Гарри Поттер и пламенная дружба.

Профессор МакГонагалл повела на матч весь факультет — организованно, строем, сперва старшекурсников, затем младших. Гарри оказался в середине толпы, впереди шли третьекурсники, сзади первый курс, слева шёл Рон, справа — Симус… Профессор МакГонагалл замыкала строй. Из подземелий так же организованно вышли слизеринцы, и Гарри с досадой заметил среди них светлые длинные волосы Скуало: тот явно не решился перечить Снейпу. Чинно дошли до стадиона, чинно расселись в предназначенных для их факультетов секторах. Чуть позже появились когтевранцы и пуффендуйцы, но разглядеть Дино и Орегано у Гарри уже не получилось. Их план допросить Плаксу Миртл, очевидно, провалился с треском. Матч начался. Слизеринцы открыли счёт, по трибунам Гриффиндора прокатился разочарованный стон. Гарри не особо следил за игрой, думая, как быть. Они не ожидали, что профессора будут выводить на матч как малышей каких-то, под надзором. Они же целой толпой шли, их больше шести человек на факультете! «Наверное, профессора предполагали, что кто-то может захотеть остаться, и решили таким образов проконтролировать всех», — подумал он. Эх, и почему не сообразил отпроситься в больничное крыло! Прихватил бы мантию-невидимку, выбрался оттуда потихоньку… Вот только сумел бы он допросить Миртл без друзей?.. Резкий и встревоженный голос профессора МакГонагалл разнёсся над стадионом: она всегда сидела в рубке вместе с комментатором Ли Джорданом, и сейчас отняла у него микрофон. — Внимание! Всем покинуть трибуны и организованно возвращаться в школу! Матч отменяется! Игроки, спуститесь на землю! Зрители, ждите своих деканов! Повторяю… — Что случилось? — захлопал глазами Гарри. — Не знаю, — озадаченно ответил ему Рон. — смотри, рядом с ними Филч! Филча Гарри едва разглядел: тот стоял возле комментаторской рубки и что-то возбуждённо говорил, размахивая руками. — Что-то случилось в школе, — озвучил очевидное Дин Томас. Гриффиндорцы начали покидать трибуны, суетясь и толкаясь, далеко не так слаженно как слизеринцы и когтевранцы, но хотя бы быстрее пуффендуйцев… Их собрали в Большом Зале. Все расселись за столы своих факультетов: всё равно после матча должен был быть обед. Дамблдор поднялся из-за стола преподавателей: — Сожалею, что пришлось лишить вас долгожданного события, — произнёс он. — Однако сложившиеся обстоятельства не позволяют сейчас веселиться. Более того, меры предосторожности будут ужесточены. Отныне ученикам запрещено передвигаться по замку иначе, чем сопровождении преподавателей… — Но, профессор! — воскликнула Гермиона, перекрывая возникший шум. — А если нам понадобится в библиотеку или отправить письмо… — Любую книгу из библиотеки вы можете получить через домовых эльфов Хогвартса, — подняв руку, чтобы утихомирить ропот, произнёс Дамблдор. — Они же принесут вам сов, если потребуется, — он щёлкнул пальцами, и возле каждого из факультетских столов возникло по домовому эльфу. Дамблдор представил их, справа налево: Пуффендую достался Вокки, Гриффиндору — Тарби, Когтеврану — Хупи, а Слизерину — Лури. — Но, професссор… Матч… — бессвязно выкрикнул Оливер Вуд. — Матчи будут возобновлены, когда минует угроза, — отрезал Дамблдор, мгновенно посуровев. — Было новое нападение. На этот раз пострадала ученица. Зал дружно ахнул и наконец замолчал. В напряжённой тишине все переглядывались, выискивая отсутствующую жертву. Это продолжалось всего пару секунд, а затем из-за стола Слизерина вскочил Скуало, и одновременно за столом Когтеврана вскрикнули Гермиона и ещё несколько девчонок, прижав руки ко рту. Тут же раздался визг за столом Пуффендуя… — Врой, где они?! — В больничном крыле, мистер Скуало, — просто ответил Дамблдор. — Профессор Снейп вас… Гарри и сам не понял, как оказался возле двери. Перед глазами всё плыло, он едва видел перед собой развевающуюся мантию Снейпа, ведущего их… На Скуало поднять глаза он и вовсе не решился.

