Это не может быть реальностью

Ночь была холодной, сквозь затянутое инеем окно, в комнату проникал бледно- холодный свет луны, его лучи складывались в тени, которые фантазия превращала в нечто жуткое, в то, что я так отчаянно пытаюсь стереть из своей памяти. Я снова плохо спал, впрочем, как обычно. Уже на протяжении четырёх лет меня мучают кошмары, точнее, кошмар, один и тот же — наливающиеся кровью глаза, горящие через отверстия уродливой маски, окровавленные игрушки пропавших детей, Алиса… Если бы можно было только стереть свою память как очередной глупый мультик Оли с кассетной записи, стереть резинкой кривую линию случайно начерченную простым карандашом. Но, все это осталось глубокими рубцами в моем подсознании. Из омута раздумий меня выдернул оглушающий звон будильника, который предательский сообщал о наступлении утра. Отлепив свою грузную голову от подушки я начал медленно сползать с кровати. Стоило мне спустить ноги на пол и резкая боль в стопе и хруст заставили меня подпрыгнуть. Я заойкал и схватился за ноющую от боли ногу, по пятке тонкой струйкой стекала кровь, а в аккурат посреди стопы торчал осколок. О нет…. мои очки… Я кое-как разглядел то, что от них осталось. -"Антон, ты вставать собираешься?» со стороны дверного проёма послышался голос матери. Оглядев меня сверху вниз её взгляд остановился на останках очков. «Растяпа, третьи линзы за год, сколько можно?! У тебя даже запасных нет. Даже не думай, что из-за этого я позволю тебе не пойти в школу» Самое худшее в этой ситуации было бы начать спорить, поэтому я просто промолчал. Стараясь не сталкиваться с испепеляющим взглядом, я похромал мимо неё к аптечке. Обработав ногу спиртом и выпив недельный запас кофеина, я поплёлся в школу. Неужели, это последний год — думал я, шагая по хрустящему под моими ботинками, снегу. Через каких-то 6 месяцев все получат аттестаты и школа закончится, мне не верится. Нос и щеки горели от мороза и я зарылся поглубже в куртку. Я мало что видел без очков, но спасало только то, что я выучил путь от дома до школы как свои пять пальцев. Погруженный в свои размышления я тащился в полусне. Вдруг что-то обжигающе холодное и тяжелое прилетело мне за шиворот -» Ха-ха, Тоха, чо спим, на» Я обернулся и увидел Бяшу с Ромкой, они стояли и очевидно ждали меня, смолив сигарету за сигаретой. Эти силуэты я узнал бы даже будь я совсем без глаз. Я удивлён, но они тоже остались до одиннадцатого класса, и даже умудрились не стать второгодниками. Хотя, не хочу хвастаться, по большей части, это моя заслуга. Это странно, но я с ними довольно сильно сблизился за эти годы. Из нас даже вышли отличные друзья, из разряда тех что и в огонь и в воду, знаете. Бяша уже замахивался в мою сторону вторым снежком, как Рома смачно хлопнул ему на капюшон голову от слепленного детьми снеговика. Пока он пытался прийти в себя и понять, что только что произошло, хулиган уже успел убежать, он стоял за мной и прикрывался как щитом, крепко сжимая мои плечи своими покрасневшими от холода ладонями, мою щеку обдавало тёплым паром, когда товарищ выглядывал из-за моего плеча. Это ввело меня в ступор. В груди заклокотало какое-то приятное волнение. Что это? По-моему, я ещё сплю. Это ведь Ромка, мой друг, мой приятель, практически брат. Что за странные ощущения? С этими ребятами я чувствовал себя, как бы правильно выразиться, свободным. Иногда мне даже казалось, что расскажи я им все то, что происходило со мной тогда, то они бы не посчитали это бредом сумасшедшего, а поняли бы меня, поверили мне. Но так рисковать я не хотел. -"Тоха, не понял, а очечи ты где просрал?» Спросил Рома, переместившись