Гарри Поттер и пламенная дружба.

Про чудищ книг в Выручай-Комнате версии Гарри оказалось немало. Увы. комната отказывалась классифицировать их по запросу «только про тех, которые оцепеняют взглядом», поэтому Гарри, обозрев стопку из пары десятков книг (стопка лежала на столе и возвышалась над Гарри примерно на полтора метра), решил начать со списка учеников Хогвартса, поступивших в одно время с Миртл Уоррен или во время её учёбы и выпустившихся в течение семи лет с момента её смерти. После чего принялся сравнивать. Долго искать не пришлось: Миртл поступила в Хогвартс в тридцать девятом, а годом позже в школу был зачислен Рубеус Хагрид. Но в списках выпускников сорок седьмого года его не было… Гарри просидел над двумя списками — первокурсников сорокового и выпускников сорок седьмого — как минимум полчаса. А затем продолжил поиски. Он отказывался верить в виновность великана. Хагрид был простоват, грубоват, обожал опасных тварей и… и он признался Гарри на следующий день после знакомства, что ему запрещено колдовать. Гарри нашёл ещё шестерых — четверых мальчиков и двух девочек, которые тоже поступили в те годы, но не выпустились. Однако все они были маглорождёнными и никто не работал в Хогвартсе. «Тогда шла Вторая Мировая, — подумал Гарри. — Маглорождённые могли погибнуть под обстрелом.» А Хагрид — вон он, исполняет обязанности лесничего. В прошлом году, узнав о знакомстве Гарри с итальянцами, высказался крайне неодобрительно, хотя про статус крови ничего не говорил… И Хагрид вернулся к должности после увольнения. Всё указывало на него. Гарри записал годы учёбы Хагрида на клочок пергамента, отложил списки, вновь окинул взглядом предоставленные Выручай-комнатой книги о всевозможных тварях и, невесело подумав, что чтения здесь хватит как раз до летних каникул, когда всех оцепеневших оживят, решил уходить. Нужно было поспать хоть немного, а ещё придумать, как сообщить друзьям, что Хагрид почти наверняка виновен. И что делать дальше. Накинув мантию, он выскользнул из двери, которая тут же слилась со стеной, и двинулся по коридору: ему предстояло пройти почти через всю школу, чтобы добраться до лестницы, ведущей в Башню Гриффиндора. Коридор был пуст — ни дежурящих преподавателей, ни Филча с миссис Норрис, ни привидений или Пивза. Только одинокий второкурсник, возвращающийся в спальню… Гарри уже почти достиг лестницы в Башню, как его осенило: совы! Пусть он не может пересечься с друзьями и рассказать обо всём, что узнал, но разве где-то сказано, что ученик одного факультета не может отправить сову ученику другого? И вовсе не обязательно для этого вызывать любезно предоставленных Дамблдором домовиков: он может пойти в совятню прямо сейчас. Просто отправит им пергамент с датами, а те сами догадаются. Начав спускаться — попасть в совятню можно было только с четвёртого этажа — Гарри, поразмыслив, всё-таки решил, что отправит Буклю к Дино: тот менее импульсивен, чем Скуало, и он пострадал от нападений больше. В том, что сам Дино сообразит, как рассказать обо всём Скуало — да хоть тоже сову отправит! — Гарри не сомневался. — …рвать… терзать…убить… Это был тот же голос — холодный, страшный — который он слышал, возвращаясь первый в этом году раз из «своей» Выручай-Комнаты. Тогда он принял его за шутку Пивза, а потом решил — померещилось. Сейчас, после всех этих нападений, Гарри был уверен: он слышит чудовище. «Оно где-то внизу, — замерев, он напряжённо вслушивался, но, как назло, вокруг стояла тишина. — Кажется, внизу…» Гарри осторожно, затаив дыхание, спустился ещё на один лестничный пролёт, замерев между четвёртым и третьим этажом и судорожно вцепившись в перила. — …так голоден… так долго… Звук стал ближе. Гарри спустился