***

— Это я виноват, — убито пробормотал Дино. — Врой, заткнись, Конь, — Скуало, против обыкновения, не рявкнул так, что тряслись стены, а произнёс это нормальным, с ноткой досады, голосом, отчего было ещё страшнее. Гарри промолчал — он просто не знал, что сказать. Дино был в порядке, физически, по крайней мере. А рядом на койке лежала Орегано, глядя в потолок ничего не видящими глазами. Гарри старался на неё не смотреть. «Она жива, — думал он. — Жива, только оцепенела». Но неподвижное тело и невидящий взгляд подруги пугали до ужаса. — Как это произошло? — наконец прохрипел он. Дино взъерошил волосы. — Не знаю, — сказал он. — Мы пошли к туалету Плаксы Миртл… — Флитвик и Стебль не заметили вашего ухода? — нахмурился Скуало. — Флитвик — не знаю, а профессору Стебль я сказал, что пройду к Энцо и сразу назад. Она, конечно, нарушила правила, но… — Дальше, — перебил Скуало. Для Гарри тоже не было ничего удивительного в том, что добродушная профессор отпустила Дино проведать Энцо. Как Орегано удалось отпроситься у Флитвика, видимо, останется тайной… «До того, как она очнётся, — торопливо поправил ход своих мыслей Гарри. — Она очнётся и всё расскажет». Он вновь сосредоточился на рассказе Дино. …Обойти Энцо, чтобы попасть в туалет Плаксы Миртл им не удалось. Тогда они попросили Толстого Проповедника позвать девочку-призрака. Но та появляться в коридоре отказалась. — Сказала, что ей больше нравится ванная для старост и попросила нас прийти туда… — Но ведь ты не староста, — заметил Гарри. — Пароль она тоже сказала, — пожал Дино плечами. — Да только мало было толку. Она всё причитала, что в тот день её жутко обидели на вечеринке призраков, ну той, которую Почти Безголовый Ник собрал, и она рано вернулась в свой туалет, но Энцо не видела. Мы спросили, не заметила ли она чего-то странного либо по дорогу, либо чуть позже. Она вся засеребрилась и сказала, что знает кое-что, но скажет, только если я… — Дино внезапно замялся, а потом, глубоко вдохнув, выпалил: — Короче, если я приму ванну. Ну, мы же в ванной для старост были… — Врой, она что, раздеться тебя попросила?! — заорал Скуало. По счастью, заглушающие чары на палате стояли, а не то мадам Помфри такого бы не потерпела, выставив всех троих. Гарри неловко хихикнул, настолько нелепо прозвучали слова Дино. — Надеюсь, купался ты без неё?! — Я вообще не полез купаться, — заверил Дино. — И остался в трусах! У Гарри вновь вырвался истерический смешок. — Дальше, — вздохнул Скуало. Дино весь сгорбился. — Орегано, услышав её просьбу, прошептала, что это небольшая цена за возможность что-то узнать, — теперь он говорил медленно, тяжело. — И вышла, чтобы не смущать меня. Миртл действительно рассказала кое-что. Оказывается, Тайную комнату уже открывали во времена, когда она училась Хогвартсе. Того, кто это сделал, выгнали, потому что тогда погибла ученица. Погибла, а не оцепенела… А потом она нырнула в одну из труб и исчезла. Я постоял где-то минуту, думал, сейчас вернётся, а потом оделся и вышел. А там — Орегано… — Которая оцепенела, а не погибла, — тряхнул волосами Скуало. — И ты ничего не слышал? Дино покачал головой. — Я думаю… — впервые заговорил Гарри. Друзья посмотрели на него. — Я думаю, из Хогвартса исключали не так уж много учеников. И мы знаем, когда училась и погибла Миртл. Надо просто найти тех, кто учился, но не выпустился в то время. Так мы найдём того, кто открыл комнату тогда. И, если он ещё жив… то пусть расскажет, что там за тварь! — А за Орегано не переживай, — Скуало хлопнул Дино по спине. — Когда там зелье из мандрагор пришлют? — Отец сказал, не раньше февраля, — уныло покачал головой Дино. — Из сицилийских, их в мае сажают, в феврале созреют… Надо написать ему, чтобы двойную порцию прислал! Теперь ведь двоих оживлять…