Глава V
15 ноября 2022 г., 18:59
Лекс добралась до густого леса как раз в тот момент, когда восход солнца ознаменовал начало нового дня. Девушка обернулась, прежде чем вступить в чащу. Перед ней простирались пшеничные поля, за которыми уже едва виднелся пробуждающийся ото сна город. Сердце вдруг сильно сжалось: было страшновато покидать место, ставшее тихой гаванью, приютившей после шторма, который безжалостно стёр всю прошлую жизнь. Лекс понимала, что ей несказанно повезло попасть в Крафтхол, где люди отнеслись к ней с пониманием и добротой, а теперь, оставляя это место позади, нужно было быть готовой ко всему. Мысли эльфийки прервали голоса, которые раздавались где-то в зарослях пшеницы. «Должно быть, фермеры уже принимаются за работу» — подумала Лекс. Она не хотела, чтобы её кто-либо видел, так что поспешила смахнуть слёзы, навернувшиеся на глаза, накинула капюшон и вступила на лесную тропу.
Жители Крафтхола старались не уходить далеко в лес, потому что кроны деревьев были настолько густыми, что редкий луч света был достаточно силён, чтобы пробраться сквозь листву. Лекс, однако, не испытывала никакого неудобства. Ей, как и всем эльфам, было свойственно особое чувство единения с природой. Глаза быстро привыкли к темноте, шелест листвы внушал спокойствие, а открытый разум Лекс замечал красоту там, где обычный человек бы не увидел ничего, кроме колючего куста или ядовитого гриба. Удивительно, но в глухой чаще девушка ощущала себя спокойнее, чем за все последние месяцы. Пусть энергетика этого места и была достаточно мрачной, всё вокруг находилось в своей дивной гармонии.
Лекс неплохо разбиралась в растениях. По крайней мере, она могла отличить съедобные ягоды и коренья от смертельно опасных. Девушка погрузилась в воспоминания о тех временах, когда, заскучав на очередном дворцовом приёме, она потихоньку выскальзывала из пиршественного зала и поднималась в библиотеку. Там маленькая Лекс рассматривала пыльные старые тома, в которых содержалась информация о всевозможных растениях. Принцесса рассматривала рисунки и пыталась их запомнить, чтобы при возможности продемонстрировать свои знания на прогулке по саду с Элиасом во время его очередного визита. Тогда ей было приятно показать ему своё превосходство, заставить его чувствовать себя глупым. Как же всё это бессмысленно ощущалось теперь…
Девушка очнулась от печальных мыслей и, чтобы немного отвлечься, решила сосредоточиться на сборе сочных ягод дикой малины. У неё был небольшой запас еды с собой, но ягоды лишними не бывают. Оказалось, что Лекс набрела на богатый малинник, и эльфийка, обрадовавшись такой удаче, решила сойти с протоптанной тропы, ведущей к соседнему поселению, чтобы собрать побольше. Она смело продиралась сквозь колючие заросли, ведь коварные шипы не задевали тонкой бледной кожи, а лишь царапали и без того потрёпанный плащ. Периодически Лекс оглядывалась назад, чтобы убедиться, что лесная тропинка всё ещё не скрылась из виду. Но, как это обычно бывает, такой бдительности оказалось недостаточно. В какой-то момент девушка обнаружила себя в самом сердце кустарника, а вокруг не было ничего, кроме колючих ветвей. Лекс стало не по себе. Ягоды сразу потеряли свою привлекательность. Эльфийка начала пробираться в том направлении, в котором, как ей казалось, была тропа. Однако очень скоро девушка поняла, что ожидания её обманули. Малинник казался бесконечным. «Надо хотя бы выбраться из куста, а потом искать дорогу. Надо же было так забыться, безмозглая ты дурочка!» — ругала себя Лекс, быстро пробираясь в первом попавшемся направлении.
Счёт времени был давно потерян, но в какой-то момент Лекс всё же удалось выбраться из зарослей. Кустарник закончился неожиданно, он буквально выплюнул девушку на поляну. Лекс упала на колени и сильно ударилась, но, несмотря на это, она была рада выбраться.
