Blue lock: boyfriend edition

      — Передай, пожалуйста, чипсы. — Наги тыкнул девчонку в плечо и удивлённо вскинул брови, когда она недобро зыркнула на него.       — Я же сказал «пожалуйста».       — Наги. Во-первых, — Микан чувствует, как потихоньку закипает её терпение, — ты завалился к нам в комнату со своими дружками. Во-вторых, ты можешь сам подать себе чипсы. И в-третьих! Харэ перетягивать моё одеяло!       — Я не виноват, что ты такая мелкая, а я большой. — Тут парень показал ей язык.       — Ах, вот как? Можешь возвращаться обратно к себе в холодную комнату.       — Не буду. Я же умру от холода.       «А я давно стал таким… упрямым?» — Сейширо осекается в это мгновенье данным вопросом, замерев на месте. С тех пор, как студент познакомился с Цугимурой Микан, казалось, что он совсем чу-уточку изменился. Ну вот совсем на самую малость.       Или же не совсем.       Всякий раз, увидь он или заведи разговор с ней, всё переходило либо в лёгкую издёвку от девушки, либо в словесную перепалку. Тема мини-споров могла быть абсолютно любой. Рео, широко открыв рот, пялился глазами-банками на своего друга, мол, «Наги, ты споришь с людьми?!».       Просто потому что ему всегда было лень! Будь то даже студенческие дебаты по истории медицины: Сейширо соглашался на то, чтобы ему профессор поставил за пару дружественное и справедливое «60», он сделает любой конспект или исторический обзор, но только не будет дебатировать. Ибо ему лень. Жутко лень.       Но с приходом этой девчушки… многое успело перевернуться с ног на голову. Наги морально чувствовал напряжение, столкнись он с Цугимурой в коридоре или начни разговор, который, как и обычно им подобает, дружно перетекал в полемику. Микан тянет свою подругу Хану за руку и уходит оттуда, больше никогда не желая видеть этого «белобрысого придурка».       Сейчас же он неловко глядел на раздражённое лицо девушки, не понимая, как себя вести.       «Боже. Дай мне сил. Я устал спорить с ней», — буквально хотелось Наги взвыть от настолько несносного характера Микан. Она посмела прервать его круговорот «лени», раскрыв ту самую затаённую глубоко в душе Сейширо черту… Тот самый «Наги Сейширо», который может дать тебе жёсткую ответку, если ты его реально доведёшь до последней капли.       Такое у него было с Баро — тот самый чел, который без ума от уборки, плюс его сосед по комнате. С тряпкой спит. Мечтает о Мистере Пропере. Ну, или называйте как хотите. С Баро Наги тоже готов был и драться, и спорить, но в последнее время они стараются улаживать всё по-тихому-мирному. Их шумные перепалки мешали Чигири учить анатомию, а Исаги — готовиться к сессии.       Вообще, первоначальная проблема заключалась в следующем: отопление странным образом передавалось на третий этаж общежития, где жили девчонки. А на второй, место обитания юношей, можно было даже не суваться без куртки. Или хотя бы толстого свитера с тапочками. Ибо настолько было холодно, что даже обогреватель не справлялся со своей задачей.       Наги не придумал ничего получше, как прийти к единственной знакомой девушке из всего потока медиков… И пришёл к Микан.       Вот они и здесь — остались наедине, вдвоём. Микан, вся нахмурившаяся, бурчит себе под нос что-то, а Наги пытается её понять.       И, вообще-то, у него это получалось порой. Юный медик однажды забыл колпак, когда их группа отправилась в морг, а Микан ворчливо ему всучила в карман халата свою медицинскую шапочку с принтом милых котиков. Сейширо долго краснел под смеющимися глазами Рео (он явно ржал, просто не было видно под марлевой маской). А ещё… Как-то у Микан однажды наболело и накопились все проблемы на хрупких девичьих плечах, что она не выдержала и расплакалась перед Наги. Они шли после пар до станции, ведь, как оказалось, им по пути. Да и пары одновременно закончились.       — Легче? — тихо спрашивает Сейширо, обнимая её и неловко поглаживая содрогающиеся плечи.       — Ага… — отвечает ему Микан, и как бы сильно ей не хотелось его благодарить, через некоторое время она бурчит негромкое «спасибо».       Почему он всё это сейчас вспоминает, разглядывая её короткие, тёмные-тёмные и шелковистые волосы?       «Хочу их потрогать. Так, стоп». — у Наги редко такое было, но сейчас его логическая цепь мыслей нарушалась такими спонтанными желаниями.       Может, на протяжении всего их общения… Он успел к ней привязаться? Ведь Сейширо никогда не говорил, что ему неприятна компания Микан. Да, споры спорами, но в последнее время ему больше становилось забавно, нежели плохо от них. А Микан иногда тоже могла посмеяться и показать ему язык, тем самым явно намекая, что она победила в их споре. Хоть и Наги думал, что это он остался в выигрыше.       Просто такой характер. Интересный феномен выдался: если не оспаривать изо всей силы мнение Микан, а просто её дразнить, то и войны не будет. Как раз-таки открыл для себя это явление Сейширо.       — Никуда я не уйду, — он снова тычет её, но на этот раз в кончик носа, приблизившись к лицу девушки чрезмерно близко, — понятно?       Микан вздрогнула слегка.       — Ой.       — Что?       — А ты всегда был… таким высоким? — она нервно сглатывает и чувствует лёгкое покалыванием в груди, когда Наги нависает над ней вот так.       Картина выглядела так: они оба сидели на кровати Микан, накрытые её самым тёплым одеялом, а Наги успел «прижать» её к прохладной стене — Цугимура поняла это только сейчас.       — А ты всегда была такой маленькой? — нарушает «романтику» он, и поддразнивание слышится в голосе юноши.       Микан фыркает, но щёки выдают её с поличным: покраснели, и явно не от высокого градуса в их общажной комнате.       «И как он только остаётся таким невозмутимым? Даже не смущается… Идиот», — недовольно размышляет над сложившимися обстоятельствами Микан и скрещивает руки на груди.       А ей нравился Наги.       Наверное, всё началось из-за того самого колпака. Хана, соседка и подружка Микан, странно косилась на неё, когда та принюхивалась к своему колпаку с кошками. «Он пахнет формалином, ты чего?» — удивлялась Хана, но Цугимура могла уловить запах шампуня Наги, который ей очень успел понравиться. После случая, когда она расплакалась перед ним… Именно тогда девушка убедилась в своих чувствах к Наги — она влюбилась. Втюрилась.       «Или с катушек слетела. Иначе никак», — называла это чувство Микан. Она и раньше влюблялась в парней со школы, но почему Сейширо казался ей таким хорошим? Добрым и отзывчивым, хоть и не показывает это. Невероятно умным, хоть и пассивно проявляет себя на коллоквиумах по анатомии.       И невероятно красивым. В такой момент Цугимура смогла чётче разглядеть пышные ресницы Наги и его бездонные серые глаза, которые, казалось, смотрели ей не то чтобы в душу…       …А прямо в сердце, быстро-быстро стучавшее.       — Наги, ты долго так будешь? — уже не выдержала «интимного» давления она, отворачивая багровое лицо.       — Я просто не знаю как.       — Как что?       — Как целовать девушек.       Эта фраза заставляет на секунду-две замереть её сердце. И затем гулко простучать. И ещё, и ещё раз — пока ритм не начнёт нарастать с неимоверной скоростью. Микан даже не знает, как на это отреагировать, и просто поддаётся первой появившейся мысли.       «Наверное… Вот так». — И Цугимура целует. Быстро кладёт похолодевшие ладони на плечи Наги, притянув поближе, и делает звонкий «чмок» по его губам. Это произошло мгновенно и так неожиданно, что Сейширо удивлённо хлопает глазами.       — Что ты сделала только что?       — Чт… Я поцеловала тебя, придурок! Ты ведь сам сказал! — Микан ожидала совсем иной от него реакции.       — Сделай это ещё раз.       И Сейширо сам нетерпеливо накрывает её мягкие губы, но теперь дольше и нежнее целуя их.       Пока не зашёл в комнату Чигири. С офигевающим Баро. А ещё позади них стоял шокированный от такой картины Исаги и хихикающий в кулачок Бачира.