Травма

      Марк доработал только благодаря своей прирождённой ответственности и то позволил себе уйти на десять минут раньше. Конкурсные дни в корпусе были сродни празднику, поэтому коридоры пустовали, и даже вахтёр мирно похрапывал в холле университета.       — Наконец-то! Марк Александрович, вы последний, — недовольно пробубнила женщина, когда доктор учтиво кашлянул, привлекая к себе внимание, чтобы сдать ключ. — Джонни, закрываем корпус! — с торжеством заявила вахтёр, когда травматолог с улыбкой поставил свою подпись в журнале и хохотнул. Надо же, у их охранника милая кличка.       — Хорошего вечера, — Марк поклонился и поспешил на парковку. К пятому подъезду общежития он подъехал с опозданием всего в три минуты. Лина уже ждал его, спрятавшись под козырьком. В тусклом свете мужчина смог рассмотреть, что сегодня она снова изменила привычной мешковатой одежде и надела узкие чёрные джинсы с прорезями на коленках, белую футболку и джинсовку. Доктор тихо вздохнул и поприветствовал коротким отрывистым сигналом. Лина тут же забралась в салон, громко хлопая дверью.       — Можно не оповещать весь корпус, доктор. Добрый вечер, — недовольно буркнула она, а доктор даже не обратил на это внимание, впитывая в себя всё-таки непривычный образ девушки. Какая же она красивая, наверное, Марк ещё не встречал таких привлекательных девчонок. Носа коснулся лёгкий, но терпкий запах парфюма, и доктор вздрогнул.       — Ну что, куда поедем, есть предпочтения?       — Вообще-то, это ты пригласил меня на свидание, — хмыкнула она.       — А это свидание? — на автомате переспросил доктор, но тут же прикусил язык. Вот идиот! Пусть бутылка пива с шоколадкой — это не вершина романтики, зато ледяная принцесса начала потихоньку оттаивать, даже перешла на «ты». — Для начала я бы хотел переодеться. Потом мы можем съездить куда-нибудь перекусить.       — Сходить, — перебила Лина, с дерзкой ухмылкой смотря на Марка в упор. — А то мало того, что доктор приглашает свою студентку на свидание, предлагает выпить и заехать к нему домой, так ещё и намеревается потом разъезжать по городу в алкогольном опьянении. Доктор, у тебя есть предел непристойности вообще?       Температура в салоне мгновенно подскочила. Неужели в глазах танцовщицы он выглядит так? Как какой-то извращенец, мечтающий изменить рентген-аппарату с хорошенькой девчонкой. Фу, о чём он только думает! Марк поморщился и взглянул на девушку, отмечая, что на её губах всё ещё присутствовала ухмылка, но взгляд горел любопытством. Что, интересно, какой ответ даст старый извращенец?       — Ладно, так уж и быть, оставлю машину на парковке, а мы прогуляемся, — притворно вздохнул Марк, будто только последняя часть упрёка действительно имела важное значение. Доктор выжидающе посмотрел на Лину, как раз в тот момент, когда она одобрительно рассмеялась.       Дорога заняла какие-то двадцать минут, а девушка даже не стала отмечать, что общежитие оказалось не совсем по пути, как когда-то соврал доктор. Марк припарковал машину на привычном месте и повёл Лину по бесконечным коридорам многоэтажки. Возле двери мужчина на секунду задумался, будто вспоминал, нет ли чего постыдного в его квартире, но благо, что он любил чистоту и порядок, поэтому смело пропустил гостью вперёд.       — Проходи, не стесняйся, — сам хозяин быстро скинул обувь и показательно поставил на её на стойку. — Так ты голодна?       — Нет, я поужинала в кампусе, — соврала Лина, не желая ставить никого в неловкое положение.       — Тогда подожди меня немного, я быстро переоденусь, и пойдём.       — Без проблем, — Ангелина отвернулась, позволяя доктору заниматься своими делами. Она медленно прошла в гостиную-студию, осматриваясь по сторонам. Довольно просторное помещение отделялось от кухни только барной стойкой, но всё выглядело настолько чисто и комфортно, что казалось, здесь вовсе никто не живёт. Слух ухватил тихую мелодию, доносившуюся из забытого радио на полке. Девушка закрыла глаза и прислушалась. Медленная тягучая песня совсем не походила на те, что засели в её плейлисте, но тело само отреагировало на мелодию, предпринимая первые попытки танца. Марк так и застал танцовщицу посреди своей гостиной — с закрытыми глазами и в танце. И это оказалось воистину волшебно. Было заметно, что Лина не имела большого опыта в подобном направлении, но её движения всё равно были завораживающими. Такими плавными и гипнотизирующими. А ещё пухлые губы беззвучно открывались, подпевая исполнителю. Доктор так засмотрелся на них, что заметил, как Лина сбилась, будто песню слышала один раз, а слова помнила очень выборочно. Тогда получается, что она импровизировала? Танец приобрёл новое значение. Как можно так двигаться под непривычную и незнакомую мелодию? Марк завороженно и жадно следил за гибким натренированным телом, борясь со жгучим желанием прикоснуться к нему и страхом, что девушка может натолкнуться на диван и ушибиться, так как её глаза были всё ещё закрыты. Песня закончилась непозволительно быстро, и Ангелина тут же открыла глаза. Пару секунд доктору пришлось неловко молчать, позволяя чужим глазам исследовать его вечерний образ — светлые обычные джинсы и бордовую рубашку.       — Доктор выглядит совсем молодым, — выдала сухой вердикт Лина, заставляя мужчину мучиться в догадках, упрёк это или комплимент.       — А молодая танцовщица Ангелина Старикова не может не танцевать и дня, — глупо ответил доктор.       — Ах, прости за это, — кажется, теперь она всё-таки смутилась, потому что отвела взгляд и опустила голову, — не смогла удержаться, у тебя здесь довольно просторно и удобно скользить.       — Можешь приходить на тренировки, если понадобится, — неожиданно сказал Марк. Если в университете ей мешают одногруппники, в общежитии мебель, а здесь ничего, то почему бы и не предложить помощь?       — Ладно, спасибо, — кивнула Лина, но скорее выражая благодарность за предложение, чем всерьёз принимая его. — Мы идём?       — Да, идём, — кивнул травматолог, первым направляясь в коридор. — Здесь недалеко есть старый грузовой причал возле реки, там не так шумно и можно спокойно прогуляться. Только в магазин зайдём по пути.       — Как скажешь, — Лина ловко влезла в свои белые кроссовки и поправила джинсовку. Потом собралась было выйти в подъезд, но нахмурилась, когда поняла, что Марк так и вышел за ней в одной рубашке. — А ты не замёрзнешь?       — Нет, — слишком быстро ответил Марк, — я плохо переношу жару, а прохладой просто наслаждаюсь.       Магазин находился прямо напротив жилого комплекса, в котором жил Марк. Доктор с улыбкой купил две банки пива и два шоколадных батончика «Сникерс», а потом неспешно повёл Лину в сторону небольшой набережной.       — Когда-то по реке действительно ходили огромные суда, — доктор решил завести непринуждённый разговор, пока они добирались до тихого безлюдного места, где можно было, не привлекая внимания, отдохнуть. — Здесь находилась крупная оптовая развязка, а сейчас же можно поплавать разве что на катерах и небольших лайнерах.       — Ты родился в Москве? — спросила Лина, стараясь подстроить обычно быстрый шаг под прогулочный.       — Нет, переехал сюда при поступлении в медицинский. Из Воронежа. А ты?       — Я родилась в Краснодаре, — коротко ответила девушка, не решаясь рассказывать длинную историю про свои учебные путешествия.       — Поедешь домой после конкурса?       — Хотелось бы.       Марк снова задумался о том, когда сам сможет навестить родню. И поесть потрясающей маминой стряпни. Всё-таки надо узнать, сколько выходных дней удастся выбить на этот раз. Вскоре травматолог свернул с набережной и повёл Лину по не особо лицеприятным проходам, а уже через пять минут вывел на небольшой пустой причал и поёжился. Возле воды было более ветрено и прохладно, оставалось надеяться, что алкоголь быстро разогреет кровь. Мужчина ловко открыл одну банку пива и протянул девушке, а вторую сразу же пригубил, причмокивая от удовольствия. Давненько он не позволял себе так расслабиться. Лина же наоборот нахмурилась, пялясь на свою порцию.       — Думаешь, я уже успел договориться с Виталиком и быстро подсыпал тебе отравы? — хмыкнул мужчина, беззастенчиво наблюдая за тем, как танцовщица упрямо присосалась к банке, демонстрируя свою тонкую шею. Резко потеплело. Сам мужчина непослушными пальцами вскрыл упаковку шоколадного батончика и откусил большой кусок. — Как у тебя обстоят дела с обучением? В плане сессии. Для тебя есть сложности?       — Я неплохо учусь, — правильно поняла вопрос Ангелина, продолжая отпивать из банки теперь уже маленькими глотками. — Но не могу сказать, что это даётся мне легко. Приходится прикладывать много сил, чтобы получить хорошую оценку или понять ту или иную тему. Особенно сложна для меня история.       — Понимаю, мне тоже обучение не давалось так просто. Но историю России знаю, спасибо преподавателю, — Марк улыбнулся, раздумывая о том, как будет звучать, если он очередной раз предложит помощь. — Если понадобится помощь, я с удовольствием тебе поясню тему.       — Доктор, ты меня пугаешь, — девушка рассмеялась, чувствуя, как захмелевший организм расслабляется. — То танцевать к себе зовёшь, то репетитором навязываешься. У тебя есть какой-то план насчёт меня? Может, ты хочешь меня охмурить, заманить к себе, изнасиловать и…       — Убивать не буду, — прервал её безусловно красочную фантазию доктор, — остановлюсь на последнем.       — Что… ты… правда… ты… — танцовщица в шоке округлила глаза, явно не предполагая такой поворот. Она даже дёрнулась назад, потом нахмурилась, сделала ещё один большой глоток и снова упрямо приблизилась. — У доктора не должно быть таких мыслей!       — Но если ты не прекратишь так меня называть, то я точно сойду с ума и…       — А как ты хочешь, чтобы я тебя называла? — перебила Лина. Марк пробил иррациональный озноб, он неожиданно растерялся. А действительно, хочет ли он, чтобы танцовщица называла его по имени? Тем временем сама девушка потеряла интерес к вопросу, адресованному мужчине, уставившись на банку в своей руке и задумчиво её потряхивая. — Марк Александрович, — тихо произнесла она. Замерла. Сделала глоток и снова уставилась на яркую тару. — Марк, — ещё тише, почти беззвучно. Вздохнув, Лина опрокинула в себя остатки напитка и огорчённо сжала банку в руке. — Ещё хочу.       — Лина, ты… — доктор ещё не отошёл от звучания его имени этим порочным голосом, а теперь и вовсе ошарашенно уставился на опьянённую студентку. Может, ей всё-таки хватит? Вон, как глаза блестят, а бледные щёки давно покрылись румянцем. Но если Марк ещё соображал и что-то там обдумывал, то Ангелина уже достаточно осмелела, чтобы зубами сорвать обёртку своего Сникерса, откусить сразу половину и вырвать из рук доктора его пиво, запивая большим глотком. А потом так задумчиво, будто действительно дегустируя высшее блюдо, пережевала и проглотила странное лакомство.       — Чёрт, — выдохнула она, — это и правда круто. Вау. Я хочу ещё, доктор!       — Уверена?       — Определённо.       