из-за моей спины и встав напротив. -"Сломал» тяжело вздохнув, ответил я, осознавая, что новые очки будут у меня ещё не скоро. -"Ну ты даёшь, на. Опять тебя за руку водить, чтоб ты головой об стену не расшибся» Немного с издевкой проговорил беззубый парень. Мы услышали звонок. Ребята подхватили меня с двух сторон под руки и мы помчались на уроки. Сегодня занятия были довольно скучными, настолько, что половину я откровенно проспал, а остальное время пытался нарисовать то, что мне померещилось в лучах лунного света. Время пролетело незаметно. Я выходил из школы и понимал, что совершенно не хочу сейчас идти домой и выслушивать от матери упреки за сломанные очки. -» Ребята, как насчёт заняться чём-нибудь? Домой вообще не хочется» сказал я обращаясь к друзьям. -"Не, я пас, у меня зуб болит, пойду к стоматологу, на» как бы повседневно ,но с ноткой досады, отозвался Бяша. -» Давно пора, ха» оскалившись подколол его Пятифан. -"Ну раз Бяша сегодня занимается своими зубными промежутками, можно втечь ко мне, родни все равно дома нет, в карты сыгранём» на это раз уже обратившись ко мне. Попрощавшись, мы двинулись в сторону Роминого дома. Мне стало беспокойно. Мы хоть и были друзьями, но оставались вдвоём без Бяши крайне редко, я старался избегать таких ситуаций. Что-то меня в нем волновало, но я совсем не понимал что это за чувство, возможно все же, меня он немного пугал ещё с тех самых давних времён. Зайдя в дом, парень махом скинул ботинки и пошёл затапливать печку. Я раздевался не торопливо, обдумывая по пути, как бы мне избежать игры в карты, иначе опять придётся весь месяц делать чужое домашнее задание. Я прошёл в комнату и плюхнулся на диван. Почувствовав что-то под головой, я повернул шею, что бы посмотреть, в нос ударил резкий запах одеколона, табака и пота. У меня по телу пробежали мурашки и странно защекотало внизу живота. От испытанных чувств у меня заколотилось сердце. Что это? Что-то странное, а страннее всего, что это приятно. Футболка. Его футболка. Почему то этот запах казался невыносимо приятным и манящим. Рома зашёл в зал и раздосадованный сказал, что карты найти не удалось. -» Жаль, давай тогда чём-нибудь другим займёмся?» Попытался я скрыть своё облегчение. -"Жалко телик не работает, можно было бы порнушку глянуть, мне тут кассету подогнали» Я опешил. Товарищ увидев моё удивленно- смущенное лицо, как-то странно ухмыльнулся. -"Ах, да, как я мог забыть, ты же целочка ещё» Он сказал это издёвкой, но звучало это с какими-то отдаленными нотками нежности? Стоп. Что я несу вообще. Я ищу нежность в разговорах Пятифана? Я сегодня явно не в себе, нужно все же начать высыпаться. Я не хотел продолжать столь смущающую меня тему, но не успел я придумать на какой лад перевести разговор, как Рома продолжил: -"Слушай, Тошик, а кого бы ты хотел трахнуть из одноклассниц? Ток честно» Мои щёки загорели, я не мог проглотить слюну -"Чего молчишь? Я ж чисто из интереса, по-дружески интересуюсь» -» Н-никого» Нехотя, но честно ответил я -"Как так никого? совсем? Даже про Катюху не думал? Ха, да не в жизнь не поверю» И тут я задумался. За 5 лет обучения в этой школе у меня была лишь одна мимолетная симпатия. Полина была первая кто хорошо ко мне отнёсся в этом посёлке, одно время я даже считал, что влюбился. Но после понял, что она для меня просто хороший друг. Потом мы начали все время проводить своей троицей и я даже не задумывался о девчонках. Хотя физически я порой изнывал от желания какой-то близости, особенно по ночам. Но я не придавал этому значения, списывая все на подростковые гормоны. Это нормально, нам ведь всем уже по 17 лет. Но