Zutopia/Зутопия

***

Как далеко вы готовы зайти, чтобы получить лучших героев? Для нас герои означают безопасность и то, что все будет хорошо. Для злодеев и преступников они означают, что ваше время вышло, и пришло время столкнуться с последствиями своих действий. Но как далеко мы готовы зайти с ними, чтобы получить желаемые результаты? Как я уже говорил ранее, мы рассматриваем сильные причуды как билет в один конец к героизму. Мы исключаем для них все другие варианты во имя добавления еще одного героя или помощника в платежную ведомость Комиссии, еще одного человека, который будет бороться за популярность, будучи лучшим, самым ярким и самым любимым. Вы бы пошли дальше? Вы бы обучали этих детей с раннего возраста, работая с ними усерднее, чем положено ребенку? Вы бы вытащили их из школы, чтобы тренировать целыми днями, думая, что образование бессмысленно и не поможет им стать лучшими героями? Вы бы убрали их индивидуальность, заставили бы их сосредоточиться на гражданских лицах и на гражданских лицах? Хотели бы вы, чтобы они вставали на рассвете и спускались до поздней ночи, чтобы максимально использовать свое время? Для большинства эти вещи кажутся ужасными, как и должно быть. Как бы мы ни любили героев и сильные причуды, наступает черта, которую нельзя переходить ни с детьми, ни с людьми. И все же у кого-то есть. Это не родитель со своим ребенком. Это вообще не член семьи. Это наша дорогая Комиссия по Героям и общественной безопасности. Это история моего друга, Кейго. Когда ему было пять лет, агент заинтересовался им и его причудой и предложил его бедным родителям значительную сумму денег, чтобы фактически купить мальчика. Они сразу же согласились на крупную сумму, которая для Комиссии была мелочью, и Кейго был сметен, и его никто не видел публикой еще тринадцать лет. Его дрессировали изо дня в день дрессировщики, имени которых он не знал, все, кроме одного. Этот анонимный куратор позволял Кейго спать, когда он устал, давал отдых его синякам, когда они слишком сильно болели, и относился к нему как к человеку. Без этого обработчика Кейго сломался бы. А затем Комиссия перевела их, заявив, что они «недостаточно быстро получают результаты» и «слишком мягко относятся к этому вопросу». Субъект, потому что в глазах Комиссии он больше не был человеком. Кейго забыл свое имя. Они звали его Ястребом, как будет выбрано им имя героя, и со временем это стало единственным, что он знал. Он не знал, кто такой Кейго, он был Ястребом. Он тренировался изо дня в день, гораздо больше, чем мог бы делать нормальный человек. В результате он ниже ростом, чем предполагалось, а интенсивный физический труд замедляет его рост. Я избавлю вас от более ужасных подробностей того, через что ему пришлось пройти, но его жизнь превратилась в ад. Он будет тренировать свое тело и свою причуду, чтобы быть совершенным, он будет тренироваться в гражданском общении, он будет тренировать психологическую стойкость, чтобы не сдаться под пытками. И все это еще до того, как ему исполнилось восемнадцать лет. По его словам, когда ему исполнилось восемнадцать, он должен был дебютировать. Анализ показал, что он, вероятно, поднимется в первую десятку в течение двух лет, что сделает его самым молодым героем, попавшим туда, и, безусловно, самым быстрым альпинистом. Итак, все это для героя из первой десятки. Стоило ли это того? Стоило ли жертвовать годами жизни ребенка ради другого героя? Кейго сейчас двадцать, он живет в бегах, опасаясь, что Комиссия попытается вернуть его. Он не может ходить по улицам без маскировки, так что есть вероятность, что вы его видели и даже не поняли. У людей, которые помогли ему сбежать, вынеся его бессознательное и изломанное тело из камеры, в которой он находился, есть все необходимое, чтобы помочь ему. Из него вышел бы фантастический герой. Думаю, никто из тех, кто его знает, не усомнится в этом. Когда ему позволили проявить индивидуальность, он открылся, и быть рядом с ним приятно, хотя и опасно из-за количества каламбуров и острот. Он владеет своей причудой, которая не имеет себе равных. И у него нет желания быть героем. Это может показаться странным. Кто не хочет быть героем в наши дни? Они получают известность, славу, деньги и признание. Но его желание быть героем было убито. Возможно, через несколько лет, говорит он, если у Комиссии появится новое руководство или будут введены дополнительные ограничения, он рассмотрит это. Но пока он не может даже думать об этом, не вспомнив это место. Так что я спрошу еще раз. Как далеко вы готовы зайти, чтобы получить лучших героев? -Гринбин

***

Сейджито Ранё был в бешенстве. — Немедленно снимите эту статью! — Но, мэм, — сказал какой-то никчемный холоп, — контракт запрещает это. Наверное, он на это и рассчитывает. — Принеси мне контракт, — прорычала она, стиснув зубы, — я уверена, что найду способ, как этот засранец его нарушил! — Он был тщательно рассмотрен. Поскольку Хоукс не был героем и не входил в топ-50, а также поскольку он не комментировал снятие Комиссией его статей, он действовал полностью в рамках контракта. Она закричала от ярости.