Отдышавшись, эльфийка поднялась и огляделась вокруг. Она оказалась на открытом клочке земли, окружённый стеной из дубов. Лекс сразу заметила, что поляна залита светом, и, подняв голову, увидела над собой серебристый диск полной луны. Должно быть это было одно из немногих мест в лесу, где земля не скрыта от солнца. Однако, вопреки ожиданиям, здесь не росли в обилии растения. Напротив, трава на поляне была короткая и сухая, точно испепелённая.
Лекс подумала о том, что в лесу, где и так царили вечные сумерки, она даже не заметила, как настала настоящая ночь. Идти сейчас в лес точно не стоило. Теперь там было слишком темно. Эльфийке даже показалось, что именно мрак лесной тени породил ночь вокруг, а не наоборот. Всё прежнее очарование рассеялось, и какое-то зловещее ощущение сковало Лекс.
Где-то в чаще раздался вой, затем шорох, потом опять повисла звенящая тишина. Дыхание перехватило, слух обострился донельзя, Лекс замерла. Постояв недвижимо пару минут и убедившись, что рядом нет никаких подозрительных теней и звуков, девушка позволила себе немного ослабить внимание. Только сейчас она поняла, что с наступлением ночи воздух стал значительно холоднее. «Разводить огонь должно быть опасно, — подумала Лекс, — он привлечёт зверей и ещё Всевидящий знает кого». Эльфийке сразу вспомнились рассказы крафтхолцев, которые так сильно боялись свирепых шиншилл что обитали в лесной чаще. По коже пробежали мурашки, а перед внутренним взором стала картина хищников, набрасывающихся на хрупкую фигурку, такую одинокую и беспомощную. Лекс постаралась отбросить от себя страшные выдумки и вспомнила как смеялся Соломон, когда слышал все эти рассказы о шиншиллах, питающихся человеческой плотью. Он говорил, что никто никогда не видел этих существ в глаза, так что все истории, должно быть, выдуманы, чтобы попугать ребятню. Вначале эта мысль придала уверенности Лекс, но через минуту уже другая, не менее жуткая, догадка проникла в её разум и вновь встревожила его. «А вдруг никто из ЖИВЫХ людей не видел шиншилл, а те, кто действительно с ними встречался, погибли и уже не могут ничего рассказать…» — девушка снова похолодела от страха.
Эльфийка устроилась на поляне и поплотнее закуталась в плащ в надежде, что так она сможет хоть немного согреться. Однако, такая неподвижность сделала только хуже — конечности затекли и, казалось, совсем заледенели. В конце концов Лекс поддалась отчаянию и решила попытать счастья и разжечь маленький костёр. Девушка просто не могла даже подумать о том, чтобы умереть вот так вот глупо, окоченев от холода. «Я разведу совсем несильный огонь, только отогрею руки и всё затушу, ни одно живое существо и не заметит» — успокаивала себя девушка, подбирая на поляне и возле деревьев хворост.
Разжечь костёр также оказалось непростой задачкой: руки не слушались, огниво то и дело падало на землю. Наконец, Лекс удалось высечь искру и ветви, аккуратно собранные в кучку в центре поляны, занялись пламенем. Девушку охватило потрясающее чувство гордости, ведь у неё в кои-то веки получилось с чем-то справиться совсем без посторонней помощи. Лекс не считала, что она успешно устроилась бы в Крафтхоле своими силами. Нет, если бы не Кристоф, Соломон и Лея, девушка бы ни за что не справилась и тело её давно уже лежало на пустыре, всеми забытое. А сейчас Лекс самостоятельно разожгла огонь, чтобы выжить в лесу, сделав несколько бесплодных попыток и приложив уйму усилий. Воистину повод гордиться собой.
