашки, поверх которой была кефта инферна. Вид ее немного расстроил, нужно было привести себя в порядок и одеться нормально. — Как много вопросов, ты как всегда любознательна. У шквальных мало сил, поэтому будем двигаться к берегу, как получится. Оттуда решим, куда двигаться, где стягивать войска. И да, буду искать Алину, она нужна мне. — Он приподнял брови, смотря исподлобья, как любил это делать, затем расправил плечи и подошел чуть ближе. — Нужна Алина. Ты не хочешь оставить эту девочку в покое? И себя, себя в покое никогда не думал оставить? — Горящие после использования силы глаза с зеркала переключились на него. Катерина видела в нем все, как ему казалось: усталость, слабость, непокорность времени, чувства, которые он вечно прятал даже от самого себя, злость, черноту, которая клокочет внутри. — Катерина, так нельзя. Гриши ждут моей помощи, моей поддержки. Я должен быть сильным. Она подошла к нему, глядя в глаза с той же нежностью, с какой смотрела на него в далеком прошлом, когда они могли стоять в саду или гулять в парке, положила руку на его щеку и погладила, чуть улыбаясь. — Ты не должен, Александр, в этом и все дело. Но мы вернемся к этому разговору позже, а сейчас мне нужно привести себя в порядок и помочь тебе. Встретимся позже. С этими словами княжна развернулась, всем видом показывая генералу, что разговор их окончен и он должен на время выйти и прошла в сторону ванной комнаты, какая только могла быть на китобойного судне. Хотя, признаться, Штурмхонд применил и тут свое креативное мышление — можно было быстро, но помыться в теплой воде, чем и занялась девушка в первую очередь. Отмывшись, переодевшись в удобную теплую одежду вроде флисового костюма черного цвета, накинув сверху красную жилетку в меховым воротом, она вышла вновь наверх и оглядела шквальную, которая все это время направляла ветер в паруса. — Генерал, приглашаю вас за штурвал, поработаем вместе? Она кивнула Киригану, подбородком указывая на капитанское место, затем поднялась к шквальной и опустила ее руки, трогая пальцы, ощущая, как они заледенели. — Я тебя сменю, а ты иди отдохни и выпей горячего. Катерина взглянула вниз на Дарклинга и улыбнулась, делая пару пасов руками и вызывая ветер, но куда бОльший, чем был до этого. Она сливала свою силу с погодой и направляла ветер не только с помощью Малой науки, которой обучилась на судне больше, но и с помощью той стихии, что всегда бушевала с ней от рождения рядом. «Дитя погоды» — она вспоминала, как звали ее те служители церкви, когда тащили прочь из дома, но что это значило она до сих пор не особенно понимала.

***

Проснувшись от очередного кошмара в своей каюте, девушка не выдержала и тайным путем пробралась к темному Гришу. Казалось, он спит, как младенец — милый и на вид безобидный мужчина, чья грудь мерно поднимается и опускается, ресницы чуть подрагивают и едва слышно тихое сопение. Катерина забралась на его постель, укуталась частью одеяла и прильнула спиной к нему, пытаясь успокоиться и тоже уснуть. Он чуть приоткрыл глаза, замечая, как она по ребячески заползает на кровать, после повернулся и приобнял, накрывая своей рукой хрупкие плечи. — Ты можешь засыпать здесь сразу, а не пробираться посреди ночи ко мне каждый раз. — Ты можешь просто обнимать меня и спать, не показывая, что просыпаешься каждый раз. — Ты стала такой вредной, Катя, — Александр поцеловал место между плечом и шеей, затем прижал девушку плотнее к себе и закрыл глаза, продолжая отдых. — У тебя научилась, — лишь тихо буркнула в ответ девушка, сжимая его ладонь в своей руке.

***

Что за отношения между ними были? Сам Александр задавал себе этот вопрос множество раз. Его бесило ее предательство и побег, когда появилась Алина. Его раздражало прошлое Катерины и Штурмхонд, с которым она сбежала от него, делила постель и была крайне близка, кажется. Они часто по-настоящему ругались на корабле и после, когда она не слушала его, делала по-своему и вела себя так, что хотелось ее удушить, но все это забывалось, как только эти глаза разного цвета смотрели ему в душу и улыбались. Когда она приходила к нему под бок по ночам, хотя между ними не было ничего ближе этого, он чувствовал себя так спокойно, будто и не гнался за Заклинательницей и не пытался всех переубивать на своем пути. И он лежал, глядя в потолок своей палатки, поглаживал ее шелковистые волосы, отрастающие все больше, думал о том, почему подпускает так близко, ведь предназначена ему судьбой совершенно другая. Алина потянула за нить в очередной раз, и он посмотрел на нее, появившуюся призраком в комнате, но не дернулся. — Это та Катерина, про которую я слышала еще во дворце? — Заклинательница обошла постель и присела со стороны генерала второй армии. Он в ответ только кивнул и положил свою ладонь на голову девушки, прикрывая немного свободное ухо, чтобы не разбудить. — Что тебе нужно, Алина? — Хотела взглянуть на тебя. Где ты? — Я приду за тобой. Скоро. — Оставь меня в покое. Меня и Гришей. — Алина, я живу много дольше тебя, и Гриши — моя семья, а ты всю жизнь отказывалась от своего дара. Ты просто заигралась, девочка. Усилители Морозова влияют на тебя куда сильнее, чем ты рассчитывала, правда? После этих слов она исчезла, растворилась в воздухе, разрывая связь. Дарклинг поцеловал в макушку ту, что сопела на его груди. — Как бы я хотел, чтобы ее дар был у тебя, Катерина, — Тихо сам себе проговорил он и снова поднял глаза в потолок. — Ты не можешь вечно гнаться за ней и держать меня рядом, рано или поздно тебе придется сделать выбор, Александр, — Тихо проговорила княжна, упираясь руками в него и поднимаясь, рассматривая спокойное лицо. Она глубоко вздохнула, затем опустила ноги на пол, обувая мягкие меховые ботинки, оторвалась от постели и вышла из палатки, прихватив с собой по пути свою новую кефту — черную с синими и серебрянными нитями, символизирующую дар необычного шквального. Александр остался лежать один со своими мыслями, проследив лишь за тем, как юная девушка ушла. «Она права, я не могу держать ее всю жизнь рядом, но и отпускать я больше не намерен.»

