Ленинградский дождь

С обмундированием нынче худо, сапоги совсем стёрлись и кирза не спасает ноги от влаги. Ремни винтовок до крови натёрли плечи даже через шинели. Ливень шёл третий день с тех пор как двое товарищей начали преследовать сбежавшего вурдалака. Местный леший, недавно вступивший в красную армию, вёл паренька из Петрограда. Польская армия уже покинула Киев, но всякая нечисть продолжала терроризировать отдельные поселения Украины. Разумных тварей старались переманить на свою сторону, а остальных приходилось пускать в расход. Леший разумеется был безымянный, поэтому соотрядовцы прозвали его Веиком. Веику около 60 лет, точно не знает, но по лешьим меркам это не очень-то и много. Лицо окружает бурая борода с вкроплениями мха. Ростом чуть больше двух метров, из-за чего выданная шинель не застёгивается, а будёновка и вовсе не налазит на голову. Петроградцу всего 17 лет, пороху ещё нюхал, да и в отряде без двух дней неделю. Его и послали с Веиком, чтобы посмотреть, чего стоит. Данила вырос в семье бывшей крестьянки и рабочего, жили с пятью братьями в проголодь. Парень всегда питал чувство высокой справедливости, но из-за матери активизмом не занимался. Только месяц назад голод забрал её и некому стало удерживать Даню. - Он поле, за нею рів, там він і ховається, - веик указал на широкое поле, усыпанное подсолнухами. - Хорошо, раз это ров, то я его с одного конца спугну, а ты наверху жди, пойдёт? - Спробуємо, - голос веика был басист и не всегда разборчив, ведь прежде ему не часто приходилось общаться с людьми. Дождь наконец сыграл на руку, ведь звук падающих капель перекрывал шум от перемещения. Дойдя до левого окончания рва, Даня снял мосину с плеча и спрыгнул на глубину полутора метров. Приземлился он на песок, каблуком сапог в нём и увяз, к счастью, Даня устоял на ногах. "Быстро убежать у него не выйдет." Веик тем временем уже был на готове, спрятавшись в кустах. За дни погони вурдалак на столько истощился, что почти не дышал. Лопухи частично прикрывали его дряхлое тельце, от дождя вся кровь с него смылась, так что не знающие могли бы пройти мимо. Даня прижал щёку к прикладу, задержал дыхание и произвёл выстрел, стоя на колене. - Готов! - Спалити його треба, а то мало що, - Веик скользнул вниз из кустов. При всей габаритности в ловкости ему было не занимать. - В такую погоду не выйдет, но и закапывать его нельзя, может какому-нибудь волку его скормим? - А якщо тварина заразиться? Треба його тоді до села віднести, там спалимо і ні в кого сумнівів не буде. - Хорошо, нести по очереди будем. - Тоді пішли. Даня перекинул винтовку за спину и накинул труп на плечи подобно коромыслу. Веик вылез первым и подал руку товарищу. Так прошли они километра четыре, хоть упырь и не отличался тяжестью, но спустя три дня погони и такая ноша оказалась чрезмерной. Юноша упал на колени и свалил на землю мертвую тушу. - Я больше не могу, иди один. Я тебе только обузой буду, ты несколько дней без сна обойтись можешь, а я уж совсем измотался. - Через скільки на тебе чекати? - спросил леший, поднимая труп. - Думаю дня за два доберусь. - Добре, я все доповім командиру. Удачі, Даня. - Удачи, Веик. Леший побрёл напрямик через бурелом, напевая себе в бороду: "Зелене листя, білі каштани, Зелене листя, білі каштани... Ой як то сумно, як вечір стане." А Даня приставил винтовку к стволу, и сам уселся рядом. Из драной сумки достал вяленую конину с флягой. Лицо от дождя закрывал козырёк будёновки, так что он не сильно его тревожил. Хотелось просушить ноги, но для этого пришлось бы разводить костёр под крышей, которой у него не было. Доев свой скудный обед, он спрятал кисти в рукавах. "Вот сейчас высплюсь и в два счёта его догоню." Голова юноши упала на грудь и он уснул. Через час Веик добрался до болота, от ливня мох разбух, идти стало опаснее прежнего. К счастью вокруг было много деревьев, хоть часть из них и погибли. Ладонью леший зачерпнул воды из лужи, чтобы промочить горло. "Прийде лізти нагору." Он перехватил в одну руку ремень винтовки и конечность упыря. К сожалению, сапоги пришлось бросить. "Сподіваюся Данило їх підбере." Хватаясь за наиболее прочные ветки левой когтистой рукой, на правой когти пришлось отстричь, чтобы было возможно нажать на курок, и уверенно перебирая ногами, леший забрался на самую верхушку березы. Болотная берёзовая роща открылась взору, а на горизонте заливался закат. Как обезьяна Веик перепрыгивал с дерева на дерево, за 60 лет в этом деле он очень наловчился. Но ветка хрустнула и полетела вниз, Веик едва успел вцепить в ствол когтями. Леший посмотрел вниз а на месте упавшей ветки уже извивалась гадюка. Резка боль в пальцах заставила его зажмуриться, когда он открыл глаза, то уже снова летел, а пальцы остались воткнутыми в ствол. Глубокой ночью Даня наконец приоткрыл глаза, но тут же зажмурился от далекого яркого света. "Неужели поляки? Или наши?" Даня схватил свою винтовку и лег пластом, пытаясь разглядеть, кто же там. Но в кромешной тьме свет перекрывал любые силуэты. Тогда парень пополз вперёд. Таинственные огоньки тоже приближались и чем меньше становилось расстояние, тем больше огней выходило из сумрака.