Девушка села у костра, вытянула руки к оранжевым и красным языкам пламени, чувствуя, как каждая клеточка оттаивает и вновь наполняется жизнью. Тем не менее, эльфийка не переставала прислушиваться, не заметил ли кто её. Однако вокруг стояла гробовая тишина, которую нарушало лишь потрескивание веточек в огне. Вскоре Лекс расслабилась совсем, тепло приятно обволакивало и холод, пусть всё ещё и чувствовался, стал менее заметен. Только сейчас девушка поняла, что за день совсем ничего не ела. Она достала из сумки горсть ягод, которые собрала накануне, и стала поедать их, задумчиво глядя в огонь и размышляя о чём-то совсем отвлечённом от реальности.
Вдруг, стоило только Лекс вновь потерять бдительность, в кустах послышался шорох. Потом ещё и ещё. Хватило всего нескольких мгновений чтобы кустарники, окружавшие поляну, буквально ожили. Со всех сторон трещали ветки, слышно было низкое гортанное рычание. Лекс вскочила на ноги. Пугающие звуки были слышны со всех сторон и бежать было некуда. Девушка даже не представляла, что за существа окружили её.
На долю секунды все звуки затихли, будто бы те, кто их издавали, выжидающе затаились. Лекс не знала, что пугало больше: шум или безмолвие. Было очевидно, что грядёт что-то очень плохое. Тихое мгновение казалось вечностью. Лекс слышала только своё прерывистое дыхание и стук крови в ушах. Когда секундное затишье подошло к концу, откуда-то слева грянул чудовищный вой и всё вокруг снова пришло в движение. Из кустов выступила стая волков. Они медленно двигались по направлению к Лекс, постепенно сужая кольцо. Самый крупный из них, очевидно, вожак стаи, хищно обнажил клыки и на секунду Лекс почему-то вспомнила такую же звериную улыбку Королевского Советника Эрдела. Эльфийка заметила, что главарь волков пригнулся, лапы его были напряжены. Он готовился к прыжку.
Ноги у Лекс подкосились от страха, и она опустилась на колени, наклонив голову вниз, дабы не видеть зверя, что двигался на неё так неумолимо. Девушка впилась руками в холодную влажную почву, как будто пытаясь найти опору. Вдруг, сама не ведая почему, Лекс очертила на земле вокруг себя окружность. В голову неожиданно пришли рунические формулы, призванные защитить от нападения. Эльфийка не была уверена, что она изображала верные символы внутри круга, но сейчас это было единственное, что она могла сделать. Наверное, это был какой-то особый инстинкт, присущий расе эльфов — использовать магию.
Лекс быстро рисовала руны трясущимися руками, а закончив, вдруг встала в ступор. Она просто растерялась, забыла, что делать, чтобы руна начала действовать. Девушка подняла голову от земли, бросила быстрый взгляд на вожака стаи. Как раз в этот момент зверь взмыл ввысь в прыжке. Лекс издала сдавленный крик, зажмурилась и укрыла голову руками, молясь про себя Всевидящему.
Сжавшуюся на земле девушку накрыла огромная волчья тень. Казалось, что всё кончено. Но внезапно прямо над головой Лекс послышался глухой удар, и волк жалобно взвыл. Испуганная эльфийка подняла глаза и увидела, что её накрыл переливающийся зелёный купол. Видимо об него и ударился вожак стаи. Купол отбросил его далеко в сторону. Лекс заметила, что рядовые волки тоже стали медленно отступать. Девушка буквально задыхалась от такого резкого облегчения, её снова захлестнуло чувство гордости, радость победы. Лекс бросила взгляд себе под ноги, она подумала, что защитные руны, должно быть, сработали как надо. Однако неуклюжий рисунок на земле оставался неизменным: он не светился, как обычно это бывало, если сделать всё правильно. Ликование сменилось недоумением.
