Бежим

POV: Автор Едкий дым сигарет, уже давно перестал сжечь горло, уже даже не ощущался. Курение сигарет уже стало каким-то «ритуалом» для Серафима. Достать пачку, вытянуть одну, вставить между губ, достать зажигалку, поджигая, думать, о долгой и мучительной смерти от рака легких, а потом курить, надеясь, что сигарета никогда не закончится. Как и обычно Серафим повторял свой «ритуал», только в этот раз его прервал звонок, звонок от его лучшего друга, по его словам «мой лучший бро». Осенний ветер сегодня, как никогда был сильный. Стоя под каким-то очередным клубом, в которые их с Глебом занесло после попытки «культурно отдохнуть». Серафим сам не знал, как их встреча у него дома, перенеслась в всратый клуб, где то на окраине города. Он не понимал, как их желание просто посидеть и поговорить, превратилось в пьяный дебош Глеба в баре. Серафим выпил относительно немного, что нельзя было сказать про Глеба. Он напился до такого состояния, что уже пополз в туалет. Серафим же мог себя контролировать и даже спокойно курил сигареты. Среди его раздумий, о великом и далеком, звонок звучал крайне раздражительно. Он буквально разрывал его пьяную голову. Серафим все же решил поднять трубку. – Алло.– сказал Серафим в трубку. За секунду молчания парень уже успел представить, что Глеб умер от передоза алкоголем и ему звонят из морга. – Аллооооо.– во второй раз прозвучало из уст Серафима в трубку. – Сим,– голос Глеба, толи дрожал, толи он сейчас блеванет.– Мне хуев.– Глеб не успел закончить фразу. Серафим услышал в трубке лишь звуки блеющего Глеба. Серафим понимал, что походу Глебу пиздец.

***

– Ебать,– Серафим забегает в туалет и видит Глеба, который лежит в открытой кабинке,– пизда. Серафим подбегает к Глебу и поднимает его голову с крышки унитаза. – Мне чего-то хуево.– совсем непринужденно сказал Глеб. – Я вижу, брат.– Серафим поднял Глеба и видимо не рассчитал силы и Глеб ебнулся на пол в туалете. Серафим не нашел другого выхода, как сесть рядом и положить голову Глеба, к себе на колени. – Сиииим,– протянул Глеб,– а я умираю по ходу. – Ты че блять?– спросил Серафим. – Сердечко бьется,– ответил Глеб перекатываясь на бок,– быстро. Серафим взял руку Глеба и понял, что сердечко реально быстро бьется. – Пиздец, Глеб, у тебя реально сердце разрывается. – Угу.– сказал Глеб растягиваясь в улыбке. – Мне похуй, я вызываю скорую.– Серафим достал телефон и начал набирать номер скорой. – Не надо скорую, у меня просто паническая атака. Главное успокоиться. – Блять, Глеб, если ты тут нахуй умрешь, то потом не надо, ко мне во снах приходить и напоминать мне.– сказал Серафим выключая телефон. – Я не умру, полежим пару минут и все.– ответил Глеб, и снова перекатился на спину. Он смотрел в глаза Серафиму и в этот момент понял, насколько он был идеален. В его пьяной голове промелькнула мысль: «А что если поцеловать его?». Глеб чувствовал как руки Серафима, залезли ему в кудри и успокаивая поглаживали, то по макушке, то по затылку. Глеб впервые был уверен, что точно что-то чувствует к Серафиму. – Я тебя люблю, Симочка.– сказал Глеб смотря в глаза Серафиму. – Я тебя тоже,– сухо ответил Серафим,– но сейчас, пожалуйста, попробуй успокоится, нам нужно как-то до дома доехать. Глеб все же успокоился и закрыл глаза, в надежде заснуть.

***

– Глеб,– Серафим слегка побил его по щеке,– вставай! Такси приехало! – Я буду спать тут.– сказал Глеб перекатываясь на бок. После долгих мозгоебов Глеба «Нахуймнетвоякровать,атутестьбухлоителочки», которые длились ровно 40 секунд, Серафиму все же удалось заставить Глеба встать с его колен. Сима взял Глеба по руку и потащил в такси. Когда он пытался его закинуть на заднее сиденье, два раза ударил его головой, первый раз об дверь и второй об крышу машины. Все же как-то Серафим закинул его на заднее сиденье и сам сел вперёд. Раз в поворот, Глеб ударялся чем-то, предположительно головой, а на светофорах, вообще улетал. Серафим решил проверить его, потому-что понимал, что так они не доедут с живым Глебом. Он попросил таксиста остановиться на пару минут. Вышел из машины и открыл заднюю дверь, так он наблюдал картину: Глеб лежит головой почти под сиденье и ногами наверх. Серафим обошел машину и с другой стороны поднял верхнюю часть тела Глеба и положил себе опять на колени. Ехали, они как будто вечность. В какой-то момент Глеб повернулся лицом к животу Серафима и обнял его. Так они проехали оставшуюся часть дороги. – Глеб, подъем!– уже более решительно сказал Серафим. – Ты привез меня домой?– спросил Глеб и поднялся с колен Симы. – Нет, сегодня ночуем у меня.– сказал Серафим открывая дверь. Он еле как вытащил Глеба из такси и потащил его под руку домой. Когда они с очень тяжелыми усилиями все таки добрались домой, Глеб уже был чуть чуть вменяем и даже попытался сам разуться, что кончилось еще одним ударом головы. Серафим взял под руку Глеба и потащил его на кровать. Он положил его на кровать и снял с него грязные штаны, попросил его привстать и помог поменять его рубашку на футболку Симы. Глеб улегся почти по центру и Серафим решил, что будет спать на диване, он уже собирался идти спать, как услышал: – Симочка!– сказал Глеб. – Что еще?– спросил Серафим останавливаясь. – Останься со мной! Мне страшно.– сказал Глеб уже засыпая. – Без этого никак?– спросил Серафим направляясь в сторону кровати. – Никак!– уже сонно сказал Глеб. Серафим лег рядом с Глебом под одеяло. Глеб в ответ обнял одной рукой за шею, а второй за талию Серафима и прижался к его груди головой. – Пахнешь вкусно.– сказал Глеб улыбаясь. На что получил в ответ тишину. – А, ты знаешь.– сказал Глеб прижимаясь еще сильнее. – Что?– спросил уже тоже уставший Серафим. – Если я умру, я уже признался тебе в любви, но ты должен будешь признаться в любви моей маме, папе и сестре, от моего лица, ну можешьиотсвоегоконечно.– под конец, речь Глеба стала совсем размазанной. – Ок.– сказал Серафим. – Я тебя реаль…,– речь Глеба прервалась на пол фразе. И так он и заснул обнимая Серафима. Ему было интересно, что ему недорассказал Глеб, но спать хотелось больше. Серафим выключился через час после Глеба, он долго просто лежал и смотрел в потолок, чувствовал, как Глеб дышит ему в шею, как его теплые руки обнимали его. В глубине души, ему хотелось, чтобы эта ночь не заканчивалась, он понимал, что завтра, когда Глеб будет трезв, он уже не будет таким нежным, он не обнимет его так и не скажет ему, что он вкусно пахнет. От этих мыслей, Серафиму все больше, и больше хотелось спать и в конце-концов, он все же уснул, приобняв Глеба.