действительно, почему я никогда не представлял себе никого из одноклассниц? Черт, в мою голову пыталась вломиться ужасная мысль, но я всеми силами её отталкивал. Я поднял взор на Рому, который отчаянно ковырялся с теликом. Его сбитые костяшки, длинные как у пианиста пальцы, тонкие, но в то же время сильные. По предплечьям растекались сетки из крупных вен, когда он напрягался. Острые, хищные черты лица. Выразительные карие глаза, как он задумчиво приподнимал одну бровь, затем вторую, слегка морща вздернутый нос с небольшой горбинкой от перелома. Как он облизнул сухие обветренные губы … Ох, какого черта? Нет нет нет, я взялся за голову пытаясь не впускать в неё эти мысли… снова… " э.мне не хорошо, я-я выйду на улицу, освежусь н-немного» я сказал это почти задыхаясь. Но парень так сильно был увлечен доламыванием телевизора, что просто махнул рукой. Я вышел, нет, выбежал на крыльцо. Мороз обдал горящие уши и лицо, рассудок стал трезветь, но легче мне не стало, мысли просто понеслись водопадом и я уже не в силах был это остановить. Я что гей? Может я больной? Мне нравится Рома? Нет, это не может быть реальностью. Если бы я курил, я бы опустошил пачку. Я стоял так по меньшей мере минут 30. Невозможно было резко принять все то, что я сам игнорировал годами. Это явно началось не сегодня и не вчера. Я давно начал понимать, что чувствую что-то больше чем дружба, но, не просто больше… На миг мне стало смешно от мысли, что я влюбился в парня. И не просто в парня, а в главного задиру посёлка, убежденного в тюремных понятиях. Скрип двери резко вывел меня из внутренней дискуссии. «Ты че, Петров, я уж думал ты в чащу умчал, заходи давай, похаваем» Ромка выглядывал из-за двери, обеспокоено нахмурив брови. Я послушно вернулся в дом. Было жарко, печка раскалилась до красна, перемешав дрова кочергой, Пятифан снял свитер и с голым торсом уселся за стол, поставил на стул одну ногу согнув в колене. После такого признания самому себе, я не мог найти себе места от такой картины, живот скрутило, а щеки заалели. Он откусил кусок ржаного хлеба с тонким пластиком сыра и кивком пригласил сесть. На другом краю стола меня уже ждал стакан чёрного чая с молоком и сахаром. Я выпил залпом половину, в горле жутко пересохло. Мы ели в тишине. Я старался не смотреть в сторону друга, не увидел бы он чего в моем взгляде. Но украдкой я все же разглядывал его ключицы, выпирающие косточки поблёскивали на свету от выступившего из-за жары пота. Ходящий вверх-вниз кадык, напрягающиеся мышцы челюсти. Я осторожно, как бы из-под полузакрытых ресниц, вёл взгляд по его телу все ниже и ниже, юношеские кубики пресса, несколько складок кожи над резинкой спортивных треников и…. -» Тоха, ты чё там без своих окуляров совсем потерялся?» Рома склонил голову на бок пытаясь поймать мой взгляд. Я только сейчас вспомнил, что я без очков. -» Блин! Уже смеркается, я же по темноте вообще до дома не дойду» -» Во дела, засиделись. Так может просто у меня переночуешь, завтра воскресенье, в школу не надо» От мысли, что я буду спать в одном доме с тем, кто волнует меня до самых глубоких и скрытых фантазий и при этом он может забить меня до смерти, если я проявлю хоть малейшую неосторожность, волосы на теле вставали дыбом. Но вариантов было не так уж и много, ведь в темноте я действительно не дойду. Я позвонил матери, чуть не лишился барабанной перепонки от её возражений, но и у неё выбора не было. — " Я остаюсь " торжественно заявил я, так торжественно, что стало немного неловко — «Ништяк, вообще» Тут у парня загорелись глаза и он со всей своей харизмой, приподняв брови и хищно улыбаясь, устремил взгляд