Осмотревшись по сторонам, Лекс увидела, что волки, нерешительно скуля, всё же скалят зубы по направлению к тёмному лесу, откуда совсем недавно пришли сами. «Словно бы там есть кто-то ещё, — подумала Лекс и вздрогнула. — И они боятся этого кого-то…» Всё происходило за долю секунды, мысли проносились в голове бешеным вихрем, все органы чувств были обострены до предела. Девушка вглядывалась в темноту. И наконец из-за ствола старого кривого дуба показалась тёмная высокая мужская фигура. Волки, все как один, зарычали, однако подойти ближе к незнакомцу не решились. Мужчина сделал какое-то движение, и хищники бросились врассыпную, словно трусливые щенки. Фигура тем временем медленно продолжала двигаться по направлению к Лекс, всё ещё окружённую загадочным зелёным куполом.
По мере того как мужчина приближался, появилась возможность получше разглядеть его. Он был высок ростом, пожалуй, даже выше любого рядового эльфа. Незнакомец отличался крепкой и стройной фигурой, широкими плечами, и был облачён в длинное одеяние цвета дубовой листвы, похожее на мантию, но без капюшона. На поясе висела грубо сшитая сумка из жёсткой на вид кожи, а в левой руке мужчина держал причудливо изогнутый деревянный посох. В конце концов, этот таинственный человек подошёл к Лекс вплотную и произнёс: «Так-так, ну посмотрим, что тут у нас».
Лекс замерла, глядя на пришельца. Теперь она могла видеть его лицо, а точнее, не могла оторвать от него взгляд. На вид он был старше девушки лет на десять-двенадцать. Кожа мужчины была почти по-эльфийски бледной, полные губы изогнулись в довольной улыбке и обнажили ряд белых зубов со слегка выступающими клыками. Выше располагался нос с горбинкой, который мог бы испортить любое прелестное лицо, но удивительно гармонично вписывался в облик этого человека. Но больше всего Лекс завораживали глаза — ярко-зелёные, такие ясные, они словно светились в темноте, впитывая в себя сияние луны. Весь этот образ дополнялся прямыми огненно-рыжими волосами, свободно свисающими до плеч. Такими же были усы и бородка под нижней губой. Лекс поймала себя на мысли, что никогда в жизни она не встречала никого с подобным цветом волос. Было в этом что-то пугающее.
Мужчина поглядел на заточённую под купол юную девушку ещё с пару секунд, затем резко взмахнул посохом, скрестил руки и плавно развёл их в стороны. С последним его движением сияющий барьер вокруг Лекс разрушился. Она почувствовала себя ещё более беззащитной, чем будучи окружённой стаей волков. Незнакомец открыл рот, будто собирался что-то сказать, но Лекс решила действовать прежде, чем он сделает первое движение. Она отбежала к костру, схватила горящую деревяшку и пригрозила ею мужчине:
— Не подходите ко мне! — дрожащим, севшим от страха голосом произнесла Лекс.
Человек удивлённо приподнял бровь, усмехнулся и поднял руки вверх, как бы показывая, что он не намерен нападать.
— Хо-хо, надо же! Умерь свой пыл, дитя. Я вовсе не собираюсь сделать тебе ничего плохого. Я понимаю, что ты напугана, но всё же…опусти ветку и давай просто поговорим.
Лекс всё ещё смотрела на мужчину во все глаза, она была совершенно сбита с толку, не могла понять, можно ли верить этим речам. Голос человека в зелёном был спокойным, более того, даже зачаровывающим. Скулы девушки свело от напряжения, она то и дело нерешительно поглядывала на пылающую хворостину в руке. Огонь уже начинал облизывать нежную кожу, причиняя жгучую боль, но страх пока был сильнее.
— Ну же, брось ветку! — Мужчина зазвучал встревоженно, — Я чувствую, как тебе больно, так почему ты не позволишь этому закончиться? Одно простое движение и всё уйдёт прочь.
Было что-то знакомое в том тоне, которым он произнёс эти слова. Забота. Порой так говорил Отец. Лекс опешила ещё больше, она вообще перестала что-либо понимать, но ослушаться не посмела. Она с трудом разжала пальцы и уже почти догоревшая ветка упала на землю. Девушка посмотрела на свою руку. Та уже успела покрыться красными волдырями.
— Вот так, славно, — сказал мужчина и опустил руки, — Не переживай, ожоги — это не страшно, я с ними справлюсь. А теперь давай посмотрим, что ты тут делала, юная принцесса эльфов.
