Травма

      Марк ещё раз посмотрел на часы и замедлил шаг. Всего лишь половина двенадцатого. Елена Захаровна выгнала доктора, который заявился на работу на час раньше, и сказала, что неадекватному и летающему в облаках коллеге делать на рабочем месте нечего. И куда он так спешит?! В актовом зале ещё практически никого не было. Только несколько преподавателей в судейском секторе, да пара десятков взрослых и студентов. Среди женщин и мужчин наверняка есть родители танцоров. Интересно, а родственники Ангелины тоже пришли наблюдать за маленьким триумфом талантливой дочери? Тряхнув головой, Марк внимательно осмотрелся, подумывая, откуда будет лучший обзор. Всё-таки не зря пришёл раньше, хоть места выбрать можно.       — Эй, Марк! — послышался голос со стороны сцены. Доктор резко обернулся, натыкаясь на суетившегося Игоря. — Как хорошо, что ты здесь! Скорей!       Не задавая вопросов, травматолог кинулся к сцене, быстро взбежал по ступенькам и нырнул за кулисы вместе с главным тренером. Они уже вдвоём пересекли маленький коридорчик и забежали в открытую дверь. Марк быстро оценил обстановку и понял, что они в небольшой гримёрной, где собралось слишком много народа. Сердце ёкнуло, когда торопливый взгляд зацепился за фигуру, стоящую возле столика и опирающуюся на неё пятой точкой. Лина никак не отреагировала на новых прибывших и смотрела тупо перед собой.       — Марк Александрович, Дмитрию стало плохо, он даже потерял ненадолго сознание, — отвлёк доктора от быстрого сканирования танцовщицы тренер. Мужчина тут же перевёл взгляд на диван, где в полулежащей позе устроился знакомый однажды паренёк. Он был таким бледным, что практически просвечивался.       — Всем выйти из комнаты, — громко сказал Марк, поднимая взгляд на Игоря, — ему нужен воздух, а тут нет даже окна. Выведи всех.       — Я уже в порядке, — промямлил Дима, хватая доктора за руку, которой он пытался расстегнуть пуговицы на воротнике его поло.       — Что тебя беспокоит сейчас?       — Уже почти ничего. Просто резко закружилась голова, всё поплыло, и стало душно. Сейчас уже легче, просто нервничаю.       — Ты сможешь выступать? — травматолог вздрогнул, когда за его спиной послышался голос Ангелины. Мужчина сделал шаг в сторону, чтобы собеседники оказались в поле зрения друг друга. Девушка выглядела сосредоточенной и совершенно непроницаемой.       — Я… я не уверен, — тихо выдохнул Дима, — простите.       — Нет уж, придурок, ты выступишь. Будешь ползать по сцене, но выйдешь туда с нами! — в комнату залетел совершенно невменяемый Виталик, расталкивая всех на своём пути и склоняясь к пареньку.       — Но я… я…       — ТЫ ВЫСТУПИШЬ!       — Я запрещаю ему выходить на сцену, — вмешался Марк.       — Я выступлю за него на соло, а на рутине просто перестроимся, — одновременно со всеми сказала Лина. В какофонии криков её спокойный голос звучал звонче всех остальных.       — Что ты сказала? — Виталик тут же переключился на танцовщицу, подходя к ней вплотную и сжимая кулаки. — Хочешь засветиться побольше, да сиять ярче? Только через мой труп!       — Зайцев! — предупреждающе возмутился тренер.       — Я сам выступлю за него, — выплюнул парень в лицо Ангелине.       — На соло ты идёшь сразу за мной, а после тебя — Дима, — Лина сделала шаг назад, увеличивая дистанцию. Она снова упёрлась в гримёрный стол, стискивая пальцами столешницу. — Чтобы картина смотрелась лучше, я поменяюсь с тобой местами. Первое соло будет твоё, потом выйду я, а затем снова ты.       — Так-то лучше, — удовлетворившись таким результатом, Виталик направился к выходу из гримёрки, не забыв шугнуть и без того перепуганного Димку.       Как только взбалмошный мальчишка ушёл, воцарилась какая-то неприятная тишина. Тренер Игорь тоже вышел, собираясь серьёзно поговорить со своим зарвавшимся подопечным, остальные танцоры так и остались толпиться за дверью. Марк осторожно кинул взгляд на Лину, подумывая, подойти к ней или сейчас не время. Девушка опять отсутствующим взглядом уставилась в пол и внешне выглядела нейтрально, но судорожно сведённые пальцы говорили о том, что та нервничала. Доктор тихо вздохнул и подошёл к танцовщице.       — Не переживай, ты в любом случае победишь, — тихо сказал он, мягко касаясь чужого плеча. Лина не отреагировала, но, когда ладонь Марка стремительно соскользнула вниз по руке, а пальцы мягко погладили побелевшие костяшки, вздрогнула.       — Выход через пять минут, — какая-то девушка робко просунула голову в гримёрку и снова исчезла.       — Я не переживаю, — твёрдо сказала танцовщица, отталкиваясь от стола. Прежде чем уйти, она одарила Марка пронзительным взглядом, от которого у доктора тут же по спине пробежал табун мурашек.       — Идём, я занял отличные места, — хрипло выдавил из себя Марк, помогая Диме подняться. И пусть странный взгляд Лины отпечатался на сетчатке глаза, сейчас важно только то, что та должна победить. Над остальным можно подумать потом.       Ангелина танцевала в первой группе. И она была восхитительна. Марк перестал дышать, перестал чувствовать своё тело, да и вообще перестал существовать, когда на сцене появился ОНА. Несмотря на то, что девушке пришлось уступить своё место в центре и занять позицию справа от Виталия, взгляд всё равно зацеплялся только за неё. Камуфляж ей безумно шёл. Для этого номера вся группа выбрала военную тематику, каждый по-своему применяя некоторые аксессуары. Помимо штанов цвета хаки и чёрной простой футболки Лина перевязала лоб и запястье банданами соответствующего цвета. Выглядела она мужественно, уверенно и дерзко. Так, что все внутренности Марка устроили пляску в такт резким движениям. В короткое соло доктор вообще не поверил, что это именно Старикова. Её мимика так эмоционально объясняла танец, что сложно было осознать, что это та же самая девчонка, с которой имел честь изредка общаться Марк. Но доктор был разочарован. Совершенно разбит тем, что выступление закончилось катастрофически быстро.       — Лина потрясающая, — выдохнул рядом Дмитрий. Марк ухватился за произнесённое другим голосом имя и повернулся к мальчишке. Тот сразу стушевался. — И Веталь тоже. Они точно победят.       Марк не был психологом, поэтому не стал рыться в коротком разговоре с отчего-то напуганным парнем. Он только кивнул и снова перевёл взгляд на сцену, с досадой отмечая, что группа уже исчезла из поля видимости, уступая место для следующей. Надо ли говорить о том, что вторые ребята показались на уровень слабее? Нет, в отличие от первой группы их синхронность казалась идеальной, но сами движения были однобокими и скучными. И выступали они почему-то дольше, как показалось доктору. Третья группа вообще насмешила — Марку показалось, что грубое направление танца совсем не подходило хрупким девчонкам, а их показная дерзость выглядит комично. Но Дима бы с ним не согласился, судя по его вздохам и тихим вскрикам. Кажется, он совершенно отошёл от инцидента и ни капельки не расстраивался от того, что не вышел на сцену.       Когда все группы выступили, а судьи удалились на совет, на сцене появилась приглашённая молодая рок-группа, которая развлекала зрителей песнями. Марк взглянул на часы — он тут уже час. Надо было возвращаться в медицинский пункт, но очень хотелось ещё раз взглянуть на Ангелину. Решив, что позволит себе ещё немного подождать, он повернулся к Диме.       — Как ты себя чувствуешь? Уже отошёл?       — Да, всё хорошо, — тот нерешительно улыбнулся, не смотря в глаза собеседнику.       — Не переживаешь, что не выступил вместе со всеми?       — Нет, не переживаю. Я не хотел подставлять ребят, но прекрасно понимаю, что уступаю им. В полуфинал выйдут Лина и Виталик. Буду радоваться за них.       — Ты хорошо ладишь с ними? — осторожно спросил доктор, чувствуя, как пульс начинает учащаться.       — Я… я… — парень тут же стушевался, и Марк мог поклясться, что тот вздрогнул, — я дружу с Виталиком. Он сильный танцор, да.       — А Ангелина?       — Ангелина тоже сильная танцовщица, — Дмитрий растерялся под напором и начал оглядываться по сторонам, будто хотел убежать.       — Я про дружбу. Вы столько времени проводите все вместе, что наверняка должны были подружиться. Но я видел реакцию других, когда Ангелина повредила ногу. Почему-то всем было весело, — Марк почувствовал внезапный приток каких-то внутренних сил. С Линой он был на равных, в чём-то местами даже уступал, что заставляло сопротивляться или преодолевать себя, но с Димой было гораздо проще. С ним доктор ощущал себя взрослым и сильным, требующим немедленных ответов.       — Вам показалось. Просто Виталик главный, и он запрещает… — снова замямлил парнишка, но его спас резкий голос ведущего, разнёсшийся по залу. Марк раздражённо повернулся к сцене, откидываясь на спинку своего сиденья. В принципе, всё было и так ясно. Мужчина не был дураком, чтобы не понять, что в танцевальной группе сложилась своя иерархия. Конечно же, такая, как Старикова не стала её придерживаться, за что теперь получает порции негатива в свой адрес. Но негатив негативом, а физическое насилие — это уже статья. Оставалось надеяться, что у этого Виталика хватит мозгов не пересекать больше черту дозволенного.       — … а сейчас самое время назвать имена самых талантливых танцоров первого курса по направлению «уличные танцы»! — торжественно заявил ведущий, выдерживая интригу. Зачем? Здесь же нет эфирного времени, к чему такая бессмысленная пауза? Марк пропустил часть речи о том, как мучительно долго судьи спорили за кулисами, выбирая лучших из лучших, а сам уставился на сцену, куда только что вышли все участники конкурса. Лина стояла непозволительно далеко, но даже так доктор видел её недовольство. Кажется, девушке тоже не нравились бессмысленные интриги ведущего. — Первым танцором, который проходит в городской этап единственного в России танцевального конкурса с направлением «уличные танцы», становится… становится… СТАНОВИТСЯ ВИТАЛИЙ ЗАЙЦЕВ! Поздравляем тебя, парень, ты дал нам сегодня огня! — зал взорвался аплодисментами, пока танцор принимал поздравления и самодовольно улыбался в камеру местным университетским фотографам. Марк раздражённо фыркнул, следя за этой звездой вселенского масштаба. По его мнению, первым должны были объявить Лину. И вообще, Ангелина должна была стоять по центру, а не теряться где-то в левом углу.       Старикову назвали второй, а какую-то не запоминающуюся леди — третьей. Марк перестарался, когда хлопал второй полуфиналистке, потому что ему показалось, что овации были не такими яркими, как у Зайцева. Поэтому, когда он быстро возвращался в свой кабинет, его ладони горели адским пламенем. Добравшись до медпункта, он сунул ладони под ледяную воду, избегая насмешливого взгляда коллеги.       — Ну как? Кто прошёл? — спросила Елена Захаровна. Марк уже хорошо знал коллегу, чтобы понять, что интересует её совершенно не имена танцоров. Но удовлетворять её реальные интересы он не будет.       — Зайцев, Старикова и… Хорченкова, что ли. Не запомнил имени девушки.       — Хорченкова Кристина, — фыркнула женщина, теперь уже в ответ атакованная удивлённым взглядом, — что? Я несколько дней подряд ставила ей капельницы. Девочка тренировалась, не покладая рук! Или ног, — смех разрядил обстановку, но отступать Елена Захаровна не намеревалась. — И всё же, чего ты такой раздражённый, если твоя ненаглядная Ангелина прошла?       — Она не моя ненаглядная, и я не раздражён! — тут же вспыхнул от такой наглости Марк. Действительно, он немного расстроился от того, что не смог поймать Лину после церемонии и поздравить лично, потому что та исчезла даже раньше, чем всё закончилось. Но это не повод его вот так подкалывать! — Иди домой!       — Вообще-то, у меня ещё пятнадцать минут рабочего времени, Маркуша.       