Перед грозой

Сэнд был вынужден признать: Сумеречный лес выглядел притягательно и живописно. Высокие деревья обступали заросшие тропы; густые кроны смыкались высоко над головой и рассеивали яркий дневной свет. Прозрачно-чистый ветер приносил древесные запахи, перемешанные с хвоей и мхом. Лёгкая землистая сырость напоминала о недавнем дожде, принёсшем обновление после затяжной жары. Если бы не чувство лёгкой слабости и навязчивое ощущение чего-то безнадёжно забытого – путешествие можно было назвать приятным. Сэнд попробовал обратиться к фамильяру – не вышло. Жаль: несмотря на любовь Джарала к комфорту в целом и к любимому креслу Сэнда в частности, ему бы здесь понравилось. Впрочем, думать следовало не об этом. Ему доводилось читать о подобных явлениях. Подозрения оправдались: скорее всего, он не сможет использовать заготовленные заклинания – и это было бы самым безопасным вариантом. По привычке Сэнд подумал о худшем: магические эффекты также могли обернуться против заклинателя, хотя это и маловероятно. В одном он был уверен: надо об этом сказать. До сих пор Лаура прислушивалась к его словам; значит – есть надежда, что и в этот раз она тоже поступит благоразумно. – Лаура, я должен тебя предупредить. Должно быть, эти деревья действуют на магическую энергию как глушитель. Поэтому от моих талантов здесь будет... меньше пользы. – Я тоже это чувствую, – она будто совсем не удивилась. – Чем дальше мы углубляемся в лес – тем труднее бороться с усталостью, хотя внешних причин для этого нет. Словно силы медленно утекают. Когда я пытаюсь обратиться к магии – ничего не выходит. Похожее чувство возникает, когда пытаешься вспомнить слово, а оно то и дело ускользает. Сэнд серьёзно кивнул. Его удивила и встревожила точность, с которой Лаура описала воздействие леса. Стоило раньше вспомнить, что влияние заденет не только его. – Значит, остаётся полагаться на физическую силу, – подытожил он. – Возможно, разумнее будет вернуться... в другом составе? – Шандра и Келгар всё ещё с нами, – напомнила Лаура. Они шли чуть впереди и признаков апатии не проявляли. – Мы справимся. Поразительный оптимизм. Когда-нибудь он обязательно иссякнет. Тогда Сэнду останется только торжествующе изречь: ″Я же говорил″. Вот только пользы это не принесёт. Да, Шандра неожиданно неплохо обращалась с мечом, и Келгар привык полагаться на грубую силу. Несмотря на то, что они были готовы встать на защиту, Сэнд чувствовал себя беспомощным. От его обширных знаний не был никакой пользы. Лучше бы он остался в городе. Лаура – другое дело. Она не могла отсидеться в Утонувшей фляге, даже если бы захотела. Обвинения Лускана не столько пугали её, сколько казались возмутительно несправедливыми. Теперь она тоже оказалась бессильной, но не думала жаловаться.   Лес не проявлял открытой враждебности – и это настораживало ещё больше. Сэнд надеялся, что удастся вернуться до темноты, но быстро оставил эту мысль: едва солнце начало клониться к закату – в чаще начало быстро темнеть, и вместе с тем – всё яснее стало ощущаться чужое присутствие. Становилось заметно холоднее; сгущавшийся туман мешал ориентироваться. Тихие шорохи усилились, подбираясь со всех сторон, усиливая ощущение опасности. Звери наблюдали за чужаками, но нападать не спешили: ждали удобного момента. Сэнд снова остро ощутил нехватку привычных заклинаний. Словно он внезапно лишился правой руки. Он ждал, что Келгар пожалуется на скуку – и угадал. Сам Сэнд не мог ни защититься, ни ослепить или дезориентировать нападавших, ни нанести им урон. Лаура тоже оказалась практически беззащитной, и об этом стоило помнить. Когда Шандра предложила развести костёр – пришлось смириться. Она смотрела по сторонам, выискивая подходящую площадку. Поляна, защищённая с одной стороны от ветра скалистым склоном, и на достаточном расстоянии от раскидистых веток нашлась не сразу, и огонь пришлось разводить в густой темноте. Стоило бы обновить в памяти знакомые заклинания, если бы от них был прок. Лаура сидела чуть поодаль, и её лицо трудно было различить в тенях. Оставалось смотреть, как ее пальцы беспокойно шевелились, как она пытается воспроизвести знакомые пассы. Бесполезно. Когда Сэнд сел рядом с ней, она лишь улыбнулась: рассеянно и устало. – Тебе всё-таки стоило взять с собой кого-то другого, – он не удержался от упрёка. – Я же предупреждал об аномалии. – Возможно. Но с тобой мне спокойнее. Лаура отвернулась, пряча лицо в тенях и оставив Сэнда в замешательстве. Он ожидал, что придётся спорить; что она напомнит о том, что возвращение в город – потеря времени. Поэтому её ответ вызвал из глубины души растерянность и ураган других чувств, для которых сразу не нашлось названия. Сэнд невольно задумался: каково было ему сейчас сидеть в своей лавке? Могли он спокойно ждать новостей или тонул в бессильном ожидании? Стоило перевести разговор в сторону насущных вопросов. Можно рассеять чары, отнять память, но наследственные черты – вряд ли. Возможно, – думал Сэнд, – стоило спросить. Не время задумываться над тактичностью. – Мы знаем, что заклинания нам недоступны. По крайней мере – пока мы не покинем лес. Возможно, ты всё ещё можешь обратиться к своей связи со стихией? – Думаю, могу попробовать. Я многому научилась, а теперь нужные слова упорно ускользают из памяти. Но есть и то, что я умела всегда. Самая малость, но и она может пригодиться. Лаура поднялась, отошла чуть дальше от костра и повела руками – один раз, другой. Сосредоточиться ей удалось не сразу, но злиться из-за неудачи она себе не позволила. Ветер всё же подчинился, создав вокруг нее вихрь из палых листьев. Воодушевленная успехом, она протянула руку перед собой: над ладонью засверкали миниатюрные молнии. – Красиво, – Сэнд прикоснулся к ее руке, и сразу получил статический разряд. – Кажется, часть твоей магии случайно передалась мне. – Если бы это было возможно, я не против поделиться силами, – Лаура улыбалась. На лице у нее проступил румянец с лиловым оттенком. Маленькая победа над неизвестным явлением воодушевила её. Сэнд с удивлением понял: несмотря на всю накопившуюся усталость, ему тоже становится спокойно. Действие магической аномалии, не иначе.