Было ощущение, что каждое слово этого странного человека оглушало Лекс ещё сильнее. Она не могла вымолвить не слова, однако по щекам заструились слёзы. Незнакомец тем временем подошёл к девушке ещё ближе и, присев, стал рассматривать руны, которые она чертила на земле.
— Надо же, ты выбрала самый сложный защитный рунескрипт из всех. Похвально, конечно, жаль только, что он не сработал, правда?
Лекс наконец нашла в себе силы заговорить и выдавила: — Я думала, что руны работают, когда ты очень сильно этого захочешь.
Девушка тут же мысленно укорила себя за эти слова. Они прозвучали так наивно, так по-детски.
— Что ж, ты права, — усмехнулся молодой мужчина и посмотрел на Лекс. — Намерение, действительно, важная часть рунической магии: если оно недостаточно сильно, то ничего не получится. Однако ты забыла ещё один важный момент. Чтобы привести руну в действие нужно провести краткий ритуал и произнести её название.
— Да…да. Теперь я вспомнила, нам объясняли это на занятиях. Но я слишком растерялась и всё просто вылетело из головы.
— Такое бывает, — сочувственно произнёс мужчина, встал и подошёл к костру.
Его низкий, но звонкий голос звучал так уверенно и спокойно, слова тянулись словно мёд. Лекс постепенно приходила в себя, и теперь даже осмелилась пройти за мужчиной к огню. Неожиданно все сдерживаемые доселе вопросы полились рекой.
— Откуда вы узнали, что я эльфийская принцесса? И как вы поняли, что значат эти символы на земле? А что за изумрудный купол появился надо мной, когда волк хотел на меня наброситься?
— Тише, дитя, нет нужды вот так вот торопиться и задавать кучу вопросов, — мужчина сел на землю и похлопал ладонью рядом с собой. — Присядь лучше и я всё тебе объясню.
Лекс опасливо опустилась рядом с рыжеволосым мужчиной. Он открыл свою сумку и достал оттуда странного вида склянку, откупорил её. Внутри была мазь с достаточно приятным запахом. Мужчина молча взял обожжённую руку Лекс и принялся натирать её составом из склянки. Девушка вздрогнула, но не отпрянула: мазь приятно охлаждала ожоги и снимала боль. Вместе с тем незнакомец наконец заговорил:
— Я могу ответить на все твои вопросы одной лишь фразой. Я — странствующий маг и моё имя Герберт Крук.
— Вы следили за мной в лесу?
— Наверное, можно сказать и так, — задумчиво произнёс маг. — Я уже много дней бродил по здешним местам без особой на то цели, пока не почувствовал эльфийский запах. И запах страха. Мне стало интересно: эльфов ведь уже много веков никто не видел на Материке. И я пошёл по следу, нашёл тебя, окружённую стаей, такую беспомощную. Простая руническая формула и ты спасена. Ну и вот мы здесь.
— Вы сказали про запах. Неужели я такая грязная, что меня может учуять кто угодно? — Лекс звучала крайне расстроенно.
— Нет-нет, что ты! — Герберт засмеялся, — У многих магов нюх как у зверей, мы можем отличить самых разных существ по одному лишь запаху. Ты ведь знаешь, что у всех нас есть свой неповторимый аромат? Просто немногие обращают на это внимание. Так вот, у эльфов тоже есть свой особый запах. А у тебя ещё и королевская кровь. Уникальное сочетание, ни с чем не спутать. Ну вот, руку я тебе в порядок привёл.
— Спасибо, — прошептала девушка, — и за руку, и за спасение от волков. Меня зовут Лекс, кстати говоря.
— Неужто дочь самого Эронима Усса II? Какими же судьбами ты оказалась в самой чаще леса? Не слышал, чтобы эльфы строили дипломатические отношения с волками.
— Вы знали моего Отца? — изумилась Лекс, — Но откуда?