***

Вспышки камер резали ему глаза, но он сохранял приятную улыбку. — И поскольку я буду баллотироваться на должность, хотя я не уйду в отставку, я найму заместителя директора, чтобы он управлял делами, пока меня нет, и готовился к переходу, если меня изберут на эту должность! Конечно, я не оставлю UA в покое. Это моя гордость и радость! Но недавние новости пролили свет на некоторые вещи, которые я терпеть не могу, и я хотел бы быть частью процесса их изменения. Есть вопросы? — Нэдзу! Есть ли у вас уже кто-то на примете на эту должность, и если да, то кто? Он улыбнулся. — Конечно! Я не иду вперед с планами, пока не соберу все фигуры на доске! Что касается кого, мы будем придерживаться стандарта, состоящего только из профессиональных героев. Кроме этого, я не скажу. — Нэдзу! Учитывая вашу биографию, как вы относитесь к теме последней статьи Гринбин? Его улыбка стала немного острее. — Возможно, я один из наиболее компетентных, кто понимает, через что пришлось пройти молодому Кейго, и мое сердце сочувствует мальчику, где бы он ни был. Это было движущей силой, которая, наконец, подтолкнула меня к попытке повлиять на правительство. — Нэдзу! Каковы ваши планы на случай, если вас изберут на этот пост? Недзу хмыкнул. — Я так рад, что вы спросили!

***

Мезо бродил по улицам, Шуичи рядом с ним. Вдвоем они могли позаботиться о себе, несмотря на то, что им было 12 и 17 лет. До получения временной медицинской лицензии Шуичи оставалось пару месяцев, ему немного помогло то, что он продолжал работать в UA с Исцеляющей девушкой, но все же , никто бы даже не подумал о его найме, даже с таким удостоверением в его послужном списке. — Эй, — обратился мужчина-ящерица к женщине на улице, — ты слышала новости? Она остановилась и сузила свои шесть глаз, но смягчилась, когда поняла, что они такие же мутанты, как и она. — Что такие мальчишки, как вы, делают так поздно? Это опасно, знаете ли. Мезо кивнул. — Мы знаем. Мы просто обрадовались этой новости. Она наклонила голову, моргая двумя глазами. — Вы уже второй раз упоминаете об этом. Какие новости? Шуичи взял верх. — Недзу баллотируется на пост, и его позиция заключается в решительной поддержке строгих законов о дискриминации. Она вздохнула и покачала головой, несколько раз щелкнув челюстями. — Когда тебе будет 40, как мне, ты поймешь, что так говорит каждый политик. Это никогда не сводится к чему-то большему, чем пособничество при голосовании. — Но это Недзу. Я имею в виду, я думаю, что многие люди даже не считают его человеком. Он нас поймает, понимаешь? Она вскинула голову. — Я… я полагаю, ты прав. Ты действительно думаешь, что он это имеет в виду? Мезо пожал плечами и расправил плечи. — Думаю, нам просто нужно продолжать наблюдать за ним, чтобы быть уверенным, но он определенно лучше, чем Старый Итачи. Она фыркнула. — Скатертью дорога ему, говорю я. Боже, какой ужасный мужчина. Любой будет лучше него. — Она на мгновение задумалась. — Тем не менее, надежда еще есть. Я буду следить за этим Недзу, и мои друзья будут делать то же самое. А теперь бегите домой, вы же знаете, что нам опасно, когда стемнеет. Оба кивнули и помахали ей на прощание. — Ну, — вздохнул Шуичи, — сегодня десятый. Мы сплоченное сообщество, так что информация должна распространяться. Это солидный процент населения на нашей стороне. Мезо кивнул. — Будем надеяться, что работа с другими группами была такой же.

***

— Ни хрена? Изуку кивнул, сияя, и Нацуо усмехнулся. — Черт возьми, — Тодороки взъерошил кудри Изуку, — этот парень сообразителен и определенно добьется успеха в один прекрасный день. Блин, вы видели просмотры его статей? Он настоящая находка! Мужчина погладил подбородок и повернулся к Изуку. — Ты много говоришь о крупной дичи, сынок. С вашим мнением времена меняются. Общественное мнение меняется, и, думаю, к лучшему. Представьте себе, беспричудный ребенок делает все это, чтобы нарушить порядок? Мужчина захохотал и хлопнул себя по колену. — Ты делаешь нас, стариков, гордыми, сынок! Вы даете доброе имя беспричудным людям повсюду, и мы гордимся тем, что называем вас одним из наших. Продолжай делать то, что делаешь, и сделай этот мир лучше для наших внуков, а? Изуку просиял. — Конечно! Когда я закончу, причуды не будут иметь значения! Он усмехнулся. — Я верю этому. И ты, старик. Нацуо в замешательстве указал на себя. — Да, ты с белыми волосами. Надеюсь, эти седые волосы не от стресса! — Э-э, нет, я получил это от мамы. — Хорошо, — кивнул он, — теперь ты позаботишься об этом мальчике, хорошо? — Честно говоря, он уверен, что сможет позаботиться обо мне. Старик махнул рукой. — Ты старше, твоя работа — наставлять молодежь. Сохрани его для нас, а? Нацуо согласился, предпочитая не упоминать, что Изуку регулярно помогал ему в школьной работе и определенно был наставником в этих отношениях.