на меня — «погоди-ка пять сек» И через секунду на столе уже стояла бутылка водки. Самой дешевой, такую обычно продавали в ларьках. Я с какой-то натянутой улыбкой отрицательно покачал головой, прекрасно осознавая, что пить мне сегодня нельзя не при каких обстоятельствах. — «Ну воооот, опять за своё» Жалостливо протянул расстроенный Рома — «За какое?» — «За занудное вот это своё. Ломаешься как девчонка, каждый раз» Пренебрежительно оскалившись он резко ответил. Мне совсем не хотелось быть в его глазах трусом, да и тем более, как раньше слиться уже не получится, сегодня с нами нет третьего, который бы с радостью стал Ромкиным собутыльником. Собравшись с силами, что бы мой голос не звучал так волнительно, я предложил — «Давай тогда я первые рюмки 2-3 пропущу, а потом начну, а то я ведь пить то не умею совсем» На самом деле я вовсе не собирался пить и после 2-3 рюмок, а предложил я это с расчетом на то, что Роман и сам то немного мог выпить, юношеский организм не осиливал этот дьявольский ларёчный напиток. Вот он и будет в кондиции уже после третьей. Парень не раздумывая согласился. Все вышло так, как я и предполагал, после пары рюмок мой товарищ и не замечал как я опрокидываю спиртовую жидкость себе за плечо, прямо в цветок. Пятифан был уже хорошо пьян, но как ни странно, он всегда знал, когда нужно остановиться, что бы все содержимое желудка не попросилось назад в скором времени. В какой-то момент он остановил на мне свой взгляд и в этот миг он показался мне как никогда трезвым и вдумчивым, мне стало не по себе, он будто смотрел мне прямо в душу, своими темно карими глазами считывал мои потаенные секреты. — " Эх, Тошик, Тошик» Взявшись руками за постепенно тяжелеющую голову, он потёр глаза, вновь взглянул на меня и расплылся в пьяной и в какой-то незнакомой мне улыбке. Это так безнадежно глупо. Я смотрел на хулигана уже без опаски и почти без стеснения. Он был сейчас таким расслабленным и спокойным, млел от алкоголя и жары. Он напомнил мне кота, который в свободное время от своих кошачьих дел, безмятежно грелся на солнышке, лениво потягиваясь и открывая солнцу самые слабые места. Рома сидел прикрыв длинные ресницы и смоля уже 4 сигарету за пол часа. — «Знаешь, Антох, я так рад, что ты сегодня здесь, со мной и мы вдвоём, ну в плане…э…» Он явно был смущен «В плане, круто вот так сидеть с тобой и вот это вот всё и я…а.ммм» Товарищ пытался поймать ускользающую от него мысль или же просто не решался озвучить. Как бы много я хотел ему сейчас сказать, выплеснуть все чувства что пожирали меня изнутри на протяжении долгого времени, а сейчас в десять раз сильнее. Я не мог иметь даже малейшей надежды не то что, мои чувства будут взаимны, но даже на то, что я останусь в живых, после подобного признания. Мы переместились в зал на диван, к моему удивлению работал телевизор, шёл какой-то какой-то ужастик. Он был на редкость интересным, мы смотрели затаив дыхание. В какой-то момент от испуга я резко подпрыгнул и оказался непростительно близко к лицу моего теоретического убийцы. Он повернул голову задев своим носом мой. Честно говоря, я не мог пошевелиться, очень, очень близко к тем губам, которые мне так хотелось поцеловать, к этим обветренным щекам, которые я хотел гладить своими ладонями, к этому вздёрнутому носу с небольшой горбинкой. Рома выдохнул и к моим губам прикоснулось его горячее спиртовое дыхание, внутри все сжалось, мне показалось я даже опьянел. Казалось это длилось вечность. Он смотрел на меня сквозь полузакрытые веки. В бледном свете телевизора черты его лица казались ещё более острыми чем обычно. Он подался вперёд, я ощутил