— Что ж, судя по тому, как ты говоришь, славнейшего из правителей эльфов уже нет в живых, — Герберт негромко вздохнул. — Это многое объясняет. Мне очень жаль. И нет, я не знал его лично, но наслышан о его заслугах.
— Да, Отца не стало. А обвинили в этом меня. Поэтому мне и пришлось скрываться…
Лекс рассказала магу всё, что с ней произошло. Несмотря на то, что она уже несколько раз поведала свою историю разным людям и думала, что отпустила весь этот ужас, на сей раз рассказ дался девушке тяжелее, чем до этого. Необычные глаза Герберта, казалось, заглядывали прямо в душу и заставляли выдавать ему самые глубинные переживания, которые до этого были надёжно заперты где-то в подсознании. Лекс как будто вновь переживала всю боль, только с удвоенной силой. Как бы эльфийка не хотела совладать с собой, сдержать рыдания не получилось. Герберт только внимательно слушал и покачивал головой. Магу не нужны были слова, чтобы Лекс почувствовала, что от него исходит самое искреннее сочувствие.
Наконец девушка закончила говорить, однако слёзы остановить она не могла. Грудь как будто прижало тяжёлым камнем, не хватало воздуха. Внутри не осталось ничего, только боль. И то была боль не физическая, но куда более страшная — душевная. Герберт какое-то время продолжал наблюдать. Понадобилась время, чтобы Лекс смогла из себя выдавить несколько слов:
— Почему…так больно?
— Ты слишком долго сдерживала себя, Лекс. Это твой личный ад, и пройти через него ты должна самостоятельно. Никто не в силах помочь, кроме тебя самой. Будет больно, но не сдерживай своё горе. Только таким способом ты освободишься от него. Не бойся, это то, что должно быть.
Лекс ждала, что Герберт что-то сделает. Он ведь маг, в конце концов! Но новый знакомый оставался на месте. Тяжесть внутри становилась всё более невыносимой, мысли превратились в штормовое море и его волны накатывали всё с новой и новой силой. Девушка вся сжалась в комок, вонзая ногти в землю. Впервые с того момента, как Лекс узнала о смерти Отца, она издала крик настоящего отчаяния, и звучал он ещё более печально оттого, что старательно сдерживался так долго, только набирая при этом свою силу.
Лекс казалось, что она вот-вот умрёт. Но на удивление, боль вдруг стала отступать. Сначала совсем незаметно, но с каждой новой «волной» было всё легче. Дышать постепенно становилось проще, внутри как будто стало пусто. Но теперь пустота эта не пугала, а приносила покой и облегчение. Слёзы почти иссякли, остались только краткие всхлипы.
Тогда Герберт наконец встал. Он дотронулся до плеча Лекс и сказал: «Ну вот, всё позади. Теперь ты по-настоящему выпустила из рук горящую ветвь. Останется только залечить ожоги».
Маг подошёл к костру, вновь открыл свою сумку и достал оттуда какую-то траву. Лекс видела это через пелену слёз, которая всё ещё покрывала глаза, тело била мелкая дрожь. Девушка до сих пор лежала на земле. Герберт бросил загадочную траву в огонь и от этого пламя окрасилось глубоким синим цветом. Запахло чем-то вроде смеси лаванды и мелиссы. Лекс вдруг почувствовала, как её разум застилает сонный туман, глаза тут же начали слипаться. Герберт подошёл к эльфийке, снял свой плащ и накрыл её.
— Тебе нужно поспать, дитя. Ни о чём не беспокойся. Теперь это уже ни к чему.
Это было последнее, что Лекс увидела и услышала перед тем, как провалиться в глубокий сон.
