Non-random cases

Настал новый день. Совершенно бессмысленный для Юнги, такой же очередной, как и прошлые за эти 2 недели. Брюнет оставил попытки достучаться до Чимина, какой в этом смысл, если его терзания не волнуют человека с голубыми волосами. Шуга читает сообщение, когда находится уже на грани отчаяния. Парню не на что и негде жить. Они с Хосоком подрались ещё неделю назад и тот выгнал брюнета, выставив вещи за порог. Ладно, если б они находились хотя бы в сумке, но нет, вещи летели изо всех окон во двор. Соседи такому пируэту не удивились, знали, что в этой квартире живут два парня, один ёбнутый на всю голову, вечно огрызающийся и курящий по стопке пачек в день, другой Мин, приветливый и добрый парень. Юнги хотел попросить помощи у Чимина, но тот молчал и вообще не выходил на связь, в чём, опять же, виноват Хоуп. Ведь если бы не его выходка с новой порцией ревности, то сейчас всё было бы иначе. Да, Чимин бы и дальше любил Хосока, приходил к ним в квартиру, а Юнги тихо любил Чимина. Пак чувствует себя паршиво. Ему стыдно перед Юнги. Столько времени прошло и вот, наконец, он вышел с ним на связь. Парень написал ёмкое " Прости, что так долго. Надо поговорить. Завтра в кафе у J-brothers corp. Время: 10.00 " Он не смеет даже надеяться, что тот придёт на встречу, Чимин понимает, что многого просит. Тем временем всё же ждёт. Верит, что тот явится. День икс настаёт быстрее, чем они оба ожидали. Шуга оказывается в кафе раньше Чимина на приличное количество времени. Он сидит в чёрном объёмном худи, на ногах чёрные джинсы, волосы растрёпаны, но не настолько, чтоб это бросалось в глаза. Парень ничего не заказывает, ибо денег у него нет, они закончились, собственно, как и жильё. Брюнет нервничает, он дёргает ногой под столом и его руки не находят себе место, то он потирает их друг о друга, то хрустит костяшками, то отбивает по колену пальцами какой-то ритм. Он пытается избавиться от волнения и в его голову лезет мысль, что соскучился по музыке и синтезатору, который остался у Хоупа, хотя он ему не нужен и, скорее всего, избавится от инструмента. А ведь Юнги частенько его использовал. В дни, когда исчез Чимин, кажется, играл вдвое больше. Брюнет вспоминает все мелодии, что придумал сам, он ненадолго улетает из сознания, закрывает глаза, погружаясь в мелодичную и спокойную музыку в голове, как вдруг из мыслей его вырывает любимый голос. — Привет, Юнги. — с осторожностью, здоровается Пак. Он знает, что натворил. Знает, как парню было не по себе, но ничего не мог с этим поделать. Впервые в жизни Чимин выбрал себя и свои чувства. Ему пришлось исчезнуть. Ведь это было ненадолго. Ничего страшного не случилось, так? — Привет, — отвечает Мин, немного дрогнув от неожиданности. Его голос захрипел, поэтому пришлось немного прокашляться, прежде чем снова поздороваться. Он боится, не знает о чём хочет поговорить голубоволосый. Но, чёрт возьми, как же приятно сейчас видеть его рядом. Юнги скучал и очень сильно. Цветы в лёгких парня начали распускаться только при виде этого красивого человека, который выглядит как сто долларов, так же привлекательно и недоступно. По крайней мере для Мина. — Как ты? — ну надо же как-то начать разговор, не сразу же в огонь лезть, необходимо подготовиться. Пак чувствует, как скучал, тоже. — Честно говоря, паршиво. — отводит взгляд, так и не взглянув на парня. Не хочется смотреть в глаза тому, кого полюбил безответно. Сейчас он понимает Хоупа, и как тому было тяжело. Мин и минуты не может выдержать, а тот жил со своим