Песня о нас. О детях, которые любили танцевать.

мои щеки розовели, а его, наоборот, бледнели. в ту ночь надо было закрыть окно.

я лишь рисовал..

Я никогда не винил себя ни в чем. Просто, видимо, я жил и не думал о прошлом, о том, что я мог исправить, поступить иначе. Нет, это не для меня. Еще до смерти мамы, я был более близок с бабушкой, которая была самой заботливой женщиной на земле. Не отрицаю, она была строгой, но справедливой, любящей, открытой этому миру. Она забрала меня к себе на пару лет, после чего я вновь ощущал холод и осознал то, что называется опустошением. Мама ушла. Ушла, все же забрав часть меня с собой, я был деревом, в осеннюю пору потерявшим абсолютно все листья, я был одинокой звездой, загруженным в Матрицу. Возможно, мне стоило отпустить? Хотя я до сих пор не могу этого сделать, ведь это мой родной человек. Она умерла от передоза. Заперевшись в ванной, она переборщила, и, упав на пол, потеряла разум, а вскоре и возможность дышать. Я не знаю, было ли ей страшно, было ли это случайностью или она не хотела жить дальше? В моих глазах искрились слезы, которые я ронял от безвыходности и отчаяния, больше я никогда не потрогаю ее мягкие волосы, не возьму ее за руку, не выкурю ее сигареты. гадство. Когда я приехал в лагерь, думал, что стану художником-одиночкой среди мелких компаний, но, оказалось, мне повезло. Повезло так, как никогда, ведь я познакомился с одним веснушчатым, ярким и необъятным парнем. Я смотрел за каждым его движением, улавливал каждую улыбку, смех, прикосновение, ведь со мной будто подружилось солнце. Феликс...Имя очень напоминающее счастье..Да, да именно это счастье, когда босиком бегаешь по лужам, в подарок на день рождение получаешь долгожданную собаку, пробуешь брауни..Наверное, я слишком привязался к нему. Настолько, что готов прямо сейчас расцеловать его. Настолько, что прямо сейчас возьму его за руку и поведу в город звезд, где живут его дальние родственники. Я люблю его. Я люблю его любовь к миру. Я люблю быть рядом с ним. Он пишет прекрасные стихи, я каждый день перечитываю.. синеющее небо над морями плескается, разбрызгивая звезды, а свет их западает прямо в душу, я чувствую лишь море море море море. белеющее пламя солнца вдруг исчезло, луна вновь жара не тая вдруг вспыхнула, взорвавшись рано, если честно, сейчас же только 3:52.. примите же розу из рук моих в ваши, нежнейшие пальцы окутайте стебель, я тотчас уйду, ведь прощанье напрасно, подумайте сами, так ярко, так гласно. возможно забуду обиды и муки, что вы подарили, прекрасная дама но все же простите, от жалкой потуги, я грешником стать не хочу и не стану. Его мысли творили чудеса, искрились сахарным сиропом и абрикосами, он дарил свет, утешал теми словами, которые сам хотел бы услышать.. А я молча восхищался его великолепием, неординарностью, любовью к морским конькам и выпечке. Я приглядывал за ним, так как беспокоился.. Я влюбился, не могу отрицать этого. Он околдовал меня, поэтому... Да, я, очарованный его милым лицом, идеальным характером и крыльями ангела, сразу поймал себя на мысли о том, что все мои чувства - отданы ему. Звучит странно, но я влюбился почти сразу. Никогда не верил в любовь с первого взгляда, считал это выдумкой.

он любил дождь, хоть и был солнцем.