ещё на пару ступеней. «Оно не сможет меня увидеть, — напомнил он себе. — На мне мантия-невидимка». — …убивать… время убивать… Гарри спустился ещё на несколько ступеней вниз… И тут перед его мысленным взором явственно вспыхнуло видение — Орегано на больничной койке, неподвижная, смотрящая невидящими глазами в потолок, мрачный Скуало, отчаявшийся Дино… А Гарри сейчас спускается прямо навстречу этому окаменяющему чудищу, даже не зная, кто именно ему встретится и как с ним бороться! «Идиот!» — обругал он себя и медленно, спиной вперёд, начал подниматься обратно. Отчаянно хотелось развернуться и бежать со всех ног, однако Гарри ещё не до конца утратил остатки здравого смысла: мантия делала его невидимым, но не приглушала звуки, а на топот бегущего человека чудище среагирует куда стремительнее, чем на тишину. Развернуться Гарри себе позволил, только оказавшись в коридоре четвёртого этажа. Прислушался — голоса больше не было. В совятню или в Башню? Совятня ближе, и записку всё-таки надо отправить, другого раза может и не быть, Гарри вовсе не был уверен, что рискнёт ещё раз пройтись ночью по замку. Башня дальше, но в ней точно безопасно… И теперь он знает, что тварь — говорящая. Наверное, даже в волшебном мире не так много животных, которые умеют разговаривать! — …и Скуало точно согласится пойти со мной в кафе мадам Паддифут! — громкий девчачий шёпот раздался так неожиданно, что Гарри подпрыгнул. Шума он при этом произвёл немного, однако говорившей хватило: — Ты слышала? Какой-то шорох… Гарри осторожно сделал несколько шагов от лестницы. За углом, прямо у поворота в совятню, замерли две фигуры. К счастью, света из окна хватило, чтобы он узнал в одной Чжоу Чанг — ловца Когтеврана, красивую азиатку. Рядом с ней замерла пухленькая кудрявая блондинка. — Клянусь, Мариэтта, это последний раз, когда я поддалась на твои уговоры! Как будто утром ты не могла забрать это зелье! — А вдруг до утра совы бы разбили пузырёк, — возмутилась блондинка. — На нём наверняка заклятье неразбиваемости, — недовольно прошептала Чжоу. — Я ничего не слышу… Может быть, Пивз. Или миссис Норрис. Идём, пока не схлопотали наказание! — Прости, прости! — зашептала Мариэтта. — Я просто очень боялась идти одна, а ты моя лучшая подруга! Девочки направились к лестнице, наверняка собираясь подняться в Башню Когтеврана. Гарри тихо отступил от лестницы. Коридор был достаточно широк, чтобы они его не задели, проходя мимо. Скосив глаза на пол, он убедился, что не отбрасывает тени — иначе девчонки могли бы её заметить, и это было бы уже сложно списать на выходки Пивза, да и на миссис Норрис Гарри никак не походил очертаниями! Дальнейшее заняло доли секунды. Девчонки как раз прошли мимо него, действительно не задев, вышли на лестницу, он повернулся, намереваясь подняться за ними… — …я чую кровь… — раздалось совсем рядом, и за его спиной заскрипела дверь и раздался шорох чего-то — кого-то — по каменному полу. Девочки обернулись. Гарри видел лицо Чжоу прямо перед собой, видел, как она за секунду побледнела почти до мертвенной белизны, как в ужасе расширились её глаза… И она упала. А рядом упала Мариэтта и, не удержавшись, полетела со ступенек вниз, туда, откуда несколькими минутами раньше поднялся Гарри. Из складок её мантии выпал и полетел в лестничный пролёт какой-то пузырёк… Донёсся слабый звон. Если на том, ради чего Мариэтта рискнула ночью идти в совятню, прихватив Чжоу, и были чары неразбиваемости, то падения с третьего этажа они не выдержали. Затылок самого Гарри обдало тяжёлым зловонным дыханием. «Только не оборачивайся, — зажмурив глаза, отчаянно приказал он своему телу, из последних сил подавляя паническое желание заорать и броситься наутёк. — Оно тебя не