объектом обожания слишком долго. Воспоминания о криках Хосока лезли в голову со страшной силой. «Лучше бы я тебя не находил», «Надо было оставить тебя, как собаку в той подворотне», «Я не хотел тебя любить» и короночка «Лучше бы ты исчез, ты испортил мне жизнь своим существованием». Неприятно, правда? Шуге тоже, но парень прав, не появись Хосок тогда у мусорки на улице, Юнги бы просто умер и от этого было бы всем легче, никто бы и не знал, кто такой этот Мин Юнги вообще. Но сейчас вот он, взрослый парень, который обречён на одинокую жизнь опять на улице без средств к существованию. К тому же, с разбитым сердцем, потому что Чимин явно любит Хосока, раз ведётся на всё то дерьмо, что творит с ним парень. Так думает Мин. — Прости меня, — произносится тихое, — я должен был исчезнуть, понимаешь? Я поступил неправильно по отношению к тебе, я это признаю, но с Хоупом у меня были нездоровые отношения и … — Я знаю, — перебивает, — наблюдал, — смотрит в окно, голос его холодный, совсем не жалобный. Юнги звучит так, будто ему плевать и в его жизни всё прекрасно, только это не так. — Ну, да, — Чимин опускает глаза в пол и тут же в его голову проникают проницательные мысли. Юнги выглядит так, будто несколько дней не находился дома. Одежда местами грязная, волосы взъерошены, честно признаться, помято выглядит парень, если вы понимаете о чём я. Также в глаза бросается, что тот ничего себе не заказал, хотя пришёл раньше него, нет денег? Вполне вероятно, зная, что воровать он перестал. Тогда как же он всё это время жил? В общем, ничего не понятно, но очень интересно. — хочешь заказать что-нибудь? — Спрашивает, в надежде подтвердить свои догадки. — Нет, — чётко, холодно, сухо. — Уверен? — скептически щурится. — Да. — повторяет. — Тогда я это сделаю за тебя. Официант, — поворачивает голову в сторону бара, зовёт, привлекая в себе внимание персонала. Парень делает заказ, внимательно наблюдая за сидящим напротив и о чём-то думает. Сложно понять, о чём именно, глаза парня выражают новую эмоцию, которую брюнет не в силах распознать. Юнги молчит, желанию сделать заказ не перечит. Он голоден и сопротивляться не намерен. Он не выпрашивал, это жест доброй воли, не больше. Потом Чимин забудет о нём и будет жить с Хоупом долго и счастливо. Конец. Так думает Мин. Нужно просто перетерпеть, Пак уйдёт, а Шуга останется в кафе на очень долго, потому что там тепло и на улицу сегодня не хочется. — Я задам всего один вопрос и жду честный ответ, взамен можешь просить или спрашивать меня о чём угодно. Даю слово. А его я держать умею. — Строго произносит Чимин. Его голос грубый и выражение лица соответствует — серьёзное, правая бровь поднята. Такого Чимина Юнги ещё не видел. Обычно он выглядит как ангел, эдакий аленький цветочек, а сейчас нет. Сейчас перед Шугой сидит суровый парень, который жаждет ответов и отступать не намерен, за таким хочется идти, ему хочется доверять. — Слушаю. — интерес появляется быстро. — Как давно ты виделся с Хосоком? — Вы не подумайте, Чимину не интересно, как там у него дела. Ему важно понять другое, что творится между этими двумя. — А кто это? — в ответ поднимает бровь и вновь отворачивается к окну, не желая создавать зрительный контакт. Шуга не может его выдерживать, Пака хочется схватить и прижать, как тогда, когда произошла ссора и мелкий к нему в комнату прибежал. Не время сопли разводить, у каждого своя жизнь, Юнги больше не хочет никуда лезть и кому-то что-то доказывать. Однажды он попытался, его не послушали. — Мне стало всё понятно. — Чимин