***
Когда Лекс открыла глаза, вокруг было уже светло. Воспоминания о странных событиях быстро пронеслись в голове и эльфийка резко вскочила. Она вдруг испугалась, что снова осталась одна. Однако плащ Герберта всё ещё был накинут на её плечи, да и сам маг находился неподалёку. Он левитировал в позе лотоса, окружённый тем самым загадочным переливающимся зелёным светом. Глаза мужчины были закрыты, так что Лекс решила, что он спит. «Очень странный способ, но, должно быть, так надо» — пожала плечами эльфийка и решила размять затёкшие от долгого сна конечности. Стоило только начать двигаться, как Герберт сразу же открыл глаза. — А! Ты проснулась. Замечательно, — произнёс маг, всё ещё паря над землёй. Сказать правду, Лекс немного испугалась такой мгновенной реакции нового знакомого, но потом вспомнила, что он рассказывал ей об обострённых чувствах. Так что девушка быстро решила, что это тоже в порядке вещей и постаралась прогнать странные ощущения прочь. Герберт сделал какое-то замысловатое движение руками, и зелёное сияние начало медленно рассеиваться, а он сам плавно опустился на землю. — Я совсем не хотела вас будить, — начала было оправдываться Лекс. — О, нет-нет, я не спал, — Герберт усмехнулся своей необычной улыбкой, снова обнажив клыки. — Это называется медитацией. Тело моё находится в покое, набирается сил, однако разум всё ещё бодрствует. — Интересно. Я о таком не знала. Лекс на секунду стало обидно, что она сама не владеет магией. Хотелось бы самостоятельно уметь себя защитить, вылечить и всё такое прочее. — Знаю, о чём ты думаешь, принцесса, — Герберт встал и подошёл к Лекс поближе, слегка понизил голос. — Ты думаешь, как жаль, что у тебя нет таких способностей. — Вы ещё и мысли читать умеете? — Тут не нужно обладать никаким особым даром. Твоё лицо выдаёт всё, что у тебя внутри. Любой более-менее внимательный человек сможет разгадать твои думы за минуту. Тебе не помешало бы научиться скрывать свои истинные чувства, иначе нехорошие личности смогут воспользоваться твоими слабостями, и ты сама им в этом поможешь. Герберт невозмутимо подошёл к уже потухшему костру, возле которого лежала его сумка и начал в ней что-то искать. Лекс, напротив, была возмущена словами мага. Никто никогда не говорил ей ничего подобного. Неужели так было всегда? Не этим ли воспользовался Советник Эрдел, чтобы подставить её? Ответа не было, но девушка склонялась к тому, что Герберт говорил правду. И правда эта неприятно уколола, будто шип. Маг тем временем достал из сумки какие-то фрукты и даже немного вяленого мяса. Он жестом подозвал Лекс к себе, приглашая присоединиться к завтраку. Эльфийка молча покорилась. Она также достала свои припасы и разделила с Гербертом. Ели они в тишине, нарушаемой только шуршанием крон деревьев да редкими вскриками птиц. Лекс первая решилась заговорить: — Вчера вы появились так неожиданно, Герберт. Я, признаться, думала, что к волкам присоединяются хищные шиншиллы или медведи, или ещё кто. — Шиншилл в этих местах сейчас нет, — спокойно произнёс маг, — они постоянно перемещаются. Насколько я знаю, на днях их видели в окрестностях Снордвича, это далеко к западу отсюда. Правда, жители там слишком ленивы, чтобы предпринять хоть что-то. Они просто ждут, пока зверьки сами покинут их леса. — Надо же, а я и не знала, что шиншиллы мигрируют. — Тебе ещё многому предстоит научиться, принцесса. На какой-то момент снова повисло молчание. Лекс больше есть не хотела, так что она просто сидела и ждала, пока маг закончит завтрак. Эльфийка задумчиво проводила рукой по короткой сухой траве, которую уже давно покинула жизнь. Неужели её так испепелило солнце? — Итак, с завтраком покончено, принцесса. Пора нам отправляться в путь. Если пойдём сейчас, то как раз успеем добраться до места прежде чем стемнеет и снова придётся отбиваться от волков. Герберт встал, собрал остатки провизии в сумку и надел свой зелёный балахон. Лекс тоже встала. — А куда мы пойдём? Вы живёте где-то поблизости? — поинтересовалась девушка. — Я же странствующий маг, Лекс. У меня не было дома, сколько я себя помню, — Герберт странно вздохнул. — А вот тебе совсем ни к чему познавать такую жизнь. Так что я найду тебе местечко. Тут за лесом есть свободная деревня. Я неплохо знаком с хозяином трактира, отведу тебя к нему. Он хороший малый, не откажет.***