***

Хитоши откинулся на спинку стула. Честно говоря, у него была лучшая работа. Остальным пришлось проделать подготовительную работу и лично встретиться с людьми, Хитоши просто должен был зайти на свои обычные форумы. В какой-то степени он был хорошо известен, так как начал публиковать полезные ресурсы после того, как Изуку добавил его в банду неудачников и мог легко их предоставить, поэтому большинство людей принимали то, что он говорил, за чистую монету. Что было удобно, когда вы говорили о том, что Недзу поддерживает людей с «злодейскими» причудами. Никто не называл их так, кроме кавычек, поскольку все они знали, что ни одна причуда не является злодейской (статьи Гринбина постоянно репостились на форуме), но все они на духовном уровне относились к издевательствам. Убедить их было довольно легко. Всего несколько ссылок на интервью, на веб-страницу его предвыборной кампании и на краткую историю Недзу и дискриминации, с которой он столкнулся, и почти все были согласны. Недзу будет сражаться за них, даже если никто другой этого не сделает. У Химико тоже была учетная запись, и она очень взволнована некоторыми законами, предложенными Недзу. Одна нить превратилась в людей, говорящих о том, как они подвергались дискриминации и как тот или иной закон изменит это. Было некоторое совпадение с сообществом мутантов, некоторые считались злодеями из-за их странной или «страшной» внешности, и они тоже пели ему дифирамбы. Действительно, у Хитоши была самая легкая работа.

***

Очако знала, что у них с Бласти, наверное, самая тяжелая работа. Они были единственными людьми в группе, чьи причуды считались нормальными или героическими. Последняя статья о Кейго определенно помогла общественному мнению склониться в их пользу, но те, кто выиграл от этой системы, не решались изменить ее. Ведь у них все было прекрасно! Это означало, что они должны были усилить ту старую статью о причудах, чтобы сформулировать, почему она не работает для них. Статья Кейго как нельзя кстати, потому что теперь у них был убедительный, конкретный пример того, как сильная причуда может навредить вам. В статье никогда не указывалась его причуда (и многие люди в Интернете строили предположения, основываясь на его имени героя), но подразумевалось, что это будет полезно. Чтобы улучшить ситуацию, главные герои одобряли статью, выступая против Комиссии за то, что они сделали. Рюкю, номер девять, назвала действия «отвратительными и откровенно предосудительными с моральной точки зрения», что вызвало критику в адрес Комиссии в Интернете. Наиболее экстремистские ораторы призвали к полному роспуску Комиссии, что было невероятно волнительно. Очако не была глупой, она знала, какова здесь конечная цель. Правительство причиняло вред людям, людям, о которых Изуку не мог не заботиться. И любой, кто причиняет боль тому, что Изуку считает своим? Ну, Альдеру закрыли, как только они с Бласти перешли в среднюю школу. Вся сеть школ Альдеры находилась под совершенно новым руководством, и все школьные советы были заменены. Это был тихий демонтаж, но все же удовлетворительный. Ни один из них действительно не пропустил это. Теперь, когда Недзу активно проводил кампанию и подкреплял пункты Изуку в своих статьях, общественное мнение колебалось в их пользу. Очако не могла дождаться, когда все, кто причинил боль Хими, будут полностью уничтожены!

***

Даби вздохнул, крепче обхватив птицу руками. — Даби, послушай, теперь все ненавидят Комиссию. Он легко рассмеялся, дыхание взъерошило светлые волосы. — Конечно, знают. Эти люди даже не знают о тебе, но они болеют за тебя. Таками с улыбкой откинул голову назад. — Жаль, что они не могут конкурировать с моим самым большим поклонником и сторонником. Даби поднял бровь. — Никто не может конкурировать с Маленькой Зеленью. Когтистая рука легонько шлепнула его, и он фыркнул. — Осторожно, когти, я не хочу, чтобы меня шашлычили. — Если ты умрешь, ты умрешь. — Круто. — Ну, раз ты такой горячий, кто-то должен быть. Они оба остановились, и Таками покраснел, как его перья. — Я имею в виду, ты разгорячился! Из-за твоей причуды! Ты тёплый ! Что касается температуры, ты горячий! Даби зарылся смехом в волосах своего парня. — Не волнуйся, Птичка, я знаю, что ты любишь меня просто за то, что я твой обогреватель. Таками фыркнул. — Что бы ни. Иди сюда, панк. Даби ухмыльнулся и наклонился. Это был хороший день для всех. Всех, кроме Комиссии, конечно.

***