взгляда не отрывает, он пронзительный, смотрит в самую душу, копает глубоко, ещё немного и доберётся до всего. Если он будет продолжать сверлить парня взглядом, то Юнги раскрошится, сломается на мелкие кусочки, а для него это невыгодно. Нужно держать лицо. Он же предупреждал, что не полезет в эти отношения, говорил же, что с Хоупом ничего путного не выйдет, так зачем пытался опять проникнуться к Чимину? Ответ прост — поистине полюбил. — Что именно? — Юнги правда не понимает небесного. Он начинает внутри закипать и беситься. Что вообще за вопросы? Если так скучает, пошёл бы к этому красному ублюдку. Ему, Шуге, вообще по-хорошему, не сидеть за этим столом, а принять душ и хорошенько так отоспаться, но не на холодном асфальте, а в тёплой кроватке, которая стала ему недоступна. Как парень вообще жил? Он что, правда надеялся всю жизнь прожить с Хоупом? Почему не искал запасной вариант? Почему не начал искать работу, спросите вы? Он просто полный дурак, который в глубине души надеялся на разумность и верил в дружбу. Но, как оказалось, её можно легко проебать, когда зудит в районе паха и хочется выбрать чужую жопу, а не лучшего друга. Разве это настоящая дружба? Да! Но только один из них порядком так заебался быть в тени, оттуда и полезла вся та желчь, которая никак не проявлялась при Шуге. И что теперь? Нужно слоняться по районам снова? Зачем он вообще тут сидит? Да потому что любит и лишний раз увидеть Чимина — свет в тёмное время суток. — Тебе негде жить. — вот так просто произносит, будто Пак — корейский Шерлок Холмс, с лёгкостью в голосе и абсолютной непринуждённостью. Он, видно, знает, что делает. В глазах ни капли страха, только уверенность. — И как же ты это понял? — Шуга, ты серьёзно? Давно в зеркало смотрелся? — По ряду причин, я не тупой, Юнги, хоть и кажусь наверное дебилом. Но дебил я только в одном, что с Хоупом сошёлся. — Чимин игнорирует мелкий укол в самое сердце, будто его и не было вовсе. История закончена. Точка. Так думает Чимин. — В этом ты прав. — на губах брюнета появляется лёгкая ухмылка, но ничего доброго она не несёт. Уголки губ дрогают с отвращением к последнему названному имени, в голове снова и снова крутятся картинки и диалоги. Как от них избавиться, мать вашу? Это начинает выводить из себя. — Что? — Чимину сейчас показалось или Юнги ВПЕРВЫЕ быканул? — Что слышал, Чимин. — наконец-то он встречается взглядами с соседом по диалогу, зрительный контакт устанавливается. Да начнутся голодные игры. — С каких пор ты такой дерзкий? — Такой Юнги не может привлекать, но это никак не отталкивает небесного, ему всё понятно, он не собирается злиться, ведь парень в беде. — С тех самых как снова жить негде, — язвит, голос пропитан ядом, но не к Чимину, а к себе и Хоупу, что так резко обрёк на прежнюю жизнь. — Ну вот, я оказался прав, — как бы между прочим мысленно разводит руками. — Порадуйся и возьми с полки пирожок, — кажется, или яд прибавляется? — Твоя пассивная агрессия перерастает в активную, но я понимаю, поэтому сделаю по-своему и тебя даже спрашивать не буду. Кидает короткий взгляд на официанта, который принёс заказ и пахнуть стало так вкусно, что невозможно пройти мимо еды. — О чем ты? — Сначала ты доешь, — указывает, кивнув на тарелку с салатом и горячим. — У меня вопрос, — повинуется и берёт в руку вилку, принимаясь насаживать на неё лист салата с черри, а лучше бы Чимина на свой член. Внезапно? Вовсе нет, эти глаза похотливые, жгучие, яркие, тем временем добрые и им можно доверять. Вот что злость, приправленная