видит. Не оборачивайся». Откуда-то снизу раздалось кудахтанье, и тут же дыхание в затылок исчезло, вновь раздался шорох, и Гарри вдруг понял, что остался один. Судорожно выдохнув, он открыл глаза и посмотрел на оцепеневшую Чжоу. Перевёл взгляд на Мариэтту… — Куд-дах-тах-тах, куд-дах-тах-тах, — сквозь стену из коридора третьего этажа просочился Пивз. — Глупая девочка перепутала лестницу с кроваткой? — завис он над Мариэттой… и вдруг заорал, растеряв всю дурашливость. — Убийство! Снова убийство! Чудище Тайной Комнаты проснулось! Проснулось и снова убивает! — Пивз! — загремел где-то внизу недовольный голос Филча. — Ну вот я тебе сейчас задам! Что ты устроил… Гарри не стал дожидаться, пока Филч с миссис Норрис доберутся до них. Кошку не обмануть мантией-невидимкой, она точно почует спрятавшегося под ней ученика. Аккуратно обойдя Чжоу — почему-то перешагнуть через неё казалось неправильным — он поспешно начал подниматься по лестнице. Пивз не прекращал надрываться, а потому Гарри совершенно не боялся шуметь — его шагов было бы не слышно. Он преодолел пару этажей, прежде чем услышал снизу крики Филча. Тот звал директора Дамблдора. Гарри торопливо назвал пароль Полной Даме — та отъехала в сторону и лишь потом сонно буркнула «приснилось, видимо». Он сорвал с себя мантию, прокрался в спальню и, не раздеваясь, лёг на кровать, задёрнув балдахин. И так до утра и не сомкнул глаз — стоило прикрыть веки, как перед мысленным взором вставало искажённое ужасом лицо Чжоу. Учеников будить никто не пришёл — то ли решили не поднимать панику раньше времени, то ли потому что ученицы были с другого факультета. А ещё Гарри было стыдно. Он просто сбежал. Но, с другой стороны — а что он мог сделать?

***

— А что ты мог сделать? — спросил Скуало. Известие о том, что было ещё одно нападение, едва не породило панику прямо за завтраком. Когтевранцы были в подавленном настроении: ведь все три пострадавших ученицы были с этого факультета. В Большом Зале поднялся переполох — все, кто хоть сколько-то знал Чжоу и Мариэтту, наплевав на межфакультетское разделение, жаждали пообщаться с когтевранцами и узнать подробности. Увы, те не могли ничего сказать: Мариэтта с Чжоу вышли после отбоя, никто не видел, когда, и не знал о случившемся до утра, когда профессор Дамблдор объявил обо всём. Чжоу Чанг оцепенела, как Орегано и Энцо. Мариэтта Эджком погибла. — Что-нибудь, — отчаянно прошептал Гарри. Пользуясь неразберихой, он ускользнул из-зав гриффиндорского стола к слизеринскому, по пути ухватив за рукав Дино, и теперь они стояли втроём в углу Большого зала. — Хагрида в замке не было? — уточнил Скуало. — Не заметил, — сказал Гарри. — И чудище не разглядел. — И хорошо, что не разглядел, — пробормотал Дино. — Интересно, что теперь будет? В прошлый раз Хогвартс после смерти Миртл не закрыли только потому, что виновника нашли… — Хагрида, — кивнул Гарри. О списках он уже рассказал. — Врой, ну не верю я, что у Слизерина такой наследник может быть! Да уж скорее Филч! — вполголоса рыкнул Скуало. — Всё, мелкий, завязывай с ночными прогулками. И пятничных встреч тоже больше не будет. И чего этим девчонкам в тёплых постельках не спалось?! Гарри не сказал, что Мариэтта упоминала его. Хотела пойти с ним в какое-то кафе… Теперь это уже неважно. Теперь она никуда не пойдёт. Никогда. Зато он изложил свою идею насчёт совиной переписки. Только Скуало заявил, что к ним сова не попадёт: гостиная Слизерина в подземельях, под озером. Воскресенье проходило на редкость уныло: из гостиных не выпускали, все нужные для домашних заданий книги доставляли прикреплённые к факультетам Дамблдором домовики. Они же приносили сов желающим отправить письма. Перси Уизли был мрачнее всех, и