Ночью в море бури не боюсь

Члены Триумвирата собрались в бывшем кабинете Дарклинга вместе с королем, когда Катерина вошла к ним в одном из своих старых платьев, которые лежали на большой кровати в покоях, куда ее отвели. С малышом остались Дмитрий — взрослый инферн и двое отказников-девушек, что были при ней, когда они с Дарклингом разделились. Все, кто знал о возвращении темного генерала, строго должны были молчать, ибо точно знали, что ни Катерина, ни Александр не пощадят. Предательства не любит никто. — Катерина, — С улыбкой проговорил Николай, когда она медленно прошла, поклонилась ему и присела в кресло, стоявшее здесь именно для нее. — Добрый день, — немного с напрягом проговорила Катерина и приподняла руки в примирительном жесте перед Зоей, — Я знаю, что вы скажите, но он просто ребенок. Зоя с Женей и Николаем начали спорить, обсуждая по новой, что им делать, и может ли ребенок влиять на демона внутри Николая, которого так удачно оставил Александр перед смертью, как вечное напоминание о себе. — Послушайте, — прервала их бывшая княжна, помотав головой, затем сделала несколько шагов к Николаю и протянула ему руку, касаясь его ладони и их скверна будто потекла внутри по венам, соединяясь и магнитясь. — Ты тоже проклята? — С непониманием смотрела Женя, раскрыв свой единственный янтарный глаз так широко, как могла от удивления. Они так и не виделись с момента, когда Дарклинг наказал ее этими шрамами. — Нет, я бы так не сказала. Это долгая история, но я знаю точно, что ей можно управлять и что у Николая хватит сил и смелости посмотреть этой твари в глаза и подчинить себе, — Она отпустила его руку и кожа их снова стала белоснежной и чистой. — Ты оставалась с ним даже после всех зверств, которые он совершил. Из страха или? — Зоя недоверчиво сложила руки на груди, вглядываясь в когда-то знакомые глаза девушки. — Я оставалась с ним, потому что любила его. Он не полностью был потерян, хотя я знаю, что вы думаете иначе. Я не буду спорить, он у всех забрал что-то важное, что-то личное, — Девушка обвела взглядом комнату, в которой они появлялись раньше каждый день, когда жили во дворце, — Николай его не контролирует и кажется, что он лишь сильнее? — Как ты поняла? — Зоя действительно была страшна, когда ей не нравилось хотя бы что-то. Ее гордый поднятый подбородок и идеально ровная осанка всегда давали с первого взгляда понять, что она прирожденный руководитель и воин. — Просто предположила. Иначе вы бы так не боялись, когда он случайно показался посреди дня при маленьком ребенке. Возможно, я могу помочь контролировать эту штуку, — Катерина пожала плечами, затем чуть улыбнулась. — Попробуем, — Кивнул Николай, затем прошел к столу с картой и размещением войск, — Катерина, твой дом превратился в место, куда тянуться Гриши, да и не только, расскажи, как так вышло? — После того, как мой муж, — Она поджала губы, затем мотнула головой, — после смерти Дарклинга, люди шли, кто куда. И постепенно приходили по одному, по-двое в поисках защиты. В основном это люди, воевавшие на стороне Генерала. — Почему ты их принимала? — А что с ними делать? У меня есть земля, они все там достаточно полезны. Они обрабатывают поля, помогают слабым и живут неплохой общиной. Я знаю, о чем вы меня попросите, но забрать вы сможете всех, кто сам согласится идти с вами в эту войну. — А ты сама? Как я понимаю, ты научилась контролировать свою силу? — Зоя села на диван рядом с Женей и смотрела только на Николая. — У меня маленький сын, который в ближайшее время не выживет без моей помощи, если ты не заметила. И я бы хотела, чтобы он вырос не один. — Если нашу страну разгромят, он вообще может не выжить, ты думала об этом? — Я дам вам сильных людей. Но сама на поле боя не появлюсь, на этом все, — отрезала Катерина поднимая в руки фигурку из дерева со стола.