любовью делает с людьми. — Задавай. — Чимина ничего не удивит, пусть спрашивает. Он выше слово дал, вообще-то. — Ответишь честно? — не верит, вот и переспрашивает. — Да, — как он может сомневаться? — Ты любишь его? — в голове крутится мысль, что зря этот вопрос был произнесён и ответа на него вряд ли он хочет услышать. А если да, что тогда будет делать Шуга? Ему будет больнее раз в сто, а если нет? Тогда вряд ли что-то изменится. — Нет. — После всего? — Уверен? — зачем продолжаешь копаться, Мин? Если там происходило что-то столь поистине ужасное, Юнги Богом клянётся, что вывернет всю душу из этого чёртова манипулятора. Ведь теперь точно ничего между ними быть не может, ни дружбы, ни тёплых чувств, ничего. — Да. Я думал, что люблю, но нет. — Секундная заминка. — Теперь, уже нет. — Чимин опускает глаза в пол, надеясь, что эту интонацию Шуга проигнорировал, но он глубоко ошибается, блять. Брюнет замечает всё: взгляд, тон, движения, мимику и ему очень не нравится увиденное. — Что произошло? Ты обещал, поэтому отвечай, — тембр понижается, кисть крепче сжимает эту ебучую вилку, которой он уже хочет впиться в Хосока, но ждёт. Вдруг, парень сам себе выдумывает, а на деле, всё было не так. Юнги не из тех, кто руководствуется только своими эмоциями, он подумает, прежде чем сделать. Но ей Богу, если тот ублюдок хоть что-то сделал с его беззащитным Чимином… — Насилие, — прерывает мысли небесный раньше, чем Мин успевает закончить их в своей голове. — Какое из? — Да это даже уже не имеет значение, ибо будь здесь этот урод, Юнги бы уже раскроил ему черепушку, которая у него на плечах и которой он не способен думать. Как можно было так обращаться с этим ангелом? У него не помещается в голове мысль. Ни одна. Хосок — моральный урод, выродок и шваль, таких нужно уничтожать. Как вообще он мог с ним дружить? Ну, когда выбора нет, то и с гориллой подружишься, хотя зачем так оскорблять это прелестное создание, Хосок хуже любого животного, хуже насекомого и даже молекулы. Юнги его убёт, это точно. Но способен ли Шуга на убийство в реальной жизни, а не только в мыслях? Он не знает, но очень хочет это узнать. Терять нечего. Чимин всё-равно не будет ни с кем из них. Он достоин большего. Достоин человека, который будет любить его, искренне и честно, который не причинит вреда, который будет здоров психологически и будет помогать ангелу на протяжении всей его жизни. Юнги хочет, чтоб Чимин был счастлив. Искренне. — Всех видов, — Пак боится взглянуть в глаза напротив, он не знает, что может там увидеть, но он чувствует это напряжение, чувствует, как Мин переживает. Так всегда было, с момента их знакомства. Чимин тогда чуть было не сбил Шугу и он правда благодарен судьбе, что этот парень выжил. Только Юнги, за исключением брата естественно, пытался огородить от ошибки. Пак не дурак и он прекрасно видел, как брюнет молча наблюдал, казалось, следил за Чимином, только тот думает до сих пор, что оставался незамеченным. Увы и ах, мистер Мин Юнги, если Чимин ложился под Хосока каждый раз и стонал его имя, то это ещё не говорит о том, что он не думал о вас. — Твою мать, Чимин, это ж… Пиздец. Просто… Блять. У меня нет слов. — Злость разгорается с новой силой, Шуга так хочет защитить этого маленького ангелочка и прижать к себе, никогда не выпускать из объятий в этот суровый и несправедливый мир, полный жестокости и тьмы. — Я знаю, ешь, — это всё, что может в данной ситуации выдавить из себя парень. У него нет сил на разборки, он не хочет об этом говорить. Просто