Перемены

Густые облака затянули итак слишком тёмное небо, на котором не просвечивались ни луна, ни звёзды. Совсем уж позднее время, в которое Роджерс не рассчитывал на одиночное задание. Но увы, ровно в пол второго ночи, в голове обрадовался неясный шум, за которым последовали помехи, а после голос, будоражащий сознание и заставляющий всё тело замереть будто бы в состоянии паралича. Его голос. Он приказал выдвигаться в лес прямо сейчас, без промедлений и лишних слов. Тоби ослушаться не смел. Прокси ослушаться непозволительно. Парень слез с кровати и широким шагом направился к шкафу, стараясь не шуметь, дабы не разбудить Джеффа, раскинувшегося на всю его кровать, скинувшего с себя одеяло и натянувшего чёрную маску для сна на лицо. В шкафу Тоби раздобыл свой привычный для зачистки костюм, а следом и два топора, исправно выполняющие свою работу. Острые начищенные лезвия так и кричали "иди и убей!". Их было сложно не послушать. Несмотря на свой болезненный вид, постоянные тикки и проблемный образ жизни, оружие Роджерс держал уверенно, орудовал им с тем более. Его не пугала кровь, крики или возможная кара в будущем. Плевать. Он идёт выполнять поставленную задачу. И выполнит её, чего бы это ни стоило. Ледяной ночной воздух не был преградой для юного прокси. Температура для него вообще ничего не значит. Зверский холод или ужасная жара – не помеха. Наверное потому Он дал ему шанс, а не прикончил на месте, как жалкую трепещущую тварь. И Тоби чтит этот дар, он дышит полной грудью и пробирается сквозь темные ветви, дабы выполнить поставленную задачу. Прошлое отягощает. Вспоминая, хочется уйти ещё дальше, убежать и сражаться с проблемами настоящего, потому что прошедшее не изменить никак. И, честно говоря, представ он перед выбором: убивать отца или нет, то он без промедлений вновь схватился бы за рукоять ножа. В глазах искрился янтарь ещё до того, как он разжёг пламя. Он сам, словно пламя, распространяется и обжигает. Идти пришлось недолго. Как только он оказался на месте, то треск и помехи в голове утихли, освобождая черепную коробку и позволяя дальше действовать самостоятельно. Тоби глядит вперёд, на девушку, сидящую у замёрзшей реки. Она сжалась от холода, склонилась над коркой льда, словно под ней что-то важное. Неужто проводит обряд? Или забрела сюда случайно? Или потеряла всякую надежду и решила прикончить с собой в столь тихом и нелюдимом месте? Столько вариантов, по которым она могла оказаться здесь, но все они абсолютно не важны. Роджерс подходит ближе, снег под ногами скрипит так, будто где-то открывается старая дверца, приглашая войти. Девушка явно слышит его шаги, его дыхание. Но она не оборачивается, всё также сидит над ледяным покровом, коленями в снегу. Она в лёгкой куртке, без шапки, а светлые блондинистые пряди вьются, спадают ей на лицо, плечи, прикрывают спину. Она дышит совсем тихо, понимает, что загнана в угол, но не пытается сдвинуться с места, словно олень, выскочивший на дорогу, освещённую фарами приближающейся машины. Из-за облаков выглядывает луна, её белый свет падает на девушку, словно чётче выделяя цель сегодняшней охоты. Вдруг, она поднимает голову, поворачивается назад, глядит убийце прямо в глаза. Её нежный взгляд, эти зелёные глаза...она похожа на неё..похожа на Лиру. Тоби сжимает рукоять топора. Этот яростный янтарь в глазах тухнет, когда он замахивается и наносит точный удар в шею. Он словно лишает жизни самого себя, обрубает все связи прошлого и настоящего. Может это всё галлюцинации? Игры его больного сознания? Он хотел бы знать об этом. Но и через секунду, и через минуту, и через десять минут перед ним лежит тело блондинки, что ужасно похожа на его сестру. Горячие слёзы текут по холодным щекам, но он не чувствует этого контраста. Он чувствует себя убийцей. Впервые. Самым настоящим убийцей. Он идёт обратно чуть дыша, словно боясь всего, что его окружает. Руки трясутся не переставая, он не может это прекратить. Заходя домой, он откладывает топоры в сторону, у самого порога. Скидывает с себя куртку. Замирает в прихожей, коснувшись рукой не раненной щеки. Она влажная от слёз. Он даже не помнит, когда начал плакать. Тоби прикусывает нижнюю губу и не находит для себя иного решения, кроме как идти к Джеку. Он стучится в комнату два раза, но, не получив ответа, заходит без разрешения, остановившись у самого порога, не смея пройти дальше. Найрас сидел за столом, окутанный мягким светом лампы. Он поднимает глаза на Роджерса и, не успев ничего произнести, замирает. Он встаёт с места и быстро, но старательно нерезко подходит к Тоби, кладя ладони ему на плечи. — Тоби, что случилось? Ты ранен? Тоби молчит, взглянув по-детски напуганными карими глазами на Джека. Он хочет ответить, что всё в порядке, что он не ранен и сам не знает, зачем сюда пришёл, но язык словно прилипает к нёбу, не позволяет произнести ни слова, потому Роджерс только слабо качает головой. Найрас немного хмурится, бегло оглядывая паренька. И совсем тихо вздыхает. — Совесть?.. Одно слово, которого квждый из них боялся больше ада или Его . Слово, которое каждый из них топил и затыкал, которое гасло с годами... которое больно резало душу, как только ты давал слабину, право на которую не имел: почувствовал, что не хочешь лишать кого-то жизни... Роджерс пожал плечами и опустил голову. Наверное, это называется так. Но он уверен, что чувство вины переполняет его с головой. Он как будто убил свою сестру собственными руками, как будто пережил её смерть заново, но уже приложив к этому руку. Он так хочет сказать Джеку об этом, но слова всё ещё встают поперёк горла, заставляя непозволительно долго хранить молчание. Но Джек и не требовал от него слов, и сам не был многословен. Им нужно помолчать. Эта тишина скажет сейчас гораздо больше любого крика... Найрас приподнял голову Тоби за подбородок и осторожно приобнял, положив голову Роджерсу на плечо... Тоби поднимает руки и обнимает Найраса в ответ, хотя до этого момента ему казалось, что он банально не способен пошевелиться. Может быть Джек не заметил, что лицо у прокси испачкано в крови, может быть ему просто всё равно, что он и сам заляпается в ней, неосознанно станет соучастником. Почему-то от мысли, что они сделали это вместе, становится спокойней, хоть Найраса и не было тогда в лесу, но сейчас он здесь, он перенимает чувства и реакцию Тоби на произошедшее, переживает с ним этот момент. Роджерс прикрывает глаза, но только на миг. Распахнув их, он отстраняется и глядит на Джека привычным всем ярким янтарём, даже позволяет себе чуть улыбнуться, доверяя Найрасу и эту эмоцию. Тоби смотрит на него довольно долго, словно видит насквозь, изучает, рассматривает. У них это общее – изучающий взгляд. Когда-нибудь они изучат друг друга не только глазами...