Гарри Поттер и пламенная дружба.

Жизнь в школе вошла в привычную колею. Ни пикси, ни чего-то ещё Локонс больше в кабинет не притаскивал, ограничиваясь теперь чтением отрывков из своих книг. С Малфоем Гарри пересекался только на занятиях по зельеварения, и тот никаких попыток к общению не делал. Судя по всему, информация о том, что попасть на Хогвартс-Экспресс маглорождённым помешал именно домовик семьи Малфой, не вышла за пределы кабинета Дамблдора. Гарри по-прежнему встречался с друзьями каждую пятницу, а субботы проводил в «своей» Выручай-комнате. Мало-помалу он разобрался, где что стоит, и даже попытался действительно начать эксперименты — не с зельями, конечно, с заклинаниями. Увы, деревянная пуговица, которую он попытался сделать невидимой, наоборот, начала отливать всеми цветами радуги, да ещё при этом стала почему-то абсолютно мягкой. Орегано предположила, что из-за ошибки в формуле заклинания или движении палочкой. Вообще, артефакторика оказалась невероятно сложной, хотя Гарри очень надеялся, что ему это действительно лишь кажется, и с каждым последующим курсом запутанные формулы, правила и соотношения будут всё понятнее. На данный момент он чётко уяснил: мало просто произнести заклинание. К его удивлению, многие чары зависели от лунных фаз — словно растения! А для достижения некоторых эффектов требовалось наложить целый комплекс чар, да ещё вывести рунные, либо и вовсе клинописные цепочки, при этом соблюдая строгую последовательность, и вдобавок «искупать» зачаровываемый предмет в сложносоставном зелье… «Если я хочу стать артефактором, — думал иногда Гарри, в пятый раз перечитывая какую-нибудь строчку и не улавливая в написанных на родном английском словах никакого смысла, — мне придётся изучать абсолютно все предметы не меньше, чем на «Превосходно». Даже зелья, а ведь от Снейпа мне такой оценки не дождаться!» Так прошло два месяца, и настал Хэллоуин. Гарри, как и в прошлом году, не пошёл на праздник. Тем более, в этом году, неожиданно, разразился настоящий переполох среди призраков: Почти Безголовый Ник, призрак факультета Гриффиндор, праздновал пятисотлетие со дня смерти. — Прибудут многие именитые гости, — разглагольствовал он, польщённый вниманием почти всех поголовно гриффиндорцев. — Даже Безголовые Охотники обещали прибыть… У них, знаете ли, целое общество. Я тоже хотел вступить… Ну, не то, чтобы хотел… Так, от скуки заявку подал… — И что? — нетерпеливо поинтересовался Рон. — О, ничего существенного… Они, видите ли, берут только полностью обезглавленных. Без этого условия не получится жонглировать своей головой, либо играть ей в поло… — Какой ужас, что за варварские развлечения! — вырвалось у Анджелины Джонсон. — Да-да, — подтвердил Ник, хотя весь его вид говорил, что он бы не прочь участвовать в таком «варварстве». — Вот и я подумал… Обойдусь без их Общества… Но на юбилей всё-таки пригласил, иначе невежливо получится… — Кроме того, обезглавленных призраков наверняка тьма-тьмущая, — азартно добавил Ли Джордан. — В Европе, да и не только, головы в Средние века рубили только так! А вот почти безголовых наверняка — раз, два и обчёлся. Так что плюнь на это сборище, Ник, ты намного уникальнее! — Благодарю, мой живой друг, — Ник смущённо засеребрился и, кажется, даже пустил призрачную слезу. А затем вдруг вдохновенно просиял: — А не желаете ли вы почтить мой праздник своим присутствием? — Я… э… — Ли явно не ожидал подобного приглашения. — Без нас он не пойдёт! — тут же заорали близнецы Уизли. — Что ж, приходите втроём, — Ник обвёл взглядом остальных, столпившихся в гостиной Гриффиндора, студентов, однако никто больше не выразил желания посетить призрачную вечеринку: пир в Большом зале, на который Дамблдор, по слухам, пригласил труппу танцующих скелетов, был интереснее большинству. — И… не могли бы вы сказать Обезглавленным Охотникам, какой у меня иногда бывает жутко устрашающий вид? — снова обратился Ник к Ли и близнецам. — Иногда? — переспросил Джордж. — Да мы боимся тебя больше Кровавого Барона и Пивза вместе взятых, — заверил Фред под дружный смех присутствующих.

***

Гарри вновь провёл Хэллоуин с друзьями в Выручай-комнате, тем более, это как раз была пятница. Вновь на столике стояло фото его улыбающихся, таких молодых родителей. Правда, на этот раз их беседа крутилась не вокруг нападения Волан-де-Морта на Поттеров, а вокруг учёбы. Гарри буквально забросал их — точнее, Орегано и Скуало — вопросами по непонятным фразам из учебников, предоставленных «его» вариантом Комнаты. — Врой, хватит! — рявкнул, наконец, Скуало. — Мало нам учителей с их постоянными «скоро экзамены, вот вам куча заданий!» Хоть ты с этими жуткими формулами не лезь! — Но… — Давай завтра, Гарри, — мягко улыбнулась Орегано. — А то Дино вот совсем выпал из реальности… Дино и правда с момента встречи произнёс не больше пары-тройки слов. Услышав своё имя, он вздрогнул и привычно взлохматил волосы, но не улыбнулся: — Дело не в этом. Просто Энцо снова куда-то сбежал… — Врой, Конь! — Скуало хлопнул себя по лбу. — Ты, наверное, единственный человек в мире, от которого сбежала черепаха! — Но его надо найти, — подскочил Гарри. — Вдруг он выползет из замка, а там же холодно! Или в озеро свалится! Или Пивз его запихнёт в какие-нибудь доспехи… А мы тут сидим! — Гарри прав, — поднялась Орегано. — Ты должен был сразу об этом сказать! — Да я был уверен, что он где-то здесь… Они покинули Выручай-Комнату, направившись вниз. По пути Орегано наколдовала Темпус. — Пир уже скоро закончится, — заметила она. Они обследовали этаж за этажом, не пропуская ни единого закоулка и открывая все двери, но безрезультатно. Осматривая пятый этаж, они услышали снизу шум и весёлые голоса: пир закончился, и школьники разбрелись по замку… Смех становился всё громче, а затем вдруг резко затих, после чего раздались перепуганные вскрики, кто-то звал Дамблдора… Не сговариваясь, друзья бросились вниз по лестнице. Они влетели в коридор чуть позже директора, МакГонагалл, Снейпа и Локхарта, остановившись за их спинами. Школьники расступались, давая проход учителям. но Гарри и так видел причину страха. В луже воды у дальней стены коридора, возле вечно неработающего женского туалета, стоял Энцо, занявший собой всё пространство. Голова его была опущена к воде… Черепашонок не двигался. А над ним на стене сияли в свете факелов выведенные огромными буквами слова: «ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА. ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!»