***

Некоторое время Катерина провела во дворце, пытаясь научить Николая вызывать монстра из глубины и учиться управлять им хотя бы относительно. Они добились некоторых результатов — важно было то, что он перестал мучить его по ночам. Зоя была более снисходительна, хотя и относилась с осторожностью, а вот Женя души не чаяла в маленьком Морозове. Они вместе проводили почти все время, пока Катерина учила Николая сдерживать скверну. Никто из них не понимал, как девушка со своими странными способностями, научилась контролировать их, общалась одинаково и с Гришами и с обычными солдатами, но также, как она смогла остаться любимой друзьями, но и любила самого ненавистного им человека. Она солгала, не сказав о его возвращении, но ей нужно было хотя бы попытаться уговорить его помочь. Да, он был монстром в их глазах, но может же он искупить хотя бы часть своих злодеяний какой-то помощью против общего врага. Но и Николай солгал, что видел его возвращение. Он промолчал перед триумвиратом, перед ней самой, но знал, что это случилось. По возвращении домой, Катерина собрала Гришей и бывших солдат, произнесла речь о защите их и их дома, про то, как армия нуждается в каждом, кто может сражаться за свою страну против Фьерды. Про то, что они уже много раз рисковали жизнями и не ее право просить их рискнуть еще раз, но она просила. Тех, кто готов был — направили с Дмитрием к генералу второй армии, чтобы им помогли обучиться, тренироваться, раздали оружие и отправили на военные посты. И только после всех своих главных дел, она вошла в комнату, которая принадлежала ей с самого детства, где на кровати ее мирно ждал муж. — Рад, что вы в порядке, с возвращением, — Он улыбнулся и подошел к ней, целуя сначала в лоб и только после губы. — Не притворяйся, что не видел и не слушал, о чем я говорила со всеми этими людьми, я тебя знаю намного лучше, чем ты думаешь, — Она устало поставила корзинку со спящим малышом на кровать, затем села на пол рядом, зарываясь пальцами в распущенные волосы. — Тебе идет произносить речи перед народом, — Мужчина присел рядом с импровизированной люлькой и коснулся рукой мальчика, — Подумать только, спустя столько лет именно тебе удалось каким-то чудом выносить и родить мне наследника, — Задумчиво проговорил Александр. — А ты раньше пытался? — Она подняла на мужчину глаза. — Нет, — честно проговорил тот. Он опустил руки на хрупкие плечи и размял немного мышцы, даря на какое-то время чувство спокойствия и небольшой легкости. — Александр, — Она положила свою руку поверх его и прижалась затылком к его колену, заставляя себя посмотреть в глаза мужчине. — Я знаю, о чем ты хочешь попросить, — Он помотал головой и поднял глаза, глядя куда-то в пространство, — Я бы не хотел, чтобы ты просила о таком, но. Знаешь, смерть о многом дает подумать, как оказалось. И я видел многое твоими глазами, так как часть меня живет в тебе, и наоборот. Я видел, как любишь ты этого маленького человека — он был единственным напоминанием обо мне все это время. И я попробую совместить наши с тобой желания в одно, — Он кивнул будто сам себе и черными глазами вгляделся в омут любимых женских. — Однажды мы будем вместе без всех этих проблем, войн и корон. — Она подтянулась к Дарклингу, целуя его и заваливаясь вместе на кровать, прижимаясь к его груди, на которой остался шрам от клинка Алины. — Не уверен, что это возможно, но вечность может быть разной, как оказалось, — Александр коснулся губами ее виска, затем аккуратно поднялся, перемещая спящего малыша к его настоящей кроватке и медленно перенес его на мягкий матрас, баюкая, — Интересно, каким он будет, когда вырастет? Александр знал, что ответ на этот вопрос никогда не будет ему доступен, но все-таки задал его. В голове древнего уже решился весь следующий путь, каким он последует, но говорить женщине, которая в моменте рядом с ним была счастлива, он не стал.

***

Он помог Николаю в войне, усилив тенями демона, что рвался в бой, когда всем грозила смерть, поддержал Зою и убрал Апрата за предательство, а затем пропал ото всех, чтобы провести время со своей семьей, которую впервые за многие сотни лет обрел. И пусть это было ненадолго, и нужно было решать вопрос с пятном тлена, уничтожающим не только его родную и любимую страну, он наслаждался каждым днем этой обычной тихой жизни. Смеялся, когда Катерина дурачилась, играл с малышом, наблюдая за его эмоциями, звуками, глазами, так похожими на его собственные когда-то, помогал немного с хозяйством, а ночами наслаждался обществом той, что в какой-то незаметный момент стала для него спасением. — Почему ты не отвернулась от меня, когда видела, каким монстром я могу стать? — Спросил он однажды, обнимая голые плечи девушки во время бессонной ночи. — Люди, которых сложнее всего любить — отчаянно нуждаются в этой любви, Александр. Он прижимал ее к своей груди, целуя макушку и вдыхая запах волос, гладил пальцами нежную кожу спины, когда продолжил: — Нам нужно отправиться в одно путешествие, — Проговорил он, накручивая ее локон себе на палец, прокручивая в голове, стоит ли ей говорить все, — Это будет наше последнее путешествие. Она резко подняла голову, вглядываясь в черные глаза, пытаясь уловить, о чем именно он сейчас хочет сказать. — Что? — Ее глаза бегали по его лицу и он почувствовал, как участилось сердцебиение девушки, но лишь погладил бархатную щеку. — Ты поймешь, когда мы доберемся, но сначала нужно будет захватить с собой наших общих друзей.