***

— Пришла информация о Штурмхонде, — Доложил один из солдат, вошедших в палатку. Катерина приподняла брови и посмотрела на Александра с некоторым беспокойством, не заметить которое он бы не смог. — Слушаю? — Штурмхонд и Николай Ланцов — один и тот же человек, мой Генерал. Сейчас они в Ос Альте, Алина Старкова возглавит Вторую армию по приказу царя. — Парень отчеканил это и был отпущен. Они остались в палатке одни — княжна и самый могущественный на свете Гриш, которого просто раздирало от злости. — Ты знала и лгала мне все это время? — Тени начали заполнять пространство, снова стал слышен стрекот крыльев мерзких тварей, которых он создавал. — Ты не спрашивал меня, — С ледяным тоном в ответ проговорила девушка, напрягаясь всем телом, наблюдая за Заклинателем теней. — Катерина! — Его крик, наверное, слышал весь лагерь. Он метнулся к девушке, которая скользнула юрко под стол, за которым сидела, а после выбралась с другой стороны, чтобы он не нагнал ее. В сторону Генерала полетела подушка, затем ветром девушка снесла в его сторону стол, пыталась остановить. — Прекрати, ты не хочешь меня калечить, ты себе этого не простишь, — Она, казалось, и боялась его гнева, и была куда смелее многих, отвечая на его злость ответными действиями. — Я убью тебя и буду свободен. — Он направил в сторону девушки ничегой, когда она выбегала из палатки, чуть ли не смеясь от полученной информации. С разворота она снова провернула свой трюк с молнией, расщепляя тварей, которые собирались сызнова. Тогда она просто сделала электрический купол, внутри которого села на землю и помотала головой, пытаясь отдышаться. — Генерал Кириган, вы подвергаете опасности окружающих нас Гришей, за которых вы в ответе, уберите свои тени и поговорим, как взрослые люди! В ответ на это в ее поле прилетела самая настоящая стрела, протыкая землю прямо у ног девушки. Эта борьба начинала ее злить также, ведь он не ждал, что она от любви к нему или еще по каким-то причинам раскроет все, что знает просто так? Она была пленницей или все же по своей воле с ним? Нужно было задуматься над этими вопросами позже. Она медленно развела руки, открывая купол, смотря на тех, кто разошелся в круг, но наблюдал за очередной ссорой странной пары. Вытащила стрелу из-под своих ног, сломала ее и кинула обратно. Девушка сняла свою кефту, отшвырнула ее в сторону кому-то из наблюдателей, и подошла ближе к генералу почти беззащитная, чтобы он успокоился или убил ее одним движением, от которого точно нельзя будет спастись. Он смотрел ей в глаза сверху вниз, затем сжал пальцы в кулак и разжал их обратно, эмоции отступали назад, холодность брала верх над разумом и он мотнул головой, отходя на шаг назад. — Ты не можешь держаться рядом, если не выберешь, на чьей ты стороне. Или ты со мной против всех, или против меня, — С этими словами генерал отвернулся, подзывая к себе стратегически важных людей, чтобы обсудить план захвата Ос Альты. Катерина осталась стоять на месте, не веря до конца тому, что услышала. Ведь она сказала ему накануне почти тоже самое — делай выбор, дальше все станет ясно. Но это оказалось не так просто: она любила своих друзей, которых нашла за время путешествий и жизни во дворце, предавать их она бы точно не стала, но и предавать его стало бы ошибкой, ведь она бы предала себя и свои чувства, которые неустанно давали о себе знать с их первой встречи. — Он даст тебе уйти живой, если выберешь не его, но если ты засомневаешься в битве, если помедлишь хоть немного, он убьет тебя и не пожалеет, — Тихо проговорила Марика — девушка шквальная, которую княжна освободила на корабле, заняв ее место за парусами. — Я знаю, но в битве так вышло, что я не сомневалась. — Катерина опустила глаза под ноги, вспоминая, как кинулась его закрыть, не задумываясь ни секунды. — Иногда любовь важнее всех остальных вещей. — Но он творит ужасные вещи иногда. Я не уверена, что смогу смириться с этим. — С тобой он другой, мы все это замечаем. Даже Алина не меняла его лица так, как это делаешь ты, — Шквальная накинула черную кефту на плечи новой подруги и обняла ее ободряюще, — может быть с тобой ве может измениться?