примите этот факт к сведению и давайте покончим с этим? Ни слова о Хосоке и жизнь наладится, но только скажите об этом огненному, он не прекращает трезвонить и терроризирует телефон каждый час. Вы думаете, Чимин тупой и не кинул того в ЧС? Вы глубоко ошибаетесь, друзья мои, кинул, и ещё десятки новых номеров тоже. Хоуп тоже не дебил, поэтому попытки достучаться до Чимина продолжаются. Раз охрана J-brothers corp. не пускает парня в здание, то он решил трезвонить днями и ночами напролёт. Удивительно, как Чимину ещё удаётся увиливать от парня. 15-20 минут разжёвывания салатов и основных блюд проходят в полнейшей тишине, парням нужно обдумать каждое сказанное до этого слово. Это тот вид молчания, который ни в коем случае не напрягает, а всё потому, что оба находятся в себе, в своём сознании, обоим нужно подумать, принять какие-то решения или вовсе отказаться от них. Можно эту тишину занять чем угодно и парни этим умело пользуются. Они тупо ничего не делают. Видно, как Чимин над чем-то мозгует, а Юнги просто плывёт по течению, он знает, что жизнь его не перестанет нагибать раком и жёстко ебать во все щели, парень даже этого не ждёт, но сейчас мысли его заняты не этим. Если думать постоянно об одном и том же, то можно свихнуться, Мин это понимает. Хотя, это неплохой вариант, ты можешь попасть в психушку, а там, по крайней мере, тепло и даже кормят. Есть, безусловно, свои минусы в виде таблеток. В таком заведении тебе фуагра никто не подаст, зато порцию глюков пожалуйста. Там тебя будут накачивать до того момента, пока ты не свихнёшься и не станешь, теперь уж, настоящим психом. А может и стоит туда обратиться? Это точно не самая худшая мысль за все дни, живущие на улице и в холоде, так то не май на дворе. Юнги сам не замечает, как кладёт последний кусок курицы себе в рот, всё также не упуская своих гениальных идей в голове. А ещё он не замечает, как Чимин сверлит его взглядом и точно ждёт, пока напротив доедят. Парень следит без гнева, даёт разжевать всё, что идёт в топку к Мину (эдакая аналогия рта), он смиренно ждёт и не торопит. Но как только вилка касается пустой тарелки быстро же выдаёт: — А теперь вставай, — произносит Чимин больше в приказном тоне, становится ясно, что это не просьба. Сам же парень поднимается на ноги, берёт все свои вещи, расплачивается наличными (кладя их просто рядом с пустой тарелкой, всё-таки лазанья отменная тут) и направляется к выходу из кафе. Уж слишком засиделись. — Куда мы идём, — сказать, что Юнги опешил — это ничего не сказать. Он думал, что они поговорят с Чимином и тот отправится восвояси в свою шикарную богатую жизнь, а Мин будет и дальше искать себе ночлег. Желательно, где потеплее, ибо ночью ещё прохладный ветер на холодном асфальте чувствуется весьма неприятно. К слову, ему никакие вещи брать не приходится, так как их нет, а те, что были, Хосок выкинул куда подальше. — Увидишь, — парирует Пак и достает ключи от машины. Мерседес сияет как никогда, а солнце красиво его освещает, иногда попадая лучами внутрь салона. Походка у Пака что надо, эдакий начальник и большой босс, собственно коим он и является. Он держится уверенно, тем временем, грациозно. Чимин одним движением руки разблокирует авто и открывает дверь водительского сидения. — Садись. Долго тут стоять будешь? — Торопит. — Он правда синий? — Шуге откровенно смешно такое наблюдать. В день их встречи было темно и то, что парень не запомнил чужую машину абсолютно нормально. Его тогда другое волновало, он вообще-то умереть хотел, свести