***

Путешествие было тяжёлым и не близким: в горах Сиркузоя была совсем не весенняя погода, а также их путь был действительно усложнен отсутствием хоть какого-то намека на дорогу. Ноги у всех ныли, Илья капризничал, но спустя много времени, они добрались до нужного места. Пещера, внутри которой рос огромный величественный терн. К ним вышла монахиня, приветствуя Зою, как старого друга, затем она объяснила все, что связано с древним деревом и ритуалом. Они слушали, прикидывая в мыслях, как быть и что делать, кто мог бы остановить разрыв ткани мироздания, но выход пришел оттуда, где его вообще не ждали: — Это могу быть только я, — Проговорил Дарклинг, оглядывая всех собравшихся, тогда Катерина почувствовала, как ухнуло все внутри, будто сердце защемило с новой болью, как в первый раз, когда она узнала о смерти мужа. — Не только ты, к сожалению, — Проговорила монахиня, останавливая темного Гриша, затем посмотрела на Катерину, чьи глаза уже намокали от слез, — Ты разбил две души, часть тебя невозможно без нее, и наоборот. Этот поворот заставил вздрогнуть даже Зою, ведь никто не ожидал этого. Дарклинг мотнул головой, и казалось тихо сказал себе «только не это», но вида почти не подал. Теперь решение оставалось не только за ним. Катерина медленно сделала шаг, держа на руках малыша, затем подошла к Жене и перевесила на нее гамак с подросшим уже ребенком, а также сумку со всеми необходимыми в дороге вещами и питанием, прижалась к его лбу губами и посмотрела на подругу, затем на Зою, — Путь он растет, не боясь того, кем были его родители, пусть вырастет сильным, но добрым. Сделайте все, чтобы он не нуждался ни в чем. — Катя, нет, прошу, — Женя сжала ее ладонь, по щеке текла слеза из красивого янтарного глаза, хотя казалось, за столько потерь, она уже не могла плакать. — Я обещаю, что сделаю все, чтобы защитить его, — Кивнула Зоя, к ней же присоединился Николай. Это прощание никому не далось легко, но это был единственный выход, к которому случайно оказалась причастна и девушка. Она встала напротив Александра, смотря в его глаза, по щекам текли слезы, но отступать она не думала. Мужчина обнял ее, прижимая к голой груди, шепча на ухо «прости меня, если однажды сможешь». Ветвь с единственным шипом на конце пронзила их сердца, заставляя кричать от муки боли, затем дерево скрыло их за стволом, заглушая крики и оставляя всех свидетелей в траурном молчании. — Неужели нельзя исправить? — Обернулась Зоя к монахине, чувствуя боль этих двоих, но навечно сплетенных вместе, чтобы держать разрыв и не позволять тлену больше уничтожать земли. — Сердце, столь же сильное, как его собственное, сможет заменить его.

***

17 лет спустя

— Держи крепко, дыши ровно, соедини мишень и прицел, упрись в плечо и стреляй на выдохе, — Кириган наблюдал со стороны, как Катерина учит их сына стрелять. Для чего ему стрелять, он что, не обладает даром? А разве такое возможно? — Катя! — Он позвал, желая прикоснуться к ней, протянул руку, но она прошла лишь тенью сквозь девушку, но та обернулась, будто искала глазами источник звука. Он еще раз позвал, и она выпрямилась, смотря вдаль в поисках, совершенно не замечая его присутствия. — Мам? Ты что-то слышала? — Илья посмотрел в ту же сторону, что и девушка, но ничего не нашел там, тогда она погладила его плечо и нежно поцеловала висок, — Нет, все хорошо, не отвлекайся. — Катерина! — Он снова крикнул, пытаясь словно достучаться до нее, и оба повернули головы: — Папа? — Александр? Но никого не было видно перед ними.