Когда он спас меня от разъяренного отца, я понял, что хочу для него счастья. Не хочу, что бы его родители относились к его мечтам так же, как мой папа к моим. Без какого-либо понимания, все просто, твой сын - ничтожество, которое ты, как сам утверждал, любишь, но стесняешься и хочешь, что бы он соответствовал твоим желаниям. Это, как папа утверждал, для моего будущего, где мне придется забыть о рисовании странных картин, брелках на шнурки и длинных джинсах. Я должен стать как все, дабы понравится обществу. Как отвратительно. Но меня утешал Ёнбок. Своей добротой. Я бредил во снах, мечтал лишь о нем, слушал его голос, что был томным. Он поражал меня. Он учил меня плавать, пел мне серенады, а я взамен любил, тихо, молчаливо, пока его бусы, упавшие с неба, не подтолкнули его, а вскоре и меня. Но, наступил последний день. Но не для нас, а последний день смены. Я больше сюда не вернусь, а лишь переписками и запланированными встречами смогу передавать ему свои бесконечные чувства. Я не смогу обнять его когда захочу, не смогу поцеловать в губы, не смогу подарить ему нарисованных ласточек. Но мы пообещали друг другу, что навсегда останемся рыбками - кои. Я ждал бы нашей встречи век. День прошел как всегда отлично. Получив утренний поцелуй от Ли, я в приподнятом настроении пошагал к шкафу, дабы собрать все свои вещи, кроме одной. Футболки - бабочки. Я отдал ее Феликсу, а он взамен отдал кольцо из бисера, которое сам же и сделал. Мы быстро собрали вещи, дабы завтра утром в попыхах чего-нибудь не забыть. В этот день Феликса как будто подменили. Синики под его глазами вдруг увеличились, я боялся спросить, но все же :

"Малыш, сколько ты спал сегодня?"

В ответ я получил.. "Нисколько". Честно сказать, я давно заметил то, что Ли увял, перед его глазами часто плыли предметы, голова кружилась. Поцелуи становились холоднее, я испугался. ― Ликси, что происходит? Что с тобой. ― я вдруг замер, спросив. ― Я просто устал, Хенджин. Хватит. И все. Возможно, я просто накручивал, но когда увидел таблетки, разбросанные под его кроватью, я провалился далеко под землю. Мир вдруг погас на секунду, но я все еще верил, что стрекозы запоют. И Феликс тоже. Оставшийся день мы смотрели фильм, после чего, я вручил ему картину.. Наконец, он оживился. Я ждал этого. ― ВАУ, Джинни! ― он набросился на меня, расцеловав все лицо. Я спокойно обнял его, дабы не отпускать еще очень долго, я просто хотел, что бы эта радость навсегда осталась рядом со мной, хотелось остановить время, дабы насладиться этой улыбкой и слезами счастья. ― Это так прелестно.. ― Что? ― Наконец, ты улыбнулся. Он нежно поцеловал меня, на что я ответил сразу же. Как будто это был наш последний поцелуй, который он хотел оставить на моих губах, сердце, разуме. Мы тихо легли спать на моей кровати, обнимая Ли, я слышал стук его сердца, под который я быстро заснул, словно под сказку на ночь. Через некоторое время, как мне казалось, я проснулся. Феликса рядом не было. Ни картины, ни его. Только лишь открытое окно, ведущее к морю. На другом берегу образовалась толпа. Среди них - Чан. Сердце бешено заколотилось, в глазах темнело и я чувствовал неладное. Что то случилось. Что то случилось с моим Ли. Я выбежал из комнаты, игнорируя вожатых, сидевших в холле. Я бежал настолько сильно, что ноги становились ватными, я забывал вдыхать воздух и просто бежал. Пролетев по мосту к другому берегу, я вдруг замер. Феликс лежал на песке, а рядом с ним - моя картина.. Холодный ветер. Его тело. Мои дрожащие пальцы. они кричали нам вслед, а мы просто заткнули уши наушниками и бежали со всех ног, дабы догнать это детство. такое короткое, яркое, запоминающееся. но мы не успели, вернее, успел только я, Феликс в ту ночь ушел из комнаты, на следующее утро его тело нашли. Ликси утонул. увидев его бледно-пунцовые синяки, я заплакал, песок стал вдруг ярче его глаз, а зеленая линза исчезла. мой солнечный свет погас и мы отпустили детство. оно улетучилось. но ведь я никогда не узнаю, досмотрел ли Ликси свой сон, а засыпал ли он вообще..и был ли счастлив все это восхитительное, прямо как он, лето. он просто устал, Хенджин. он просто устал. прощай, моя сирень. прощай, голос скрипки. прощайте, холодные руки. прощай, "Обещанное утро"

мой Феликс.

Почему..