Герберт и Лекс действительно успели добраться до места до сумерек. По пути маг рассказал своей спутнице, что такое свободная деревня. Она занимала лишь малую часть огромной территории, которая уже много веков не принадлежала ни одному королевству. Когда-то деревня была заброшена, но с течением времени её облюбовали люди, которым больше некуда было податься. Были тут и простые работяги, и увечные, от которых отказались родные, и творцы, искавшие вдохновение. В общем, кого только не заносило в это местечко. Здесь нашли своё пристанище все те, кого не понимали в родных землях, кто бежал от проблем или, напротив, искал приключений. Само собой, были здесь и беглые преступники, от которых стоило держаться подальше. Жители деревни пытались как-то наладить порядок, но получалось не всегда. Так что все тут жили как хотели, полностью свободные не только от всяческих правил, но и предрассудков. Лекс подумала, что для неё это идеальное место. Раз там собрались люди из разных королевств, то и на неё не будет обращено столь пристального внимания. Маг привёл Лекс в трактир, и хозяин заведения любезно согласился предоставить эльфийке одну из комнат на втором этаже. Казалось, этот человек чем-то очень сильно обязан Герберту. Сам же маг отказался воспользоваться гостеприимством радушного трактирщика и быстро удалился, сказав Лекс, что завтра на рассвете будет ждать её на опушке леса. На следующее утро девушка, как и было нужно, встретилась с магом в назначенном месте. Как оказалось, Герберт хотел, чтобы Лекс помогала ему со сбором трав и камней в лесу. Они были нужны для ритуалов и снадобий. Эльфийка была очень благодарна магу за своё спасение и за то, что он помог найти место для неё, так что не посмела отказать. Она думала, что Герберт останется на какое-то время, чтобы собрать нужные ингредиенты, а также помочь Лекс немного привыкнуть к новому месту, а затем отправится странствовать дальше. Однако Герберт, казалось, совсем не спешил никуда отправляться. Каждое утро он встречал Лекс на опушке, и они отправлялись в чащу, где проводили целый день за сбором нужных компонентов и разговорами. Маг очень много рассказывал о травах и их свойствах, давал Лекс много ценных советов, буквально наставлял её, облегчая понимание того, как работает взрослая жизнь. Постепенно Герберт приоткрывал тайну и своей личности. Маг говорил о своей жизни неохотно, но Лекс удалось по крупицам собрать общую информацию о нём. Выяснилось, что Герберт почти совсем не помнит своих родителей. Всю жизнь он был сиротой и вынужден был скитаться по улицам. Правда, эльфийка так и не поняла, откуда маг родом. Жизнь Герберта круто изменилась, когда в семь лет его спас от голода какой-то мужчина. Это оказался странствующий маг, который увидел в мальчике способности к тонкому волшебному искусству и взял того в ученики. С тех пор Герберт бродил по всему материку со своим учителем, помогая ему и постигая премудрости магии. Однако, старый маг уже лет семь как умер, и теперь Герберт продолжал его ремесло. Он путешествовал в одиночку и периодически продавал свои волшебные настои, особой популярностью среди которых пользовалось зелье от похмелья, или проклинал людей на заказ. Так прошло пару месяцев. Лекс в очередной раз начала новую жизнь в новом месте, а также, как ей казалось, приобрела нового друга. Эльфийка считала Герберта кладезю мудрости, с ним можно было разговаривать бесконечно и не бояться осуждения или нотаций. Он относился к Лекс как к равной несмотря на достаточно большую разницу в возрасте. Одним словом, Лекс по-настоящему привязалась к Герберту. Она была очень ему благодарна за всё, что он для неё сделал. Однако, иногда в голове её проскальзывала мимолётная мысль о том, какие мотивы на самом деле движут магом.