даже близнецы не решались шутить на тему случившегося. — Он боится за Пенелопу, — шепнул Рон, пристроившись рядом с Гарри, который листал итальянский учебник артефакторики, поглядывая на черепашатник с Челси: та, ничего не подозревая о происходящих в школе ужасах, мирно поедала одуванчики, которые Гарри вырастил прямо там же, в земле. — Та сообщила, что миссис Эджком прибыла каминной сетью, подключившись напрямую к кабинету Дамблдора, она же сама в Министерстве магического транспорта работает, и забрала вещи Мариэтты и её… ну… её тело, — одними губами прошептал Рон. — И вроде сказала, что Попечительский Совет должен этим заняться. — Совет должен был этим заняться ещё после того, как оцепенел Энцо, — буркнул Гарри. — Ведь понятно же, что чудище охотилось не на черепаху, а значит, не остановится. Его должны были искать! А не заявлять «подумаешь, летом расколдуем!» — Но у Дамблдора всё под контролем… было… — промямлил Рон, и Гарри разозлился. О каком «контроле» вообще речь?! — А кстати, твой папа ведь тоже в Попечительском Совете, — вспомнил он. — Не знаешь, случайно, как Хагрид снова оказался на прежней должности? Его же уволили после случая с драконом! — Знаю, — Рон откусил сладкий пирог: учеников не выпускали из гостиных вообще, доставляя всё с теми же домовиками еду прямо в гостиные. — Дело в том, что Хагрида когда-то исключили из школы. Не знаю, что там за история была, но Дамблдор тогда взял его под свою ответственность. И когда Хагрида выгнали в прошлом году, он летом напомнил Совету об этом и сказал, что не может выполнять свои обязанности по присмотру за Хагридом, если того нет в школе. Ну и не выгонять же Дамблдора следом! Так что Хагрида вернули. Да и почти все из Совета помнят, как он их первокурсниками перевозил, так что против, кажется, были только Малфой и Пикс. «Правильно они были против», — тоскливо подумал Гарри, но вслух ничего не сказал. День тянулся нескончаемо длинно. Домашние задания закончились на удивление быстро, и многие схватились кто за волшебные шахматы, кто за книги Локонса, а кто и за учебник истории магии… Гарри продолжал штудировать артефакторику, не без удивления отметив, что теперь лезет в словарь не за каждым третьим словом, а всего раз за три страницы! Кажется, в изучении итальянского у него тоже шёл неплохой прогресс. Когда домовики подали ужин, в гостиную пришла МакГонагалл. И без всяких предисловий, сухо, собрано подтвердила опасения Гарри: ходить с занятия на занятие они будут строем, а выходные проводить в гостиных. — Скажу прямо, — подытожила она, — чудо, что Хогвартс продолжает работать. Председатель Попечительского Совета Люциус Малфой, — она слегка поморщилась, — вынес предложение снять директора Дамблдора с должности… Шум поднялся страшный. — Да без Дамблдора хуже будет! — заорал Рон так, что у сидевшего рядом Гарри заложило уши. И многие поддержали его. Близнецы и вовсе высказались, куда Малфою-старшему засунуть такие предложения — не совсем в приличной форме, но МакГонагалл лишь укоризненно одёрнула их, не сняв баллов. — Министерство решило повременить с отставкой директора, — продолжила она, когда все поутихли. — Директора Диппета пятьдесят лет назад с должности не сняли, дав шанс найти убийцу Миртл Уоррен… и директору Дамблдору тоже предоставили такой шанс. Однако только до конца года. Календарного, — добавила она. — Если же этого не будет сделано, Хогвартс закроют. В этом случае детям волшебников придётся продолжать обучение на дому с частными учителями или родственниками, а маглорождённым искать другие школы… Неужели Дамблдор продолжит покрывать Хагрида, позволив закрыть Хогвартс? Или… Хагрид действительно невиновен, и тогда, и сейчас, и директор об этом знает?