щекотку его ресниц и сухая кожа его губ коснулась моих. Казалось меня облили кипятком. Может я сплю? Это не может быть реальностью верно? Мои конечности совсем перестали слушаться, я не мог дать никакую оценку происходящему, сердце билось где-то в затылке. Сам того не понимая, я приподнял руку и нежно провёл ей по щеке одноклассника. Он слегка вздрогнул, но не отрываясь от на редкость нежного поцелуя. Я запустил пальцы в его темно каштановые волосы. Его движения резко стали более напористыми и хищными. Мое тело трясло, внизу живота бултыхалось что-то горячее, вязкое. Кровь прилила к паху, стало тесно. Рома резко отстранился. — «Антон. я .я не могу, не могу» Я не понимал что делать, я никогда не видел его таким. Продолжая рывками впиваться в мои губы, он молил: — " Прошу, останови меня… прямо сейчас» Я не мог, да и совсем не хотел. Он наступал все все активнее, я и не заметил как оказался в положении лёжа, а Рома навис сверху. Его глаза были умоляющее томными. Я почувствовал как от него исходит жар ниже пояса. Тело свело судорогой, я не осознанно, даже грубовато, силой прижал его к себе и его пах коснулся моего, он закусил губу издав сдавленный, хриплый стон. Казалось мои брюки сейчас лопнут. Рома двигался вперёд и назад, инстинктивно, он не мог остановиться, тело не слушалось его. От трения телом о тело мы оба уже были на пределе, мое дыхание было тяжелым и горячим, я постанывал, неосознанно, бесконтрольно. Ещё минута и я бы начал умолять его о большем, шкала возбуждения зашкаливала. Адреналин бешеной дозой разлился по моим венам — " К черту!» Выпалил я и Ромино раскрасневшееся лицо выдало выражение недоумения, но не успел, он что либо понять, как я вылез из-под него, резким толчком уложил его на спину и стал стягивать ненавистные синие адики — " Тох, бл. ты не долж.ааххх…мммм» Я неумело взял в руку его истекающий скользкой смазкой член. Такой твёрдый, горячий, он пульсировал прямо в моей ладони. Я провёл языком по головке от чего Пятифана затрясло, он прикусил палец руки, но все равно было слышно как он скулит. Я продолжил ласкать его ртом, хоть я и совершенно не умел этого делать, мне настолько хотелось доставить ему удовольствие. Сейчас было не важно, даже если после всего этого он убьёт меня. Парень уже на стонал, это было больше похоже на крик, от удовольствия он скалился и это меня ещё больше заводило. Я чувствовал как он близок к финалу, но тут он резко меня остановил. Резким движением он развернул меня спиной и нетерпеливо и грубо начал снимать брюки, от его напора они трещали. Оголив меня по пояс, он замер на какое-то время. Очевидно, он тоже делал это впервые. Рома облизнул свои длинные пальцы и начал массировать меня между ягодниц, мне было страшно, но желание было сильнее. Я почувствовал головку его члена прямо у входа, он водил им вверх и вниз, меня уже колотило в конвульсиях от происходящего. И вот. вошёл, он двигался нежно и это помогло уменьшить боль, я расслабился, Пятифан это почувствовал и движение стали более быстрыми и дерзкими, я уткнулся в подлокотник дивана, стараясь не закричать. Мы стонали почти в унисон, он двигался все быстрее и все жёстче, очень очень быстро Я уже не мог держаться — «Ро.Рома, я.я почти уже.ахх» — «Я тоже» Сквозь зубы, зажмурившись выдавил парень. И вот… почти… Шлепки были такими сильными, что диван стучал о деревянную стену. И вот… ааааааа, ммммм Мы одновременно финишировали. Я не мог пошевелить и пальцем, Ромка просто лежал сверху и тоже не двигался. Это хотелось продлить, продлить до бесконечности, законсервировать себя и его в эту минуту, в эту секунду. Это не может быть реальностью…