концы с концами, покончить с этим бренным миром, как хотите называйте. А потом, увидев Чимина, его взгляд, сердце, душа были прикованы только к парню, который так яро кричал и возмущался чужим поступком. — Смущает? — Нет, но… Это иронично, — издаёт глухой смешок, качая головой. День сегодня начинается лучше, чем обычно. Определённо. Мин не хочет больше задерживать Чимина, поэтому послушно двигается к машине. — Я знаю, так, садись. — Небесный заводит мотор авто, ибо Юнги он уже завёл давно, примерно пару месяцев назад, и трогается с места, хотя мог бы трогать нечто иное и тоже кожаное. Весь путь Юнги сладко проспал в машине, он может и не хотел, но усталость и жизнь на улице даёт о себе знать как ни крути. В его снах был он, был Чимин, был Чонгук. Откуда там третий, спросите вы? Оттуда, что он брат того, в кого влюблён до потери пульса. Во сне было хорошо, там не было проблем, не было никакого Хосока, было другое — семья. А этого у Шуги не было никогда и было странным то, что мозг выдал вдруг такое. Таких снов не снилось ни разу. Они были либо мрачными, либо от них рождался страх, переходящий в гнев, другого не дано. От сна веяло уютом и добротой, не хотелось его прекращать, но рано или поздно придётся проснуться, да? В то время Чимин чувствовал себя спокойно, он уже сейчас уверен, что поступает правильно. Раз в жизни Пак сможет кого-то спасти, а лучше, если он спасёт того, кто будет благодарен, кто принимает тебя, кто ценит твои чувства, кто бескорыстен и добр, у кого чистое сердце, несмотря на сложную жизнь, которую не каждый вытерпит и останется человеком… Стоп. Пак восхищается этим парнем? Может, он тогда, в доме Кима, сделал неправильный выбор? Может, стоило выбрать Мина, вместо Чона? Прошлого не вернуть, но можно изменить настоящее, а потом и будущее. Так голубоволосый и поступит. Мысли постепенно гаснут, когда они доезжают до конечной точки. — Выходи, приехали, — негромко произносит Пак, аккуратно положив руку на плечо парня, чтобы разбудить. — Где мы? — Юнги кажется, что он находится в прострации, где-то, но только не на земле и не рядом с Чимином. Это был всего лишь сон, да? — Около дома, — говорит так спокойно и размеренно, будто само собой разумеющееся. — Чьего? — Парень явно не догоняет или ещё не до конца проснулся. Нет, не сон. Чимин рядом по-настоящему. Юнги жмурит глаза, пытаясь прийти в себя и оглядывается по сторонам, и видит огороженную зону. Повсюду стоят красивые новые дома, чистая детская площадка. Сюда просто так никому не прорваться. — Моего, — ухмыляется взъерошенному парню и находит милым его вопросы. — Что? — подождите. Они у дома Чимина? Чего? — Юнги, у тебя появились проблемы со слухом, надо отвести тебя к ЛОРу. — открывает дверь Мерседеса и, смеясь, выходит. — Я не собака тебе, чтоб водить, — Шуга повторяет все движения Чимина, закрывая за собой дверь. — Гав, гав, пошли уже. Чонгук вернется только вечером. С сегодняшнего дня ты живёшь у меня.

***

Сказать, что Юнги в шоке — это ничего не сказать. Сказать, что Юнги в полнейшем ауте и ахуе, вот тут уже куда ближе. Как понимать эту фразу «С сегодняшнего дня ты живёшь у меня»? Прям, что ли, серьёзно? Разве это не огромная помощь? Не каждый согласится принять к себе бездомную кошку, заботиться о ней, кормить, холить и лелеять. Такое может сделать только человек с огромной душой, даже если она у него вся изранена, это ничего не меняет, размеры остаются прежними. Юнги думает, что Чимин именно такой. Он хотел бы быть рядом с Чимином всегда, хотел бы дарить