Наверное, Марк обрадовался тому, что остался один. Надо было немного времени, чтобы привести мысли в порядок. Неуловимая тревога всё ещё неприятно пульсировала внутри, но доктор заставил себя не думать об этом. Ангелина победила, а это главное. Теперь у студентов впереди сессия, поэтому времени и возможностей на стычки быть не должно. А ещё Лина задолжала ему свидание. Доктор резко выдохнул, откидываясь на спинку стула и запрокидывая голову. Не свидание, а совместное празднование маленькой победы. Так будет правильней. Никаких свиданий. Свидания бывают у возлюбленных, а они просто… просто… Как назвать непонятные отношения между студентом и медперсоналом, когда все встречи настолько нестабильные, что даже сложно их интерпретировать? И неважно, что при виде Стариковой сердце заполошно бьётся в груди, ладони потеют, а дыхание сбивается. Просто Марк переживает за танцовщицу, ведь их первая встреча не была приятной. А он непрошенный гость в драматической постановке. Не более того. Но, в любом случае, встречу он с девушкой выбьет, как только им удастся пересечься. Шумно выдохнув, травматолог снова уставился на экран, намереваясь сделать хоть что-то полезное.       Спустя час в дверь постучали. Марк даже вздрогнул, не рассчитывая сегодня принять хотя бы одного студента. Танцоров отпустили, а борцы уже закончили свои тренировки. А ещё больше доктор не был готов к тому, кто именно пришёл в его медицинские покои.       — Привет, доктор, — тихо поздоровалась Лина, переступая порог и захлопывая за собой дверь. — Вот, ответственно пришла к своему травматологу по первому же зову организма.       — Что случилось? — доктор ответил чисто на автомате, забывая о том, кто он вообще такой. И о том, что некоторое время ранее сам же искал танцовщицу, чтобы поздравить. А всему виной это невинное «мой травматолог».       — Когда танцевала, неудачно опёрлась на травмированную ногу, и теперь она немного ноет, — пояснила девушка, подходя к койке и смело устраиваясь на ней. — Решила сразу проверить, всё ли в порядке, а то сейчас совсем нет времени отдыхать.       — Сейчас посмотрим, — Марк быстро пришёл в себя, привычно натягивая перчатки и опускаясь перед Линой на колено. В этот раз девушка спокойно позволила стянуть кроссовок и носок, устраивая лодыжку на чужом колене. — Я знаю, что такие травмы быстро не проходят, — тихо сказал доктор, кончиком пальца проводя по всё ещё отчётливому синяку вдоль внешней стороны стопы, а потом принялся вертеть лодыжкой во все стороны. — Всё в порядке, Ангелина, но я вынужден тебе запретить напрягать ногу несколько дней. Дай ей отдых, успеешь ещё натренироваться.       — Снова пара дней? — с усмешкой спросила танцовщица.       — Давай для разнообразия определим три дня. Хотя ты всё равно не послушаешься, — мужчина выпрямился, стягивая перчатки. — Продолжай наносить мазь и используй бандаж при тренировках.       — Мгм, — Лина медленно натянула носок и надела кроссовок, зачем-то развязывая шнурки и снова тщательно зашнуровывая их. Когда тянуть время больше не получалось, она кивнула самой себе и направилась к двери.       — Ангелина. Ты же не забыла, что обещала мне? — видя замешательство девушки, Марк решил действовать сейчас.       — Что я обещала? — слишком быстро отреагировала она, резко поворачиваясь.       — Обещала, что мы отметим твой выигрыш, — улыбнулся Марк. — Пиво и Сникерс.       — Оу, — доктор мог бы поклясться, что у девушки покраснели кончики ушей. — Вообще-то у меня первый зачёт в эту пятницу.       — Ах да, сессия.       — На следующей неделе ещё хуже. Там история России, я в ней совсем слаба, поэтому буду корпеть над учебниками сутки напролёт.       — Я понимаю, Лина, — доктор даже не пытался скрыть своё разочарование из-за отказа танцовщицы, но, с другой стороны, он действительно всё понимал.       — Плюс ещё тренировки. Мне надо тренировать соло для второго этапа, а ещё даже не готов трек.       — Лина…       — Это всё начнётся завтра. Сегодня доктор мне запретил тренироваться, а на учебники у меня не хватит сил. Поэтому, если вы можете сегодня, то я не против, — Ангелина уставилась упрямым взглядом куда-то в стену и скрестила руки на груди, ожидая какой-то реакции. А Марк замер, переваривая информацию, но спохватился, как только девушка снова дёрнулась в сторону двери.       — Я заеду за тобой сразу после смены. Даже уйду немного раньше, поэтому будь в восемь часов возле своего подъезда.       — Буду ждать, доктор, — Ангелина улыбнулась уголком губ и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.