Марк всё-таки сдался, но Лину попросил остаться на месте. Удостоверившись, что девушка не так пьяна, чтобы могло что-то случиться, он прикинул, где может находиться ближайший магазин, и пошёл выполнять просьбу. Вся дорога заняла не больше двадцати минут, но уже на подходе к их месту он услышал музыку. Она опять… Вот неугомонная девчонка! Лина кружила по пирсу, изредка опасно подходя к краю, поэтому, как бы не любил доктор наблюдать за её танцами, решил остановить танцовщицу.       — Спасибо, — совершенно шальная улыбка промелькнула на лице девушки, когда она приняла «угощение». — Ты замёрз?       — Нет, всё в порядке мне хорошо, — Марк не соврал, этот вечер определённо войдёт в тройку лучших за последнее время.       — Не ври, у тебя руки холодные, — девушка упрямо скинула джинсовку и накинула её на плечи мужчине. — Мне всё равно жарко.       — В том-то и дело, ты можешь заболеть. Не надо, правда…       — Нет! — Лина возразила таким тоном, что спорить дальше не захотелось. Ладно, посидит так пару минут, потом скажет, что согрелся. От куртки пахло приятным ненавязчивым парфюмом. Или это от самой девушки, которая устроилась совсем рядом?       — Что ж, давай ещё раз выпьем за твой феноменальный выход на сцену, — поднял тост Марк.       Так они и сидели на краю пирса, рассказывая друг другу короткие истории из своей жизни. Ангелина совсем захмелела и стала более мягкой и разговорчивой, чем и решил подло воспользоваться доктор.       — Ангелина, — начал он, но девушка перебила его.       — Лина. Мне так больше нравится.       — Лина, — согласился Марк, а потом внимательно посмотрел на танцовщицу, — почему у тебя не складываются отношения в коллективе?       Поначалу доктор думал, что Лина нелюдима, необщительна и очень упряма, оттого и нет отдачи от товарищей. Но сегодняшний вечер показал совсем другую её сторону. Она с удовольствием делилась какой-то незначимой информацией, редко, но смешно и беззлобно шутила и подкалывала, мягко улыбалась и звонко смеялась. Её голос вызывал стайки мурашек на теле, а интерес к ней рос с каждой проведённой вместе минутой. А ещё Лина была действительно красива. Сложно поверить, что за ней не бегали парни. Вот только от этого вопроса танцовщица будто одеревенела. Её лицо застыло каменной маской, уголки губ опустились, а взгляд тут же потух. Но Марк не решился забирать вопрос обратно, он правда хотел знать ответ.       — У меня нет проблем в коллективе, — спустя минуту сухо ответила она. Доктор не знал, стоило ли давить, и решил ещё немного подождать. И не прогадал. — Просто я сложно схожусь с людьми.       — Я бы так не сказал, — Марк понял, что это лишь отговорка, а правда кроется гораздо глубже, — со мной же ты нормально общаешься.       — Потому что ты, — Лина замялась, хмурясь. Казалось, она знала ответ, но охмеленный мозг никак не мог сформулировать мысли в слова, — ты упрямо меня доставал, у меня не было выбора.       — Что? — вот что-что, а такого ответа Марк никак не ожидал. То есть, для неё он всего лишь какой-то навязчивый мужик?! Серьёзно?! Наверное, его возмущение оказалось таким громким, что он ненароком произнёс часть мыслей вслух.       — Я имела в виду, что ты сам пошёл на контакт и продолжал присутствовать в моей жизни. Я привыкла к тебе и ответила тем же. Чёрт, в общем, я первой не иду на контакт и подружусь только с теми, кто захочет подружиться со мной. С такой, какая я есть. Хмурой, безэмоциональной, холодной. Или как там меня ещё называют. Сложно объяснить.       — А ты всегда такой была? Необщительной? — продолжал напирать доктор. Как же ему хотелось докопаться до истины! Тревога только сильнее затягивалась в узел, требовалось разобраться.       — Нет, в Америке я пользовалась популярностью, — безразлично пожала плечами Лина.       — Так что изменилось?       — Ничего. Я такая, какая есть, доктор. И если тебя что-то не устраивает… — Марк тут же замотал головой, пытаясь убедить девушку в несогласии ещё до того, как та пошлёт его куда подальше, — …тогда пошли танцевать.       — Танцевать? — глупо переспросил мужчина, всё ещё на автомате мотая головой. — Я не танцор, Лина.       — Вот и проверим. У тебя отличное тело, ты не можешь не уметь двигаться, — танцовщица поднялась, покачиваясь на ровном месте. Так как её колени оказались на уровне глаз Марка, то он отчётливо заметил на джинсах и в прорезе на правой коленке грязь и немного крови. Лина упала, когда танцевала тут одна? Все аргументы против внезапных танцев развеялись, доктор подскочил к девушке, готовый в любой момент поймать или поддержать. Танцовщица снова включила музыку на телефоне и, поймав ритм, задвигалась, жестами призывая Марка присоединиться. Ладно. В любом случае он должен двигаться не так уж и плохо. Если Лина хочет, то он потанцует с ней. На удивление, всё оказалось не так плохо. Как только девушка улыбнулась ему своей умопомрачительной улыбкой, вся неловкость отступила, и доктор просто принялся повторять движения. Не так качественно, не так красиво и технически правильно, но это было весело. Они смеялись, сталкивались плечами, наступали друг другу на ноги и снова смеялись. В какой-то момент Ангелина всё-таки споткнулась о ступню травматолога и не удержалась бы на ногах, если бы её не подхватил мужчина, неловко прижимая к себе. Танцовщица резко выдохнула от неожиданности, отчего её горячее дыхание коснулось обнажённой шеи. Марк вздрогнул, и они оба неловко упали на жёсткий бетон.       — Оу! — болезненно застонал доктор, неосознанно прижимая Лину к себе ещё ближе, хотя та и пыталась встать. — Не сильно ушиблась?       — Нет, — девушка, борясь одновременно и с непослушным телом, и с алкоголем в крови, и с крепкими объятиями доктора, потерпела неудачу и опасно накренилась в сторону лица Марка, держась только на дрожащих от напряжения руках. Почему-то слово «отпусти» никак не хотело сформироваться и облегчить страдания. Вместо этого, на последнем издыхании, когда руки вот-вот собирались сорваться и позволить упасть прямо на доктора пластом, она в отчаянии выдохнула: — Марк.       — Лина, — что-то щёлкнуло внутри, Марк ослабил хватку, из-за чего девушка по инерции и законам физики сначала резко ушла вниз, мазнула кончиком носа по скуле доктора, а потом резко отпружинила, сразу поднимаясь.       — Мне пора, — а это уже законы кинематографа — бежать с места внезапного неловкого бедствия. Несмотря на слова она всё равно протянула руку и помогла мужчине подняться и даже подождала, пока тот отряхнёт её куртку и вернёт владелице.       — Я провожу.       — Не надо, я сама доберусь.       — Тогда вызову тебе такси.       — Я хочу прогуляться, отсюда не так уж далеко до общежития.       — Нет, Лина, ты не в том состоянии, чтобы спорить и возмущаться. Я вызову тебе такси, идём, — Марк был зол, но адекватно понять почему ещё не мог. Подумает, когда вернётся домой. Сейчас главное доставить танцовщицу домой в целости и невредимости. Машину ждать не пришлось — стоило им выйти на набережную, как тут же в глаза бросились яркие брендированные авто. Доктор подошёл к одному из них, назвал водителю адрес и дал две купюры, попросив на сдачу проследить, чтобы девушка зашла в подъезд. — Спасибо за вечер. Мои предложения насчёт репетиторства и танцев всё ещё в силе, — получилось как-то сухо, но по-другому сейчас не получилось бы. Лина и вовсе не удостоила доктора даже взгляда, а молча села в машину и дала водителю команду стартовать.