свою любовь парню. Почему, пройдя такие сложные жизненные этапы, Шуга остаётся мягкосердечным? Почему, когда его выбрасывают на улицу, он не теряет человечности? Почему он никому никогда не мстил? Почему остаётся добрым? В чём секрет? Кажется, даже сам Шуга этого не знает. Он просто остаётся собой. Как Чимин себе представляет совместное проживание? Он не знает. Эта идея пришла в его голубую голову совершенно случайно, стремительно быстро, но отказываться от неё не намерен, наоборот, воплотит в жизнь. Пусть братья и живут вместе, это их выбор. Он был осознанный. Оба хотели жить в уютной небольшой квартирке, а не в дворце, хотя их финансы позволяли и такое. Почему они не живут отдельно? Потому что не хотят разделять семью. Им комфортно вместе, дома всегда любят и ждут, дома можно выговориться и тебя поймут, дом — это комфорт. Дом — это Чимин. Дом — это Чонгук. Юнги заходит в квартиру за Чимином. Пак, улыбаясь, приглашает в дом, говорит чувствовать себя в своей тарелке, ибо теперь это и его дом тоже. А что скажет по этому поводу Чонгук? Юнги волнуется. Он виделся с братом младшего всего один раз, это было в театре, больше они не пересекались. Если он захочет его выгнать, если Чимин поссорится с братом из-за Мина? Нет, последний этого точно не переживёт. Вы не подумайте, он благодарен за помощь, но доставлять неудобств не хочет. Только не Паку. — Чимин, послушай, — начинает брюнет. Очень не по себе, очень странно, очень волнительно. Почему? Глаза парня бегают из стороны в сторону, навязчивые мысли не оставляют в покое. — Юнги, я подозреваю, что ты хочешь сказать. Всё нормально. Пожалуйста, располагайся. Бери всё, что хочешь. Я сейчас проведу тебе экскурсию. Не переживай. Ты уже и так много настрадался. Сними наконец-таки свои кроссовки и проходи, а то буду бить плёткой. — Подмигивая, испаряется в ванной комнате. Внутри слышится звук льющейся воды. Ага. У него есть плётка. Это была самая первая мысль в мутной голове брюнета. Господи, блять, и почему это было первой мыслью? Мин, блять, Юнги соберись нахуй. Тебе сказали располагаться, ты думаешь не о том. Так, ладно, снимаем свои кроссовки и проходим. А тут… Миленько. Ремонт со вкусом, ничего лишнего, ничего ляпистого. Юнги определённо нравится. Рядом с коридором находится ванная и санузел, пройдя дальше парень видит кухню, она достаточно большая и современная, в бело-серых тонах. Кухня соединена с залом, поэтому пространство кажется огромным, хоть на самом деле это не так. Если, пройдя в зал, повернуть голову направо, можно заметить комнату Чимина, налево — Чонгука. У каждого есть свой уголок, отчего Чону и Паку комфортно находиться вместе в одной квартире. Звук воды в ванной постепенно прекращается и Юнги приходит в себя. Окончательно. Чимин выходит и комнаты и двигается в сторону зала, берёт аккуратно Юнги за руку и тянет на себя. — Пошли направо, здесь моя комната, — ага, спасибо, заметили. Она была подписана, — в общем и целом, это моя обитель. Мой шкаф — он же теперь и твой, рост у нас практически одинаковый, поэтому можешь брать любые вещи. Всё, что понравится отныне и твоё. Мы ещё обязательно купим тебе одежды и нижнего белья, это не обсуждается. Когда ты хочешь поехать? Сегодня или завтра? Может, ты хочешь отдохнуть? В любом случае, решать тебе. — Отпускает чужую руку, проходит внутрь. Юнги в ахуе дважды. Мало того, что ему предоставили жильё, так он ещё и одежду может брать? Она же неимоверно дорогая. Мин не может себе такого позволить. На него будут тратиться, от этого тошно ещё больше. Почему Пак всё это делает ради него? Кто он ему такой, чтоб так помогать? Шуга — просто друг его бывшего. Зачем тогда так напрягаться? Это очень странно, но никакого подвоха парень не видит. Он молча слушает и впитывает всю информацию, сказанную ему, и охуевает, конечно же. Куда ж без этого? — Слушай, Чимин, я правда благодарен тебе за всё, что ты сейчас делаешь для меня, но я не могу принять это. А что же скажет Чонгук? — Юнги, я не говорю тебе про Чонгука. Я не говорю тебе про Хосока. Я прошу тебя сейчас забыть обо всём этом. Тебе есть где жить? Нет. Поэтому просто прими мою помощь и скажи мне пожалуйста, когда ты хочешь, чтобы мы поехали тебе за вещами. Сегодня или завтра? — Поехали сегодня, потом уже отдохнём. Спасибо, Чимин. Кажется, будто Юнги будет вечно приходить в себя. Парень до сих пор не понимает, почему Пак ему так помогает. От помощи отказываться он не намерен, брюнет не хочет обратно на улицу. Он не хочет жить, подбирая куски хлеба, он не хочет воровать больше, он хочет жить спокойной мирной жизнью, он хочет быть добрым, он хочет иметь семью и он хочет чтобы Чимин рядом с ним был. Шуга хочет голубоволосого, хочет чтобы тот разделил с ним всю жизнь. Юнги поистине любит Пака и он рад, что тот принял его в свою семью, принял в свой дом, парень рад, что встретил того человека. Кажется, это было не случайное событие в его жизни и оно должно было произойти как раз в тот момент, когда он выбежал на дорогу и хотел погибнуть. Хотел уйти из этой жизни, но этого не произошло. Мин благодарен судьбе, благодарен Богу за то, что этого не случилось, за то что они сейчас вместе, за то что Чимин рядом. Шуга спокойно проходит в ванную комнату, снимает себя одежду, оглядывается вокруг. Белый кафель, всё очень красиво, очень стильно, модно и, самое главное, дорого. Никогда брюнет не был в таких домах, но если мы не будем считать дом Тэхёна. Там, конечно, не дом, а целый дворец. Он вспоминает слова Чимина по поводу того, что он может брать всё что угодно и, конечно же, на глаза ему попадается косовый гель для душа. Мин сразу понимает, что им пользуется только Чимин, потому что он пахнет кокосом, он сделан из кокоса, а не плоти, кажется. Юнги заходит в душевую. Рядом стоит ванная, но он решает, что заберётся в неё немного попозже, когда уже приедут домой. Дом. Так странно это говорить. Он примет ванную обязательно, но сейчас нужно быстрее собраться, нужно пойти купить ему вещи, ведь Чимин хочет ему помочь, а последний не станет ему отказывать в этом. Поэтому он быстро залезает душевую кабину, закрывается, берёт кокосовый гель для душа, выливает его на тело и постепенно растирает сверху вниз, обволакивая себя этим приятным ароматом. Юнги прикрывает глаза, продолжая трогать себя. Парень думает о Паке. Постепенно его орган привстаёт и это начинает заметно ощущаться. Шуга немного удивляется, хотя чему тут удивляться? Мин правой рукой берёт конкретно вставший орган, чувствует твёрдость плоти. Другой рукой продолжает растирать себя кокосовым гелем для душа. Ни на миг не переставая думать о голубоволосом парне. Брюнет двигает правой рукой вперёд-назад и чувствует неприкрытое удовольствие. Ему хорошо под струйками воды, что стекают по лицу и телу. От него исходит пар в прямом и в переносном смысле. Горячий душ помогает расслабиться, кокосовый аромат помогает думать, помогает расслабляться. Парню приходит в голову мысль, что рад находиться прямо здесь и сейчас в доме братьев, дрочить на Чимина. Он думает, что это начало хорошей жизни.